Читать книгу Выбери моё сердце - - Страница 5

Три месяца спустя

P.O.V. Юля

Я плелась домой с тяжёлыми пакетами из продуктового магазина. Пластиковые ручки врезались в кожу, тяжесть тянула к земле, а под ногами мешались мокрые кучи серого снега. С меня стекало семь потов, глаза слепило мартовское солнце, шапка сползла на глаза, пряди волос вылезли из-под куртки, и я мечтала только о том, чтобы побыстрее оказаться дома. Мой путь лежал через нечищенные от противной слякоти дворы. Я завернула и пошла мимо дома Соколовского, впервые за несколько месяцев испытав желание его встретить, лишь бы облегчить свои муки.

Вспомнив об однокласснике, я решила в сотый раз проанализировать всё, что произошло между нами с того злосчастного момента, когда он решил меня игнорировать. Я не успела довести до ума свои размышления, потому как Соколовский вышел из своего подъезда и направился прямо в мою сторону. Я облегчённо вздохнула и ещё пуще сбавила темп, вызывая всем своим видом жалость. Антон увидел меня издалека и приветливо помахал, а затем, заметив обречённость моего положения, прибавил шаг навстречу.

– Привет, – проговорил парень, подходя ближе.

Он тут же забрал из моих рук тяжёлые пакеты и понёс их так, словно они весили не больше грамма.

– Привет, Антон. Спасибо огромное!

Я засеменила вместе с ним, поправляя на ходу шапку.

– Ты чего такие тяжести сама тащишь?

– Ну, а кто за меня это сделает? Папа как в Е. стал работать, так все покупки на мне. Достало! – я гневно убрала со лба прилипшие волосы и пнула комок грязного снега.

– Его что ли тоже попёрли? – повернул на меня свои карие глаза Соколовский.

– Да нет, сам ушёл. А твой…?

Большая часть жителей нашего городка работали на местной фабрике. После нового года её продали, и нынешний владелец уже успел провести немало реформ. Многих уволили, кому-то урезали зарплату, а кто-то – как, например, мой папа и родители Тины Разиновой – сами сменили место работы. Фабрика находилась в большом упадке, как и жизни её сотрудников – бывших и действующих.

– Остался бы, если б не турнули, – усмехнулся одноклассник.

– Оу, мне жаль…

– Да ладно тебе, Юль! Его за дело, так что заслужил.

Я молча кивнула, поджимая губы, и уставилась на свои ноги.

– А у тебя батя как? Каждый день катается? – спросил Антон.

– Нет, – печально ответила я. – Он там живёт теперь…

Соколовский бросил на меня сочувственный взгляд, но ничего на это не ответил. Мы молча шли какое-то время. На голых ветках деревьев звонко голосили птички, солнце ярко освещало улицу и тающий понемногу снег переливался в его сиянии.

– Как вообще у тебя дела? А то что-то мы в последнее время мало общаемся. – спросила я Антона, когда мы сворачивали в соседний с моим двор.

– Да нормально. Навалилось всё сразу, ты прости, что стал меньше с тобой болтать. Просто сейчас в компании стараюсь закрепиться и всё такое, – ответил Соколовский. – Ещё эта фигня с заводом, и девушка нервы трепет!

– Девушка? – переспросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. – А кто, если не секрет?

Мне пришлось сделать самые невинные глаза на свете, когда Антон с улыбкой покосился в мою сторону.

– Знаешь Криску, подружку Разиновой? Вот она, – ответил он спокойно.

– Я с ней плохо знакома, но пару раз видела.

– Нас вот Тина на январских познакомила, – продолжал одноклассник. – Кстати, можешь помочь?

– С чем?

– У неё день рождения скоро. – Антон остановился посреди дороги, перекидывая пакеты на одну руку, и доставая из кармана телефон. – Как думаешь, хороший вариант?

Парень поднёс ко мне экран смартфона, на котором красовалось серебряное колечко с камушком по цене моих брендовых кроссовок для физры. Я улыбнулась и подняла на Антона глаза.

– Очень мило, – сказала я. – Она любит минималистичные украшения?

– Какие?

– Ну, на которых мало всяких деталей.

– А-а-а, ну, да, она не любит сильно вычурные вещи.

– Тогда отличный вариант, – заключила я и двинулась дальше.

Антон быстро поравнялся со мной и в весёлом тоне продолжил разговор. Я очень старалась не выдавать своего недовольства, которое внезапно вскипело в груди, и говорить спокойным тоном.

Мы дошли до моего подъезда, и парень радушно донёс пакеты до самой двери. Какое-то время он продолжал рассказывать о гулянке у Толяна, а я лишь иногда смеялась и комментировала без энтузиазма. В конце концов, Соколовский распрощался со мной и решил зайти к Разиновой, раз уж оказался в наших краях.

Я захлопнула за собой дверь, сбросила с себя ботинки и подошла к зеркалу. На меня смотрело обескураженное и раздосадованное худое лицо, по которому разметались прилипшие светлые локоны.

– Чего? – проговорила я с шоком в голосе сама себе. – Антон встречается с Криской?! Какой бред…

Я скорее отрыла в кармане куртки телефон и набрала номер Поли по видеосвязи. Гридина ответила почти моментально. Она сидела у себя дома в кресле с фольгой на волосах. Позади девушки маячила Инга – её парикмахерша, которая приезжала на дом – и что-то колдовала с каштановыми прядями.

– Приветик, Юль! – поздоровалась подруга. – Ты чего такая красная?

– Из магазина шла, запыхалась, – ответила я. – Тебе удобно?

– Всё окей, говори.

– Это про Соколовского.

– О не-е-е-т, – протянула Полина. – Только же вроде решили, что прошла любовь?! Опять?

– Не переживай, я своим решениям верна! – поспешила заверить я Полю. – Я тут кое-что интересное узнала. Угадай, кому он колечко за десять ка собрался дарить?

– Понятия не имею.

– Криске!

– Чего?! – округлила глаза Полина. – Этой чиканутой? Ты ничего не путаешь?

– Не-а! Я сама в таком шоке, ты бы видела, как я улыбочку выдавливала, когда он мне рассказал.

– Ты где его выцепила-то? И как за это тема зашла?

– Да, говорю же, шла из магазина, и он куда-то намылился как раз, когда я во дворах плелась. Решил по старой памяти помочь.

– Ясно-о-о. Ну, это треш! Я бы этой Криске все лохмы выдрала, дура!

Негодование Гридиной было явно больше моего, потому что новая пассия Соколовского являлась для подруги конкурентом номер один. Они вместе работают в одном модельном агентстве, и неоднократно Кристина устраивала ей подставы. В последний раз она специально сказала неверный адрес локации для съёмки, и Поле знатно досталось от менеджера. Гонорар, разумеется, моя подруга тоже потеряла.

– И чё, он реально с ней теперь? – спросила Гридина.

– Да, сказал, нервы ему трепет…

– Ну, так и надо ему! Только, чего это Криска связалась с таким лохом, как Соколовский?

– Почему сразу лохом? – вступилась я за Антона.

– Ладно, не с лохом, – закатила глаза Полина. – Просто очень непохож он на её предыдущих красавчиков на дорогих машинках. Коленьку, например…

Коленька был двадцатилетней смазливой первой любовью Гридиной, которая рассыпалась и развеялась словно пудра, как только на горизонте замаячила Кристина. Не имею понятия, как так вышло, но Полька долго переживала из-за этого белобрысого пижона, который кинул мою подругу по смс и на следующий день вовсю целовался с Криской в машине перед входом в фотостудию. Видимо, действительно, любила.

– Попал, Антончик, – заключила Гридина. – Ну, это ненадолго.

Мы ещё немного поболтали с подругой, обмениваясь опасениями насчёт судьбы Соколовского, пока Инга не объявила, что Полине пора мыть голову. Мы попрощались, и я отправилась разбирать пакеты.

– Алиса, включи Ваню Дмитриенко «Прятки», – крикнула я колонке.

Кухня наполнилась одной из моих самых любимых песен. Пританцовывая, я двигалась по кухне, расставляя по местам продукты и параллельно думая об Антоне.

После того странного предновогоднего вечера в школе прошло немало времени. Мы вернулись на учёбу, и Антон просто сделал вид, что ничего не произошло. Сидел он теперь стабильно подальше от меня и Поли, но тем не менее снял с себя обет молчания. На переменах мы болтали, как раньше, хотя это и случалось реже. Алгеброй парень делился, литературу у меня выпрашивал стабильно и помогал на химии, сигнализируя жестами с последней парты, когда грозная учительница допрашивала меня у доски. Вроде всё как раньше, но исчезли тепло, искренность и свобода. Говорить обо всём подряд уже было не обычной практикой, а неловкой процедурой. Антон словно закрывался в скорлупе, не позволяя дотрагиваться его сердца и часто отшучивался, если диалог касался интимных тем. Опять же, случалось это редко.

Я была слишком гордой для того, чтобы бегать за кем-то и упрашивать о большем внимании. Поразмыслив, я поняла, что мои чувства напрямую от него и зависели. Чем больше внимания, тем сильнее «любовь» к Соколовскому. Тогда я решила, что нет смысла во всех моих чувствах.

Мне потребовалось немало времени для того, чтобы отбросить глупую теорию о том, что у Антона есть ко мне чувства. Я объяснила его внимательность и помощь обычным уважением к моей персоне и забросила мечты о большой любви.

– Алиса, дальше! – крикнула я колонке, когда на ней включилась незнакомая песня.

Она сменилась треком Тэйлор Свифт, и я, прибавив звук, запела вместе с исполнительницей. Пакеты были опустошены, а на столе остались лишь гостинцы, которые я хотела передать с Тиной её бабушке. Перед новым годом мы проведали старушку. Она была счастлива встретиться с внучкой, и с тех пор моя одноклассница стала охотно приезжать в больницу. До февраля я ещё иногда сопровождала её, но очень скоро у Тины исчезли страхи, и она продолжила навещать бабушку самостоятельно, а от меня привозила небольшие подарочки.

Всё это благотворно повлияло на Тину, и недавно она рассказала о том, что выучила на фортепиано любимую песню бабушки. Девушка вообще стала больше играть на инструменте, и наш этаж часто заполнялся нежными классическими мелодиями в её исполнении.

Мне оставалось лишь надеяться, что она не бросит это вновь, потому как компашка Коваленко глубоко пустила корни в жизни моей соседки. Родители Тины ушли с местной фабрики, и устроились в Е. на её же филиал. Они ездили туда на сутки, часто проводя по пол недели в соседнем городе. Разинова ещё чаще стала оставаться одна. Пустая квартира быстро попала в поле интересов Аделины, поэтому наш спокойный дом, представляющий собой логово пенсионерок с палками для скандинавской ходьбы, часто оглушали шумные вечера у Тины. Каким образом, моим весёлым одноклассникам удаётся избегать расправы с местной полицией и грозными старушками – пока загадка. Однако мне хотелось верить, что их кутежи ненадолго. Меня на них не приглашают, а слушать долбёжку по ночам – так себе развлечение.

P.O.V. Антон

– Короче, не знаю, что это было. Просто встал и прям всё потемнело перед глазами, – рассказывал я Юле историю с тусовки у Толяна, стоя у неё в подъезде. – Пацаны сняли ещё, как я полетел, но мне не отправили, гады.

– И как ты потом… в себя пришёл? – спросила девушка.

– Да нормально, – улыбнулся я. – встал и пошёл!

– Понятно, – протянула Юля, покосившись на пакеты в моих руках.

Я понял, что пора прощаться, поэтому поставил покупки девушки у самой двери. Внутрь она бы меня точно не пустила, это чувствовалось.

– Спасибо, Антон, очень выручил, – улыбнулась девушка. – До завтра!

– Не за что, пока! – бросил я и повернулся к двери напротив.

Разинова открыла не сразу. Она высунулась с недовольным видом и уставилась на меня своими большими серыми глазами.

– Ты чё припёрся? – спросила девушка.

– Открывай давай! Жрать охота.

– А я тебе столовая что ли? Гуляй, Соколовский!

– Тинка, пусти, а? Я хотел посоветоваться насчёт др.

Девчонка закатила глаза, оттолкнула от себя дверь и пропустила меня в квартиру. Меня встретил такой же хмурый Бегемот, но я обошёл его стороной. Котяра меня не жаловал. Я поплёлся вслед за Тиной, которая вошла в свою комнату, залезла в расправленную постель и схватила с тумбочки вейп.

– Дай тоже, – протянул я руку.

– Отвали, Антон. Говори, что хотел и иди, у меня ещё дел полно.

– Каких? Время четыре – ты в кровати.

– Вот ты свалишь, и я сразу начну всё делать! – съязвила Тина.

Я закатил глаза и сел на крутящийся офисный стул.

– Ну, подарок я уже выбрал, – начал я. – Осталось решить, где праздновать? Криска мне всю плешь проела, что хочет у себя в городе. А я как должен приехать туда посреди недели?

– Не знаю, мне она тоже про вторник талдычет, но это бред, – согласилась Тина. – Я говорю, надо у меня. В пятницу родители на смены уедут, и вообще супер будет.

– Она не хочет ждать до выходных, – усмехнулся, всё же выхватив из рук Разиновой курилку.

– Короче, ладно, я попробую её уговорить. Только с тебя вся еда и напитки. Я этим даже заниматься не хочу!

– Без б, – ответил я, поднимаясь. – А сейчас ничего нет перекусить? А то мне ещё идти мать встречать.

– Нет у меня ничего! Ты вообще, что в наших краях забыл? Она же у тебя через полчаса уже закончит, тебе отсюда переть минут двадцать минимум.

– Да встретил по пути Юлю, помог пакеты донести. Накупила тоже, как будто годовой запас делает.

– Ясно, – протянула девушка и сползла с кровати. – Всё, давай, Соколовский, отчаливай. Дверь захлопни.

Тина выпроводила меня в коридор, а сама пошла на кухню. Довольный чёрный кот подскочил и побежал за хозяйкой.

– Бегемот, ты чё офигел? Всё тут разворотил! – донеслись до меня крики одноклассницы, когда я закрывал за собой дверь.