Читать книгу Особенная любовь. Волк и Наг - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 4

Лес вокруг коттеджа из потемневшего дуба ревел осенними ветрами: золотые и красные листья вихрем кружили в воздухе, шурша под ногами как шёпот древних духов, а низкое вечернее солнце пробивалось сквозь густые кроны сосен и берёз, окрашивая поляну в тёплые медовые тона с багровыми отблесками. Воздух был густо пропитан ароматом прелой листвы, смолы хвои, влажной земли и далёкого дыма от костров стаи — запахом дома, охоты и свободы.

Элли, стройная пятнадцатилетняя девушка с длинными волнистыми каштановыми волосами, перехваченными простой кожаной лентой, выбежала из дома босиком. Её загадочные глаза, способные менять цвет от карего до золотого как лесные озёра под луной, искрились волнением. Щёки пылали румянцем, тонкое платье в мелкий цветочек трепетало на ветру, облегая юную, уже наливающуюся формы фигуру, источая свежий аромат полевых цветов с ноткой древней, манящей магии.

— Элли, ты где? Помоги с пакетами, дочка! — крикнул Рэй, крепкий мужчина за сорок с седеющими висками у висков, широкими плечами и свежим шрамом на предплечье — памятью о недавней схватке с медведем-ренегатом из враждебной стаи.

Он слегка хромал после травмы спины на охоте, но мускулистые руки уверенно держали тяжёлые бумажные пакеты, набитые свежим мясом оленя, овощами, специями и травами.

— Иду, пап! Ну куда ты нахватал столько? Тебе Том строго-настрого запретил таскать тяжести!

Элли подбежала, босые ступни мягко впечатывались в прохладную землю, оставляя крошечные следы. Она нахмурилась, упрямо сжав полные губы, и потянулась за пакетом, её пальцы случайно коснулись мозолистой ладони отца.

— Я же ещё не старый дед, родная! Спину размякну — и порядок, — усмехнулся Рэй, морщинки вокруг серых глаз углубились в добродушных смехе, но в голосе скользнула нотка усталости.

— Папочка, возраст тут ни при чём! Джей, иди сюда скорее, лентяй!

Из-за угла коттеджа выплывала шумная толпа — друзья Джея, молодые оборотни лет двадцати в потрёпанной одежде: рваные джинсы, футболки с пятнами пота и земли, тяжёлые ботинки, пропитанные звериным мускусом после дневной тренировки в чаще.

Во главе шагал Джей — высокий, атлетичный, с копной русых волос и пронзительными зелёными глазами матери, — почесывая затылок с ленивой ухмылкой.

— Что опять ругаешься, сестрёнка? Мы не лентяи!

— А ты не ворчи! Помоги занести, а то отец сам затащит все мешки — ему нельзя после той боли на прошлой неделе! Помнишь, как он корчился?

— Не забыл. Он сказал, позвонит по дороге. Поэтому толпой сидим на крыльце, ждём сигнала — пакеты шуршат, как осенние листья под лапами. Ладно, берём!

Среди парней выделялся Сэт — высокий, широкоплечий волк с копной чёрных спутанных волос, пирсингом в брови и татуировкой оскаленной волчьей пасти на мускулистом бицепсе. Его карие глаза, тёмные как лесная ночь, расширились, когда он увидел Элли. Ноздри дрогнули, улавливая её запах — свежий, цветочный, с электризующим привкусом древней силы, от которого сердце стукнуло чаще. Он замер, не в силах отвести взгляд от её развевающихся волос и грациозных движений.

— Сэт, глаза сломаешь, приятель. Смотри под ноги, — низко рыкнул Джей, шагнув вперёд; кулаки сжались, мускулы напряглись, в глазах вспыхнул жёлтый отблеск волка-защитника.

— Извините, мистер Рэй… — пробормотал Сэт, краснея до корней волос, но не смог сдержать улыбки.

— Просто Элли… она как лесная нимфа в лунном свете. Такой свет… от неё исходит.

Элли повернулась, поймав его взгляд; её щёки вспыхнули ярче, глаза на миг стали изумрудными. Сердце ёкнуло — в Сэте было что-то притягательное: дикая сила, тёплая улыбка, запах мускуса и дыма. Она улыбнулась в ответ, игриво откинув прядь волос.

— Спасибо, Сэт. Нимфа, говоришь? Осторожно, а то заколдую, — подмигнула она тихо, чтобы не услышал брат, и её голос дрогнул лёгкой дрожью возбуждения.

Рэй хмыкнул, но в глазах мелькнула тень:

— Она ещё маленькая, пятнадцать всего. Смотрите в оба — ноги оторву, если что.

— Поняли, босс! — хихикнул кто-то из парней, но Сэт только кивнул, не отрывая глаз от Элли, пока она не скрылась в доме.

Джей рыкнул громче:

— Зарубите на носу: к Элли не подкатывать. Закопаю под старым дубом, и Том не поможет! Пошли работать — дрова колоть, шкуры чистить, костёр растапливать!

Вечерело стремительно: солнце утонуло за лесом, небо усыпали первые звёзды, прохладный ветер принёс запах влажной земли, грибов и надвигающейся луны. На поляне вспыхнул огромный костёр — треск поленьев разносился эхом по чаще, оранжевые языки пламени взмывали высоко, искры танцевали в ночном воздухе, отгоняя тени и маня стаю. Жарили кроликов и оленину на вертелах: сочное мясо шипело, жир капал в угли с аппетитным чадом, аромат розмарина, тимьяна и диких трав кружил голову, пробуждая звериный голод. Стая расселась у огня — болтали хриплым смехом, перебрасывались шутками, Рэй делился легендами племени: о прародителях, обращавшихся в волков под полной луной, о битвах с тёмными духами в древних чащах и о древних нагах, чья кровь текла в жилах стаи. Сэт сидел чуть поодаль, украдкой бросая взгляды на коттедж, где мелькала фигура Элли.

Джей заметил и толкнул локтем:

— Забудь, она сестра моя.

— Знаю, Джей. Просто… она особенная. Чувствую её ауру — как зов луны, — тихо ответил Сэт, и в его голосе скользнула тоска.

— Отец, а где Элли? Торт обещала! — Джей облизнул пальцы, лицо освещено бликами огня.

— Готовила сюрприз.

Прошло минут двадцать — лес затих, только уханье совы да шелест листвы. Луна серебрила вершины, тени удлинились. Вдруг дверь распахнулась: Элли вышла с трёхъярусным тортом — шедевром из воздушного бисквита, кремовых роз, свежих лесных ягод и блестящей шоколадной глазурью. Её глаза сияли чистым золотом в свете костра, щёки пылали, платье обрисовывало формы в танце теней. Аромат ванили и карамели хлынул волной, смешиваясь с дымом.

— С днём рождения, Джей! С двадцатилетием тебя, брат мой! — воскликнула она, голос звенел как горный ручей.

Джей вскочил, ловко забрал торт и крепко обнял сестру — его сильные, огрубевшие от работы руки нежно сжали её плечи, но взгляд метнулся к Сэту.

— Ты сама испекла? Для меня? — прошептал он, растроганно.

— Конечно! Ты же мой любимый старший брат! — засмеялась Элли, прижимаясь на миг, её сердце стучало от гордости.

Сэт встал, не удержавшись:

— Элли, это… невероятно. Ты волшебница. Можно… помочь со свечами? — его голос стал ниже, глаза горели, он шагнул ближе, пальцы коснулись её руки — лёгкое, электризующее касание, от которого по коже Элли пробежали мурашки.

Она кивнула, улыбаясь тайно:

— Конечно, Сэт. Только не сожги всё, «нимфа» не потушит, — шепнула она, их взгляды сцепились, воздух между ними потрескивал, как костёр.

Джей зарычал тихо, но Элли игнорировала.

— Мы так скоро колобками станем от твоих десертов! — зачавкали друзья.

— Вы вечно носитесь волками, охотитесь допоздна — от сладкого ничего не будет. Тем более через три года я в институт уеду, будешь Джей, только помечтаешь о моём торте!

— Всё-таки решила в город ехать?

— Не навсегда. На праздники вернусь, побегаем по снегу стаей. Ой, свечки забыла внутри!

Она развернулась и скрылась в тёмном силуэте коттеджа. Минуты тянулись — лес затих. Вдруг из дома раздался пронзительный крик ужаса, эхом разнёсшийся по поляне, полный боли и паники. Рэй с Джеем бросились внутрь — половицы скрипели под тяжёлыми шагами, сердца колотились как барабаны. Сэт рванул следом, волнуясь за Элли.

В кухне под тусклой лампой Элли стояла у стола: плакала навзрыд, тряслась крупной дрожью, руки в ярко-алой крови, капающей густыми каплями на деревянный пол. Глаза метались в панике — то карие как земля, то золотые как луна; воздух сгустился от металлического запаха крови, первобытного волчьего мускуса и всплеска её ауры — переливов, как у древних оборотней. Ногти удлинились в острые когти, платье порвалось у подола.

— Не подходите! Уходите! — визжала она, отступая к стене, тело изгибалось в судороге.

— Дочка, что случилось? Родная! — Рэй протянул руки, борясь с отцовским инстинктом защитить, волчья кровь вскипела.

— Я не знаю! Кровь… пошла сама! Ничего не делала! Больно… страшно… Что со мной?! — слёзы жгли щёки, аура пульсировала, заставляя лампу мигать.

— Элли, милая, выйди ко мне. Я здесь, — голос Рэя дрожал, но звучал твёрдо, как ствол векового дуба.

Сэт шагнул ближе, сердце сжималось:

— Элли, это я, Сэт. Дыши, пожалуйста… Ты не одна.

Его присутствие — тёплое, успокаивающее — кольнуло её; она встретила его взгляд, и когти чуть укоротились.

Джей кивнул брату по стае:

— Сынок, позови маму. Сэт, держи её спокойной.

— Пап, это первая волна… Она стала взрослой. Кровь оборотня пробудилась, — прошептал Джей, глаза вспыхнули пониманием.

Лори примчалась — спокойная женщина с мягкими чертами, седеющими прядями и материнской силой — обняла Элли крепко, как волчонка, шепча:

«Всё хорошо, родная. Это знак зрелости, луна зовёт твою кровь».

Увела в спальню с тёплым светом лампы, объясняя о первой волне, превращениях и тайнах тела. Они вернулись к костру — треск огня, смех друзей, шелест леса. Но воздух электризовался новой силой: предвестие первого обращения Элли, перемен для стаи.

Сэт сел ближе к ней, их колени соприкоснулись под столом; она улыбнулась, рука нашла его под столом — тайное обещание. Джей нахмурился, но промолчал.