Читать книгу Книга номер 2000000001 - - Страница 7

Взросление не давалось никому легко. Но у других, по крайней мере, была надежда.

А у меня – только этот гул внутри: «Ты не такой. Ты не годишься. Ты мешаешься».

В подростковом возрасте впервые хочется жить. Не просто дышать. Не просто отсиживать уроки. А чувствовать. Сильно. Глубоко. Больно.

Хочется, чтобы кто-то посмотрел тебе в глаза и сказал: «Ты мне нравишься. Просто так. Без условий».

Но проблема в том, что ты не знаешь, кто ты. Ведь тебя всю жизнь учили быть «хорошим», «тихим», «как все». А быть собой – было запрещено ещё в садике.

И вот ты стоишь в 14 лет с гормонами, которые бушуют, с тревогой, которая не отпускает, с эрекцией каждые полчаса – и думаешь: Почему никто не хочет меня?

Почему я самому себе противен?

Ты смотришь, как другие парни: – Подходят, шутят, берут за руку. – Целуются на лестнице, не стесняясь. – Говорят: «Ты классная» – и им верят.

А ты?

Ты молчишь. Ты жмёшься к стене, как тень. Ты в голове повторяешь фразы из видео:

«Смотри в глаза. Улыбайся. Не показывай, что боишься».

Даже заметки вёл:

Если она говорит «привет» – отвечай так. Если смеётся – скажи это. Не мямли. Будь уверенным.

Но когда подходишь – голос дрожит. Руки потные. Слова застревают.

И ответ всегда один: – Ты не нормальный. – Просто мне сейчас никто не нужен. – Может, потом?

Потом так и не наступает.

Остаётся только одиночество. Только чувство, что внутри тебя – слишком много боли, и никто не выдержит её рядом.

А вокруг – истерика.

– Все уже трахались! А я только и слушал: – Ты что, девственник? Да ты фригидный! – Бля, мужик должен быть мужиком!

Как будто секс – это экзамен. И если не сдал к 16 – ты недочеловек.

Но я хотел не просто секса. Я хотел любви. Хоть капли. Хоть на минуту.

А вместо этого – советы: – Сходи в бордель. – Это легко. – Просто сделай – и всё.

И тогда становится ясно: никому не важно, чтобы ты чувствовал близость. Важно, чтобы ты был «опытным». Чтобы ты вписался в игру. Только вот карт тебе не дали. Ты сидишь за столом без колоды – и все смеются, что ты не играешь.

А желание?

Оно растёт. Физическое. Острое. Жгучее. Иногда кажется – вот-вот лопну, если не найду выход.

Но выхода нет. Только руки. Только тишина ночью. Только стыд после.

Как будто я сделал что-то грязное. Как будто даже это – неправильно.

И самое худшее – ты начинаешь верить: «Я один такой. Все остальные – живут. А я – нет».

Ты думаешь:

У них есть отношения. У них есть объятия. У них есть кто-то, кто говорит: «Ты важен».

А у тебя – только зеркало. И оно шепчет:

Ты – ошибка. Ты не создан для этого. Если бы ты был нормальным – тебе было бы легче.

В детстве я не хотел умирать. Я хотел, чтобы меня услышали.

В школе я не хотел умирать. Я хотел, чтобы меня приняли.

А теперь…

Теперь я хочу смерти по-настоящему.

Не от страха. А от боли.

Постоянной. Без перерыва. Без просвета.

Я не знаю, как стать живым. Я знаю только одно: если я перестану быть – боль тоже исчезнет.

Школу я так и не закончил.

После восьмого класса дети не повзрослели. Они оскотинились.

Раньше хватало пинка или удара кулаком. Теперь – ножи в карманах. Теперь – порезанная куртка. Теперь – волосы, отрезанные насильно. Теперь – лицо, засунутое в унитаз, пока не задохнёшься.

Мне было страшно. Не «немного». По-настоящему.

Я перестал туда ходить.

Не потому что «ленился». Не потому что «не хотел учиться».

А потому что выживание стало важнее оценок.

И я ушёл.