Читать книгу Выбор. Когда терпение больше не работает - Лилия Роуз - Страница 3

Образ удобной женщины не возникает внезапно, он не появляется в один момент взрослой жизни и не формируется из одного неудачного опыта. Он складывается постепенно, почти незаметно, словно тонкий слой за слоем, начиная с самого раннего детства, когда девочка ещё не умеет осознавать свои чувства, но уже учится считывать реакции взрослых. Она замечает, что за спокойствие, послушание и умение не мешать её хвалят, а за слёзы, упрямство или несогласие – одёргивают, стыдят или игнорируют. В этот момент внутри неё возникает первая, ещё не оформленная мысль: чтобы быть любимой, нужно быть удобной. Не слишком громкой, не слишком требовательной, не слишком чувствительной. Просто такой, какой от неё ждут. В семье этот механизм закрепляется особенно глубоко. Девочка наблюдает, как мама устает, но продолжает заботиться обо всех, как она подстраивается под настроение отца, сглаживает конфликты, откладывает свои желания «на потом». Даже если никто напрямую не говорит, что так надо, ребёнок считывает это как норму. Она учится быть внимательной к другим, но не к себе, и постепенно перестаёт задаваться вопросом, чего хочет она сама. Когда её спрашивают, что она чувствует, она чаще задумывается не о чувствах, а о том, какой ответ будет правильным, безопасным, одобряемым. Так формируется привычка ориентироваться вовне, а не внутрь. Школа и социальная среда усиливают этот сценарий. Удобную девочку любят учителя, потому что она не спорит. С ней комфортно одноклассникам, потому что она уступает. Она часто оказывается «хорошей подругой», которая слушает, поддерживает, но редко говорит о себе. Если ей больно или обидно, она убеждает себя, что это не так важно. Если она злится, то стыдится этого чувства, потому что злость не вписывается в образ хорошей девочки. Постепенно её внутренний мир становится чем-то вторичным, а внешнее одобрение – главным ориентиром, по которому она измеряет свою ценность. Во взрослой жизни этот сценарий просто меняет декорации. Теперь это отношения, работа, дружба. Женщина соглашается на неудобные условия, потому что боится показаться сложной. Она терпит, потому что считает, что любовь – это компромисс, даже если компромисс всегда в одну сторону. Она говорит себе, что у всех так, что это нормально, что главное – сохранить отношения, семью, стабильность. Внутренний дискомфорт она объясняет усталостью, стрессом или собственными «слишком сильными эмоциями». Она может искренне считать себя счастливой, пока однажды не ловит себя на мысли, что давно не чувствует радости, а её жизнь словно проходит в режиме обслуживания чужих ожиданий. Иногда этот момент осознания приходит в мелочах. В коротком диалоге, когда она автоматически соглашается на встречу, хотя мечтала остаться одна. В привычном «ничего страшного», сказанном вслух, когда внутри всё сжимается. В ощущении, что её не слышат, хотя она всегда рядом. Эти моменты редко выглядят драматично, но именно они накапливаются и создают внутреннюю пустоту, которую невозможно заполнить внешним благополучием. Женщина может иметь всё, что считается признаком успешной жизни, и при этом чувствовать, что её самой в этой жизни почти нет. Удобство долгое время кажется безопасным выбором. Оно обещает защиту от конфликтов, одиночества, боли. Но со временем становится ясно, что цена этой безопасности слишком высока. Отказываясь от себя, женщина теряет контакт с собственными желаниями, телом, чувствами. Она начинает жить в постоянном напряжении, стараясь соответствовать образу, который когда-то помог выжить, но давно перестал быть актуальным. И именно в этот момент появляется тихое, но настойчивое внутреннее сопротивление, которое невозможно игнорировать. Оно не кричит, не требует, не ставит ультиматумов. Оно просто напоминает, что за ролью удобной женщины всегда была живая личность, которая хочет быть увиденной, услышанной и принятой не за удобство, а за подлинность.