Читать книгу Конечная остановка - Группа авторов - Страница 5

Неделю назад вечером Юля вышла за ворота Дома престарелых. Она не убирала утки за стариками, как выразилась ее свекровь. Молодая женщина работала педагогом-психологом. Платили там мало, но ее деньги все равно забирал муж, который отнял у нее зарплатную карту. Работа Юле просто нравилась: только тут, среди брошенных и одиноких стариков, она чувствовала, что действительно кому-то нужна, что ее ждут и любят. Даже с собственными детьми у нее не было такого чувства, потому что уже сейчас они смотрели на нее глазами отца – насмешливо и высокомерно, как на человека, у которого не все в порядке с головой. Только младший сын все еще жался к ней, словно маленький котенок, но это ненадолго: еще пару лет, и физическая связь, которая крепко держит вместе ребенка и мать, начнет ослабевать.

Был прохладный летний вечер, ничего примечательного. В голове у Юли были домашние заботы, нужно было поторапливаться, чтобы вовремя забрать дочь из садика. В кармане звенели 40 рублей – все, что ей выдал муж на проезд.

Она привычно пошла на остановку, стала ждать автобус. Транспорта долго не было, поэтому мужичок, который вместе с ней стоял в ожидании, раздраженно махнул рукой и куда-то пошел пешком. Она осталась одна. Наконец подошла маршрутка. Юля неловко забралась внутрь. На одном из сидений расположилась странная женщина: черный платок, черный балахон до пят. «Монашка», – решила Юля.

Какая-то сила заставляла ее не отводить взгляда от этой женщины. Наконец пассажирка в черном ласково на нее глянула и произнесла:

– Добрый вечер.

Юля так смутилась, что, по обыкновению, покрылась красными пятнами. Она не смогла из себя выдавить ответное приветствие, поэтому засуетилась, полезла зачем-то в сумку, ничего в ней не нашла кроме носового платка и сменных колготок младшего сына, которые она всегда носила с собой, чтобы можно было поменять мокрые, если случится непредвиденная авария.

Женщина в черном продолжала ласково смотреть на Юлю и молчать. От нее шла какая-то волна теплоты. Наконец она сказала:

– Вот еду из города на автостанцию, потом до деревни Красная Горка. Там у нас обитель. Бумаги ездила выправлять для настоятельницы, – сказала пассажирка.

Молчать в ответ было уже неудобно, поэтому Юля ответила:

– Вот в садик еду сына забрать.

– Хорошее дело. Помолюсь за тебя и за твоего сына.

– Помолитесь за всех моих детей: за Аленку, за Стасика и за Людочку.

– Обязательно. – Женщина в черном наклонила голову в знак согласия.

«Какая она спокойная, видно, что легко у нее на душе, не то что у меня. Жить больше нет никаких сил, устала. Я тоже хочу уехать куда глаза глядят, в какую-то там Красную Горку. Там тихо, спокойно, и тебя все любят. Только кому я там нужна?» – Юля тихонько вздохнула.

Почему-то ей стало любопытно, выйдет ли действительно монахиня на автостанции. «А вдруг обманывает?» – почему-то подумала она, по привычке не доверяя служителям культа. Остановка «Автостанция» была позже, чем «Улица Чайковского», на которой нужно было выходить Юле, чтобы попасть в детский сад. Какая-то неведомая сила приковала ее к сиденью, когда водитель объявил: «Улица Чайковского», следующая – «Колхозный рынок». Как завороженная, просидела Юля в маршрутке, пока они не доехали до автостанции. Когда монахиня выходила, она приветливо наклонила голову и сказала: «До свидания, голубушка. Храни тебя Господь». Только и видела Юля ее черный подол да быстро удаляющуюся по аллее фигуру.

«Как, интересно, ее зовут? Что же я такая растеряха? Вот хорошая женщина, может, когда-нибудь я приду к ним в Красную Горку и скажу: «Вот я, Юлия непутевая. Возьмите меня к себе, спрячьте, обогрейте, вылечите мою душу. А они дадут мне с дороги попить холодной воды, я хлебну, умоюсь и буду мести монастырский двор да за пожилыми монахинями ухаживать. Никто меня никогда там не найдет, никто меня больше не обидит».

Когда Юля поняла, что проехала свою остановку, она даже не забеспокоилась. Какое-то глухое бесчувствие опустилось на ее плечи, словно она оказалась в другой реальности, где не нужно беспокоиться о детях, торопиться домой, бояться мужа и свекрови. Автобус катил дальше по основному городскому проспекту. Наконец водитель объявил: «Конечная остановка». В салоне остались только Юля и какая-то старушенция с двумя большими матерчатыми сумками. Она рванула вперед, чтобы выскочить из маршрутки первой. Юля шла медленно, как будто это был какой-то особенный ритуал: выход из автобуса. Она трогала обивку сидений, гладила поручни, словно прощалась с ними, да и заодно со всем этим бренным миром.

– Девушка, давайте побыстрее, освободите салон. – Водителю явно хотелось на перекур.

Окрик вернул Юлю в привычное состояние извиняющейся суетливости. Она выскочила из автобуса.

– Э, а за проезд кто платить будет? – крикнул ей вслед водитель.

– Ой, я забыла. – Юля кинулась обратно, но мужчина глянул на нее сочувственно: ее кособокая фигура заставила его лишь махнуть рукой.

Юля потерянно стояла в незнакомой части города. Это была небольшая площадь, в центре которой расположилось трамвайное кольцо, а на периферии – киоск «Союзпечати», ларек с мороженым и трамвайная диспетчерская. Тут же устроили себе импровизированную стоянку таксисты. Группка мужчин курила и ждала клиентов.