Читать книгу Галактика в её объятиях - - Страница 2

Храм, который ревновал

Храм Сердца встретил Вандо тишиной.

Не той тишиной, что бывает в пустых залах или заброшенных руинах. Эта тишина была живой. Она наблюдала. Она дышала сквозь стены, шевелилась в лианах, пряталась в чашах с мерцающей водой и в тёмных углах между колоннами.

Селена почувствовала это сразу, как только мховой олень вынес их из дождя к подножию храма.

Эймара не хотела впускать чужака.

Ступени перед ними едва заметно дрогнули. Камень потемнел, будто наполнился глубокой обидой. Лианы, обычно мягко обвивавшие колонны, вытянулись вперёд, как настороженные змеи. Над садом висел запах мокрой земли, кислоты и распустившихся слишком рано цветов.

Вандо, сидевший позади Селены, тяжело дышал. Его рука всё ещё лежала у неё на талии — не из дерзости, а потому что иначе он не удержался бы в седле. Но Эймара не различала причины. Она чувствовала только прикосновение.

И ревновала.

— Тебе нужно убрать руку, — тихо сказала Селена.

Вандо медленно отнял ладонь.

— Твоя планета снова злится?

— Она не моя.

— А выглядит так, будто ты принадлежишь ей.

Селена не ответила. Потому что он попал слишком близко к правде.

Она спрыгнула на каменные плиты и протянула ему руку. Вандо посмотрел на неё с коротким сомнением, но всё же принял помощь. Когда его пальцы коснулись её ладони, по храму пробежал низкий гул.

Лианы на колоннах сжались.

— Не надо, — прошептала Селена, обращаясь не к нему.

Вандо услышал.

— Ты говоришь с ней постоянно?

— Когда она слушает.

— А когда не слушает?

Селена посмотрела на тяжёлые облака, всё ещё нависавшие над долиной.

— Тогда начинается буря.

Он хотел усмехнуться, но боль скрутила его лицо. Селена заметила, как он побледнел. Кровь на его виске уже подсохла, но рана на боку, скрытая под повреждённой тканью костюма, темнела всё сильнее.

— Идём, — сказала она. — Тебе нужна помощь.

Вандо сделал шаг и покачнулся. Селена подхватила его, хотя он был почти вдвое тяжелее её. На мгновение его грудь прижалась к её плечу, и она ощутила жар его тела.

Храм отреагировал мгновенно.

Из трещин между плитами вырвались тонкие корни и обвили сапог Вандо.

Он резко опустил взгляд.

— Селена.

— Я вижу.

Она опустилась на колени и коснулась корней. Под пальцами они дрожали, как напряжённые мышцы.

— Он ранен. Он не угроза.

Корни не отпускали.

Селена закрыла глаза и позволила Эймаре почувствовать её дыхание. Спокойнее. Глубже. Мягче. Она послала планете образ: раненое существо в ночи, кровь на металле, сердце, которое всё ещё борется.

Корни медленно разжались.

Вандо освободил ногу, но не двинулся сразу.

— Она понимает тебя.

— Не так, как ты думаешь.

— А как?

Селена поднялась.

— Глубже.

Они вошли в храм.

Внутри было тепло и влажно. Стены светились изнутри зелёными прожилками, словно по ним текла кровь самой планеты. В высоких нишах раскрывались лунные цветы, их лепестки излучали мягкий серебристый свет. Под потолком плавали сияющие споры. Когда Вандо переступил порог, они вспыхнули тревожным синим.

Он поднял голову, изучая всё вокруг.

Даже раненый, он смотрел не как испуганный пленник. Он смотрел как человек, который привык понимать невозможное. В его взгляде не было жадности, как у тех чужаков, что прилетали раньше. Не было холодного расчёта. Только напряжённое восхищение и осторожность.

Селена заметила это и почему-то почувствовала облегчение.

— Не трогай ничего без моего разрешения, — предупредила она.

— Я уже понял, что здесь всё может потрогать меня в ответ.

Она невольно улыбнулась.

И тут же пожалела.

Где-то в дальнем зале распустились десятки цветов. Сладкий аромат хлынул в коридор, густой, дурманящий.

Вандо посмотрел на неё.

— Это тоже из-за меня?

— Не задавай лишних вопросов.

— Значит, да.

Селена ускорила шаг.

Она привела его в лечебную купель — круглую залу с низким потолком, где в центре находился бассейн с прозрачной водой. На первый взгляд вода казалась обычной, но в глубине её плавали тонкие светящиеся нити. Они лечили ткани, вытягивали яд, сращивали кости. Селена сама много раз входила в эту купель после ритуалов, когда связь с планетой становилась слишком болезненной.

— Садись, — сказала она.

Вандо опустился на каменный выступ у воды. Его дыхание стало тяжелее. Он держался упрямо, но Селена видела: силы уходили.

— Нужно снять верхнюю часть костюма.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Ты уверена?

— Я не смогу обработать рану через ткань.

Вандо несколько секунд молчал, затем попытался расстегнуть повреждённые крепления на груди. Пальцы слушались плохо. Селена наблюдала за ним, потом раздражённо выдохнула и шагнула ближе.

— Дай.

Она наклонилась и сама нашла застёжки. Материал был чужим, плотным, тёплым, местами обожжённым. Когда костюм раскрылся, Селена осторожно стянула его с плеч Вандо.

И замерла.

Она знала, что он силён. Это было видно даже в кабине разбитого корабля. Но теперь, в мягком свете лечебной купели, его тело казалось почти вырезанным из бронзы и сумерек. На коже, вдоль ключиц и рёбер, мерцали тонкие серебристые линии — не шрамы, не татуировки, а что-то живое, глубоко под кожей.

Красиво.

Опасно красиво.

Селена заставила себя посмотреть на рану. На боку у него был глубокий порез от осколка. Кровь уже не текла так сильно, но края раны потемнели.

— В твоей крови есть металл? — спросила она.

— В некотором смысле.

— Ты не совсем человек.

— А ты?

Она подняла на него глаза.

Вандо смотрел спокойно, без насмешки. Словно правда о ней интересовала его не как исследователя, а как мужчину.

Селена отвернулась первой.

— Я жрица Эймары.

— Это не ответ.

— Для меня — единственный.

Она зачерпнула воду из купели. Светящиеся нити потянулись к её ладони, обвили запястье и вспыхнули мягким золотом. Селена приложила воду к ране Вандо.

Он резко вдохнул, но не отстранился.

— Больно?

— Терпимо.

— Лжёшь.

— Привычка.

Селена снова смочила рану. Нити проникали в кожу, очищали повреждение, затягивали разорванные ткани. Вандо сжал край каменного выступа так сильно, что побелели костяшки пальцев.

Она вдруг коснулась его руки.

— Дыши медленнее.

Он посмотрел на её пальцы на своей ладони. Потом на неё.

— Если я буду дышать медленнее, твой храм перестанет смотреть на меня так, будто хочет проглотить?

Селена прислушалась.

Храм действительно смотрел.

Лианы у входа висели неподвижно. Споры под потолком собрались в плотное облако. Вода в купели едва заметно колыхалась, хотя никто её не трогал.

— Он не привык к чужим.

— А ты?

Этот вопрос прозвучал тише.

Селена убрала руку.

— Я тоже.

Между ними повисло молчание. Оно оказалось слишком плотным для такой большой залы. Селена слышала, как капает вода, как гудят стены, как дышит Вандо. Слышала даже собственное сердце — слишком быстрое, предательское.

Вандо первым отвёл взгляд.

— Мой корабль нужно проверить. Если повреждённый двигатель вступит в реакцию с местной средой

— Сейчас ты никуда не пойдёшь.

— Ты не понимаешь. На борту может быть аварийный маяк. Если он активируется, сюда придут другие.

Селена застыла.

— Другие исследователи?

— Не только.

В его голосе впервые появилась тень, которая не была болью.

— Кто? — спросила она.

Вандо молчал.

Селена почувствовала, как Эймара напряглась вместе с ней. Воздух в зале стал гуще. Лепестки лунных цветов закрылись наполовину.

— Вандо.

Он медленно выдохнул.

— Я не прилетел сюда по приказу Совета. Официально моя экспедиция была отменена.

— Тогда почему ты здесь?

— Потому что в закрытых архивах нашли записи об Эймаре. Не научные. Военные.

Селена похолодела.

— Военные?

— Там говорилось о планете, способной реагировать на эмоции жрицы. О живом мире, который можно разбудить, направить использовать.

Вода в купели потемнела.

Селена отступила на шаг.

— Нет.

— Я хотел выяснить, правда ли это, раньше тех, кто захочет превратить твою планету в оружие.

— И я должна тебе поверить?

— Нет, — сказал он. — Но тебе стоит поверить тому, что если мой маяк уже подал сигнал, у нас мало времени.

У нас.

Это слово кольнуло страннее, чем угроза. Ещё несколько часов назад Селена была одна. Всегда одна — если не считать планету, которая окружала её любовью, заботой и невидимыми стенами. А теперь чужак, упавший с неба, сказал «у нас», будто уже стоял рядом с ней против опасности.

Эймара не одобрила этого.

Пол под ногами дрогнул. Из чаш с водой поднялся пар. Где-то в саду завыл ветер.

Вандо попытался встать, но рана ещё не затянулась. Он покачнулся. Селена шагнула к нему машинально, поддержала за плечо.

— Тебе нельзя двигаться.

— Если я не отключу маяк

— Я пойду.

Он резко посмотрел на неё.

— Одна?

— Я не одна.

Селена коснулась стены. Зелёные жилы вспыхнули ярче, отвечая ей.

— Эймара проведёт меня.

Вандо задержал взгляд на её лице. В нём снова было то же странное выражение — смесь тревоги, восхищения и чего-то более глубокого, от чего Селене хотелось отвернуться, но она не могла.

— Ты всегда так бесстрашна? — спросил он.

Она усмехнулась без радости.

— Я просто не имею права бояться.

— Это не одно и то же.

Селена ничего не ответила.

Потому что он снова попал в цель.

Она поднялась, но Вандо неожиданно поймал её за запястье. Не сильно. Достаточно, чтобы остановить.

Знак жрицы под его пальцами вспыхнул.

Селена замерла.

Вода в купели поднялась тонкими дрожащими кругами. Лианы у входа медленно потянулись к ним. В воздухе появился сладкий запах алых цветов.

— Отпусти, — прошептала она.

Вандо сразу разжал пальцы.

— Прости.

Но было поздно.

Храм уже почувствовал.

Эймара уже почувствовала.

Селена прижала руку к груди, пытаясь унять сердце. Ей нельзя было позволять себе это. Нельзя было задерживать взгляд на его губах, на плечах, на серебристом свете под кожей. Нельзя было думать, что в его прикосновении не было ни жадности, ни власти — только просьба.

Остаться.

Не уходить одной.

— Селена, — тихо сказал Вандо. — Я не хотел

— Здесь неважно, что ты хотел. Здесь важно, что я почувствовала.

Он понял не всё, но достаточно.

Снаружи ударил гром.

Селена развернулась и пошла к выходу. Лианы нехотя расступились перед ней. У двери она остановилась, не оборачиваясь.

— Оставайся в купели. Не выходи из зала. Не трогай стены. Не говори с храмом.

— А если он сам начнёт?

Она всё-таки оглянулась.

Вандо сидел у воды, бледный, раненый, чужой. И всё же в его взгляде было что-то до опасного близкое.

— Тогда постарайся быть вежливым, — сказала она.

На его губах мелькнула слабая улыбка.

Селена вышла в коридор, и храм сомкнулся за ней зелёным полумраком.

Она шла быстро, почти бежала. Ей нужно было добраться до корабля, отключить маяк, убедиться, что никто не придёт за Вандо. За Эймарой. За ней.

Но чем дальше она уходила от лечебной купели, тем отчётливее чувствовала: связь с планетой изменилась.

Раньше Эймара звучала в ней как голос матери, как дыхание дома, как вечная защита.

Теперь в этом голосе появилась боль.

И вопрос.

Ты выберешь его?

Селена остановилась посреди коридора. Споры над головой мерцали тревожным синим. Где-то далеко, в пустыне, среди ядовитого дождя, продолжали распускаться алые цветы.

Она закрыла глаза.

— Я ещё никого не выбирала, — прошептала она.

Но Эймара не поверила.

И, если быть честной, Селена тоже.