Читать книгу Конечная остановка - Группа авторов - Страница 1

– Как это в Крещение и не погадать! Давай, тащи сюда газету и спички, – Татьяна энергично сдвинула со стола тарелки и бокалы, потушила бра, которое висело над столом, и в кухне воцарилась темнота, которую прорезал лишь слабый свет фонарей да тусклый блеск снега за окном.

Татьяна и Алла были давними подругами, в январе они обязательно собирались за праздничным столом, болтали, немного сплетничали, смеялись, а еще гадали. Так повелось со студенческих времен: ничего особенного, просто баловство.

– Я первая! – Алла взяла большой газетный лист, смяла его, положила на металлический поднос и поднесла спичку. Бумага начала бойко гореть, женщины установили поднос с этим небольшим костерком ближе к стене, чтобы увидеть на ней движущиеся тени, которые создает горящая бумага.

– Смотри, вон собака бежит – это точно помощь друзей, а рядом бегемот какой-то, – засмеялась Алла, расшифровывая тени на стене.

– Смотри, поменьше на сладкое налегай, а то за год в бегемота превратишься, – Татьяна озорно посмотрела на подругу.

– А ты, Тань, с тортами реже приходи, лучше морковку приноси, – отшутилась Алла.

Вдруг обе замолчали и переглянулись.

– Ты тоже это видела? – с дрожью в голосе спросила Алла.

– Видела, – кивнула Таня.

Она резко включила свет, ухваткой взяла горячий поднос и сунула его в раковину под кран с водой. Раздалось шипение погасшего гаданья.

Они сели друг напротив друга за стол и замолчали. На стене в отсветах горящей бумаги подруги увидели одно и то же: силуэт гроба, в котором лежит женщина – отчетливо был заметен ее профиль. Над мертвой склонилась другая фигура, похоже, тоже женщина, она внимательно вглядывалась в лицо покойницы.

Вдруг Татьяна начала говорить, причем каким-то не своим голосом – тусклым, заунывным, совсем без интонации:

– Алла, ждет тебя большая потеря. Мама твоя заболеет и умрет прямо под следующий Новый год. Берегись женщины с седыми волосами, она заставит тебя страдать. Твой муж тебя обманывает, вы разведетесь.

Потом Таня обхватила голову руками, зажмурила глаза и сморщилась, словно от боли. Тело ее напряглось, а затем внезапно расслабилось.

– Ты что мне здесь нагородила? – с обидой в голосе громко сказала Алла. – Что за цирк? Ты вообще в своем уме?

– Прости, я сама не знаю, что говорила. Само как-то вырвалось. Я уж лучше пойду, – ответила гостья.

– Молодец! Сначала напугала до смерти, а теперь уходить собирается. Да я не усну. Ты это зачем все говорила, лучше объясни, – подруга со страхом глядела на Татьяну.

– Да не знаю я! Как будто не я это говорила, а другой кто-то. Мне самой, знаешь, как страшно! Я во всякое колдовство вообще не верю. Чушь это все какая-то. Просто напугались мы с тобой, вот наша психика и выдала нам по полной, – попыталась найти объяснение своему поведению Таня.

– Оставайся ночевать, мне страшно, – примирительно попросила Алла.

– Но у меня дома же Костя, сама знаешь, он мне весь мозг вынесет, если я не приду, – муж у Татьяны был очень ревнивым.

– Давай мы его сюда позовем, пусть приходит и ночует с нами. Я одна не смогу спать. Мой-то Славка в командировке.

В итоге подруги позвонили Косте, умоляли его прийти, и только благодаря тому, что он явился не с пустыми руками, а принес бутылку красного вина, женщинам удалось успокоиться и даже посмеяться над своим приключением.

Спустя год у Аллы действительно умерла мама, никакой седой женщины-вредительницы ей не встретилось, а муж и правда обманывал ее в своих командировках. Но семью им удалось сохранить, смерть близкого человека сплотила.

С тех пор за Таней прочно закрепилась слава гадалки, которая сначала тяготила ее, а потом начала приносить дивиденды. Уже 15 лет прошло с того январского вечера, подруги давно вышли из возраста, когда интересно гадать: обеим перевалило за 45 лет. Татьяна успешно эксплуатировала образ экстрасенса, ей удавалось на этом даже зарабатывать, хотя в глубине души она точно знала, что никаких потусторонних способностей у нее нет. Ей не было стыдно за то, что она наживается на наивности своих клиентов. «Все же я хороший психолог, а многим не с кем поговорить о своих тайных проблемах, так что деньги я беру за сеансы психотерапии», – успокаивала она себя в минуты угрызений совести.