Читать книгу Вне игры - - Страница 5

ДЭЙВ

Утро после поражения всегда пахнет похмельем. Не от алкоголя – от стыда. Но сегодня, странным образом, в голове была непривычная ясность. Таблетка сработала. Сработала так, будто кто-то выключил дрель, три часа долбившую у виска. Этот «кто-то» сейчас сидела в конце салона автобуса, уставившись в окно на унылый бостонский рассвет. Она была в том же просторном капюшоне, что и ночью, и под его тканью угадывались мягкие, пышные очертания, которые так контрастировали с её резкой, прямой осанкой. Сочетание, которое вставляло мозги в ступор.

В аэропорту царила привычная суета. Я ловил её на кончике зрения. Она дирижировала процессом, голос с металлической нотой усталости: «Гейб, проследи за Олли!», «Лиам, наушники!» Под глазами – синева. Бессонная ночь? Из-за работы? Или… Нет. Не буду туда лезть.

Наш борт – не какой-то рейсовый Airbus. «Гадюки» летают на своём Boeing 737: широкие кожаные кресла, пространство, чтобы вытянуть ноги. Обычно я ценил этот комфорт. Сегодня он казался ловушкой.

Я прошёл вглубь салона, игнорируя пригласительные взмахи ребят. И тут…

– Эй, Кэп, светило одинокое! – Лиам помахал мне из уютного углового диванчика у иллюминатора. И рядом, в кресле у прохода, склонившись над раскрытым ноутбуком, сидела… она. Судьба расставила мебель.

Я грузно опустился в кресло напротив Лиама. Между моим коленом и её локтем – меньше метра. Бортпроводница, знакомая в лицо, разносила напитки. Гул двигателей – мощный, но приглушённый фон.

– Спасибо, – сказал я, не глядя прямо на неё, когда стюардесса скрылась. – За таблетку. Голова прошла.

Она медленно оторвалась от экрана. В свете лампы её зелёные глаза казались огромными, с тенями под ними. В них не было вчерашнего понимания. Только ровный, профессиональный лёд.

– Не за что. Это моя работа.

Что-то ёкнуло у меня в груди. Не так.

– Это было больше, чем работа, – прошептал я, наклоняясь вперёд, чтобы не слышал даже Лиам.

Она замерла. Пальцы над клавиатурой сжались. В глубине её глаз метнулась искра. Паники? Признания?

– Не знаю, о чём ты…

– Ой, о чём это наш капитан так доверительно нашептывает нашей незаменимой мисс Чейз? – Лиам, проклятая бестия с радаром на всё запретное, свесился через столик. – Планируете следующий выезд? Или уже перешли к личным переговорам?

Жар от ярости и неловкости ударил в лицо. Амелия резко отвела взгляд к иллюминатору, но я успел заметить, как алеют её щеки и как напряглась линия плеча под мягким свитером. Плеча, которое на вид должно было быть таким же мягким и округлым, как и всё её тело – пышным, настоящим, таким контрастным по сравнению со спортивной сухостью женщин, что обычно вертелись вокруг команды.

– Лиам, иди в задницу и займись своим делом, – проворчал я.

– Моё дело – следить за моральным обликом команды! Так что, мисс Чейз, если наш кэп будет приставать – смело кричи. Я его блокирую!

Он откинулся, оставив густую, неловкую тишину. Гул двигателей стал навязчивым.

Прошло несколько долгих минут. Она не шевелилась. Но потом, почти шёпотом, она произнесла, глядя в темноту:

– Твой друг… у него слишком живое воображение.

– У него чутьё вратаря. Чует брешь в обороне за километр.

– А у нас есть брешь, капитан? – её вопрос повис в воздухе, острый, как клюшка.

Я обернулся. Она уже смотрела на меня. В её взгляде – вызов. И тот же страх, что грыз меня.

– Есть, – выдохнул я честно. – И если мы не научимся её прикрывать, она похоронит всё. Игру. Команду. Карьеры.

Она медленно кивнула. Её полные, выразительные губы сжались в упрямую линию.

– Значит, нужно играть умнее. И жёстче.

– Играть от обороны, – согласился я.

– Никаких контратак, – добавила она. И в уголке её рта дрогнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку. Горькую, кривую, но нашу, общую.

Она снова отвернулась к иллюминатору. Я откинулся в кресло, закрыл глаза, пытаясь заглушить белый шум в голове. Мы ничего не решили. Мы лишь начертили схему на доске, правила новой, самой опасной игры. Игры против этого рвущегося наружу желания не поговорить, а прикоснуться – провести рукой не по клавиатуре, а по тому мягкому изгибу её талии, что так призывно опиралась о спинку кресла.

А в двух метрах от нас Лиам тихо напевал какую-то песенку, абсолютно довольный собой. Проклятый вратарь. Он всегда знает, куда летит шайба. И где в твоей защите – самое уязвимое место.