Читать книгу Сборник рассказов «Побег из душегубки» - - Страница 9

Перед входом в магазин спала дворняга. Её перешагнули два похмельных друга. Они шли за бутылкой воды, но, как часто бывает в таких ситуациях, решили купить всё-таки пива.

– И что-нибудь заморить червячка, – Денис щёлкнул языком. Голова его не слишком беспокоила.

Состояние Никиты было значительно хуже. Слабость, разбитость, сухость во рту и чувство вины. Сознание туманилось, и в этом тумане зашевелился дождевой червячок. Омерзительный, как кровяная сопля. Никита поморщился.

– Не хочу я никого морить. Пива хочу. Есть полтинник.

– Маловато, – Денис задумался на секунду. – У меня тоже полтинник.

Друзья зашли в магазин. Самая дешёвая литрушка пива стоила девяносто рублей. Самые дешёвые сухарики – двадцать.

– Не заморить нам червячка, – Денис огорчённо вздохнул. Никиту всё устраивало.

Друзья направились к кассе. Перед ней стоял рекламный лоток завода «Третий поросёнок». На его логотипе, однако, были изображены все три поросёнка: Ниф-Ниф, Нуф-Нуф и Наф-Наф. Никита улыбнулся впервые за это похмельное утро. В детстве «Три поросёнка» был его любимейший мультик.

– Акция! Скидки! Возьмите колбасёнку на пробу! – прогорланила девушка.

На ней была майка с надписью: «ЛУЧШИЕ КОЛБАСЁНКИ ИЗ ТРЕТЬЕГО ПОРОСЁНКА».

– А кто из них третий? – поинтересовался Никита. – Наф-Наф что ли?

– Что? – девушка растерялась.

– Не слушайте его! – вмешался Денис. – Дайте-ка мне лучше на пробу эту вашу колбасёнку!

Девушка протянула шпажку с наколотым на неё сырокопчёным мясным бочонком.

– А вы будете?

Никита непроизвольно сглотнул слюну. Внутри у него началась борьба между похмельным желанием мяса и отвращением к тому, что формально придётся съесть Наф-Нафа.

– Нет! Наф-наф – победитель, а победителей не едят.

– Зря. Вкусно! – Денис облизал пальцы. – Сколько они со скидкой стоят?

– Шестьдесят рублей.

– О! – у Дениса загорелись глаза. – Совсем забыл, что у меня есть ещё полтинник! А это значит, что червячка мы ликвидируем колбасёнками!

Никита вздрогнул. Ему представилась теперь не только кровяная сопля, но и фарш из Наф-Нафа. К горлу подступила тошнота. Сдавило виски. Он воскликнул.

– Наф-Наф – из нашего детства! Это кощунство!

– Ты водочки, видать, вчера перепил! – Денис хохотнул. – Поросёнок, он и есть поросёнок. Они рождены, чтобы стать колбасёнкой!

– Неправда! Наф-Наф – герой!

Рассмеявшись, Денис обеими руками показал на лоток.

– Герой-негерой, но такова се ля ви поросячья. Быть колбасёнкой!

– Смотри, чтоб твоя се ля ви не стала такой же! – огрызнулся Никита. – Третьим поросёнком может стать каждый! Мы ведь с поросятами одного царства. Животные. Сегодня третий поросёнок – Наф-Наф, а завтра – ты! Не зарекайся!

– Бред! Где человек и где свинья!

– Человек хуже свиньи. Человек испорчен мозгами!

– Вы на кассу? – cпор друзей прервал мужчина в камуфляжных штанах.

Друзья вышли из магазина. Денис пшикнул литрушку и жадно глотнул из неё. Следом глотнул Никита. На душе у него тут же полегчало, но опять вмешался третий поросёнок.

– Замечательный сырокопчёный Наф-Наф. – Денис закинул в рот колбасёнку. – Будешь?

– Нет.

– Гав! – дворняга проснулась.

– Дай ей вместо меня, – попросил Никита.

– Ещё чего! Я собак не подкармливаю.

– Почему?

Денис сделал два глотка и выпалил одним духом.

– Родился я в провинции. Жили мы в хрущёвке тридцать метров. Сами ютились, как животные. Поэтому плевал я на собак. Пусть кормятся, где хотят. Для них действует закон естественного отбора. Я, вообще, по своему менталитету дарвинист!

Дворняга начала скулить.

– Неужели тебе не жалко её?

– Жалко, – дарвинист закинул в рот колбасёнку. – Но ещё Достоевский писал, что русские люди подкармливать собак не любят.

Головная боль Никиты стала пульсирующей.

– Русские значат морят животных голодом? Живодёр ты, вот ты кто! Классика ещё приплёл.

– Классиков я чту! Как раз недавно перечитал «Муму», – Денис начал хохотать. Из его рта полетела свинина.

Кусочек попал Никите в лицо, от чего он издал нечленораздельный вопль. Выхватил у Дениса колбасёнки и побежал прочь. Дворняга взвизгнула, будто лакомство украли у неё, и бросилась следом. Дарвинист тоже кинулся догонять, закручивая на ходу литрушку, но споткнулся и проехался лицом по асфальту. Ещё и пиво разлил.

Поднявшись, Денис захромал в сторону дома. Он проклинал всё на свете, как вдруг увидел, Никиту, который скармливал колбасёнки дворняге. Дарвинист схватил арматурину и кинулся на обидчика, но вмешалась собака. Она не стала разбирать, на кого направлена железная палка. Дворняга приняла всё на свой счёт, ведь по своей сути она тоже была дарвинистом. Никита собаке помог: сначала – ногами, потом – арматуриной.

Очнулся Денис в больнице. Тела он не чувствовал. Он попытался крикнуть, но получился лишь стон. В палату зашёл врач.

– Вас избил собутыльник и покусала собака. Травмы серьёзные. Сильно пострадали почки. Левую пришлось удалить. Правая функционирует плохо. К сожалению, органов на пересадку сейчас нет. Но выход есть.

– Ка… Ка…

– Какой? – подсказал врач. – Почка трансгенного поросёнка. Всего наши учёные пока их вывели три. Двоих мы уже использовали. Первому пациенту пересадили сердце. Пациент умер через неделю. Второму пересадили печень. Умер через месяц. Остался третий поросёнок. Мы готовы пересадить вам его почку. Вы… согласны? Можете просто кивнуть.

Денис ответил.

– Наф-наф.

Сергей К.

19-26.11.2024, Реутов