Читать книгу Святослав. Яд во плоти - - Страница 4

Вернулся в монастырь я уже к обеду. Поздоровавшись с братьями монахами, вернувшимися со своих рабочих дел, мы вместе отобедали скромной пищей, совсем не похожей на ту, что сейчас скорее всего ели в походном лагере. Было достаточно трудно довольствоваться похлёбкой и хлебом при воспоминании о запахе жареной свинины. Однако я находился в раздумьях во время приёма пищи, поэтому вкус еды меня мало волновал.

Вся эта история была очень подозрительна. Первое что вызывало вопросы – это позиция её суженного. Как любящий человек, готовый взять в жёны такую красавицу, он должен был на руках её донести до храма, а не отказываться от помощи и занять позицию ожидающего. Во-вторых, время, когда княжне становилось плохо было строго после принятия напитка. Слишком поразительное совпадение чтобы не вызывать соответствующих вопросов. Но сбитень пила не только она, но и другие, а эти другие пребывают в хорошем самочувствии и добром здравии. Этот момент явно требовал дальнейших раздумий и больше анализа. Сейчас нужно вернуться в свою библиотеку, в мой тайный личный кабинет, где я мог провести опыты с жидкостью, которую я изъял у дочки помещика из чашки.

Монахи стали готовится к вечернему богослужению, но я, воспользовавшись тем, что никто не смотрит в мою сторону, спрятался за колонной и отправился в библиотеку. Первое время, когда никто не знал какое удовольствие мне доставляет читать книги меня запирали в библиотеке и давали различные поручения. Эти задания не представляли для меня сложности, так как они обычно касались уборки библиотеки или описи рукописей, а в остальное время я читал. Книги были самые разные. Надо сказать, что эта библиотека была не совсем правильной с монашеской точки зрения. Здесь было полно книг совершенно разных мыслей, мнений и направлений. Однажды даже отец Серапион меня сильно отругал за то, что я посмел приоткрыть одну религиозную книгу. В гневе он мне сказал, что эти книги были отданы сюда на хранение, ибо демоново письмо не попадёт снова к своему хозяину пока находится в стенах монастыря. Позже я тайком прочитал эту книгу – это было описание другой религии, не христианства, что объясняло столь бурную и гневную реакцию моего отца. Моими любыми книгами, помимо религиозных, были уставные книги, благодаря которым я узнавал, как происходит стройка зданий, военные летописи, в которых было много интересного по искусству сражения, и переведённые с греческого богословские тексты, в которых я познал запрещённую в миру логику и анализ. Самыми практически полезными книгами были лечебные трактаты. Собственно, с них я начал своё знакомство с медициной, которое потом переросло в мою профессию в монастыре и посёлке.

В глубине библиотеки из подсобного помещения я организовал себе небольшой кабинет, где мог проводить опыты. Он представлял собой небольшую комнату, с одним окном малых размеров, которое больше подходило для того, чтобы вести оборонительную стрельбу при осаде. В одной стороне стоял большой шкаф. На нём располагались мои записи и выдержки из прочитанных мною книг. Кроме них там стояли различные склянки, травы, маленькие инженерные изделия, сделанные Тихоном. Тихон помимо охоты крайне увлекался инженерным делом и постоянно мастерил какие-то небольшие изделия. Из всех обитателей монастыря кроме меня он посещал библиотеку чаще всего, читая книги, посвящённые строительству и проектированию.

В мой кабинет никто кроме меня не ходил и не хотел ходить. Братьям монахам были интересны только религиозные постулаты, а мирские вообще не интересовались книгами и чтением. Поэтому я очень хитро, под предлогом удобства, перенёс все эти книги по ближе ко входу, а всё что было интересно мне наоборот – подальше. Таким образом шанс того, что кто-то зайдёт в мой кабинет был минимальным. О моём увлечении экспериментами с травами знали только Серапион и Тихон. Последний для подстраховки врезал в дверь замок собственной разработки.

В своём кабинете я занимался практическими исследованиями. Различные травы, зелья, порошки, всего этого было на самом деле достаточно чтобы обвинить меня в язычестве и сжечь на костре. Меня выручало то, что все знали, что я лекарь, а это означало что я всегда мог объяснить наличие того или иного вещества у себя в кабинете.

Первым делом, пока напиток в колбе был ещё относительно свежим, надо было испытать его на ком-то. Эффект наверняка уже ослаб, значит нужен кто-то слабый. Для таких опытов идеально подходят мухи. Я достал коробку с парочкой мух, на которых я недавно экспериментировал. Достав одну муху, я прижал её к столу, чтобы она не улетела, и сделал несколько капель на неё из колбы. Через несколько мгновений муха сдохла. Повторил эксперимент со второй – результат тот же. Ожидаемо. У меня возникли определённые подозрения. Я взболтал эту жидкость и подождал несколько минут. Жидкость перестала болтаться и на самом дне появился совсем маленький осадок.

Остался последний эксперимент. Я достал медяк и опустил его в колбу. Поскольку предполагаемый мной эффект уже ослаб, пришлось подержать там монету минут тридцать. За это время я сделал уборку в библиотеке, протёр пол, и начал сдувать пыль с некоторых книг в первых рядах библиотеки. Вернувшись в комнату, я с помощью щипцов достал монету и принялся внимательно её осматривать. В нескольких местах медяка появился небольшой, едва заметный, тёмно-серый налёт.

Мои предположения оказались верными. Я прошёл в библиотеку и нашёл нужную мне книгу чтобы ещё больше убедиться в их правоте. Пролистав несколько страниц, я нашёл описание того вещества, про которое подумал. Закрыв книгу, я выдохнул и поставил её на место. Теперь орудие преступление перестало быть неизвестным. Это был яд. Мышьяк.

Раз это яд, значит вопрос, когда дочь помещика снова напоят отравой лишь вопрос времени. Нужно срочно собрать всё что может нейтрализовать яд и придумать как уговорить её кое-что делать и кое-чего не делать чтобы ввести отравителей в заблуждение и не дать им окончательно отравить девушку.

Мысли потекли бурным ручьём. Я распахнул окно и стал дышать. Воздух был прекрасным. Небо чистое. Всё вокруг зелёное. Пожалуй, только один взгляд на чудесную природу, где я жил мог сразу же поднять настроение и помочь отвлечься от каких-либо плохих мыслей у себя в голове.

– Святослав! Ты здесь? – Услышал я голос Серапиона, прервавший поток моих мыслей. Его слова раздавались раскатистым эхом по пустому каменному помещению библиотеки.

– Да, отец! Сейчас подойду! – Направился я ко входу в библиотеку, быстро закрыв дверь своего кабинета. Я старался чтобы даже мой отец был не в курсе всех моих занятий и исследований.

Благодаря каменным полам и стенам звук разносился очень и очень далеко и все просто звали меня при входе в библиотеку, зная, что я их услышу, где бы в ней ни был. Это было очень удобно как для меня, который не хотел, чтобы его кабинет был достоянием чужих глаз, так и для других, которые не хотели проходить большое помещение, где находилась библиотека.

– Святослав, почему не был на послеобеденном служении? – Строго спросил меня Серапион. Несмотря на то, что эта была обязанность монахов, настоятель монастыря требовал на нём также присутствия мирских.

– Отец мой, я занимался своими обязанностями лекаря. У нашего знатного гостя заболела дочь, и он поручил мне заняться её исцелением.

– Почему они не привели её сюда?

– Такова просьба её суженного.

– Странно. – Серапион задумчиво посмотрел на стеллажи книг, потом в окно и замолчал. По его виду было видно, что он крепко задумался.

– Согласен отец. Эта болезнь, мне кажется, намного более подозрительной и странной чем она представляется на первый взгляд.

– Что ты имеешь ввиду Святослав? – Мой отец резко перевёл взгляд с окна на меня.

– Я не хотел бы преждевременно говорить что-либо. Сначала нужно стабилизировать состояние девушки, затем уже можно будет заняться происхождением недуга.

– Ты только учти, что это тебе не деревенские работяги, а дочка помещика. Одного из самых влиятельных в Московском княжестве. Всё должно быть чётко, аккуратно и без лишних слов.

– Я понимаю отец. Всё будет как вы сказали. – Я часто обращался к отцу на вы, подчёркивая, как я его уважаю. – Позвольте я продолжу сборы. Я обещал ещё раз вернуться к ним в лагерь чтобы прочитать сударыне вечернюю молитву и напоить целебными зельями.

– Конечно Святослав. На ближайшие дни ты освобождён мной от любых занятостей. Направь все свои силы и умения на исцеление девушки.

Развернувшись, Серапион ушёл, а я остался заниматься своими делами. Убрав всё что мне нужно было для опытов, я задумался о правильности своего решения. Мне хотелось, очень хотелось, провести это расследование самостоятельно. Это происшествие слишком сильно меня заинтересовала. В череде рутинных работ это дело казалось глотком свежего воздуха. Но дело касалось здоровья и жизни молодой девушки. Могу ли я рисковать этим? Вдруг её отравят до того, как я смогу разобраться в этом деле? Но если я сейчас выдам то, что удалось обнаружить – даст ли это эффект? Скорее всего это просто спугнёт преступника. В этом случае проводить дальнейшее расследование будет намного сложнее, так как все узнают о нём. Если же отравитель находится среди жителей походного лагеря, то не исключено что мне запретят и лечением девушки. Отравитель выбрал тактику постепенного отравления, без ударной дозы, значит можно с большей долей вероятности сказать, что пока девушка в безопасности. Вечером я смогу ей предложить вариант, при котором она останется невредима, и преступник не догадается о начавшемся расследовании. Пожалуй, это верное решение. Пока никому не говорить о расследовании, кроме самой Дарьи Васильевны, а потом видно будет.

Итак, пришло время подвести некоторую черту и установить факты, которые удалось узнать. То, что дочь помещика была отравлена уже не вызывало сомнений. Яд был подмешан в напиток. Это факт. Однако она пила его не одна, а значит отравитель должен был находится с ней рядом чтобы яд не достался кому-то другому. Это даёт мне как минимум трёх подозреваемых. Отец вряд ли бы стал травить свою дочь. Непокорных дочерей обычно отправляли в монастырь. А тут единственная дочь, которая ведёт себя подобающим образом. Думаю, помещика Василия можно убрать из списка возможных отравителей. Суженный, сын второго князя, подозрителен. Именно он настоял на том, чтобы разбили походный лагерь. Но какие у него могли быть мотивы? Про второго помещика сказать что-либо нельзя, так как информации никакой о нём нет.

Ещё один вопрос который не выходил у меня из головы: почему отравление идёт потихоньку в малых дозах? Это не типично. Обычно если травят, то на убой и сразу. Тут же картина иная. Либо отравитель не разбирается в ядах и всё время даёт недостаточную дозу девушки, либо его цель не убийство. Но если не убивать дочь помещика, то какой смысл её так мучить? Допустим для того, чтобы сорвать процедуру благословения. Кому это нужно? Ответа на этот вопрос у меня пока не было.

Сейчас нужно придумать как помочь девушке так чтобы её отравители этого не заметили. К счастью, организм у неё крепкий, а дозы яда были малыми. Однако это не гарантирует того, что преступники не изменят своего подхода.

В плену своих размышлений я не заметил, как наступил вечер, а я ещё занимался описью новых книг в библиотеке. Надо было идти в лагерь наших гостей. Есть несколько идей, которые нужно претворить в жизнь. Уверен девушка мне поможет в этом.