Читать книгу Конечная остановка - Группа авторов - Страница 2

В комнате было светло, эта квартира никак не походила на представление о месте, где живет экстрасенс и гадалка. Пахло прозаически – новой мебелью. Хозяйка вышла встречать клиентку в футболке, на которой было написано «Люблю море» и нарисован якорек. Вместо цыганской цветастой юбки – джинсы. Никакой потусторонней романтики.

«Босоножки старенькие, потертые, но чистые и отремонтированные. Сумка – вместительная, чтобы хлеб и молоко можно было положить, волосы собраны дешевой пластиковой заколкой, косметика – дешевая, пахнет духами из магазина бытовой химии. Чистенькая, но бедненькая и несчастненькая, зажатая, забитая. Наверняка, пришла про пьющего мужа выспрашивать», – такой мониторинг клиентов Татьяна проводила всегда, как только они переступали порог ее дома. Обувь, сумка, волосы и запах – были тем, на что она обращала внимание в первую очередь.

Она широко улыбнулась и жестом пригласила гостью в комнату.

«Вроде она не заметила, что платье под мышкой зашито», – гостья прижала плотнее руку к туловищу, чтобы не светить подштопанным платьем. Она робко посмотрела на Татьяну и мелким шагом, на цыпочках засеменила в комнату.

«Наверняка, муж ее колотит. Сейчас будет рассказывать мне, какой он прекрасный, но слабый человек. А сама вон синяк на руке прикрывает», – Таня легко вздохнула и глянула на молодую женщину, устраивавшуюся напротив нее в кресле. Та зябко повела сведенными плечиками, хотя в комнате было жарковато.

Обе молчали: гадалка – поощрительно-пригласительно, гостья – смущенно-растерянно. Татьяна специально молчала, давая посетительнице возможность пообвыкнуть.

– Как правило, я гадаю на картах. Могу на обыкновенных, могу на Таро, – прервала паузу хозяйка.

– Мне на обычных, – робко пролепетала посетительница.

– Вот вам колода, подержите ее в руках и задумайтесь о том, что бы вы хотели узнать, может, что-то изменить. Вас ведь Юля зовут? Вы не стесняйтесь, Юля, – гадалка передала гостье колоду, слегка дотронулась до ее руки, а потом вдруг заговорила.

– Вижу, Юля, с мужем у вас не все гладко. Злой он человек, пьет много, обижает вас. Сильно ревнует, хотя повода вы не даете, вымещает на вас все свои неудачи.

Просительница вздрогнула.

– Вы же еще карты не разложили, – тихо сказала она, а в ее глазах уже читалась безоговорочная вера в экстрасенсорные способности хозяйки квартиры.

– Сейчас мне это не нужно, просто я почувствовала вас. Замуж вы выходили по любви. Муж вас ревновал к каждому столбу, вы думали, что именно так и выражаются сильные чувства. Строчил СМСки по 15 штук в час, сторожил под подъездом. Как, кстати, его зовут?

– Леонид.

«Господи, как мне это все надоело, – думала Татьяна. – Где твои глаза были, когда ты с ним связалась? Какие женщины бывают доверчивые и слабые!»

– Смотрю, и дети у вас есть, – гадалка уже раскладывала карты.

– Да, трое.

«Еще и трое! Куда же ты от такого упыря-то нарожала!»

– Пьет ваш муж крепко, – невозмутимо гадала Татьяна.

– Да, поэтому и пришла. У него есть другая, да? Поэтому он такой, да?

«Он такой, потому что мудак, – усмехнулась про себя гадалка, – за мудака ты замуж вышла, голубушка, смотреть раньше надо было, могила его исправит».

Но вслух сказала:

– Бывали у него женщины, но так, залетные. Зазнобы постоянной у него нет, сейчас точно никого нет, – сжалобилась над страдалицей хозяйка квартиры.

«Какие там любовницы, когда он не просыхает, бабу ему бутылка заменила», – отметила про себя гадалка.

Ресницы посетительницы внезапно задрожали, подбородок запрыгал.

– Это хорошо! Спасибо! – она заерзала в кресле, – а можно, мне зелье какое-нибудь дать или заговор сделать, чтобы он пить перестал?

«Ну вот, что я говорила! Вместо того, чтобы собрать шмотки и бежать от деспота и алкоголика куда подальше, она спасать его собралась. Только боится сильно, поэтому втихаря хочет ему что-нибудь подмешать. Конечно, это же гораздо легче, чем порвать с ним и уйти открыто, пока дело до поножовщины не дошло», – рассуждала Татьяна.

Вслух она сказала только последние слова:

– Как бы дело до поножовщины не дошло. Вижу, блестит холодная сталь, над вами нависла опасность, может быть, над вашими близкими.

– Это как? Зачем вы меня пугаете?

«Не хочет голос разума услышать, придется лавочку сворачивать и выдать ей какую-нибудь волшебную микстуру. Ох, доиграется она с огнем, все соки он из нее высосет».

– Это не я вам говорю, это через меня вам дух-охранитель семьи говорит, – загробным голосом ответила Татьяна. Потом она опустила руки на колени, замолчала и прикрыла глаза. Затем, словно очнувшись, встряхнулась и сказала:

– Дам я вам одну настойку, мне ее шаман с Алтая передал. Говорит, что помогает в таких случаях хорошо. Плесните одну чайную ложку ему в чай. Остальное нужно вылить на могилу молодого мужчины на кладбище. Но гарантий нет никаких, спасти его вам вряд ли удастся, слишком сильно он погряз в грехах, демоны почти утащили его в свой ад. Я попробую поработать с его астральным телом в своих медитациях, чтобы оно стало менее восприимчиво к алкоголю, но ничего не гарантирую, случай запущенный. – Татьяна строго посмотрела на Юлию.

После таких визитов она чувствовала себя вымотанной. Гораздо легче было общаться с молодыми девчонками, которые еще замуж не вышли, жизнь их не успела потрепать. Им можно было говорить все, что угодно, главное – настроить на лучшее. Нетрудными были и сеансы со скучающими дамами без видимых проблем. Им требовалось мистическое приключение, выдуманные страсти да туманные предсказания. Приходили к ней и скептики, с ними гадание выливалось в беседы за жизнь и сеансы психотерапии.

Но вот такие случаи, когда она видела, что человеку угрожает реальная опасность, которую он не хочет признать, были самыми безнадежными.

– Юлия, это не мое дело, конечно, но, может, вам лучше с юристом поговорить? Я же вижу, что у вас синяк на руке, – не выдержала Татьяна.

Та только затравленно на нее глянула и тихо, но твердо ответила:

– Я просто ударилась.

Обычно плату за визит посетительницы оставляли в большой плоской вазе, которая стояла в коридоре на тумбочке у выхода. Об этом Татьяна предупреждала заранее, еще при телефонном разговоре, когда назначала визит. Ей не нравилось иметь дело с деньгами во время сеанса, казалось, это нарушает всю магию. Вот и теперь Юля неловко потянулась в сумочку за кошельком, чтобы оставить деньги в вазе. Кстати, Татьяна никогда не назначала цену, каждый давал столько, сколько считал нужным.

Посетительница замялась, завозилась с деньгами. Татьяна сделала вид, что не замечает манипуляций гостьи. Когда та наконец ушла и закрыла за собой дверь, гадалка заглянула в вазу.

«А вот это уже некрасиво, – с усмешкой подумала она, глядя на 50 рублей, сиротливо лежавших на дне. – Если ты такая бедная, лучше бы деньги на молоко для детей потратила, а не гадалкам отдавала. С мужем тебе, дорогая, разобраться надо, а то он и детей тебе сломает. О чем только думаешь!» – Татьяна все не могла остановить внутренний диалог, который вела с посетительницей.

Вся эта эзотерика была ее побочным заработком, которым она занималась в свободное от работы время. Основной доход уже давно ей приносила частная практика массажа, где она тоже использовала нетрадиционные методы, но могла промять спину вполне классически – когда-то она прошла специализированные курсы, да и сейчас время от времени ездила на повышение квалификации. Принимала она на дому, в комнате у нее даже имелся большой массажный стол. Кстати, некоторые после сеанса врачевания тела оставались и на сеанс врачевания души – погадать. В общем, Татьяна не бедствовала, учитывая, что массаж нынче недешев.

Через 15 минут к ней должна была подойти дама на лимфодренаж – особый вид массажа. Она была ее недавней клиенткой: в свои 60 лет имела 30 кг лишнего веса, но при этом была очень активна. Казалось, Зинаида ни на минуту не может остановиться, даже на массажном столе ее было тяжело расслабить. Рот у нее тоже не закрывался. За пять сеансов, что она уже прошла у Татьяны, женщина успела рассказать всю свою жизнь. Особую ярость в ней вызывала невестка. Вот уж у кого не осталось ни единой непромытой косточки. Зинаида багровела не только лицом, но даже спиной, когда рассказывала, в каких непутевых руках оказался ее сын. Неприязнь была настолько велика, что она даже ни разу не назвала невестку по имени, только по прозвищу: «бледная немочь».

– И представляешь, Танюша, она даже суп нормальный сварить ему не может. Сама хлипкая, и суп у нее жидкий. Как она ему умудрилась троих детей родить, ума не приложу, – кряхтя, сообщала очередную подробность жизни сына Зинаида.

Когда она впервые пришла в дом Татьяны, хозяйка по привычке отметила про себя: «Обувь – удобная, добротная, правда, аляповатая, и сумка такая же. Ногти и волосы ухоженные, а за весом – не следит». «Натура, подверженная страстям, не умеет останавливаться», – решила тогда экстрасенс, и оказалась права.

Сегодня она приготовилась выслушать очередную длинную историю о «бледной немочи» и бедном сыне. Правда, Татьяна умела отгораживаться от слишком эмоциональных клиенток, слушала их вполуха и сосредотачивалась на массаже.

Но на этот раз Зинаида пришла не на массаж.

– Слушай, Танюша, давай сегодня погадаем, – энергично предложила она.

– Ну что ж, давайте. А что за надобность такая?

«Опять про невестку и сына сейчас запоет», – усмехнулась про себя гадалка.

– Сын у меня с этой дурой все никак ужиться не может. А тут пришел ко мне недавно нормальных голубцов поесть и весь аж светится. Я его, конечно, пытать начала: что да как, откуда такое веселье. А он отмалчивается, но сердце-то материнское чует – баба ему нормальная попалась. Вот хочу узнать, изменяет ли он бледной немочи, – разоткровенничалась свекровь.

«Да хоть с самой царевной он бы спутался, тебе и эта не понравится. Через месяц ты ее шалавой обзовешь, если она независимая, и бледной поганкой, если она скромная», – подметила Татьяна про себя, а сама взяла карты.

– Перетасуйте. – Она отдала гостье колоду.

– Представляешь, она тут решила, что может указывать, сколько времени сын должен проводить с матерью! Совсем уже у него от рук отбилась! Я ему, конечно, все высказала про его благоверную. Родная кровинка, а такое терпит – вечное ее нытье по поводу и без. Завела песню: «Может, ты не будешь так часто к матери ходить?» Представляешь?! Как такое вообще возможно? – Рот Зинаиды не закрывался.

«Да уж, попала девчонка в переплет, с такой-то свекровью. Не завидую я ей», – отметила Татьяна, ее настроение портилось.

– Ну, раскладывай свои карты. – Нетерпеливая клиентка подалась всей своей необъятной грудью вперед.

«Ой, как ты меня достала. Сейчас я тебе погадаю», – приготовилась хозяйка квартиры, а вслух сказала.

– Вот смотрю я на карты и вижу: казенный дом, деньги, хлопотная дорога, женщина какая-то рядом, видно молодая, но не жена. Их что-то связывает, сильное, родовое. Не ребенок ли? – закинула удочку Татьяна.

– Что за дом такой, казенный?

– Ну полиция, например. Ох, Зинаида, подаст кто-то на алименты, судя по раскладу. – Татьяна откровенно веселилась, глядя, как ее предположения выводят из себя клиентку.

– Какие такие алименты! Было дело, гулял он по молодости, но женат-то не был, может, и прижил каких-нибудь детей, а теперь каждая шалава на алименты подавать будет? – уже гремела, краснея лицом, ревнивая мать.

Татьяна про себя усмехалась: «Задай своему отпрыску головомойку, пусть ему пусто будет. Семейка упырей».

– Я уж не знаю, какие алименты. Может, и не алименты вовсе, может, чего другое в казенном доме-то у него выйдет – подерется да в кутузку попадет, мало ли что, – рассуждала вслух Татьяна.

– Какая из тебя гадалка, если ты толком сказать ничего не можешь: то алименты, то драка. В гробу я видала таких экстрасенсов! Шарлатанка! Мошенница! Идиотка! – Голос скандалистки набирал все большую высоту, на «идиотке» Зинаида сорвалась на визг. Ее лицо стало малиновым, она начала судорожно хвататься за сердце.

– Успокойтесь, Зинаида, – засуетилась Татьяна, – вам нехорошо? Давайте я «скорую» вызову, не нужно волноваться. – Хозяйка бросилась на кухню за стаканом воды. Одновременно она набирала телефон неотложки.

Из комнаты несся только натужный хрип.

«Переборщила, а ведь хотела просто ее немного проучить», – уже сокрушалась Татьяна.

«Скорая» приехала довольно быстро.

Женщине сделали укол, спросили у Татьяны, кем она ей приходится. В итоге Зинаиду увезли в больницу. Гадалка только и успела спросить у нее телефон сына, чтобы передать ему неприятную новость – маме стало плохо, ее госпитализировали.

«Больше никогда так делать не буду. Подумаешь, противная тетка, но мое-то какое дело? Вот зачем ей надо было про невестку столько гадостей рассказывать? Вела бы себя нормально, тогда бы веселая и довольная домой отправилась, а не на больничную койку. Только бы она этой несчастной заложнице семейства мозг не вынесла», – переживала неудачное гадание доморощенный экстрасенс.

Со вздохом Татьяна набрала номер сына. Трубку долго не брали, она уже хотела нажать отбой. Но вдруг услышала резкий голос.

– Да! – рявкнули в телефон.

– Здравствуйте. Я вам по поводу вашей мамы звоню. – Татьяна плотно прижимала трубку к уху. – Ее в больницу увезли – во вторую городскую, плохо ей стало.

– Где плохо стало? Кто вы? – чуть более мягким голосом спросил мужчина.

– Она тут ко мне на массаж приходила, разволновалась, сердце вроде, – как в холодную воду заходила Татьяна, которая не стала говорить про сеанс гадания.

– Ясно. – В трубке замолчали.

– Ну, я надеюсь, все будет нормально, она поправится. Она была в сознании, разговаривала, – засуетилась гадалка.

– Я все проверю, и у нее спрошу, кто виноват в приступе. Эти ваши массажи людей до добра не доводят, – агрессивно ответил сын Зинаиды и бросил трубку.

– Ну и семейка! – в сердцах вслух сказала Татьяна, когда положила трубку, но при этом ей действительно стало не по себе, уж больно угрожающим был голос в трубке.

Всю неделю ее мучила совесть. В итоге как-то вечером она собралась с духом и набрала номер сына Зинаиды, хотела узнать, как дела у его мамы, спросить, где она лежит, чтобы навестить.

– Да! – неприятно резанул ухо голос в трубке.

– Извините, что беспокою, это Татьяна, массажистка. Хотела проведать вашу маму, не подскажете, как к ней попасть: отделение, палата? – выдохнула скороговоркой она.

– Точно не могу сказать, жена в курсе. Переговорите с ней, сейчас трубку передам, – сказал мужчина.

Татьяна слышала, как он гаркнул куда-то в сторону: «Трубку возьми!» И слабый, будто вечно извиняющийся, женский голос, который пролепетал в ответ что-то невнятное.

– Здравствуйте, – тихо ответила подошедшая к телефону невестка.

«А ведь точно, говорит, как «бледная немочь», забитая какая-то», – подметила Татьяна. Она выслушала долгое путаное объяснение, где лежит свекровь, когда к ней лучше подойти, что ей можно, что нельзя. Под конец стало так скучно, аж зубы свело. От скуки и напряжения она начала выдергивать нитки с подола юбки.

«Все хватит, я больше не выдержу этого нытья», – думала Татьяна, а женщина на том конце провода еще только закончила долгое объяснение, что делать, если не будут пускать в палату.

– Спасибо вам большое, я поняла, – попыталась прервать поток слов Татьяна.

На том конце смущенно замолчали, вздохнули, а потом тихонько пролепетали:

– До свидания.

«Уф, уморила!» – со вздохом нажала на отбой массажистка.