Читать книгу Истинные. Заберу тебя себе - - Страница 12

Я схожу с ума от Саши. Меня кроет от нее беспощадно.

Не управляю собой, почти. Зачем… зачем….

Я смотрю на обнаженную Сашу и зверею. Пальцами провожу по местам, где особенно сильно корсет стягивал ребра. Ее кожа сплошь покрыта синяками.

Убью! Уничтож-ж-жу! Всех тварей, кто причинил ей боль!

Я смотрю на ее потрясающую фигуру. Острое желание обладать вспышкой пронзает, но тут же грудь стягивает от невыносимой ярости! Я хочу рвать и кромсать. Не контролирую себя и словно сквозь толщу воды смотрю на то, как пальцы трансформируются, приобретая звериные когти.

Если останусь с ней, поцарапаю и без того тонкую кожу.

Саша – само воплощение хрупкости…

Птичка…

Спешно скрываюсь в ванной. Она не должна меня таким видеть!

Она даже фениксов не воспринимает. Думает, что это все происходящее вокруг объяснимо обычной человеческой логикой.

Все просто. А если сложно, нужно упростить. Нельзя допускать мысли, что невозможное возможно, иначе выстроенный мир верхушкой иерархии – Фениксами, потерпит крах.

Как сложно мне с ней. И просто одновременно.

Я рвусь к ней, слыша ее плач. А увидев ее лицо, покрытое синяками, едва снова не срываюсь. Но обнимаю ее. Так легче.

Не найдя способа лучше, чтобы успокоить нас обоих, я обнимаю ее, крепко прижимая к себе. Таю от ее близости. Вдыхаю запах ее. Особенный. Природный. Какой-то чистый и морозный.

От Саши веет холодом – она замерзла от ледяной воды, но я согреваю ее собой, своим телом. Не отдам ее никому. Моя она.

Вот и как ей это объяснить? А если узнает, кто я на самом деле?

И Полина наверняка уже знает, что птичка эта принадлежит мне без всяких компромиссов. Знает и то, что ни на какой обмен я не соглашусь, пусть это и выглядит так, будто я от брата отказываюсь.

Она не знает, о чем я говорил с Кантемировыми.

А как Саша удивится… понимаю, что подобный спектакль она не оценит, но это лучше, чем возвращаться в золотую клетку к фениксам.

– Я хочу праздновать, – дрожащим голосом щебечет Саша. – Можно?

– Можно, – улыбаюсь ей, заглядывая в ее яркие голубые глаза.

Да… ей можно все. Я подарю ей весь мир. Сотру в порошок любого, кто попытается причинить ей боль.

Понимаю, что со мной происходит. Но внутренне, пока что, бунтую против своей природы, хоть и глупо это.

Приказываю себе не трогать ее губы и не рвать на ней одежду. Вместо этого касаюсь в поцелуе ее макушки. Если бы Саша знала, если бы знала…

Монстр внутри превращается в милого пушистика рядом с ней. И я правда, физически ни за что не смогу причинить ей боль.

Но морально… морально нам еще предстоят испытания.

Сражения…

Мы спускаемся обратно в гостиную. Полина тоже там.

– Не спишь? – интересуюсь у нее. Конечно, я веду себя как скотина, но рядом с Сашей не могу соображать.

Птичка в приоритете. Все остальное – неважно.

– Я знала, что вы вернетесь. Поэтому ужин вам не принесли. Я немного отдохнула и вернулась. Ненадолго. Мешать не буду, – она подмигивает, улыбаясь.

Держится молодцом, несмотря на всю неопределенность с Сергеем. Она еще и беременна. И мне бы беречь ее…

– Как тебе мой наряд? – крутится перед Полиной Саша, приседая в реверансе и оттягивая, словно юбку, спортивные штаны.

– Выглядишь богемно! Как никогда! – смеется Полина. – Прости меня за то, что наговорила.

– Все в порядке. Я понимаю тебя.

Я не знаю, разве можно быть такой великодушной и щедрой на эмоции, как Саша? Она же не жалеет себя, спалит всю себя, не оставив себе… себя…

– Что ж, хотя и поводов для радости немного, но давайте отпразднуем? Куранты пробили и желание не успели загадать, но я предусмотрительно сохранила видео, – Полина берет пульт от телевизора, занимающего одну из стен гостиной, и включает запись новогодних пожеланий от верхушки власти.

– Ты запись курантов включишь сейчас, что ли? – смеюсь я над Полинкой. Наивная, как дитя. И это добавляет мягкость и доброту в нашу с Сергеем жизнь.

Очень надеюсь, что смогу вытащить брата. Если Сандра Огнецвет – наш ключ к разрушению власти фениксов, то вскоре мы воссоединимся всей семьей.

– Не, ну а что? Почему мы должны зависеть от времени? Пусть время зависит от нас, – хихикает Полина.

Я поворачиваюсь к Саше, беря ее ладонь в свою.

– Шампанское налей, Дим. А мне сок, только водой разбавь, – распоряжается Полина.

Но в этот момент происходит нечто странное.

Время будто замедляется. Полина еле шевелится. Я различаю мерцание гирлянды на елке. Волосы Саши скользят ей на лицо. Я могу сосчитать по секундам момент, как она моргает.

Но сам взгляд ее осмысленный. Быстрый. Быстрее этого времени. Также как и я в ее коконе. В клетке вместе с ней.

Не выдерживаю и моргаю.

Время вновь движется с прежней скоростью.

Что это сейчас было?

В недоумении иду к праздничному столу в столовой. Саша не отходит от меня ни на шаг.

– Саш, помоги мне, пожалуйста, – прошу ее, вручая два бокала для шампанского ей в руки. – У тебя не было сейчас такого странного ощущения времени, будто…

– Все замедляется? – тихонько спрашивает меня. – У меня часто такое бывает, когда я захочу запомнить счастливые мгновения. У меня их не так много. Извини, я бывает, зависаю. Не хотела тебя пугать.

Что за, нахрен, такое – «зависаю»? Я отчетливо находился в замедленной съемке. И держа за руку Сашу, во всей мере испытал на себе эту «заморозку».

Но до меня доходит еще и то, что этот момент – здесь и сейчас – счастливый для нее.

Тем большим ублюдком я себя чувствую.