Читать книгу Счёт до семидесяти двух - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 9

Больница пахнет смертью. Не той громкой, театральной смертью из фильмов, а тихой, въедливой, как плесень. Она прячется в запахе дезинфекции, в скрипе резиновых подошв по линолеуму, в приглушенном гуле голосов за стенами, в мерцающем, больном свете ламп дневного света, который не греет, а только вытягивает из тебя все цвета, оставляя серый, безжизненный силуэт. Я лежу на койке, под тонким, шуршащим одеялом, и смотрю в потолок. Он белый. Идеально белый. И в этом белом цвете нет ничего, кроме пустоты. Как в моем теле. Как в моей голове.

Только вот пустота теперь другая. Раньше она была просто отсутствием — отсутствием тепла, давления, текстуры. Пустотой, которая была моей нормой, моей тюрьмой, моим проклятием. А теперь… теперь в этой пустоте пляшут призраки. Призраки чужих пальцев, впившихся в мою талию. Призрак тепла, проникшего сквозь мокрую ткань платья. Призрак мягкости, давления, жизни, которые были на моих губах.

Эйдан.

Его лицо, нависшее надо мной, капли воды на ресницах, отчаяние в глазах, которое я никогда не видела у него прежде. И этот вопрос, который я задала, прежде чем сознание снова потянуло меня вниз: «Ты… поцеловал меня?»

Слово «поцеловал» теперь горит у меня на языке, как раскаленный уголь. Это не был поцелуй. Он сказал это. Это был ритуал спасения. Но для меня… для меня это было первым. Первым поцелуем. Первым настоящим ощущением.

Он спас меня. Он сделал то, что должен был сделать любой человек на его месте. И все. Точка. Забудь об этом. Забудь о его губах. Забудь о том, как твоё сердце до сих пор бьётся в бешеном ритме, когда ты вспоминаешь этот момент. Это была ошибка. Случайность. Ничего не значащая ошибка, вызванная адреналином и хлоркой. Ничего больше.

Но мысли, как назойливые мухи, не дают покоя. Они кружат, жужжат, впиваются. Я вспоминаю, как Ралфи сказал, что Эйдан велел не приглашать меня. Вспоминаю, как Триша, с ядовитой ухмылкой, шептала мне на ухо перед тем, как столкнуть в бассейн: «Кэсси сейчас наверху… с Эйданом. Представляешь? Она так мечтала об этом моменте…»

Он был с ней. В той самой комнате, пока я танцевала внизу, пытаясь утопить свою злость в сладком коктейле. Пока я смеялась, чтобы не плакать. Пока я пыталась убедить себя, что мне плевать. Он был с Кэсси. И они… переспали. Наверняка. Она же добилась своего. Она всегда добивается своего. А он… он ведь не отказался от неё в той комнате? Значит, согласился. Значит, позволил. Значит, хотел.

Я сжимаю кулаки под одеялом. Мне должно быть все равно. Я ненавижу его. Он высокомерный, холодный, жестокий. Он ненавидит меня. Он презирает этот проект, эту пару, меня. Его губы на моих — это не романтика, это реанимация. Это медицинская процедура. Это ничто.