Читать книгу Жена фаворита королевы. Посмешище двора - Группа авторов - Страница 6

— Простите, я не знаю, как вас зовут? — заикаясь спросила управляющего, он снова внимательно посмотрел на меня, словно ищет хоть какие-то «следы» настоящей Аннабель во мне. Но кроме внешности, ничего нет.

— Ричард Бишоп, управляющий вашим поместьем, меня нанял ещё отец Аннабель.

— Спасибо, я правда ничего не помню, очнулась уже в комнате, у камина, Нора лечила меня, но я сразу стала говорить так, как сейчас. Может быть головой ударилась? А может быть в детстве меня кто-то напугал, я стала дурочкой, а после падения, ударилась, и в голове всё встало на свои места, могло же такое случиться? Или всех умных тут в психушку к инквизитору отправляют и мне ничего не поможет?

Мою нервную речь Бишоп выслушал очень внимательно, потёр свой массивный подбородок с лёгкой небритостью. И снова посмотрел мне в глаза.

Сама вижу, что он перебирает разные варианты, как помочь, но продолжает молчать, отчего меня начинает трясти ещё больше.

— А герцог? Может быть, он заступиться за меня? — шепчу, и слеза скатывается по щеке.

— Герцог уже в дороге, даже если я телеграфирую ему, то это ничего не даст, против королевы он вряд ли выступит. Он приедет, когда приедет, и вами если и займётся, то после всех важных дел.

— Он так ненавидит Аннабель? — я проговариваюсь, называю себя в третьем лице, и Бишоп это тоже заметил.

Ответил в таком же стиле.

— Она его раздражает своей тупостью, а после нелепого брака с нищим дворянином, а мне кажется, что на самом деле Фредерик мещанин, это позор, вот так разбазаривать своё достояние и титул. Герцог с вами не разговаривал после свадьбы, да и вы его ненавидите, если мягко выражаться. Однако, кто-то из дворца пару дней назад послал за мной в Палау гонца, парнишка примчался на коне и предупредил, что вам уже второй раз грозит расправа, я долго ехал в карете до столицы, а потом понял, что могу не успеть, и ранним утром пересел на коня, как чувствовал, что надо спешить. Кто-то о вас в столице переживает, но кто, я не знаю. Думаю, что Фредерик, он своеобразный, но к вам относится с теплотой. Насколько могу предположить, уж простите, не мужское это дело о таких вещах разговаривать!

Бишоп прошёл к буфету и налил себе какой-то крепкий напиток, вместо рюмочки – бокал для вина, явно не лимонад.

— Ой, мне тоже плесните глоток, надо сосуды расширить, чтобы думалось лучше, может, Фредди послал за вами? Он мне показался заинтересованным, — сама не заметила, как в очередной раз сдала себя с поличным. Ричард ухмыльнулся, и протянул мне второй бокал, на дне буквально глоток, по запаху напоминает коньяк. Залпом выпиваю и стресс «проглатывает» спиртное, теплом по телу пробежала волна, сейчас бы кофе. Вздрагиваю, жаром к щекам прихлынула кровь, чувствую, что зажигаю в Бишопе нездоровый интерес. Но я уже не хочу топить себя ещё больше, поэтому молча ставлю бокал, не намекая, что он маловато налил.

— Не знал, что вы умеете пить! — он забавно, как Волк поднял брови и смотрит с большим удивлением, как я выпила и не поморщилась.

— А что тут уметь, открыл рот, глотнул и всё. Это лекарство! Так что же мне делать? Королева не оставит меня в покое, герцог не заступится, ему, судя по всему, выгодно упрятать меня в психушку, потому что представляю, сколько он стыда натерпелся от такой воспитанницы. Фредерику доверия мало, красивый, но как маленький Фиц в моей постели, так и он у королевы спит. А если королева его хоть немного любит, то плохи мои дела! Ох! Что же делать!

Тру пальчиками виски, коньяк согрел, но идей не подкинул. Да и какие тут идеи, я ничего не знаю об этом мире, о моей семье, законах, правилах…

— Вы и правда очень поумнели, я несколько минут рядом с вами и понимаю, что вы действительно не Аннабель, но очень на неё похожи. Вас кто-то нанял? Её убили?

— Бог с вами! Может, у Аннабель были приметы? Шрам или родинка, что-то что нельзя подделать? — пытаюсь поймать последнюю спасительную соломинку. Если Бишоп обвинит меня в преступлении, то и психушка раем покажется.

— Я знаю, что у Аннабель с детства была приметная родинка, но на попке, вы же…

Он не успел ничего сказать, как коньяк, сделав круг по моему телу, снова ударил в голову. Я резко повернулась спиной к несчастному управляющему. Задрала юбку и приспустила кружевные панталончики.

— Ну что? Есть мушка? Умоляю, не молчите! — до меня и не доходит, что у Бишопа дыхание сбилось от моей выходки.

— Е-е-е-есть! Прикройтесь, ради бога, я же мужчина! Господи! Как теперь успокоить свою плотскую страсть! — задыхаясь простонал несчастный Ричард.

— Да, бросьте, вы что голых женщин не видели?

— Баронесса! То женщины! А то вы! Такое привлекательное создание, даже мёртвого из могилы поднимет. А если ещё слушать ваши речи, такие жаркие, ироничные и …

— Бишоп, выдыхаем! Раз-два! И наливаем. Надо выпить! Решение само себя не найдёт! — поправила свой наряд и улыбнулась. Зря я, наверное, так с ним. Но он единственный адекватный и внушающий доверие, пусть терпит!

Мы снова приняли по несколько глотков спасительного коньяка или виски, кто его знает, как это пойло тут называют. Бишоп покраснел, но держится.

— Родинка на месте, да и вы похожи на себя. Вы это вы. Но как?

— Не могу сказать. Такая очнулась, — побоялась признаться, что я совершенно другая женщина, опытная, слегка стерва от жизни такой с мужем козлом, но в теле этого милого ангелочка, от одного вида которого у мужчин в штанах всё твердеет. Неплохая опция, только вот пользоваться ей надо осторожно.

— У меня появилась идея, — Бишопу второй бокал явно пошёл на пользу.

— Так! Давайте, пока мы не напились от безысходности.

Он улыбнулся, и я чувствую, что проникся ко мне симпатией и искренне хочет мне помочь.

— Вы снова притворяетесь дурочкой, а я привезу из столицы моего друга, очень известного доктора. Он сделает заключение, что вы временно умнели, вследствие удара головой, а потом ваша гениальность неожиданно пошла на убыль. И так от вас отстанут.

Он очень долго посмотрел на меня.

— А мне идея нравится, но в части про доктора. А вот про глупость не совсем поняла, открывать рот, хлопать ресницами и молчать?

— Именно! Всё вы правильно поняли, дорогая моя! Аннабель заикалась, если у вас не получится, то лучше молчите!

— О! Уже дорогая? Стоило вам только попку показать! Всё-всё, не обращайте внимание, у меня стресс. Я правда испугалась этого инквизитора и на всё согласна. Дура, так дура, только не психушка.

— Вот и замечательно! Ещё по одной?

— Ага, а потом найдём себя в страстном порыве на полу, кстати, а вы знали, что Аннабель девственница?

Из рук Бишопа эпично выпал бокал и разлетелся на мелкие осколки, кажется, мне больше пить нельзя, я ведь даже не завтракала, а уже обед.

После моих откровений бедный Бишоп чуть не поймал сердечный приступ. Со стоном попытался выпроводить меня на кухню к Матильде обедать! А потом сказаться больной и лечь в постель.

— До моего приезда не поднимайтесь с постели, ну и взвинтили вы меня! Как теперь успокоится? — несчастный ведёт меня по тёмному коридору, а я ощущаю, как горит сильная мужская рука, что держит меня под локоть. Боится, что я уже пьяненькая и готовая упасть? Зря! Он бы с нами 8 марта хоть разок отметил и понял, что я вообще ни в одном глазу с пары глотков коньяка-то. Просто был план, выпить как следует, уснуть и очнуться в своём мире. Тут мне не выжить, теперь я в этом уверена на сто процентов. Чтобы не расплакаться от нахлынувших чувств и жалости к себе, останавливаюсь и в темноте вглядываюсь в лицо моего неожиданного рыцаря:

— Бишоп, поклянитесь, если меня бросит муж, герцог и вообще все, и я окажусь на улице, то вы меня приютите, — неожиданно, пока мужчина такой горячий, решаюсь на последний авантюрный план. Один надёжный кавалер, это уже что-то. Он бы мне той Кристине, очень понравился, влюбилась, не задумываясь, а вот он на меня настоящую, даже не взглянул бы. Но сейчас я Аннабель, и выгляжу ребёнком рядом с ним.

— Клянусь! Они пугают вас, чтобы заполучить… Неужели вы думаете, что кто-то вас действительно выкинет?

Сказал и осёкся, понял, что это лишнее, но слово не воробей!

Он произнёс это слово, осознаю, что его значение в этом языке двоякое, «вытолкнет, столкнёт», и я услышала совсем другое, как озарение. Так кстати оказалась открытой дверь в парадную столовую, втягиваю несчастного Бишопа и прикрываю дверь. Приподнимаюсь на носочки, и на ухо управляющего шепчу:

— Мне кажется, что Аннабель не сама упала в колодец, её, то есть меня столкнули, посмотрите на мою шею, два синяка и на лице. Меня кто-то придушил, и бросил умирать. Какой-то мужчина или крепкая женщина, так что очутиться на улице, для меня лучше, чем оказаться в психушке или сдохнуть в канаве от рук очередного убийцы.

Надо было видеть лицо Бишопа. Он вдруг приобнял меня, и поцеловал в лоб. Смутился, как подросток.

— Клянусь, я вас не оставлю! И постараюсь найти, того, кто это сделал. Простите, не сдержался…

— Да бросьте, а вдруг это кто-то от герцога. Ему это выгодно, нет меня, нет позора, нет наследницы, а у него алиби, также и королева, приказала, а потом лично приехала проверить, расстроилась бедняжка, что я живая. Эх, Бишоп, кажется, я нужна только вам и Линде. Постарайтесь меня защитить.

— Ох, сударыня, ваш ум, красота и то, с каким жаром вы умеете говорить, сводят с ума. Не могу больше рядом с вами оставаться. Пожалейте, не дразните, я и так весь ваш, — он отстранился, наклонился и поцеловал мою руку.

Откланялся и сбежал в столицу за доктором. Бедный, мчался верхом из столицы, а теперь не успел отдохнуть и обратно, но хоть в карете. Впервые мужчина совершает ради меня такие грандиозные подвиги. Если бы не коньяк в крови, то я, наверное, сейчас упала бы тут от избытка чувств и страха за себя.

Вздохнула, поправила свой домашний наряд, локоны и прошла на кухню, не обращая внимание на протесты кухарки, что госпоже тут не место, с диким аппетитом набросилась на обед. Матильда смирилась, улыбнулась, подала пирог, плошку с наваристой похлёбкой и какой-то напиток, напоминающий компот. У меня есть вопросы ко всем, кто живёт в этом замке, но задавать их я собираюсь между делом, уверена, что слуги всегда знают больше, чем хозяева.

Проверим мою теорию!