Читать книгу Бродяга - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 5

В студенческие годы у нас сложилась группа таких же «бродяг», как я: с ранней весны до поздней осени в течение учебного года мы отправлялись гулять по другим городам. Выбирали мы эти города по весьма простому признаку — куда можно добраться ночным поездом — денег на гостиницы у нас не было, а вот на полку в общем вагоне удавалось наскрести. Начали мы, конечно, с Ленинграда, Новгорода, Пскова и в некий момент добрались до Прибалтики, в частности, до Таллина.

Сонные, с острой мечтой о кофе, мы вывались на вокзальную площадь, огляделись, увидели арку, ведущую в Старый город — и я застыла.

— Ты что? — спросили меня подруги.

— Я это место знаю…

— Конечно, знаешь — все наши фильмы про западные страны здесь снимали!

Я согласилась, хотя и не на 100%.

Мы вошли в Старый город. Выпили кофе в ближайшем баре. Было еще раннее, прохладное время, поэтому решили немного посидеть в храме, где шла служба. Как раз в этот момент все прихожане поочереди оглашали свое желание, а все присутствующие просили: «Господи, услышь нас!» И вот встает немолодой мужчина и говорит: «Господи, пошли, пожалуйста, дождь завтра, а то у меня на огороде все засохнет» — «Господи, услышь нас!». Потом встает женщина весьма среднего возраста: «Господи, пусть завтра будет солнечный день — мой сын прилетает в отпуск, чтоб рейс не отложили!» — «Господи, услышь нес!»… Тогда я впервые поняла, как же трудно быть Богом…

Выйдя из храма, мы двинулись к центру города. Перед перекрестком я опять затормозила:

— За углом на той стороне улицы будет светло-серый дом,.. — я описала его.

Дом там был. Когда ситуация повторилась, мы решили посмотреть, когда эти дома были построены: все около 1770 г… Никакие другие постройки я не помнила. «Помнила» — неправильное слово — я не могла ничего помнить, я никогда не была в Таллине. Гипотеза с фильмами тоже не годилась — тогда я помнила бы и другие дома…

И вообще город был каким-то родным… Хотя семейные хроники никак не были связаны с Эстонией…

Я еще много раз возвращалась в Таллин, пытаясь разгадать эту тайну… А однажды во время экспедиции на Куршскую косу я по ночам начала говорить на незнакомом языке. Это длилось несколько ночей подряд и коллеги сумели записать мои монологи на диктофон. Этот язык я действительно не знала… Что-то роднило его с немецким, но не более.

А Таллин… Таллин — чудесный, сказочный город, в нем каждый переулок, каждый дворик прячет какое-то сокровище, прогулка по нему — вечное ожидание чуда…

А теперь отправимся в другие европейские страны. Про Болгарию я уже писала, в Румынии была слишком мало и запомнила только, что в спортивной газете на первой странице была фотография Чаушеску, бегущего на лыжах, а перед началом спектакля в театре все зрители вставали и пели нечто типа гимна Чаушеску. Но писать об этом мне не хочется.