Читать книгу Эфир - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 6

Ашер

— Эй, передай мне арахисовую пасту! — я вслепую протянул руку за спину, не отрывая взгляда от своего очередного эксперимента.

Пошевелив пальцами, я надеялся, что в ладонь ляжет увесистая банка Jif. Когда рука нащупала лишь пустоту, я раздраженно обернулся и едва не столкнулся носом с макушкой Чейз. Она заглянула через мое плечо туда, где на барной стойке творился настоящий погром: мешанина из ингредиентов, гора грязных ложек, липкие следы карамели и пара использованных питчеров. Кофе, который я пытался «изобрести» последние полчаса, по консистенции больше напоминал десерт из придорожного дайнера, чем нормальный напиток для людей, помешанных на кофеине.

— Ты решил переквалифицироваться из бариста в пекаря? — иронично спросила она, оглядывая хаос.

— Это кофе, — я сунул ей под нос стакан. Запах стоял специфический, отдающий чем-то вроде тыквенного пирога из Starbucks. В свою защиту скажу: шот эспрессо там все-таки был.

Чейз поморщилась, отстраняясь:

— Он пахнет завтраком пятиклассника, Ашер. Зачем ты просил еще пасты?

— Этого мало. Рецепт почти доведен до идеала, нужно еще немного, — я с энтузиазмом кивнул, явно напоминая сумасшедшего, и проигнорировал ее скептический взгляд.

В этот момент появился Кэмерон. Он перегнулся через стойку и звонко поцеловал Чейз в губы.

— Я думал, что опоздал, — бросил он мне.

Я приподнял бровь:

— У нас с тобой сегодня было назначено свидание, сладкий? — усмехнулся я, размазывая пасту по стенкам чистого кофейного стакана. — Я думал, что ты встречаешься с другой.

Кэм скомкал салфетку и швырнул ею в меня.

— Судя по твоему приподнятому настроению, я все еще вовремя. — Я открыл рот, чтобы спросить, о чем он, но Кэм опустил взгляд на погром передо мной, и его глаза загорелись: — Что на этот раз ты тут готовишь? Хотя, не отвечай, это по-любому будет чертовски восхитительно. Сделаешь мне ту штуку с какао?

«Та штука с какао» — это кофе, который я делаю с какао-порошком, и по вкусу он напоминает брауни. Кэм любит не столько пить его, сколько макать в него печенье для тирамису, и называет это идеальным завтраком перед утренними лекциями.

— Не сегодня, — сказал я. — Нужно успеть закончить это.

Мы все опускаем глаза на стол. Чейз тяжело вздыхает. Догадываюсь, что помогать мне с уборкой она не собирается, и я не могу ее винить. Но я улыбаюсь, как последний идиот, потому что даже в этой жиже чувствую потенциал.

Когда-нибудь я открою свою кофейню, где в меню будут только мои авторские рецепты, может, даже кофе с добавлением алкоголя. А пока спасибо Шелдону, владельцу «CoffeeTok», за то, что позволяет мне «играться» за барной стойкой по выходным и угощать желающих. В меню у нас уже есть некоторые напитки, которые придумал я, но для меня этого было мало.

Я обвел взглядом зал. Мне нравилось это место: отдельно стоящее здание из красного кирпича прямо посреди кампуса — идеальная локация для бизнеса. Панорамные окна от пола до потолка, стены цвета крепкого эспрессо, тройные, прямоугольные люстры, отбрасывающие теплый свет на деревянные столы. В дальнем углу располагалась зона с мягкими диванами и подушками, которые Чейз настояла купить для «уютной учебы». Студенты обожали это место, и, честно говоря, я тоже.

Но будь моя воля, я бы превратил «CoffeeTok» в нечто большее. В кофе-бар с элементами спорт-бара, например.

Почему, черт возьми, спортивные трансляции должны быть только в шумных пабах с запахом дешевого пива?

Представь: у тебя свидание. Девушка, с которой ты хочешь встретиться, внезапно соглашается, а у тебя именно в этот день финал баскетбольной лиги NCAA. Ты не отказывай ей сразу, выбрав матч, а просто приведи сюда.

Романтичная атмосфера, уют, планшет для просмотра игры, а если она вдруг начнет тебя донимать — в дело вступаю я. Выдаю ей такой кофейный коктейль со взбитыми сливками и топпингом, что она забывает о существовании самого матча. Все в плюсе: она пьет божественный напиток, скорее всего под кайфом от кофеина и сахара, сама спросит, какой счет и выигрывает ли твоя любимая команда, вы смотрите игру, а ночь... ночь у вас определенно обеспечена.

— Хватит мечтать, Кингсли, — проворчала Чейз, возвращая мое внимание в реальность. Она передала мне горячее молоко, как будто предугадывая мои дальнейшие действия. — Насколько я помню, Мэдисон должна прийти к тебе сегодня?

Я застонал, а Кэм усмехнулся, за что получил от меня суровый взгляд. Он определенно хотел быть в первых рядах, чтобы посмотреть, как мы выходим на ринг с Миллер и именно поэтому притащился сейчас сюда. Но у меня совсем вылетело все из головы. Эта чертова девушка — отродье сатаны в юбке — поставила меня перед фактом, что придет вечером. Серьезно, просто сказала, что придет ко мне на работу, и дальше стала меня игнорировать. Она прекрасно знала, до скольки я работаю и что я ни за что не пропущу выходные, чтобы потренироваться с напитками. Но видеть ее здесь я совсем не хотел. Мне хватало Мэдисон за пределами «CoffeeTok».

И словно по дьявольскому зову, колокольчик над дверью мелодично звякнул.

В кофейню впорхнула она. И... не одна. Рядом, приобнимая ее за талию, шел Тео. Член университетской команды по футболу, ходячая реклама Abercrombie & Fitch. Он всегда околачивался рядом с Миллер, и мне кажется, что между ними что-то было. Может, не полноценные отношения (потому что у Мэдисон на них аллергия), но спят они точно. Интересно, она тоже хлопает его по плечу и сухо благодарит, когда кончает? Хотя… сомневаюсь, что этот мудак может довести такую девушку до оргазма, она ему явно не по зубам.

Мэдисон, запрокинув голову, рассмеялась над, вероятно, откровенно тупой шуткой этого парня. Мои челюсти сжались сами собой. Светлые волосы Мэдисон с той самой вызывающей, но чертовски привлекательной черной прядью были собраны в высокий небрежный пучок. На ней было серое пальто, наброшенное поверх голубой водолазки с вырезом на груди, от которого у любого здорового парня в радиусе пяти миль должен был случиться приступ тахикардии или появиться стояк за молнией джинсов. Черные кожаные шорты открывали ноги, на одной из которых красовалась та самая странная татуировка на всю длину: вензеля, цветы, какие-то змеи, каракули и что-то похожее на код из неизвестных мне символов и цифр. Высокие сапоги выше колена завершали образ «Я поставлю тебя на колени и заставлю умолять».

Если бы эта девушка была мне незнакома, я бы бросил все, подошел к ней и одарил своей самой фирменной улыбкой с ямочками, от которых обычно теряют дар речи. Но мир устроен иначе. Вместо вежливого парня, Мэдисон получила меня.

— Ты опоздала, — бросил я резко, не обращая внимания на поздоровавшегося со всеми мистера Кена — Тео.

Мэдисон даже не моргнула. Она окинула барную стойку безразличным взглядом и ответила:

— Мы не договаривались на какое-то конкретное время.

— Ты сказала, что придешь в семь вечера, а уже почти девять.

— Да, я так сказала, но мы не договаривались.

— Мы почти закрыты. — Я схватил электрический вспениватель молока, пытаясь занять руки, надеясь, что не запущу им в Мэдисон.

— «Почти» — это ключевое слово, тут все еще полно народу, — парировала она с дерзкой улыбкой.

Я наконец-то посмотрел на Тео. Тот выглядел так, словно только что сошел с рекламного щита досок для серфинга. Блондин, голубые глаза, смазливая физиономия, которой определенно не хватало пары синяков, и высокое накачанное телосложение. Он, черт возьми, выглядел идеальным золотистым ретривером, рядом с которым хотят видеть своих дочерей все матери. Я фыркнул про себя, отметив, что изъян у него все-таки есть: его прическа была уложена гелем настолько идеально, что мне захотелось вылить на него свой арахисовый капучино, лишь бы смыть с его головы это недоразумение.

Кто в наше время вообще зачесывает волосы назад?

Затем взгляд сам по себе опустился на руку Тео, которая теперь лежала на плече Мэдисон. Его длинные пальцы перебирали выбившуюся темную прядь из пучка девушки. Я невольно вспомнил, как можно было бы легко и быстро сломать эти чертовы пальцы. Понятия не имею, откуда в моей голове была эта информация, но вот один из способов, которые уже складывались в яркую картину в моем сознании: достаточно резко перехватить его ладонь, зафиксировать запястье, а указательный и средний пальцы выгнуть назад, против сустава. Одно короткое движение — и хруст стал бы музыкой для моих ушей.

— Ашер? — Я моргнул и отозвался на свое имя, произнесенное Мэдисон.

Я повел плечами, будто выбрасывая образы корчащегося от боли Тео из головы.

— Миллер, я серьезно. Я устал и не хочу тратить время на тебя, когда могу доработать напиток. — Я кивнул на стакан, который все еще сжимал в руке. Удивительно, что он не треснул в моей хватке.

Она поморщилась, глядя на мой напиток:

— Это что, крысиный яд?

Я улыбнулся широко и с вызовом приподнял брови:

— Он самый. Хочешь попробовать? — Я протянул ей стакан, испытывая странное желание посмотреть, как она изменит свое отношение к напиткам, которые я готовил. Ни один из них за всю свою жизнь Мэдисон не попробовала, хотя уговаривали ее все множество раз.

Упрямица демонстративно проигнорировала стакан и повернулась к Чейз, чтобы заказать обычный латте или хрен знает что еще она обычно там пьет, но в её руке всегда была кружка из Starbucks или любой другой кофейни. Кофе был как продолжение руки самой Мэдисон.

— Увидимся на вечеринке в пятницу, Мэдди, — бросил Тео и лениво чмокнул ее в щеку.

Он задержался рядом, заметив мой пристальный взгляд, и решил включить «хорошего парня» — каким, вероятно, и был, но мне было на это наплевать.

— Эй, чувак, отличный кофе, — с белозубой улыбкой протянул Тео, опираясь на стойку. — Вчера заказывал доставку на дом и теперь понимаю, почему у тебя тут такие очереди по утрам. Еще слышал, ты экспериментируешь с рецептами. Если нужна будет фокус-группа для дегустации, то обращайся, я всегда готов поддержать правильные начинания.

Я с трудом сдержал гримасу. Этот парень-кукла, казалось, искренне верил, что излучает вокруг себя ауру дружелюбия, но от его «чувак» и идеальной улыбки у меня сводило челюсти.

— Спасибо, Келвин, — произнес я, растягивая слова. — Ценю твое стремление к благотворительности. Но боюсь, мой кофе требует наличия вкусовых рецепторов, а не только идеального загара. Так что мы как-нибудь справимся без твоей поддержки.

Тео ничуть не смутился тому, что я назвал его чужим именем, лишь снисходительно усмехнулся, демонстрируя железобетонное спокойствие.

— Да без проблем, бро, — он похлопал меня по плечу так, будто я был его младшим братом. — Не буду отвлекать. Увидимся.

Меня передернуло от этого братского жеста.

— Надеюсь, что не увидимся, — пробормотал я себе под нос, а затем перевел взгляд на Мэдисон.

Она улыбнулась ему через плечо, протягивая Чейз двадцатку.

— Я позвоню тебе, — Мэдисон послала ему чертов воздушный поцелуй.

Убейте меня немедленно.

— С каких пор ты снова с Тео? — поинтересовался Кэм, когда Тео покинул кофейню.

Я затаил дыхание, делая вид, что поглощен своим напитком, и принялся взбивать молоко на скорости черепахи.

— С каких пор ты такой любопытный? — усмехнулась Миллер.

Я поставил стакан на стойку, чувствуя, как внутри нарастает напряжение, которое было куда проще игнорировать, когда Мэдисон не была в поле моего зрения.

— Просто он не похож на того, кто в твоем вкусе, — Кэм пожал плечами, принимая от Чейз тряпку и помогая своей девушке протирать стойку. — Слишком хороший.

Как по мне, Келвин-Тео был чертовски скучным, если хотите знать мое мнение.

— И ты также не похож на того, кто интересуется чужой личной жизнью, — бросила Мэдисон и, поблагодарив Чейз, отошла от нашей группы, говоря мне по дороге: — Давай заканчивай со своими вызывающими диарею экспериментами и пошли. У меня не так много времени.

Невероятно. Это ей нужен был этот чертов сценарий для радио!

— Удачи тебе в этом, — усмехнулась Чейз, указывая на удаляющуюся Миллер, которая лавировала между столиками как настоящая искусительница и улыбалась всем в этом чертовом заведении.

Какого хрена сегодня было так много парней, и почему все пялились на Мэдисон? А главное — какого черта меня это волновало?!

Я заметил еще одного парня, кажется, из команды по боксу, который наклонился и поцеловал Мэдисон в макушку, пока она трогала его бицепсы и что-то говорила с улыбкой.

— Тебе не кажется, что у этого мудака тоже прическа идиотская? — спросил я небрежно у лучшего друга.

Кэм посмотрел туда, куда я кивнул, а потом обернулся ко мне:

— Ты ревнуешь?

— Кого? Эту идиотку? — фыркнул я. — Нет.

— Ашер, ты буквально только что убивал глазами Тео. А если бы силой мысли можно было поджигать, ты бы сжег его руку, которая лежала на плече Мэдисон, — усмехнулся мой уже бывший лучший друг. — А теперь ты смотришь так же на Скотти.

Я закатил глаза:

— Мне просто он не нравится.

— Ага, конечно.

— Я не ревную. — Я бросил маленький электрический капучинатор в раковину, вылил пенку сверху, рисуя ею по поверхности, и, схватив стакан, вышел из-за стойки. — У него еще и имя дурацкое.

Кто называет парня, который выглядит как Халк, Скотти?

За спиной я услышал громкий смех Чейз и Кэма. Идиоты. Я не ревновал Мэдисон. Мне вообще было плевать, с кем она там спит. Просто отвратительно было знать, что у нее такой вкус на парней.

Я устроился на мягком диванчике напротив Мэдисон. Свет здесь был приглушенным, уютным, и это чертовски мешало мне сосредоточиться на том, чтобы ненавидеть Мэдисон. Она сидела напротив, скрестив ноги, светло-голубые глаза бегали по документу, который она открыла на iPad. У нее был мягкий голубоватый оттенок глаз, который зачастую обманывал незнакомцев, заставляя думать, что эта девушка — ангел. Они не были ледяными, как могли бы описать в каких-нибудь книжках. Это было летнее небо в самый теплый день, но когда она открывала рот, сгущались тучи, и я приходил в себя.

Я вздохнул, отводя взгляд от лица девушки.

— Слушай, Мэдс, — я постучал пальцем по экрану. — Давай будем реалистами. Первый же звонок в эфир будет от какого-нибудь рыдающего неудачника из кампуса, которого бросили, потому что он был скучным, как инструкция к микроволновке. И мы такие: «Добро пожаловать в нашу службу поддержки в День святого Валентина, а ты пробовал сначала познакомиться с ее киской, а потом уже переходить к ее имени?». Просто дадим пару советов как закадрить девчонку, и все на этом. Зачем нам сценарий и тем более личные встречи?

Мэдисон отложила iPad на стол между нашими кружками:

— Ты серьезно? Ашер, твой единственный опыт в ухаживаниях — это умение вовремя смыться до завтрака. Не уверена, что ты вообще успеваешь знакомиться с ее... сам понял чем.

— Ты даже не можешь произнести этого вслух, какой к черту из тебя анонимный купидон или кем мы там являемся? И, собственно, ты тоже не сильна в долгосрочных связях, — парировал я, наклоняясь ближе. Я почувствовал запах ее духов, что-то цветочное, но терпкое. — Мы дадим им базу. Как не быть тряпкой, как правильно коснуться, как сделать так, чтобы она не заснула от скуки через пять минут после начала прелюдии.

Мэдисон хмыкнула, и в ее глазах мелькнул тот самый огонек, от которого у меня перехватило дыхание.

— Знаешь, с такими советами неудивительно, что ты такой нервный и дерганый, Кингсли. Это ведь явный показатель отсутствия нормального секса в твоей жизни. Ты просто пытаешься компенсировать свою фрустрацию, раздавая советы по «мужской доблести», хотя сам явно забыл, какого это — когда кто-то касается тебя не только для того, чтобы дать по твоей самодовольной физиономии.

Я рассмеялся; ее грешный рот всегда знал, что ответить.

— О, поверь, с моей «доблестью» все в порядке. — Я понизил голос, подаваясь еще ближе, чтобы наши лица оказались опасно близко. — А вот у тебя... Ты серьезно? Притащила сегодня Тео? Мэдисон, он же выглядит как парень, которому нужна цветная карта с подсказками и GPS-навигатор, чтобы просто найти твой клитор, не говоря уже о чем-то большем.

Мэдисон на секунду замерла. Её дыхание стало чуть глубже. Я видел, как она пытается подобрать ответ, как её губы слегка приоткрылись, чтобы послать меня подальше, но в них было столько невысказанного, что я едва удержался, чтобы не коснуться их пальцем.

Какого хрена, Ашер? Коснуться ее губ?

— Он хотя бы не ведет себя как обиженный на весь мир придурок, который думает, что сарказм — это замена личности, — съязвила она, но голос у нее предательски дрогнул. — И, в отличие от тебя, он умеет слушать.

— Слушать? — я фыркнул. — Наверное, он слушает, как ты ноешь про очередные туфли, которые ты мечтаешь купить, пока смотрит в одну точку, надеясь, что ты скоро закончишь. Ты с ним только ради того, чтобы позлить меня? Ну что ж, поздравляю, это работает. Только не надейся, что я буду ревновать. Я просто жалею парня.

Мэдисон подалась вперед, нарушая все границы, и я почувствовал жар, исходящий от неё.

— Ты не ревнуешь, Ашер? Серьезно? Тогда почему тебя постоянно раздражает тот факт, что я провожу время с Тео?

Я замолчал. В кофейне стало до странности тихо, даже гул кофемашины отошел на второй план. Я смотрел на нее — на эту дерзкую девчонку, которая знала меня лучше всех, и которую я хотел больше, чем готов был себе в этом признаться. Меня до сих пор задевала наша первая и единственная ночь вместе.

Я выдохнул, сбрасывая с себя возбуждение, и откинулся на спинку дивана, скрещивая руки на груди. Глаза Мэдисон откровенно скользнули по обтягивающей мои руки серой футболке с длинными рукавами. О да, определенно, влечение не было односторонним.

— Потому что я пытаюсь понять, — прошептал я, не отводя взгляда, — почему я до сих пор не вышвырнул тебя из этой кофейни. И почему вместо того, чтобы писать сценарий, я хочу перегнуть тебя через этот стол и сделать твою задорную задницу такой красной, что ты не сможешь сидеть ближайший месяц нигде.

Мэдисон усмехнулась, но в её глазах не было насмешки — только вызов:

— Ну так попробуй, Кингсли. Или ты только языком чесать умеешь?

— Ты пришла за тем, чего не смог сделать для тебя Тео? — я улыбнулся.

— Я не собираюсь обсуждать свою сексуальную жизнь с тобой, раз ты разбрасываешься только обещаниями, — ее раздражало, что я бросал ей эти «обещания» и ничего с ними не делал.

Держу пари, Мэдисон бы кончила от моих пальцев, похлопала бы меня по плечу и свалила. Она этого и добивалась, не так ли? Хотела вывести меня из себя. Вот только не в этот раз. В следующий раз, если он, конечно, будет, я буду тем, кто будет злорадствовать. Именно поэтому я сейчас заговорил о сексе. Скоро она сдастся.

— Как хочешь, Миллер, — я снова взял в руки ее iPad, делая вид, что смотрю заметки, пока Мэдисон кипела от раздражения. — Давай уже обговорим все и разойдемся. У меня свидание.

— С правой рукой? — усмехнулась Мэдисон, не унимаясь.

— С той, у которой рот создан не только для того, чтобы проклинать меня, конфетка.

Я был чертовым лжецом — у меня не было никакого свидания, но мне нравилось, что эта мысль не нравится Мэдисон.