Читать книгу Его называют Пробудитель - - Страница 7

Мир треснул.

Не громко – не как разбитое стекло, а скорее… как звук старой книги, которую раскрыли слишком резко.

Страницы разъехались, воздух задрожал – и кабинет исчез, превратившись во что-то абсолютно иное.

Глеб стоял в длинном коридоре, который был слишком ровным, слишком правильным.

Стены – бесконечно гладкие.

Потолок – низкий, давящий.

Свет – искусственный, одинаковый по всей длине, будто кто-то поставил коридор на «ровный режим» в редакторе уровней.

И, конечно, Артём уже исчез.

– Превосходно, – пробормотал Глеб. – Мы даже не обсуждали страховку. Или правила техники безопасности. Или хотя бы где находится ближайший «выход».

Его голос глухо отразился от стен и потонул.

Сон был слишком плотный.

Слишком стабильный.

Такой создаёт не мозг – такой создаёт человек, который знает, что делает.

Артём.

Глеб сделал осторожный шаг вперёд, и коридор немедленно откликнулся – лёгким, почти незаметным дрожанием.

Ты в центре сна. Не в краю. В центре.

В центре всегда опаснее.

Глеб остановился.

– Так, – сказал он себе, – Артём сказал: «Определить, где я». Поздравляю, Глеб, ты уже знаешь – ты во сне. Осталось самое маленькое – выжить.

Он вдохнул.

И попробовал вспомнить советы, которые Артём успел дать. То есть… ровно ноль.

– Отлично, – проворчал Глеб. – Тогда тестируем логику.

Он медленно провёл рукой по стене.

Стена была гладкая. Настойчиво реальная.

– Это плохо, – сказал он. – Очень плохо. Если сон похож на реальность, значит… он либо очень стабилен, либо очень хочет, чтобы я думал, что он стабилен.

Коридор мягко дышал.

Да, можно было поклясться – стены дышали.

Ему это не показалось. Они слегка раздувались и сжимались, как лёгкие.

Глеб отступил.

– Нет-нет-нет, ребята, давайте без этого. Я только вчера видел дракона, мне нужен перерыв.

Стены перестали дышать.

Просто… замерли.

Сон реагирует?

Не просто реагирует – слушает.

И тут —

Голос Артёма раздался откуда-то сверху, словно из вентиляции:

– Первое задание.

– А вы не могли появиться нормально?! – крикнул Глеб.

– Проверка твоего контроля. Не ори.

Глеб прикусил язык.

– Задание одно: удержи сон.

– В смысле?

– В прямом. Сейчас пространство начнёт меняться. Ты должен удержать коридор таким, какой он есть.

– Но я его не делал! – возмутился Глеб.

– Именно, – куда-то ушёл голос. – Начинаем.

Коридор сначала дрогнул.

Потом вытянулся на метр.

Потом – на десять.

Перспектива начала ускользать, и Глеб ощутил, как земля под ногами становится мягкой, как резина.

– Стой! – рявкнул он. – Стоять!

И коридор… замер.

Глеб моргнул.

Он не ожидал, что это сработает.

– Так… подожди… – он медленно поднял руки.

– Ты хочешь сказать, что я могу… удерживать форму?

Стены слегка подрагивали – как собака, которая хочет, но боится нарушить команду «сидеть».

Глеб осторожно протянул ладонь и сказал:

– Коридор. Вернись назад.

Стены отступили.

Коридор вернулся к прежним размерам.

Глеб выдохнул.

– Чёрт… я реально это делаю. Я… контролирую?

Но тут раздался спокойный голос Артёма:

– Потерял концентрацию.

– Чего?

И коридор взорвался двоящимися копиями. Десятки одинаковых коридоров рождались, расползались, перекручивались, как картина Маурица Эшера, которую прогнали через мясорубку.

– Эй-эй-эй! Стоп! Пауза! – крикнул Глеб, уворачиваясь от стены, которая внезапно решила стать потолком.

– Удерживай, – спокойно сказал Артём. – Используй точку фиксации.

– Где её взять?!

– Ты сам выберешь.

Коридоры мелькали, сливаясь в рябь – Глеб чувствовал, как сознание начинает скользить вниз, как лифт без тормозов.

НЕТ.

Он резко вытянул руку и ткнул пальцем в первое, что увидел – одну-единственную лампу над головой.

– Вот! Ты! Ты – нормальная! Останься такой!

Лампа вспыхнула ярче.

А затем… всё вокруг неё стабилизировалось.

Коридоры вернулись в одну линию.

Пол стал твёрдым.

Стены перестали плясать.

Глеб стоял посреди почти нормального пространства и тяжело дышал.

Хорошо, – сказал голос Артёма. – Значит, способность к фиксации у тебя есть. Придётся развивать.

Глеб вскинул голову:

– Можно хотя бы предупреждать, когда вы собираетесь меня… размазывать?!

Артём появился в конце коридора – как будто был там всегда. Спокойный, ровный, как холодный свет от той самой лампы.

– Это был всего лишь первый тест, – сказал он.

– Первый? – Глеб ощутил желание сесть прямо на пол. – А сколько их вообще?

Артём задумался на секунду.

– Для нормального ученика – шесть.

– А я… ненормальный ученик?

– Ты необычный.

– Это звучит, как эвфемизм слова «сложный». – Сложный – это я, – спокойно ответил Артём. – Ты – хаотичный.

Глеб моргнул.

– Прекрасно. Меня оскорбили в моём собственном сне.

– Не волнуйся. К концу обучения ты сможешь оскорбить сон в ответ.

Глеб заулыбался – нервно, но искренне:

– А это вообще легально?

– В твоём сне легально всё, что ты можешь удержать, – пожал плечами Артём.

Он подошёл ближе, прямо в свет той самой лампы – и лампа чуть дрогнула, будто приветствуя его.

– Второй тест завтра. Тебе нужен отдых. Сон будет пытаться тянуть тебя обратно – сегодня особенно. Постарайся держать границы.

Какие границы?

– Между «я сплю» и «я думаю, что я проснулся».

Глеб вспомнил тень в кабинете и сжал губы.

– Я постараюсь.

– Постарайся лучше, чем обычно.

Артём щёлкнул пальцами.

Коридор исчез.

Мир рассыпался, как песок на ветру.

И Глеб открыл глаза – настоящие.

На кушетке. В лаборатории. Настоящей.

Анастасия сидела рядом, держа планшет и глядя на него с явным облегчением.

– Ну как? – спросила она.

Глеб закрыл лицо ладонями.

– Я выжил, – сказал он. – И, кажется, обидел сон. Или он – меня. Пока не уверен.

На это Анастасия тихо улыбнулась.

– Значит, Артём начал по-настоящему.