Читать книгу Хроники однодневки. Фантастический роман - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 5

Майя проснулась, но глаза открывать не спешила. В голове в разные стороны разбредались обрывки свежего сна. Собирая их обратно, как стадо глупых овечек, она провела несколько минут в уютной дрёме, чувствуя, как высунутую из-под одеяла ногу припекает солнечное тепло. Она видела этот тёплый свет сквозь сомкнутые веки и старательно жмурилась, но вместо темноты перед глазами плавали розовые пятна. Натянув одеяло с головой, она полежала так ещё немного, а потом села на кровати и посмотрела на время: 7 мая, 9 часов 22 минуты.

Пожалуй, пора вставать. Майя зевнула и сладко потянулась. Так и не разлепив глаза окончательно, встала и пошла на кухню.

— Доброе утро, Майя, — сказала кухня.

Первое время в новой квартире здороваться с кухней по утрам было интересно, но такое панибратство с бытовой техникой Майе быстро надоело. Вот и сейчас Майя оставила безответным приветствие кухни. Нажала нужную кнопку и следила за тем, как струйка воды льётся в стакан. Когда он наполнился, Майя выпила воду, выбрала завтрак на сенсорной панели холодильника и запустила процесс готовки. Потом вернулась в комнату, открыла окно и с удовольствием вдохнула свежий утренний воздух.

Во дворе, в тени огромного дерева, растущего напротив окна, ждал верный байк. Тень постепенно укорачивалась и сдвигалась, повинуясь движению солнца, и ближе к полудню должна была оставить байк один на один с его палящими лучами.

Планов поездок в первой половине дня у Майи не было. Да и вечерние покатушки были пока под вопросом. Кататься бесцельно, ездить ради езды нравилось ей раньше. С Анжелкой на пару. Но это всё было раньше. Что теперь вспоминать? Раздружились подружки, а кто виноват? Костя! Костя-котик, котяра её глупый, который решил гулять сам по себе… Родной брат Анжелики и по совместительству парень Майи. Уже почти год как бывший.

Она тряхнула головой, отгоняя грустные мысли, чтобы не расстраиваться, как это бывало при подобных воспоминаниях. Мысли о Косте, все эти отголоски минувшего, каждый раз портили ей настроение. И хотя она не ревела от этого белугой, видеть свою расстроенную физиономию в зеркале было безрадостно.

Проверив свой профиль в Сети, Майя переоделась для утренней гимнастики и встала напротив виртуального тренера. Её увлечённость байком требовала поддерживать физическую форму в отличном состоянии. Да и других причин заниматься спортом хватало. Начиная с того, что все её движения переводились «умной квартирой» в электроэнергию, и заканчивая повышением социального рейтинга. Поэтому такая полезная привычка, как зарядка по утрам, выработалась у неё давно и соблюдалась неукоснительно.

Зарядка и душ заняли своё обычное время, а сигнал о готовности завтрака Майя услышала в душевой, как только выключила воду. Она подсушила волосы и вышла на кухню. Завтрак маняще благоухал и радовал глаз своим безупречным исполнением. Из набора органических ингредиентов в специальных картриджах киберкухня умудрялась делать совершенно разные блюда и каждый раз устраивала ей маленький «праздник живота».

С аппетитом поев, Майя забрала парящий кофе из модуля кофеварки и вернулась в комнату. Устроилась в кресле с двуручной чашкой в руках и отпивала горячий напиток маленькими глотками, разглядывая картинку на медиастене. Там была дивная тропическая бухта, ласковый морской прибой и до самого горизонта синее море под бирюзовым небом.

Перебирая в уме планы на день, Майя услышала звук входящего вызова и ответила на него, взглянув сначала на развернувшийся экран и догадавшись по аватару, что это Толик. Разговор был недолгим, но избавил её от выбора, чем сегодня заняться.

Толик напомнил ей о давнишней вечеринке, на которую сам тогда и пригласил. В тот день перед вечеринкой она впервые прокатилась на байке без автопилота. После этого в голове царила необычная лёгкость, а мышцы приятно ныли от непривычной нагрузки, обещая на следующий день разболеться по-настоящему. От пережитых эмоций душа просила общения, а ещё чего-нибудь сладкого и алкогольного. Формат вечеринки у Валентина вполне соответствовал этим желаниям, а пригласивший её Толик устраивал как сопровождающий.

Среди незнакомцев на вечеринке выделялся высокий нескладный парень с буйной растительностью на голове и малопонятным прозвищем Фотон. Именно так он представился и сообщил зачем-то, что фотон — это элементарная частица, которая может находиться одновременно в разных местах. После этого Фотон весь вечер рассказывал истории на тему хакинга электронных устройств. Он выглядел знатоком в этой области и щеголял специфичными подробностями и малопонятными словечками, которые казались Майе излишними. Лучше бы на сленге изъяснялся, честное слово! Потому что жаргонный лексикон был ей более-менее понятен — даже не зная слова, она догадывалась по контексту, — а с техническими терминами была просто беда. Её восприятие всегда отвергало их, поэтому даже выученный термин обычно терялся среди других, и вспомнить его потом было почти невозможно.

Находясь в состоянии восторга от первой самостоятельной поездки, Майя приехала к дому Валентина прямо с мототрека и оказалась на вечеринке в центре внимания в своём облегающем серебристо-чёрном байкерском костюме. Естественно, что при первом же вопросе о таком необычном для вечеринки наряде она с радостью поделилась с окружающими своими впечатлениями. Именно после её короткого рассказа Фотон и поведал одну из своих историй. Он рассказал о тайном ангаре в Старом городе, где ему своими глазами довелось видеть, как специальным устройством перепрошили бортовой компьютер электрокара. Несколько простых манипуляций — и вот она, свобода на дорогах! Никакого перехвата управления автопилотом и никаких скоростных ограничений!

Слушая его, Майя думала о том, что это всё звучит заманчиво, но если вмешательство в систему безопасности байка раскроется, то это приведёт к серьёзным последствиям. Прежде всего пострадает социальный рейтинг, а это повлечёт за собой другие проблемы. Потому что благополучие человека в современном обществе во многом зависит от его лояльности установленным правилам. Даже благопристойность ценится меньше, чем законопослушность.

Социальный рейтинг каждого гражданина рассчитывается в числовом значении и выражается в баллах, которые начисляются и списываются в зависимости от «социального поведения» человека. Параллельно социальный рейтинг отображается в графическом виде по шкале от красного цвета, означающего минимальное количество баллов, до фиолетового, говорящего о максимальных позициях рейтинга. Между ними находятся уровни по возрастанию баллов: оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий. Такая «радужная» шкала социального рейтинга прижилась в обществе гораздо лучше, чем цифровая, и устраивала большинство людей.

На вечеринке не место думать о таких вещах, поэтому Майя в тот вечер выбросила из головы мысли о «социалке» и просто отдыхала в приятной компании. А когда позднее думала об этом, то убеждала себя, что даже заимей она такое устройство, всё равно не смогла бы налихачить за рулём столько, чтобы опустить свой социальный рейтинг до критического красного спектра. К тому же сам рейтинг был «плавающим», и поднять его обратно при желании было вполне реально.

Фотон назвал устройство сложным термином из двух слов, которые ни отдельно, ни в сочетании ни о чём ей не говорили. Даже ассоциаций не возникло, тарабарщина и только. Но дальше он использовал слово «примочка», которое было встречено ею «на ура».

Из плюсов «примочки» Фотон похвалил универсальность — работает с любым наземным транспортом, кроме военной и специальной техники, имеющей особую защиту. И с байками, — уточнил он специально для Майи, хотя она и так это поняла. Из минусов он отметил необходимость прямого подключения к бортовому компьютеру и автоматический откат внесённых изменений после отключения устройства. Но, как по ней, так это был скорее плюс «примочки», нежели минус. Устройство, которое необратимо калечит систему безопасности, Майю скорее бы отпугнуло.

Дальнейшие истории Фотона она слушала вполуха, замечтавшись о том, как можно погонять по трассе без ограничителей. О возможных последствиях она думать не хотела и даже собиралась спросить Фотона, где можно достать такое чудо техники. Но спрашивать о таком нужно было с глазу на глаз, поэтому она решила дождаться удобного момента, а пока спросила другое:

— Допустим, выпила я и решила покататься, получится у меня это с «примочкой»?

— Хороший вопрос, а главное, своевременный, — улыбнулся Фотон. — Контроль состояния водителя проводит мотошлем, как тебе известно, а «примочка» действует только на бортовой компьютер…

— Но шлем связан с бортовым компьютером, который отключает «примочка», — сказал кто-то за спиной Майи.

— Во-первых, не отключает, а отменяет его ограничительные функции, — ответил Фотон. — Во-вторых, мотошлем связан со многими системами байка. Чип запуска находится в двигателе и не даст ему включиться, если датчики мотошлема обнаружат состояние опьянения у водителя. Систему контроля водителя обмануть гораздо труднее, чем бортовой компьютер. Я бы сказал, что это невозможно, но в таких вопросах я большой оптимист и считаю, что любое техническое ограничение всегда можно обойти. Какую задачу искусственному интеллекту поставишь, такое решение и получишь. Целеполагание определяет результат.

Пока Майя разгребала кашу в голове, Фотон спросил:

— Ты настройки заводские у байка не меняла?

— Не меняла…

— А можешь надеть шлем прямо сейчас?

— Зачем? — спросила она и поискала глазами свой шлем, но не нашла.

— Я принесу, — Толик вышел из комнаты и вернулся со шлемом в руках.

Фотон не спешил отвечать, глядя на неё с лёгкой улыбкой. Многие в компании уже потеряли интерес к его историям, разговаривая о своём, а одна парочка, весело чирикая, собиралась на выход. В байкерском костюме было жарко, Майя давно уже расстегнула на себе всё, что позволяли приличия, и надевать что-либо ещё ей не хотелось, однако любопытство пересилило. Она надела мотошлем, чувствуя себя глупо за столом в таком виде. Стекло опустилось, и перед глазами привычно замелькали диагностические титры. Неожиданно стекло поднялось, а шлем выключился. Майя удивлённо сказала:

— Интересно получается! Даже самодиагностику проводить не стал.

Она сняла шлем и поправила руками причёску.

— Да, но есть ещё кое-что, — сказал Фотон.

Поискав глазами хозяина дома, он повысил голос, перекрывая шум вечеринки:

— Валя! Покажи нам двор со стоянкой!

Валентин обернулся с удивлённым видом, но не стал ничего выяснять, а включил изображение с наружных камер. Он выбрал нужный ракурс и увеличил картинку на всю стену. Майя невольно округлила глаза — её новенький байк со стоянки исчез, и было совершенно непонятно, куда он мог подеваться. Кража персонифицированного личного транспорта выглядела априори глупой затеей.

— В заводских настройках есть функция «Бумеранг», — улыбнулся Фотон. — Байк просто уехал домой, когда получил отчёт шлема о твоей неадекватности.

— Да ё-моё, я всего-то коктейль выпила!

Майя вспомнила об этой функции в настройках. И как могло из головы вылететь? Дура-дурой себя выставила! Но делать нечего, сама подставилась. От расстройства она в тот вечер выпила больше, чем надо, и так и не спросила Фотона о «примочке». Окончание вечера прошло как в тумане и запомнилось урывками.

Она задремала в такси по дороге домой, а до квартиры шла под ручку с Толиком. Они поиграли в привычную игру «Можно остаться на чашечку кофе?», устало посмеялись, и Майя с наигранным гневом выпроводила Толика восвояси. Затем попыталась раздеться, но сил хватило только на сапоги. Борьбу с технологичным костюмом она проиграла и, проваливаясь в объятия Морфея на заправленной кровати, думала о том, что Толик наверняка отправился не домой…

Впоследствии она частенько вспоминала об этой «примочке», но не была до конца уверена, что так уж в ней нуждается. Да и устройство подобное просто так не купишь, а нужных связей у неё не было. Так что в то время она выкинула эту блажь из головы и думать о «примочке» забыла. И спокойно жила бы дальше, если бы не регулярные искушения — автопилот байка своими включениями к месту и не к месту каждый раз напоминал ей о возможной альтернативе. Поэтому через энное число таких напоминаний Майя твёрдо вознамерилась найти и в деле испытать «примочку», о которой говорил Фотон. Попробовать бы только, а не понравится — и не надо. Что она теряет?

В душе она понимала, что это самообман и действие «примочки» ей наверняка понравится так, что за уши потом не оттащишь. И кроме незабываемых впечатлений наскребёт она себе на хребет, как та кошка пресловутая. Но кто слушает голос разума, когда говорят желания?

Осталось определиться, где искать. Если есть спрос, должно быть и предложение, рассудила она и попыталась связаться с Фотоном. Раз он видел устройство в действии, то вполне вероятно, сможет и с нужным человеком свести. Или хотя бы контакт подкинуть.

Однако Фотон оказался неуловим, и даже его настоящее имя ей узнать не удалось. Она попыталась отыскать в Сети аккаунты и любые «цифровые следы», используя кличку Фотона, но утонула в море разноречивой информации, которая никуда не вела. Поиск самого устройства тоже не дал результатов — поисковая система заблокировала её завуалированный вопрос без объяснения причин. После этого Майя решила не нарываться на неприятности и с сожалением оставила эту затею. Она смирилась с постоянной опекой бортового компьютера, приняв её как неизбежность, и запретила себе мечтать о «примочке».

С той поры прошло уже два года, насыщенных событиями и длинных, как список чужих недостатков. Майя почти забыла эту историю, но в глубине души так и не смирилась со своей неудачей. И вот сегодня Толик напомнил ей о прошлом и предложил достать ту самую «примочку». Даже платить не надо, — сказал, — подарок на день рождения. Нужно только приехать в Старый город и кое с кем встретиться. Он сам будет ждать на месте, проводит и познакомит. Кажется, всё просто.

Попивая кофе, Майя размышляла о предстоящей поездке. Старый город её не пугал, но знакомство с непонятными личностями восторга не вызывало. Если бы Толик не поручился за безопасность встречи, она бы так легко не согласилась.

Геометка от Толика не заставила себя ждать, и Майя, не глядя, отправила её в бортовой компьютер байка. В ответ получила схему маршрута и время на дорогу. Рассиживаться было некогда, и она заторопилась.

На сборы ушло двенадцать минут, что стало для неё новым личным достижением, да что там — невероятным рекордом! Если бы не шнуровка сапог, то получилось бы и быстрее. Прихватив мотошлем, Майя выскочила на лестничную клетку и вызвала лифт.

Улица встретила её ярким солнечным светом и безоблачным небом. Погода установилась по-летнему тёплая, но по ночам ещё холодило, и по утрам байк стоял покрытый каплями росы. Майя пересекла двор, надела шлем и села на сиденье.

Через несколько секунд на дисплее приборной панели появились результаты самодиагностики байка и схема маршрута. Майя включила двигатель и выехала со двора, миновав шлагбаум в виде шипованного заграждения, который привычно исчез при её приближении. Она доехала до съезда на кольцевую магистраль, которая соединяла районы Нового города, и притормозила на светофоре. По всем полосам автострады плотным потоком двигались машины.

Выехав на шоссе, Майя прибавила скорость. Обогнав несколько легковых экаров, она оказалась позади угловатого белого грузовика так близко, что бортовой компьютер напомнил о допустимой дистанции, и пришлось притормозить.

Короб фургона на крайней левой полосе вызывал раздражение, но заподозрить грузовик в нарушении правил было нельзя — у него и кабины-то нет, только контейнер на колёсах и встроенный где-то электродвигатель. Фургон ехал со средней скоростью потока, как и весь транспорт, управляемый автоматически. По-видимому, масса и габариты грузовика разрешали движение по этой полосе, а отсутствие груза позволяло поддерживать требуемую скорость, чем и воспользовался его модуль логистики.

В какой-то момент в шлемофоне вновь прозвучало предупреждение о соблюдении дистанции. Тогда Майя чуть приотстала и отклонилась влево, собираясь на обгон. На полосе оставалось метра два свободного пространства плюс узкая техническая дорожка вдоль разделительного демпфера автострады.

Она уже собралась ускориться и обогнать грузовик, прежде чем включится автопилот, как вдруг увидела человека на технической дорожке. Это было настолько неожиданно, что она сбросила скорость, и байк продолжил двигаться по инерции. Справа её начали обгонять попутные экары, но Майя этого уже не замечала, заворожённая странной картиной.

Специальная техническая дорожка предназначалась исключительно для обслуживающих механизмов. Ходить и ездить по ней запрещалось категорически. Да и попасть сюда человеку было практически невозможно. Ближайшая пешеходная зона находилась в двадцати километрах от этого места, и оказаться здесь без машины можно было только по воздуху. Однако ни один коптер не будет нарушать правила и садиться на скоростной магистрали — ручного управления у летательных аппаратов просто нет.

И тем более фантастично смотрелся здесь человек. У Майи мелькнула мысль, что его высадили из машины. Но для этого пришлось бы остановиться, а как это возможно в таком месте, было трудно себе представить. Система транспортного контроля просто не позволила бы этого сделать — при любой попытке водителя грубо нарушить правила управление немедленно передаётся автопилоту.

Майя во все глаза смотрела на мистическую фигуру. Это был мужчина, одетый в чёрную одежду, которая выбиралась явно не по погоде. И не по моде. Это что, пальто? Демисезонное, застёгнутое на все пуговицы чёрное пальто до колен выглядело нелепо под палящим солнцем, а поднятый словно для защиты от холодного ветра воротник только усугублял картину.

Человек не двигался, он просто стоял и смотрел в её сторону. Ветер от проезжающих машин шевелил полы его пальто и трепал волосы на голове. С расстояния было трудно рассмотреть лицо незнакомца, но его необычная бледность была заметна издалека.

Внезапно она увидела, как с неба прямо на дорогу падает грузовой мультикоптер. Его винты были неподвижны, и падение происходило совершенно беззвучно. В следующий миг летательный аппарат с грохотом врезался в полотно дороги как раз там, где стоял незнакомец. Автостраду заволокло облаком пыли и дыма. Несколько экаров резко затормозили, и дорога впереди оказалась заблокирована.

Первым желанием Майи было добраться до места падения, чтобы узнать, что случилось с тем загадочным человеком. Однако характер катастрофы не оставлял сомнений в трагичном исходе, и она отказалась от своего намерения. Со всех сторон к месту крушения уже слетались дроны системы транспортного контроля, и машины начали перестраиваться вправо, сильно замедляя движение на всех полосах. Ещё немного, и автострада встанет.

Майя поехала вправо, пользуясь манёвренностью своего двухколёсного транспорта. Лавируя в потоке машин, она быстро достигла относительно свободной полосы, скорость на которой оказалась непривычно медленной. И успела вовремя: если кто-то до этого и ехал на ручном управлении, то теперь у всех включился автопилот, и автострада стала похожа на заводской конвейер.

Когда первый шок от случившегося прошёл, появился страх. Она сидела, вцепившись в руль, и уже никуда не спешила. Её слегка потряхивало от пережитого; мелкая дрожь, зарождаясь где-то вверху живота, волнами расходилась по телу. Низкая скорость больше не раздражала, как бывало, а пришлась весьма кстати.

Оглядываться на место аварии было ни к чему: облако пыли и суетящиеся в воздухе дроны и без того были хорошо видны на экране заднего вида, до тех пор, пока изгиб дороги не избавил её от этого зрелища. Теперь она смотрела только вперёд, но ничего не видела — перед глазами стоял образ незнакомца.

Чёрное пальто и белое пятно лица резко контрастировали между собой. Волосы короткие, светлые, осанка прямая, поза спокойная и уверенная. Даже слишком уверенная для такого места. Наглая поза, — решила Майя и позавидовала такой самоуверенности, а вернее, безбашенности смельчака. Сколько ему было лет? Лица в подробностях она не разглядела, но человек был молодой, без сомнений, только вот пальто… Такие давно не носят, где он его взял?

Сопоставив его одежду, бледноликость и место встречи, Майя подумала, что повстречала призрака. Ей очень хотелось верить, что на технической дорожке был не человек. А значит, и трагедии никакой нет: призраку же пофиг. Смущало только, что его волосы и полы пальто шевелил воздух от проезжающих машин. Или ей показалось? А ещё призраки просвечивают, кажется, а этот выглядел вполне себе материальным…

Все мультимедийные возможности шлема были доступны при движении на автопилоте, и Майя включила новостной канал голосовым управлением. Сообщений об авариях не было, новости были самые обычные, никаких катаклизмов — ни глобальных, ни местных, ничего. Сплошной поток позитива вперемешку с рекламой.

Она хотела позвонить Толику, но это почему-то не удалось — вызов как будто застрял в эфире и не откликнулся даже стандартным сообщением о недоступности абонента. Это было так же странно, как увидеть человека на технической дорожке, и возможная связь этих двух событий тревожила Майю ещё сильнее.

Когда показалась развязка с поворотом в Старый город, Майя взглянула на дисплей и заметила, что расчётное время заданного маршрута увеличилось — она безнадёжно опаздывала к месту встречи. Чтобы ускориться и приехать вовремя, Майя попыталась перейти на ручное управление, но упрямый автопилот вцепился в управление, как бультерьер, отклоняя все попытки перехватить руль.

Входящий вызов от Толика она ждала и приняла сразу.

— Ну ты где телепаешься?

Голос Толика в шлемофоне звучал с какими-то помехами, однако сквозящее в нём нетерпение было слышно отчётливо.

— На меня чуть коптер не свалился! — выпалила Майя и вдруг ясно осознала, что кем бы ни был тот чудик на дороге, он своим появлением спас ей жизнь. Ведь не притормози она от такого зрелища, мультикоптер свалился бы прямо на неё. — Представляешь, а я призрака видела!

— Майя, милая, какие призраки? — Толик говорил преувеличенно ласковым тоном. — Где ты сейчас? Проводник уже рядом, ты скоро?

— Проводник?

— Тот, кто проведёт к месту встречи. Когда ты будешь?

— Я спешу, как могу. Надеюсь, минут через двадцать.

— На такие встречи не опаздывают, ты понимаешь? Давай, пошевеливайся…

После въезда в Старый город ручное управление тут же вернулось. До места встречи оставалось не так далеко, но остаток пути предстояло ехать по плохим дорогам. Изношенное дорожное полотно в Старом городе чаще всего не меняли, а только ремонтировали, поэтому проезжая часть была вся в заплатках. Сами дороги были узкими, с затёртой разметкой и мусором на обочинах.

По тротуару бежала пара киберпсов, синхронно перебирая механическими лапами с выгнутыми назад коленями. Кибернетические патрульные, прототипами которых стали обычные собаки, много лет назад сменили полицейских на улицах, взяв на себя рутинную работу по выявлению правонарушений наравне с уличной системой видеонаблюдения. Киберпсы на улицах были нечастым зрелищем, но вполне привычным. Другое дело, что таких патрулей было меньше в Старом городе и больше в Новом, хотя, казалось бы, должно быть наоборот — правонарушения в Старом городе случались куда чаще. К подобным кибернетическим помощникам общество давно привыкло, и приставка «кибер» у любого роботизированного персонала стала делом обычным.

Впереди образовался затор, и маршрут на дисплее изменился. Майя чертыхнулась про себя — объезд займёт время, которое и так поджимало. А опаздывать куда бы то ни было она не любила. Даже на свидания старалась прибыть вовремя, задерживаясь чисто символически, для приличия.

Майя решила сократить путь.

— Байк, пересчитать маршрут. Включить в расчёт проезд по дворам.

Заезжать во дворы бесплатно могли только жители близлежащих домов, таксокары, а также транспорт городских служб. Но сейчас срезать по дворам казалось Майе удачной идеей. К чёрту проездные тарифы, время дороже.

— Система транспортного контроля спишет средства с вашего счёта за проезд по дворовым территориям согласно фактическому километражу. — Голос бортового компьютера был «механическим», в отличие от «человеческого» голоса кухни, и это казалось ей правильным: такой официоз автоматики немало способствует вниманию на дорогах. — При нарушении правил проезда пешеходной зоны ваш социальный рейтинг будет понижен.

— Понятно, понятно, маршрут давай! — раздражённо сказала Майя.

Задолбали с этим рейтингом, за любой чих снижают! А для повышения надо чуть ли не наизнанку вывернуться! Такая вот несправедливость, а жаловаться некому. Социальный рейтинг влияет на все аспекты жизни, и если он опустится до низких значений, то проблемы будут возникать на каждом шагу. Впрочем, до низшего значения её «социалке» было очень далеко.

Появился новый маршрут, линия на дисплее изобразилась по-другому, и Майя свернула с проезжей части в пешеходную зону. На её удачу, дворы в это время оказались малолюдными, пропускать пешеходов почти не приходилось, да и машин было мало. Одиночные экары заезжали или выезжали с подземных паркингов — вот и всё наземное движение.

Вокруг возвышались старые кирпичные многоэтажки, закрывая небо своими серыми коробами. Яркая реклама, занимающая по несколько этажей, не прибавляла им красоты, наоборот — по сравнению с ней остальные стены казались ещё более унылыми.

Высоко в небе по своим маршрутам носились шустрые дроны. На землю они никогда не садились, для этого имелись посадочные площадки за окнами квартир. Тяжёлые летательные аппараты, такие как коптеры, над Старым городом не летали вообще, это было запрещено по соображениям безопасности.

Дорога петляла между домами, как тропинка в лесу, и после очередного поворота Майя резко затормозила перед квадроциклом, который стоял прямо посреди проезжей части, занимая обе полосы. Хотя аварийка и не мигала, было понятно, что он сломан, потому что оставлять четырёхколёсный транспорт в таком месте узкой дороги не имело смысла. Будь Майя на экаре, а не на байке, объехать квадроцикл было бы невозможно из-за высоких бордюров, не дающих заезжать на тротуар.

Двое молодых людей, стоявших возле квадроцикла, одновременно повернули головы в её сторону. Она медленно тронулась вперёд, с интересом разглядывая парней и их технику. Использование квадроциклов в городской черте было запрещено, поэтому ими пользовалось ещё меньше людей, чем байками.

Стекло шлема снаружи отсвечивало, и видеть её лицо парни не могли, зато облегающий байкерский костюм прекрасно очерчивал фигуру. «И чего уставились?» — мысленно спросила их Майя, хотя такое внимание и было ей приятно.

И тут заметила на руле квадроцикла чёрный шлем с жёлтой эмблемой в форме черепа, совмещённого со знаком радиации. Ещё один такой же лежал на сиденье. Майя вспомнила, что это за эмблема, и похолодела. Выжигатели! Она много чего слышала о них, но до сих пор, к счастью, не встречала.

Майя была убеждена, что там, где действуют Выжигатели, цивилизация заканчивается. Камеры видеонаблюдения, всевозможные датчики, ретрансляторы и другую электронику они просто уничтожают, выжигая начинку приборов. Отсюда и название. Выжигатели сбиваются в банды, как собаки в стаи, и так же, как собачьи стаи, имеют своих вожаков. И проповедуют они, в сущности, одно и то же — отвергают любой контроль со стороны государства, а также и другие правила социума. Причём используют в своей борьбе методы, неприемлемые для большинства людей, поэтому ходят по самому краешку закона, а зачастую и переступают эту грань.

Уничтожая городскую инфраструктуру, Выжигатели создают так называемые «серые зоны». Делают они это исключительно в Старом городе, в таких местах, где отсутствует жилая застройка. Это заброшенные промышленные районы и полигоны, территории бывших заводов-гигантов, а также всевозможные пустыри.

Слышала она и о комплексах радиоэлектронной борьбы, которые используют Выжигатели. Эти приборы, собранные по военным технологиям РЭБ, в просторечии называют «краб». На изготовке «крабы» находятся в «спящем режиме», ничем не выдавая своего присутствия, пока не обнаружат в радиусе действия активную электронику. Тогда они «просыпаются», уничтожают её направленным электромагнитным импульсом и снова «засыпают». Они не нацелены на пассажирский транспорт, но могут отработать по нему по ошибке, и такие случаи бывали. Именно поэтому в воздушном пространстве Старого города были запрещены полёты коптеров.

Технические службы Старого города восстанавливают повреждённую Выжигателями инфраструктуру, но делают это крайне медленно и далеко не везде — городской бюджет не бездонный, а на заброшенные территории он и вовсе не рассчитан.

Поэтому «серые зоны» в Старом городе существуют годами и даже десятилетиями. Такие области не имеют чёткой границы, но все местные жители знают, где они находятся. В «серых зонах» нет Сети, а значит, нет и никаких отличительных признаков современной цивилизации — связи, телевещания, геолокации и прочих атрибутов цифровой инфраструктуры. Там не летают никакие машины, а те, что ездят по земле, имеют предельно упрощённую конструкцию, без активной электроники и бортовых компьютеров. В «серых зонах» не читаются данные вживляемых социальных карт, и в таких местах люди буквально исчезают для глобальной системы контроля.

Федеральные власти пытаются системно и повсеместно бороться с этим явлением. Поэтому там, где есть «серые зоны», существует и «Терраформ». Эти военизированные подразделения изначально создавались для рекультивации промышленных территорий, превращения их в доступные для жизни пространства. Но постепенно «Терраформ» самоустранился от облагораживания земель, свалив это на плечи муниципальных властей, и сосредоточился только на борьбе с Выжигателями.

Медленно проезжая мимо квадроцикла, Майя почувствовала, как под колёсами что-то хрустнуло. Взглянув вниз, она заметила мелькнувший планшет с паутиной белых трещин вместо экрана и разбросанные рядом инструменты. Похоже, ребята чинили свою технику прямо на дороге! Что с того, что дорога во дворах, по ней же ездят! Могли бы хоть к бордюру квадроцикл откатить. Останавливаться и извиняться Майя решительно не собиралась — сами виноваты. А главное, не хотелось связываться с Выжигателями, потому что неизвестно, чем это может для неё обернуться.

Она проехала дальше, наблюдая в монитор заднего вида, как один из парней что-то говорит второму. И вдруг этот второй быстрым движением достал руку из кармана и вытянул, словно прицеливаясь. Майя не видела в его руке пистолет, но воображение дорисовало всё, что нужно, и инстинкт самосохранения подстегнул нервную систему, как наездник пришпоривает беговую лошадь.

Сжавшись от страха и забывая дышать, каждым сантиметром кожи ожидая выстрела, Майя крутанула ручку акселератора так, что едва не вздёрнула байк на дыбы. Она почти легла грудью на руль и рванула вперёд, пытаясь уйти из-под обстрела. До ближайшего поворота было всего метров пятьдесят, но каждый метр грозил оказаться последним. Собственная спина казалась ей огромной, как парус, и ждала свою пулю — ну разве можно в такую промахнуться?!

Спасительный поворот приближался невероятно медленно, а доехав до него наконец, Майя наклонила байк почти до асфальта, компенсируя высокую скорость. Мощный гироскоп не дал байку завалиться на бок, и она вписалась удачно, заехала за угол дома и только тогда выдохнула — выстрела в спину так и не последовало. Сердце билось в груди, как птица в силке, но Майя не останавливалась. Вихрем пронесшись по аллее заброшенного сквера со старыми раскоряченными деревьями, она вылетела к невысокому кирпичному зданию трансформаторной подстанции. Стоянки здесь не было, но прямо на затоптанном газоне образовалась стихийная парковка, и Майя запарковалась туда на скорости, как меч в ножны, — точно между двумя экарами.

Она неуклюже слезла с байка и непослушными руками сняла с головы шлем. В ногах появилась такая слабость, что Майя присела прямо на газон. Посидев так немного и кое-как переведя дух, она огляделась. Людей рядом не было, а те прохожие, кто был в поле зрения, не обращали на неё внимания.

Надо было разобраться, стреляли в неё или нет? Выстрелов она не слышала, но это ничего не значит: благодаря режиму интеллектуального шумоподавления шлем приглушал любые посторонние звуки, не относящиеся к дорожной обстановке. И ещё: не было абсолютной уверенности в том, что Выжигатель держал в руке пистолет. Может, он всего лишь показывал пальцем. И тут её осенило: видеорегистратор байка! Ну конечно, нужно просто посмотреть запись!

Майя надела шлем, чтобы активировать связь с бортовым компьютером. На этот раз процесс самодиагностики продолжался сравнительно долго и завершился неожиданным сообщением:

— Внимание! Файлы конфигурации повреждены. Автоматическое управление невозможно. Обнаружены неисправности периферийных систем.

Всё-таки стрелял, гад! Она подняла стекло шлема и осмотрела байк со всех сторон, пытаясь отыскать дырки от пуль, но не нашла никаких повреждений.

— Не поняла…

Снова обошла вокруг, тщательно выискивая глазами любые дефекты, но байк выглядел как новенький.

— Байк, запись регистратора, минус десять минут, задняя камера, — сказала она и опустила щиток шлема.

Появилось видео проезжей части Старого города. Неужели и десяти минут не прошло, как она решила срезать путь по дворам?

— Запись вперёд с шагом одна минута.

Запись пошла рывками. После появления дворов Майя скомандовала:

— Отменить шаг. — Запись пошла ровно, Майя внимательно смотрела. — Замедлить. — Изображение замедлилось, появился парень с вытянутой рукой. — Стоп! Увеличить.

В руке у парня действительно что-то было. Нет, не пистолет. Детализация была достаточная, но Майя не понимала, что держит в руке Выжигатель. Запустив запись дальше, она убедилась, что вспышек от выстрелов не было. Видео оборвалось через три секунды, бортовой компьютер сообщил:

— Конец записи. Камера заднего обзора неисправна.

Это ясно, но почему? Что ж, остаётся предположить, что Выжигатель держал в руке… выжигатель? Или как они называют портативные штуки, которыми сжигают электронику? «Крабы», она знала, были куда массивнее. Повезло ещё, что байк на ходу. Хотя…

— Байк, я могу ехать дальше?

— Да. Предупреждение: автоматическое управление невозможно. Предупреждение: сетевая коммуникация не функционирует. Предупреждение: корректировка маршрута невозможна. Предупреждение: отключены базовые ограничители, система безопасности работает в пассивном режиме.

Вот как! Заводские ограничители отключены! Выжигатели сделали то, для чего ей требовалась «примочка» Фотона. Правда, байк придётся отправлять в сервис, а при ремонте все базовые настройки будут восстановлены.

Она без особой надежды попыталась связаться с Толиком, но сетевые функции оказались ограничены не только у бортового компьютера, но и у коммуникатора. Связь накрылась, а Толик там ждёт.

Майя глубоко вздохнула. Денёчек выдался нервотрёпным, что и говорить, но надо было завершить начатое. Осталось совсем немного, убеждала она себя, поглаживая пальцем линию маршрута на дисплее. Отклонение от маршрута было незначительным, и ехать осталось недалеко. Правда, она уже сильно опаздывает. Толик, наверное, психует там из-за невозможности с ней связаться, но ждёт в условленном месте, как договорились. Даже если сделка из-за её опоздания сорвалась, Толик будет ждать, как верный пёс. Не Хатико, конечно, но всё же…

Поборов желание бросить всё и поехать домой, Майя села за руль и включила двигатель. Продолжить маршрут можно и без навигатора. Для этого не придётся возвращаться туда, где были Выжигатели, — надо только проехать через старый сквер и вернуться на дорогу.

Она кое-как развернулась на пятачке тесного пространства между стеной подстанции и брошенными в беспорядке машинами и поехала по аллее сквера. Вообще-то ездить в парках, скверах и других сугубо пешеходных зонах было запрещено, но последние события заставляли смотреть на такие запреты сквозь пальцы. Обстоятельства складывались так, что нарушать закон было безопаснее, чем следовать ему. Подобная система компромиссов была характерна для жизни в Старом городе, и Майя знала об этом, но впервые испытала такой казус на себе.

Тихий безлюдный сквер, окружающий узкую аллею, выглядел неухоженным. Лёгкий ветерок шевелил траву, в которой виднелись обрывки бумажных пакетов и смятые стаканчики. Кое-где сохранились разноцветные скамейки, но все они были сломаны. Ветки разросшихся деревьев переплелись между собой, образуя над аллеей живой навес, который приглушал дневной свет. Лишь отдельные яркие лучи, пробиваясь сквозь густую крону, оставляли солнечные блики на сером асфальте.

Конец аллеи сиял впереди ярким пятном, в слепящем ореоле которого Майя не сразу разглядела препятствие. Только подъехав ближе, она увидела, что выезд перегораживают три байка с сидящими на них людьми. Лица байкеров скрывали щитки шлемов, но было понятно, что все трое смотрят на неё. Байк в середине стоял поперёк аллеи.

Майя остановилась, не доехав до них, но двигатель не выключала. Где-то в груди заворочалось нехорошее предчувствие. «Спокойно, сейчас уедем», — сказала она себе, сжав руль до онемения в пальцах. Она уже собиралась развернуться и «втопить по полной», пользуясь отсутствием автопилота, как вдруг услышала сзади необычный шум. Посмотрев по привычке на дисплей заднего обзора и не увидев там ничего, Майя оглянулась.

По аллее сквера к ней приближались два байка и квадроцикл, такой же, какой был у парней на дороге. Квадроцикл остановился метрах в двадцати от неё, и байки встали по бокам, полностью преградив дорогу назад. Когда байкер слева заглушил двигатель, грохот исчез. Майя поняла, что байк у него с бензиновым двигателем, хотя и видела такую диковину первый раз в жизни — двигатели внутреннего сгорания давно были под запретом.

Парень в центре слез с квадроцикла и снял шлем. Майя заметила на нём эмблему Выжигателей и ничуть этому не удивилась. Парень не спеша направился к ней. Двое других остались на месте.

— Клин, она движок не глушит, — сказал байкер справа.

— Я не глухой, — не оборачиваясь, буркнул тот, кого звали Клин.

Электродвигатель не издавал звуков, но вращающийся гироскоп, который придавал мотоциклу устойчивость, производил характерный шорох, который нельзя было спутать ни с чем.

Клин остановился в нескольких метрах от неё и произнёс:

— Слышь, подруга, выключай драндулет, ты приехала.

Голос у него был спокойный, даже немного скучающий.

— Мы тебя не тронем, не кипишуй. Сейчас терпилы подтянутся, и растасуем по понятиям.

Клин был ближе всех, и Майя хорошо его разглядела. На вид около тридцати, короткая стрижка ёжиком и загорелое лицо со шрамом, идущим через весь лоб. Этот шрам она сначала приняла за глубокую лобную складку, но потом разглядела. Простейшая косметическая процедура могла бы навсегда избавить его от такого «украшения», но по какой-то непонятной причине человек предпочитал быть уродом. Несмотря на свой спокойный голос, Клин пугал её где-то на уровне инстинктов. Его серо-голубые колючие глаза с плавающими в них льдинками были пострашнее любых шрамов. Наглые, холодные кружочки.

— Да уж, влипла тёлка по самые помидоры, — ухмыльнулся байкер справа и смачно плюнул на асфальт.

— Захлопнись, Герыч! — Клин резко повернулся.

Герыч взглянул на него коротко и сразу загрустил, поскучнев лицом. Клин вернулся к своему квадроциклу.

— Давайте засветим из пульсара, вмиг заглохнет, — предложил тот, что сидел на бензиновом байке. — И комут ей заодно поджарим, а то в полицию брякнет.

— Жало спрячь, Вован, и не суетись, ей уже засветили. Из наладонника жахнули. Так что не брякнет она никуда, не в Сети. Как и доехала-то сюда… — Клин с интересом посмотрел на её байк. — Последняя модель, новьё. Понятное дело. Технарь потом начинку поюзает. А из пульсара жарить — как из пушки по воробьям. Все плюшки похерим.

Клин говорил свободно, полагая, что Майя не слышит его из-за шлема на голове. Но шлем у неё, как и байк, был последней модели и, кроме мультимедийных новшеств, имел функциональные улучшения. Процессор шлема логично решил, что защитные функции в данный момент менее важны, чем комфорт, и открыл миллионы регулируемых микропор, поэтому Майя слышала каждое слово Выжигателей. И то обстоятельство, что они говорили о чужом байке как о своей собственности, не сулило ей ничего хорошего в самой ближайшей перспективе.

Она повернулась и посмотрела на тех троих, что загородили дорогу впереди. Все трое продолжали печься на солнце, и в тень никто не уходил. Выжигатели сидели на своих байках, поставленных на подножки. Двое крайних уткнулись в коммуникаторы, а тот, что был в центре, на байке, развёрнутом поперёк аллеи, смотрел на неё.

Только сейчас Майя разглядела, что это девушка. Она уже успела когда-то расчесать волосы, и теперь её выбеленная грива сияла на солнце. Агрессивно-яркий макияж девушки хорошо скрывал её возраст, но Майя была уверена, что девчонка младше неё лет на пять, если не больше. По бензобаку и выхлопной трубе было понятно, что байк у юницы бензиновый, как и у парня сзади. И где они бензиновые байки откопали?

Думать надо было не об этом, но Майя не хотела думать о том, что может случиться в ближайшие минуты. Потому что эти мысли были слишком пугающими, а она старалась не поддаться панике в сложившейся обстановке. Паника бродила в голове, не решаясь зайти на освещённое мыслями пространство, и деликатно покашливала: я рядом, зови, как понадоблюсь. Но эта деликатность не могла обмануть Майю насчёт норова старой знакомой, которой только палец дай — всю руку отхватит…

Белобрысая девчонка выудила откуда-то сигарету и прикурила от тонкой серебристой зажигалки. Держа сигарету двумя пальцами в обрезанных перчатках, она глубоко затянулась и выпустила облако дыма в сторону Майи. Сигареты были запрещены, как и бензиновые двигатели, но курящих людей можно было увидеть даже в Новом городе. Ну а здесь это было в порядке вещей, как и многое другое, недопустимое в приличном обществе.

Деваха сидела на байке, болтая ногами, курила и жевала жвачку в промежутках между затяжками. А потом вдруг откинула крышку бензобака и посмотрела Майе в глаза. Тлеющий окурок она держала над горловиной бака. «Там же бензин!» — в ужасе подумала Майя и покрылась холодным потом. Она замерла, наблюдая в каком-то оцепенении, как пальцы девчонки разжимаются, и окурок падает, словно в замедленной съёмке, оставляя за собой огненно-дымный след, и скрывается в бензобаке.

Майя невольно зажмурилась, но взрыва не последовало, и она с удивлением открыла глаза. Деваха захлопнула крышку бака и ухмыльнулась, продолжая месить во рту жвачку. Даже если бы Майя знала, что бензин никогда не воспламеняется от сигареты, она ни за что не повторила бы такой фокус.

Как будто недостаточно сделав для того, чтобы вывести её из себя, байкерша холодно улыбнулась и чиркнула по горлу ребром ладони. Недвусмысленность её жеста стала для Майи последней каплей. Если бы она могла подумать спокойно, в другой обстановке, оценить реальность угрозы в жесте этой девчонки, то всё могло бы повернуться по-другому, но такой возможности ей никто не дал. Паника отбросила свою показную манерность и взорвалась в голове, сметая всё на своём пути — осторожность, благоразумие и даже инстинкт самосохранения, который в последние минуты метался из стороны в сторону, не зная, что следует предпринять в такой ситуации.

Майя дала на двигатель стопроцентную мощность, вывернув акселератор до упора, и одновременно зажала тормоз переднего колеса. Заднее колесо бешено закрутилось, сжигая резину и дымя. Оставаясь на месте и шлифуя асфальт вращающимся задним колесом, байк развернулся в сторону деревьев, растущих вдоль аллеи. Впереди в паре метров оказался высокий бордюр, но такое препятствие уже не могло её остановить. Отпустив передний тормоз, она изо всех сил вцепилась в руль и стиснула байк ногами. Байк вздыбился на заднее колесо и понёсся прямо на бордюр, ударился об него и тут же хлопнулся передним колесом о траву газона, подскочил, чуть не сбросив Майю с себя, и устремился вглубь сквера.

— Куда, дура?! — слышалось за спиной.

Она уворачивалась от хлеставших веток и с радостным восторгом понимала, что сумасшедший трюк удался. Повезло, что система безопасности работает в пассивном режиме и позволяет выкидывать такие номера. Майя лавировала меж деревьев, сосредоточившись на том, чтобы не положить байк на траве. Чуть не налетев на пень, она поняла, что надо быть осторожнее. Такие же пни могли притаиться в любом месте под опавшей листвой, которую здесь никто не убирал.

Её заветной целью стало выбраться на одну из улиц, патрулируемых полицейскими киберпсами. Не было сомнений, что Выжигатели попытаются её остановить. На их стороне было знание местности, а на её стороне была решимость прорваться во что бы то ни стало. Пускай только попробуют ещё раз заблокировать ей дорогу! Больше тормозить она не станет, а если понадобится, то без лишних раздумий пойдёт на таран…

Майя пригнулась, проезжая около дерева, ветви которого разрослись слишком низко, а подняв голову, увидела, что сквер неожиданно закончился. Перед ней оказалось пластиковое ограждение в красно-белую полоску на краю большого оврага со склонами, поросшими свежей травой и тонкими молодыми деревцами.

Она нажала одновременно оба тормоза, но инерция байка протащила его по сухим листьям и швырнула с обрыва вниз. Байк ударился о склон оврага, и Майя перелетела через руль, упав на спину. А когда открыла глаза, увидела падающий сверху байк, и свет для неё померк…