Читать книгу Брат мужа. Наследник любой ценой - - Страница 2

Эрика

***

Я сидела на дизайнерском диванчике, обитом кожей цвета слоновой кости, поглощенная глянцевым журналом, но на самом деле наблюдала за происходящим вокруг.

Надо отдать должное частной клиники моего мужа (на самом деле, одной из многих!) – тут все было на высоте.

Врачи в белоснежных халатах сновали туда-сюда, шурша папками с медицинскими картами.

Па́ры, в основном молодые, томились в ожидании у дверей кабинетов. У одних женщин уже отчетливо проглядывали животики под просторными туниками, в глазах светилась надежда и трепет.

Женщина напротив меня нервно теребила ручку сумочки, пытаясь скрыть волнение за маской равнодушия.

Во взглядах читалась смесь страха и ожидания чуда.

Впрочем, их любопытные взгляды то и дело возвращались ко мне.

Я здесь явно не вписывалась. Словно сошла с другой планеты в этот мир материнства.

Мой кашемировый костюм от запрещенного бренда, туфли на шпильке и бриллиантовое колье никак не вязались с атмосферой клиники репродуктивной медицины.

Я чувствовала себя экспонатом в музее современного искусства. Они смотрели на меня с любопытством, смешанным с легкой завистью и, возможно, осуждением.

Богатая молодая жена владельца клиники, которой, казалось, не знакомы проблемы, с которыми сталкивались они.

Я же чувствовала себя виноватой, хотя и не понимала почему. Муж все еще не приехал, и ожидание начинало тяготить.

Из одного из кабинетов, с табличкой «Старший акушер-гинеколог Боженов Евгений Викторович», вышел мужчина в халате лет тридцати.

Высокий, стройный, с небрежно расстегнутым воротом идеально выглаженной рубашки, он первым делом обвел взглядом коридор.

Его глаза – глубокие, цвета грозового неба, с россыпью золотистых искр – словно сканировали пространство.

Четко очерченные скулы, прямой нос, чувственные губы, тронутые легкой полуулыбкой, – Боженов являл собой воплощение мужественной красоты.

Он был как ожившая скульптура эпохи Возрождения, только в современном антураже.

Женщины вокруг замерли, зашептали.

В его присутствии все вокруг казалось менее значительным, менее важным. Он был словно эпицентр притяжения, источник света в этом стерильном мире ожидания.

Но вот его взгляд задержался на мне, сидящей на диванчике.

Полуулыбка мгновенно исчезла, уступив место строгому, даже мрачному выражению. Нахмурив безупречные брови, он бросил взгляд на часы.

Мгновенно моя кожа покрылась предательскими нервными пятнами.

Сердце застучало с бешеной скоростью, словно пытаясь вырваться из груди.

После того инцидента в его кабинете я больше не могла смотреть ему в глаза.

И сейчас мне хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться в воздухе, лишь бы не сталкиваться с его взглядом.

Это был родной младший брат моего мужа.

Молодой и очень талантливый, по словам женщин и семей, мечтающих завести детей.

Но я наслышана о совершенно другом таланте – за закрытыми дверьми спальни.

Распутник, любитель женщин, самый известный молодой холостяк столицы.

Кто только за ним не гонялся в попытке заарканить и приручить такую добычу.

Богатый, одаренный мозгами и большим достоинством (так поговаривают, я сама лично не проверяла), да еще и врач – мечта, а не мужик!

Хм, каждому свое.

Я терпеть его не могла. Видела, что за его милыми улыбочками скрывается настоящая сволочь, совершенно не уважающая женщин.

Мой муж, Александр, был полной противоположностью брата. Серьезный, ответственный, посвятивший себя бизнесу и, казалось, совершенно не замечавший женского внимания, направленного на него.

Он был надежным, как скала, и совершенно предсказуемым. С ним я чувствовала себя в безопасности, хотя и… несколько скучно. Но это уже другая история.

Евгений, напротив, казался воплощением хаоса. Его легкость меня раздражала. Я видела за ней пренебрежение, эгоизм и цинизм. Он смотрел на женщин, как на трофеи, и мне было от этого противно.

Он работал в клинике, принадлежащей моему мужу, но фактически находящейся под его контролем.

Золотой мальчик, купающийся в славе и поклонении… пф!

– Мой брат еще не подошел? – спросил он.

Черт, его голос… я и забыла какой у него бархатный тембр, приятный, чарующий, аж мурашки побежали по коже.

Я не отрывала взгляда от журнала, стараясь выглядеть незаинтересованной.

Честно говоря, думала, вопрос был адресован одной из его помощниц или медсестер, коих вокруг всегда крутилось предостаточно.

И только когда он коснулся указательным пальцем моего журнала, опустил его вниз, глядя на меня, слегка приподняв бровь, я поняла, что он спрашивал у меня.

Я отзеркалила его морду, без слов говоря: "А ты сам не видишь?"

Мой взгляд говорил все за меня – презрение, неприязнь и желание поскорее покинуть его поле зрения.

В его глазах мелькнула тень, то ли удивления, то ли злости, но он тут же взял себя в руки.

Этот человек привык получать то, что хочет, и, судя по всему, мое нежелание сотрудничать его раздражало.

Что ж, тем интереснее. Я не собиралась ему уступать.

Раздался звонок моего телефона.

Я подняла трубку, увидев на заставке нашу с Сашей свадебную фотку, и промурлыкала нарочито громко и кривляясь, строя из себя типичную дурочку-блондинку.

– Да, мусик, ты где? Мы тебя заждались!

Но в трубке прозвучал другой голос, чужой, резкий, сдержанный, от которого у меня пробежал мороз по спине.

Сердце предательски булькнуло. По телу разлилось ледяное предчувствие.

Что-то было не так, что-то ужасное…

– Говорит капитан полиции Петренко. Вы являетесь супругой Александра Викторовича…

И дальше я почти не слышала. Слова, как обрывки в сознании.

Авария… мгновенная смерть… погиб на месте…

Телефон выпал из моей руки, глухо стукнувшись о мраморный пол.

Мир вокруг расплывался, теряя краски и очертания. В голове загудело, словно в улье, а в груди разрасталась пустота…

Из глаз хлынули слезы, обжигая щеки. Я не могла пошевелиться, не могла вымолвить ни слова.

Я подняла на Евгения невидящий взгляд.

Просто смотрела на его размытое, хмурое лицо, словно в нем могла найти ответ, объяснение, опровержение…

Мир рухнул.