Читать книгу Как мои сыновья поступили в МГИМО - - Страница 2

– и мне хорошо

В конце второго класса у меня появилась большая и дружная компания: пятеро девчонок и пятеро парней. Мы были одноклассниками, жили в соседних домах и часто собирались после школы у Дениса – одного из наших мальчишек. Меня восхищали его дом и семья. Папа – наполовину азербайджанец, бывший военный, мама – русская, домохозяйка. Ее тоже звали Ириной, она была невероятно приветливой и гостеприимной, всегда радушно встречала нашу компанию, накрывала стол к чаю и героически сносила весь кавардак, который мы устраивали в их потрясающе красивой квартире. Мои родители в то время постоянно работали, а мама Дениса всегда была дома, и это казалось мне роскошью. Слово «домохозяйка» тогда для меня было олицетворением наивысшей точки женского счастья. То тепло, которое ощущалось в доме от ее присутствия, спокойствие, с которым она наблюдала за нашими активными играми, вызывали восторг.

Семья Дениса произвела на меня сильнейшее впечатление, и годам к тринадцати-четырнадцати я была убеждена, что у меня тоже будет так: муж – высокий, темноволосый, обязательно наполовину азербайджанец – будет обеспечивать семью, я стану домохозяйкой, и у нас появится двое детей. Все загаданное сбылось, но не сразу.

      Первым появился муж, высокий, темноволосый, наполовину азербайджанец, и предложил подумать, не хочу ли я троих детей. Я захотела. Первая беременность была тщательно спланированной и долгожданной. На втором узи я узнала, что нас ждет двойня, и приняла это легко, как данность. Только когда мальчишкам исполнилось три года и мы отдали их в сад, меня накрыло осознание, что я не хочу ходить на работу и буду счастлива проводить все время дома, с детьми. В декрет я уходила с руководящей должности в дочерней структуре крупной нефтяной компании, была абсолютно довольна своим карьерным развитием и не думала, что когда-нибудь решусь отказаться от него. О своих юношеских мечтах к тому моменту я подзабыла.

В офис из декрета я все-таки вышла. Первую неделю там было даже интересно: я принимала обратно дела, разбиралась с текущими вопросами. Ко второй неделе стало понятно, что текущие вопросы точно такие же, что и три года назад. Ничего вроде бы не изменилось, но в то же время изменилось все: я стала мамой, и мои мысли отныне были заняты не работой, а переживаниями о мальчиках, которые теперь коротали время без меня в саду. Я не тревожилась за их безопасность или за то, чему их там научат, но у меня было ощущение, что им не хватает моего тепла и внимания. Это чувство сильно тяготило. В детский сад парни шли с неохотой, когда приходило время расставаться, Дима частенько плакал. Все это не добавляло мне уверенности в своих решениях.

      Воспитатели заверяли, что переживать не о чем, мальчишки скоро привыкнут, все наладится и пойдет своим чередом. Тем не менее внутри меня гудел рой сомнений: «Зачем они будут к этому привыкать? Чтобы я сидела в офисе и тоже целый день думала о них? Чтобы у нас было всего пару часов на общение перед сном? Тогда зачем я вообще решилась на детей? Чтобы водить их в сад, где их кто-то будет воспитывать, а мне достанутся лишь совместные выходные?» Для меня этого было недостаточно.

На третью неделю я нашла себя плачущей в офисном туалете. Тоска по сыновьям была безграничной, моя душа разрывалась на части. Я не понимала, зачем согласилась выйти на работу, зачем обнадежила коллег, зачем отдала детей в сад, где им без меня наверняка тоже тоскливо. Все было бы по-другому, если бы я смогла отключить переживания и на все сто погрузиться в рабочий процесс, но это оказалось сильнее меня.

Муж быстро заметил мое состояние. Впрочем, я и не думала его скрывать. Да, я хотела уволиться , но у меня и на этот счет было полно метаний: «А как же деньги? Вдруг нам не будет хватать… А что скажут окружающие? Как это так, все работают, а я – нет. Так не положено…» Мне требовалась поддержка, и я сполна получила ее от мужа. Диалог был простым:

– Хочешь остаться дома с детьми? – спросил муж.

– Да! – созналась я.

Я хотела именно этого. Это было жгучим и осознанным желанием. Других перспектив для себя я не рассматривала. Даже варианты поработать проектно, по два часа в день, мне не подходили. Я была готова окончательно уволиться и заниматься только детьми и домом. Гулять с ними, готовить, заниматься их развитием. Меня абсолютно устраивало, что жизнь будет вращаться только вокруг детей и мужа, что контакт с внешним миром сведется к минимуму.

Вопрос семейного бюджета урегулировался быстро: мы сели, все посчитали и оказалось, что на основные расходы нам вполне хватает зарплаты мужа.

– А если что-нибудь пойдет не так? – робко спросила я Славу.

– Тогда это будет моей проблемой, – заверил муж. В вопросе обеспечения семьи он всегда был и остается гиперответственным.

Здесь мне хочется поделиться историей, которая лишь косвенно связана с воспитанием детей, но хорошо иллюстрирует, насколько серьезно можно относиться к своей роли в семье.

Однажды муж уволился с привычной работы и перешел в инвестиционную компанию, которая только начинала свою деятельность. Там искали человека, который бы знал рынок и мог наладить работу отдела с нуля. Слава идеально подходил под эти требования. Пару месяцев все шло хорошо, но потом и поддержка, и финансирование от руководства прекратились. Мужу снова пришлось уволиться. Это случилось перед Новым годом – временем всеобщей кутерьмы с примесью отчетов и дедлайнов. Мало кто в этот период занят поиском и наймом новых сотрудников. В итоге Слава полтора месяца не работал, но чтобы не тревожить и не расстраивать меня, продолжал каждый день уходить из дома, делая вид, что направляется в офис. Мальчишкам тогда было по полтора года.

Я узнала об этом эпизоде лишь спустя пять-шесть лет, и была огорчена тем, что муж не рассказал мне тогда обо всех проблемах. На что Слава справедливо заметил: «А что бы ты сделала? У тебя двое детей на руках, ты одна с ними целыми днями, дом вверх дном. Повесить на тебя еще и этот груз переживаний я не мог. Это была моя проблема и я ее решил». Должна признать, решил весьма благополучно.

Когда Дима и Денис подросли, и Слава рассказывал про этот случай в их присутствии, я видела серьезно-удивленные лица парней и их завороженные взгляды. Было видно, что эта история их поразила, и им было приятно осознавать, что папа в непростой ситуации повел себя как настоящий мужчина. На мой взгляд, лучше всего дети учатся именно на примере родителей. Реальные истории из вашей жизни звучат для них убедительнее, чем беседы об абстрактной морали. Когда вы делитесь своими решениями, ошибками или победами, простой разговор становится уроком, который запоминается надолго. Главное, чтобы информация была подобрана и преподнесена согласно возрасту, но об этом мы поговорим чуть позже. Сейчас самое время вернуться к моему решению стать домохозяйкой.

Я долго собиралась с духом перед разговором с начальником. Мучили мысли, что подумают в коллективе: подвела, не оправдала доверия, на меня зря рассчитывали. Казалось, что само мое решение – предательство. Но разговор прошел удивительно спокойно:

– Сергей Николаевич, я бы хотела уволиться.

Шеф только улыбнулся:

– Я на сто процентов был уверен, что ты рано или поздно примешь такое решение. Дети и дом – твое призвание, тут ничего не попишешь.

Та беседа окончательно успокоила меня: я поступаю правильно, просто слишком забочусь о том, что подумают окружающие. С тех пор я нигде не работала и у меня никогда не было желания вернуться в офис. При этом я всегда держу в голове запасной план на случай, если мужа не окажется рядом или его доход резко сократится. Я не живу в негативных мыслях и не прокручиваю без остановки эти сценарии, но мне важно понимать, чем я сама могла бы зарабатывать на жизнь, если такая необходимость возникнет.

Бывший руководитель неоднократно говорил, что поможет мне подыскать хорошую позицию, если я однажды решу вернуться в офис. Вряд ли, конечно, предложения были бы релевантны прошлой руководящей должности, но мысль о том, что я по-прежнему могу быть востребована в своей области, успокаивала меня. Однако, чем больше времени проходило после увольнения, тем яснее я осознавала: вернуться в профессию будет практически невозможно. Слишком много нововведений, за которыми я перестала следить. Волновало ли меня это? Нет. Если жизнь заставит, всегда можно пойти работать секретарем, кассиром или уборщицей. Грязной работы я никогда не боялась и для себя решила, что при необходимости начну с любой позиции и буду заново расти.

Еще один запасной план – устроиться на работу, которая позволяла бы закрывать базовые потребности, частично продать недвижимость и попробовать заняться бизнесом в сфере гостеприимства. Дизайн интерьера, кулинария и забота о людях всегда были мне близки и интересны. Чувствую, что в форс-мажорной ситуации могла бы решиться на эти перемены.

Приняв решение уволиться, я получила колоссальную поддержку от семьи. Моя мама сама стала домохозяйкой после рождения моей младшей сестры, поэтому отнеслась к новости с пониманием. Даже от свекрови, которая всю жизнь работала и параллельно воспитывала двоих детей, я ни разу не услышала ни малейшего намека на осуждение. Хотя, признаюсь, первое время ожидала его.

Позже я увлеклась флористикой и периодически участвовала в мастер-классах цветочного ателье. Мероприятия частенько заканчивались дружескими посиделками, где на вопросы о работе я всегда открыто признавалась: «Я работаю мамой близнецов». У кого-то такой ответ вызывал восторг и интерес, кто-то поджимал губы. Сценарий моей жизни действительно подходит не всем. Большая часть моих подруг – работающие мамы. Они прямо говорят: «Мы бы не смогли. Сидеть целыми днями дома с детьми – это слишком». Иногда от знакомых знакомых я тоже слышала реплики вроде: «А вам хватает денег? Я бы не смогла отказаться от личного дохода. Когда в семье работают и муж, и жена, можно позволить себе больше». Такие слова иногда задевали самолюбие, но не причиняли боли: нам действительно хватало на все необходимое, и я чувствовала себя на своем месте. Да, у нас с этими женщинами разные приоритеты, но важно уважать и их выбор, и свой.

С тех пор как я уволилась, семейная жизнь пошла по самому обычному и размеренному расписанию: завтрак, игры, уборка, прогулка, магазин, обед, сон, игры, ужин, подготовка ко сну. Может показаться, что в этом графике у мамы нет времени для себя, но это не так. Главное – желание найти его среди бесконечных бытовых дел. Когда у меня не было возможности ходить в фитнес-клуб, я занималась дома на коврике с гантельками. Ребята частенько махали руками рядом за компанию.

Дневной сон – время для моих журналов по дизайну и книг по кулинарии. Вечером – ванна или общение с мужем. Наши разговоры за чаем или бокалом вина – мой любимый ритуал. Пара часов для завтраков с подругой тоже всегда находилась, а иногда нам даже удавалось все правильно спланировать и укатить на пару дней в Подмосковье. Никогда не стоит забывать о себе и о том, что приносит вам радость. Стабильное эмоциональное состояние мамы – залог спокойствия ребенка. Не ждите, что кто-то придет и предложит вам помощь или организует досуг. Выделяйте в своем графике время на важные для вас занятия и договаривайтесь с родными о помощи в эти моменты.

Я до сих пор не воспринимаю заботу о доме и детях как работу. Осознание, что это – труд, порой тяжелый и физически, и эмоционально, приходит лишь тогда, когда кто-то указывает на это со стороны. У нас есть знакомая пара, которая заранее договорилась, что жена посвятит себя дому и воспитанию детей. При этом супруг сразу признал эту заботу официальным трудом и каждый месяц в определенное число переводил ей «зарплату». Такой подход кажется мне справедливым: он позволяет женщине не чувствовать себя нахлебницей и при этом снимает напряжение вокруг темы финансов в семье.

Если вы сейчас стоите перед выбором: выходить из декрета в офис или оставаться дома с детьми, я бы предложила подумать над корнем ваших сомнений. Если хотите остаться дома, но вас тревожит мнение подруг, коллег или соседей, постарайтесь на них не оглядываться. Сказать, конечно, легче, чем сделать. Просто поверьте: люди склонны судачить о жизни других, но, как правило, думают они только о себе. Когда речь идет о вашей судьбе, вашей семье и ваших отношениях с детьми, слушайте только свое сердце. Есть желание и возможность посвятить себя дому? Не упускайте такой шанс. Тем более, что это решение не навсегда, и при желании или необходимости вы можете его изменить. Передоговариваться внутри семьи и внутри себя – это нормально.

Еще один способ принять решение – вынести на бумагу все страхи и переживания и взглянуть на них как бы со стороны. Возможно, вы увидите, что не такие уж и устрашающие перспективы вас ждут. Или, наоборот, поймете, что сейчас остаться без собственного заработка – не самая удачная идея. Или что для хорошего самоощущения вам нужно заниматься чем-то помимо семьи, и роль мамы-домохозяйки вам просто не подходит.

Маленькие дети долго были моим прикрытием в решении быть домохозяйкой. «А вы где работаете? Нигде? А почему? А, дети маленькие. Тогда понятно». Но чем взрослее становились парни, тем чаще я ловила себя на ощущении, что занимаюсь чем-то незаконным. Другие мамы работают, но как-то же умудряются все совмещать. А у тебя, Ира, какая важная социальная функция?

Масла в огонь периодически подливали и вскользь брошенные фразы знакомых: «Тебе просто повезло и с мужем, и с детьми». Такие комментарии рождали во мне ощущение, будто сама я почти не играю роли в происходящем. Словно все мои ежедневные старания в поддержке близости и контакта в семье обнуляются. Все действительно начинало выглядеть так, будто получилось само собой.

Когда сажаешь цветок, из семечка сначала появляется росток, потом бутон, и вот перед тобой распускается живое чудо – результат твоего терпения и заботы. Когда ходишь на работу, за твое время и старания тебе платят зарплату. Если работаешь особенно усердно, тебя повышают в должности, дают премию. Но если твоя работа – семья, как оценить свой результат? В чем он может выражаться? В умных и дисциплинированных детях? А вдруг это просто гены? Такие рассуждения раньше сильно выбивали меня из колеи и заставляли сомневаться в себе. Много позже я пришла к выводу, что люди, отпускающие подобные комментарии, используют их в качестве оправдания собственного бездействия: им нравится моя семья и те порядки, что царят внутри нее, но они не хотят так же вкладываться в отношения с близкими. Им проще меня обесценить.

При этом я знаю много мам, которые готовы сами загнать себя в чувство вины за то, что хотят или должны совмещать работу и родительство, и не могут все время уделять только детям. Им мне хочется сказать только одно: прекратите самоедство! Чувство вины сильно отравляет жизнь не только вам, но и вашим близким.

Как правило, сценарий у всех похож: вы стремитесь больше бывать с ребенком, но не всегда это получается. То звонок рабочий отвлечет, то срочное дело попросят сделать, то для завершения отчета снова придется задержаться в офисе. В итоге любой контакт с ребенком превращается в истерическую гонку: «Я должна успеть провести время вместе как можно лучше, как можно дольше, как можно качественнее». Ребенок при этом чувствует повисшее в воздухе напряжение и тоже не может расслабиться. Контакт, который мог бы принести радость, в результате всех только тяготит.

Даже если у вас совсем мало времени на общение с ребенком, постарайтесь сделать его спокойным и размеренным. Это должно быть ваше время наедине: пусть малыш понимает, что сейчас вы только с ним. Ни с подругой по телефону, ни с другим ребенком, ни с кем-то еще. Даже десять минут по дороге из школы домой, когда вы полностью сосредоточены на разговоре, могут оказаться решающими для ваших отношений.

Мама-домохозяйка – не залог хороших отношений с детьми, равно как и наоборот – если вы работающая мама, это не значит, что вы плохо воспитаете детей или не сможете выстроить близких, доверительных отношений. У меня есть пример, когда мама была рядом с ребенком в момент ответственных соревнований, но лучше бы в тот день ее вызвали на совещание.

Это было еще до школы. Дима и Денис занимались айкидо, и мы вместе поехали на чемпионат в Курск. Среди детей из местных клубов была классная девчонка, которую мы хорошо знали по прошлым турнирам. Ровесница моих ребят, бойкая, харизматичная, невысокого роста, крепкого телосложения, с очень миловидным лицом. Она всегда побеждала в своей категории.

В тот раз Дима занял первое место, а Денис – ничего, и, естественно, сильно расстроился. Мы сидели на трибуне, утешали его, обнимали, говорили, что он молодец, сделал все, что от него зависело, и это самое главное. Все порой проигрывают, это нормально. Вернемся домой, отработаешь элементы и в следующий раз все обязательно получится. Проигрыш – не конец света.

В этот момент проходил очередной поединок за третье место, и оказалось, что наша знакомая девочка в нем проиграла, осталась без медали. Там же, на татами, она начала плакать навзрыд. Ее мама стояла в пяти метрах от нас, и когда дочь в истерике шла к ней, расставив руки для объятий, мама сухо заявила: «Не подходи ко мне. Мы столько занимались! Как можно было проиграть?». На ее реплику обернулись все родители в зале: мол, женщина, вы в своем уме? Это дошкольные соревнования по айкидо, детям по пять-шесть лет! Та мама была непреклонна. Она взяла рюкзак и рванула на выход.

Мы еще несколько раз встречались с малышкой на соревнованиях, и я всегда держала за нее кулачки: «Хоть бы не проиграла». Возможно, так и воспитывают олимпийских чемпионов, но мне важнее вырастить счастливых и уверенных в себе людей. Поэтому периодически я вспоминаю о примере других двух мам, которые, несмотря на плотный рабочий график, всегда находили время и силы на искренний интерес к жизни детей – это моя свекровь и ее подруга.

В классе седьмом-восьмом у Славы начались проблемы с уроками литературы: они его просто не интересовали. Моя будущая свекровь, журналист ТАСС, не могла позволить, чтобы ее сын не усвоил русскую классику, поэтому велела прочитать хотя бы школьный минимум. Слава выполнять поручение не торопился, и тогда Татьяна Михайловна начала по часу в день читать ему сама. Если в процессе Слава начинал дремать, свекровь будила его и положенный час начинался заново. На то, чтобы прочесть все произведения, у них ушел год.

Второй пример – подруга Татьяны Михайловны. У нее было трое детей, и она сумела приобщить их всех к своей страсти – рукоделию. Вечерами они садились за стол, доставали нитки, лоскутки, тесемки и все дружно начинали мастерить. Когда мама сидит рядом, ребенку интересно заниматься чем угодно: пример близкого человека вдохновляет его на любые дела.

Каждая из женщин действовала по-своему, но каждая осознавала важность времени, которое они проводят с детьми. Это была база, на которой сегодня основываются их теплые отношения с уже взрослыми дочками и сыновьями.

Независимо от того, решили вы полностью посвятить себя дому или продолжить карьеру после рождения ребенка, есть три вещи, которые делают ваше общение с детьми по-настоящему ценным: безусловная любовь, искренний интерес и способность отделять личность ребенка от его поступков.

Это кажется очевидным, но за нашими признаниями «Я так его люблю» все равно часто стоит какое-то качество или действие ребенка. «Он самый красивый в группе!». «Молодец, так рано научился читать!». Моя любовь не всегда была безусловной. Она стала такой по мере взросления детей и по мере того, как я училась относиться к ним абсолютно одинаково вне зависимости от того, успешны они в чем-то или нет. В окружении всегда найдутся дети, которые будут в чем-то лучше моих ребят. Кто-то будет играть на музыкальных инструментах, а мои – нет. Кто-то будет ездить на лошадях, а мои – нет. Моя задача как мамы – любить их просто потому, что они есть и они мои дети. Безусловная любовь – это самое главное в детско-родительских отношениях.

Затем идет искренний интерес к ребенку. Когда к вам приходят с проблемой или вопросом, мне кажется важным оставить дела на три-пять-десять минут и сфокусироваться на ребенке. Вот принес он свой рисунок с кривым человечком, спроси, почему выбрал такие цвета. А что нарисовано рядом? А что ты представлял, когда рисовал эту картинку? Дети гораздо проницательней, чем мы себе представляем, и отлично считывают, когда мы, взрослые, формально отмахиваемся («Ой, как классно…»), а когда искренне проявляем интерес.

Кстати, про детские рисунки и поделки. Как правило, их накапливается очень много, и не всегда понятно, какие лучше отправить на макулатуру, а какие сохранить для семейной коллекции. С Аней, например, я решаю этот вопрос так: раз в несколько месяцев мы садимся, достаем все накопившиеся работы и вместе обсуждаем, что из работ ей хотелось бы оставить, а что можно сложить на переработку. Процентов семьдесят, как правило, безболезненно уходит в мусор. При этом я как мама получаю еще два бонуса: провожу с дочерью время за общим делом и учу ее критически относится к своей работе. На мой взгляд, это важный навык.

Третья вещь, которая влияет на отношения между детьми и родителями – это умение взрослых отделять ребенка от его поступков. С мальчишками у меня это получалось в меньшей степени. С Аней, в силу приобретенного родительского опыта, получается лучше. Я всегда делала замечания парням, если они вели себя неправильно. Им, конечно, это никогда не нравилось, они злились и обижались. В такие моменты мне важно было объяснить, что я их по-прежнему люблю, но их поступки меня расстраивают. Не ты плохой, но то, что ты сделал – плохо, так нельзя. Если ребенка надо поругать, то ругать следует именно за проступок.

Подводя итог этой главы, мне хочется сказать, что я счастлива выбором, что сделала однажды, – отказаться от руководящей должности и карьерного роста, посвятить все свое время и внимание детям, заполнить будни заботой о доме и семье. Но успех моих детей и наши теплые отношения выстроены не на моем постоянном присутствии рядом с ними. Быть мамой-домохозяйкой – не единственная возможность стать хорошей мамой. Каждой из нас важно разрешить себе тот формат жизни, в котором ей нам комфортно. Хочется оставаться дома – оставайтесь и не сомневайтесь в правильности своего выбора. Нужно работать – продолжайте карьеру, помня, что это никак не умаляет вашей значимости в глазах детей.

Как я писала выше, дело совсем не в количестве часов, проведенных с ребенком. Дело в том, как вы с ним общаетесь. Как внимательно его слушаете. Как искренне проявляете чувства. Именно эти детали в итоге запомнят и дети, и вы.

Я – дома, потому что мне так хорошо. А вы, быть может, продолжаете работать, потому что так хорошо вам. И обе мы можем быть прекрасными, любящими, внимательными и теплыми мамами.