Читать книгу Ледяной идол - - Страница 4

Первые часы пути были похожи на гипнотическое, монотонное болото. Белое, белое, белое. Лёд под гусеницами, небо над головой – всё сливалось в ослепительную, безликую пелену. Видимость была отличной, но это лишь усугубляло ощущение: видно было слишком далеко, и всюду – одно и то же. Никаких ориентиров, кроме редких, похожих друг на друга, чёрных скальных выступов. Навигатор работал, но его стрелка, указывающая на источник сигнала, казалась насмешкой: цель была невидима, скрыта за кривой ледяного горизонта.

Лана вела колонну, её взгляд постоянно бегал между показаниями приборов на панели снегохода и бесконечной белизной за бронированным стеклом. Скорость держали на отметке в тридцать пять километров в час – быстрее было опасно из-за скрытых трещин и неровностей. Тишина в общем канале связи стала тягостной. Казалось, сам ледяной мир высасывал из них не только тепло, но и желание говорить.

Первым не выдержал Зори. Его голос, обычно такой энергичный, прозвучал приглушённо, словно он боялся нарушить царящую вокруг немоту.

«Командир, связь с «Откликом» окончательно заглохла. Помехи усиливаются по мере нашего продвижения. Остаётся только коротковолновый канал между нами».

«Принято, – ответила Лана. – Как сигнал «Вектора»?»

«Стабилен. Как метроном. Ни колебаний мощности, ни изменений в цикле. Странно… обычно аварийные маяки со временем начинают «проседать». А этот… будто его только вчера включили».

В её шлемофоне раздался сердитый вздох Гарта. «Значит, либо у них там чудо-генератор, который год работает без перебоев, либо это не маяк «Вектора», а что-то ещё, что этот маяк имитирует. Я всё больше склоняюсь ко второму».

«Не спеши с выводами, – вмешался Кай. Его голос был спокоен, аналитичен. – В экстремальном холоде химические процессы в батареях почти останавливаются. Теоретически, заряд мог сохраниться. А если их корабль упал в место с геотермальной активностью…»

«Геотермальной? На ледяном шаре? – фыркнул Гарт. – Ты лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Давление в норме? Галлюцинаций нет от этой белизны?»

Кай помолчал пару секунд. «Белизна давит, не спорю. Снежная слепота – реальная угроза, даже через фильтры. Рекомендую делать остановки каждые сорок минут, просто чтобы перевести взгляд на приборную панель, дать глазам отдых. А так… физически пока нормально. Скафандр держит. Но изоляция… она ощущается на физическом уровне. Как будто мы не просто вдалеке от корабля, а в другом измерении».

Лана знала, о чём он. Это было не просто чувство одиночества. Это было ощущение, будто их четверо – последние живые существа во вселенной. И эта вселенная состояла из льда, камня и безмолвия. Ветер, их постоянный спутник, выл на разных тонах, словно пробуя голос. Иногда он звучал как плач, иногда как злорадный смех. И всегда – как похоронный марш.

Они сделали первую остановку через час. Снегоходы образовали квадрат, бортами друг к другу, чтобы хоть как-то защититься от ветра. Никто не выходил наружу. Сидели в своих кабинах, пили тёплую воду из трубок, жались к слабому теплу обогревателей.

«Полюбуйтесь видом, – мрачно пошутил Зори, транслируя панораму с внешней камеры. – Ни тебе дерева, ни тебе зверушки. Только лёд да тоска».

«Мне этот лёд не нравится, – сказал Гарт. – Смотрите на структуру там, у скалы. Видите эти линии?»

Лана увеличила изображение. Действительно, лёд у подножия чёрной скалы был не однородным. Он был собран в странные, концентрические волны, будто его вскипятили, а потом мгновенно заморозили.

«Термокарст?» – предположила она.

«На такой температуре? – усомнился Гарт. – Скорее, следы давления. Как будто что-то огромное поднималось из глубин и продавливало лёд. Или… опускалось».

Всем стало не по себе. Это было первое свидетельство того, что этот мир не всегда был таким статичным. Здесь что-то происходило. Давно. Или не очень.

Тронулись дальше. Пейзаж начал медленно меняться. Ровное плато сменилось пологими валами, которые становились всё выше и круче. Ледяные торосы, сначала редкие гости, теперь встречались всё чаще. Они вырастали из белой пустыни, как айсберги на суше, образуя причудливые, гротескные фигуры. Некоторые были похожи на застывших великанов, другие – на руины фантастических замков. Солнце, ползущее по белёсому небу, отбрасывало от них длинные, искажённые синие тени, которые словно тянулись к снегоходам, пытаясь ухватить.

«Рельеф усложняется, – констатировал Гарт. – Скорость придётся снижать. И осторожнее с тенями – под ними могут быть расселины».

«Зори, какая дистанция пройдена?» – спросила Лана.

«Семьдесят километров. До цели ещё около ста шестидесяти. При такой скорости… мы не успеем до темноты».

Это была простая и безрадостная математика. Солнце уже прошло зенит и начало клониться, окрашивая лед в более холодные, синеватые тона. Температура на датчиках поползла вниз.

«Значит, ищем укрытие, – сказала Лана. – Всё по плану. Внимательно смотрим по сторонам. Нам нужна скала, пещера, любая неровность, которая сможет защитить от ветра и даст хоть какую-то точку опоры для палатки».

«А если не найдём?» – тихо спросил Зори.

«Найдём, – ответила Лана с уверенностью, которой не чувствовала. – Ищем».

Ещё час они петляли между нависающих ледяных глыб, которые теперь образовывали целые каньоны. Воздух здесь был ещё холоднее, а ветер, гуляющий в этих искусственных коридорах, выл с удвоенной силой. Надежда таяла быстрее, чем лёд под гусеницами в момент их прохождения.

Именно Кай, с его наблюдательностью медика, первым заметил аномалию. «Стоп. Лана, посмотри налево. На скальной стене».

Лана остановила снегоход. Все взгляды устремились туда. Среди хаотичного нагромождения чёрного базальта и голубоватого льда выделялась почти идеально ровная, тёмная полоса. Она была вертикальной и уходила вверх, теряясь из виду.

«Трещина?» – предположил Гарт.

«Слишком ровная для природной, – сказал Зори, наводя на неё дальномер. – Глубина… не определяет. Сигнал теряется. Но ширина достаточная, чтобы загнать туда снегоходы. И главное – это скала. Она будет держать тепло лучше, чем лёд».

Решение нужно было принимать сейчас. Солнце уже касалось вершин ледяных пиков, отливая их кровью. Длинные синие тени слились в одну сплошную, лиловую мглу. Температура упала до минус ста двадцати пяти.