Читать книгу Таракан без ног не слышит 2 - Лора КАФ - Страница 10

книга 2
Страшный зверь ужик
глава 8

Оглавление

Старые тайны

Подготовка к моему второму празднику переходила во второй этап. Задумала я ни много ни мало как показ мод. Большая часть костюмов была уже готова. Теперь мне нужны были модели. Юноши и девушки. Такая вещь как джинсы, должна делаться по фигуре. Я целую неделю потратила на то чтобы вспомнить плетение нити. Вернее не столько вспомнить самой, сколько обучить этому машину. А ещё точнее объяснить Красавчику, что именно я хочу.

С того дня как я увидела его подружку отношения у нас стали намного более тёплыми. Я поняла, что его ухаживания всего лишь дань моей юности и перестала напрягаться. Конечно, он не переставал многозначительно смотреть мне в глаза и обещать забыть обо всех других женщинах ради меня, но теперь я просто отвечала ему, что не могу допустить, чтобы все женщины стали несчастными, лучше уж пусть я одна. В общем, мы поняли друг друга правильно и теперь ничто не мешало нам общаться по человечески.

Дефиле было построено от простого к сложному. Модели должны были выходить попарно. Парень и девушка. Одежда первой пары не сильно отличалась от обычной. Разве только цвет был ярким, хоть и однотонным. Да штанишки были несколько поуже. Эдакий вариант спортивного костюмчика. Довольно удобный. Ну и то, что полукомбинезон превратился в брюки, тоже было немаловажно.

Ну, а потом по восходящей. Широкие брюки и кофта на пуговицах. Брюки, кофта и майка под ней. Брюки и майка. Майка с более узкими брючками. Рубашки и толстовки с капюшонами. Курточки-ветровки. И под конец. Та-та-та-та-таммм!!! Все модели выходят на подиум в джинсах с разнообразным верхом. Э-э-х, жаль, что не было музыки. Какую конфетку можно было бы сделать.

Конечно, моя одежда существенно отличалась от нормальной, тем, что была сделана совершенно без швов. Джинсики, надо сказать, много при этом теряли. Но ведь об этом никто не догадывался.

Кстати, я не забыла и про обувь. После нескольких часов пререкания с Красавчиком, у меня получились отпадные кроссовочки. Но с этим я решила повременить. Не всё сразу. Правило «семи покрывал». Да и неизвестно, как ещё одёжку воспримут. А то ведь могут и камнями побить.

Модели были доставлены. Помощник справился отменно. Никто из прибывших не был мною забракован. Один к одному и одна к одной. Юные, стройные, длинноногие. Я бы назвала их мечтой модельера, но у них были действительно красивые фигурки, а не кости обтянутые кожей.

Мерки с каждого были сняты моментально. Они просто вставали в круг, и через секунду, на экране появлялась такая трёхмерная сетка по площади их тел. Ещё через минуту машина выдавала готовое изделие. Единственное, что не хватало в джинсах, помимо швов, это молний и заклёпок. Их пришлось делать отдельно. Замки-молнии мне воссоздать пока не удалось, и они были заменены на тончайшую липучку, зато заклёпки были сделаны по всем правилам.

Мы провозились до самого утра. Чаю было выпито ведра три. Хорошо, что молодёжь не знает времени. Когда на утренней зорьке они расходились по домам, никто из них не выглядел уставшим. Велев им молчать о том, что здесь происходит и явиться вечером к моему дому, я отпустила их и довольно потянулась. А потом вприпрыжку побежала к папе. Он тоже входил в мои планы.

Дело в том, что для него я приготовила отдельное одеяние. Великолепный золотой хитон, отделанный изумительными чёрными стразами. Сверкающими, как звёзды. Корм должен был выйти в этом хитоне самым последним. Чтобы, так сказать, окончательно «добить» зрителей.

– Папуля! – Завопила я, подходя к папиной каморке. Во дворце сейчас не было места для спанья, и папа временно перебрался обратно. – Ты здесь?

– Здесь. – Раздался сонный голос, и я вошла внутрь.

И остолбенела.

Рядом с Кормом во всей своей прекрасной наготе разметалась спящая Улин. Её роскошные золотые волосы сияющим водопадом стекали прямо на пол, а круглое бедро бесстыдно подставилось под розовые лучи восходящего солнца.

– Что, моя девочка? – пробормотал папа. – Ты сегодня что-то рано. Да что с тобой?

А я стояла как соляной столп и рожа моя горела факелом.

– А-а. Э-э. У-у-я потом. Извините. – Выпалила я и выскочила на улицу. Ой, как неудобно получилось. Вот что значит, ничего вокруг себя не видеть. И ведь прекрасно знала, что папе Улин очень нравиться. Могла бы и догадаться.

Я поплелась домой.

По дороге я встретила Райла.

– А почему ты один! – Забеспокоилась я. – Разве я тебе не запретила ходить одному.

– А Ваня с Щеном остался. Тот за нами хотел побежать.

– Ну и побежал бы, вот беда. Ему давно пора мир узнавать. Идём обратно, и чтобы это было в последний раз. Ты меня понял?

Я отправила мальчишек в центр, облизалась со Щеном и поднялась вместе с ним и чашкой чая на балкон. Спать совершенно не хотелось. Я тихонько прихлёбывала ароматный напиток, когда какое-то серое пятно на лужайке привлекло мой внимание. Я встала и подошла к перилам.

На зелёной траве, прямо перед крыльцом лежала огромная псица. Та самая, которую я убила. Она подняла голову, посмотрела прямо мне в глаза и улыбнулась. И даже хвостом слегка шевельнула. А потом назвала меня по имени.

– Альлига.

Я слегка удивилась, а псица вскочила и позвала меня уже громче.

– Альлига!

Я вздрогнула и открыла глаза. И присниться же.

На лужайке стояла Улин и махала мне рукой. Я махнула ей в ответ, зазывая к себе наверх. Она поднялась.

– Чаю хочешь? – Спросила я, давя смущение в зародыше.

– Да, и чаю…Я поговорить с тобой пришла. Можно?

– Можно. – Шмыгнула я носом. – Отчего не поговорить, коли говориться. Садись, я мигом.

Улин села на скамеечку и принялась заправлять под шапочку выбившийся локон, а я спустилась вниз приготовить свежего чаю и себя.

– Ты утром убежала, потому что меня увидела с Кормом? – Спросила Улин, когда мы отпили по глоточку из синих чашечек.

– Ну-у. Да. Извини, мне так неудобно. Я и не думала что вы…

Я слегка замялась не в силах выговорить слово «любовники»

– Тебе это не нравиться?

– Что ты! – Вскинулась я. – с чего ты это взяла? Наоборот, очень нравиться. Правда, правда. Мне еще больше бы понравилось, если бы вы смогли пожениться и родить мне пару-тройку сестричек. Если ты родила таких красавиц своему мужу, то я могу себе представить, что получиться у вас с папой.

Улин робко улыбнулась.

–Знаешь Альлига. Ты единственный человек, которому я могу открыться. Это было так давно, что я и сама в это уже почти не верю, но всё равно меня это почему то гнетёт. Дело в том, что мой муж не отец моим дочерям.

– Как? А кто их отец? Неужели мой папа?

– Нет, что ты. – Улыбнулась Улин. – Корм тогда и не знал обо мне. Ты можешь осуждать меня, сколько тебе будет угодно, только не говори никому. Я не боюсь людей. Я просто не хочу, чтобы об этом узнали мои дочери. Видишь ли… – она слегка замялась.

– Лучше говори. – Улыбнулась я. – А не то я подумаю, что ты родила их от какого-нибудь дикаря.

Улин так сильно вздрогнула, что я поняла, что попала в точку.

– Что? Действительно от дикаря?

Она сжалась в комочек и, сглотнув, кивнула.

Я, почему то, вспомнила о Рыжем.

– А этого дикаря случайно звали не Фэт?

Глаза Улин превратились в два огромных блюдца.

– Откуда ты знаешь? – Прошептала она.

– Что? Действительно, Фэт? Рыжий?– Не поверила я. А про себя подумала. – Однако! Этот мир тоже достаточно тесен.

– Но откуда…?

– Ты давай, не отвлекайся. Рассказывай. Как у вас это получилось? Я конечно в курсе, что в городе достаточно свободные нравы, но ты всегда казалась мне…– Я помахала в воздухе рукой не в силах найти сравнение. – В общем, рассказывай. И имей в виду, я тебя нисколько не осуждаю. Даже наоборот. Итог твоих измен приводит в восхищение всю мужскую половину Города. Тебе надо было не останавливаться на достигнутом.

Улин зарделась от смущения и глубоко вздохнула.

– Мне тогда было почти девятнадцать. Три оборота я была уже замужем, но детей у нас не было. Я обошла почти всех гэдлов. Сколько денег я на них потратила. Даже в храм Звезды ходила.

Я хотела спросить Улин, что за храм такой, но решила, что с этим успеется. Кивнула ей, мол, продолжай.

–Я уже отчаялась. Даже предложила мужу развод. Тогда я его очень сильно любила. Думала, пусть хоть он будет счастлив. Но он отказался. Он тоже любил меня. Тогда.– Тихо добавила она.

– Как раз в то время я и начала делать фигурки. Ты видела моего первенца. – Она посмотрела на меня, и я кивнула, вспомнив примитивную глиняную фигурку, мало похожую на человечка. – Так вот, этими фигурками заинтересовались наши ворожеи. Предложили за них хорошую цену, я согласилась. И однажды ко мне пришла маленькая гэдла. Им вообще-то запрещено выходить в Город, но они постоянно это делают. Им даже нравиться этот запрет. – Усмехнулась Улин. – Есть что нарушать. Назло урам. Гэдла сказала мне, что мои фигурки для неё очень дороги, в том смысле, что у неё нет столько денег, но если я подарю ей одну, то взамен она скажет, как достичь желаемого.

Я предложила ей выбрать любую из фигурок, а она сказала, что мне нужна трава, я уже и не помню её названия. И сказала, что такая трава есть только у одного из племени дикарей. Мне непременно нужно пойти туда самой и одной. Я и пошла. Взяла с собой все свои деньги. Только они не понадобились.

Когда я пришла туда, дикари пили какой-то бледно-розовый напиток, кричали и смеялись. Я сначала испугалась и хотела убежать, но они меня не отпустили. Усадили у костра, дали кусок мяса, поджаренный на огне и чашку с этим напитком. Я выпила, потому что от страха горло моё совсем пересохло. Мне очень понравилось. Я никогда не пила ничего подобного. Попросила ещё и спросила, что это? Они ответили, что это старый сок лесных ягод. Очень старый. Этому соку двадцать оборотов. Это они так сказали! – Улин даже руку к сердцу прижала, испугавшись, что я ей не поверю.

– Я пила и мне хотелось ещё и ещё, а потом со мной что-то случилось. Я тоже начала кричать и смеяться. И прыгала с ними вокруг костра. Смутно помню, что там были ещё две горожанки. Кажется.

Я покивал головой. Ещё бы ей не прыгать. От двадцатилетнего вина кто хочешь запрыгает.

–А потом этот рыжий дикарь поднял меня на руки и унёс в лес.

Улин замолчала. Я терпеливо ждала.

– Мне было очень хорошо с ним. – Прошептала Улин. – Так хорошо, что я даже не хотела уходить. Я провела с ним остаток дня и всю ночь. Он предлагал мне остаться. Говорил, что я лучшая из всех женщин, которых он знал. Но я испугалась. Я ушла. А в положенный срок я родила первую. Аглаю.

Улин снова замолчала.

– А младшие?

– Тоже от него. Он искал меня несколько лет. Каждый раз, когда они приходили в Город. Каждые полоборота. Но им можно заходить только на рынок, а я никогда не торговала там. Всё что я делала, у меня покупали прямо дома. Мы встретились случайно. И в этот же день или ночь, я понесла вторую. Тогда он узнал моё имя, и Звезда ещё не завершила круг, когда ко мне пришла та самая маленькая гэдла и сказала, что он снова пришёл и ждёт меня.

– И у тебя родилась третья. – Утвердительно сказала я. Улин кивнула. – А потом вы ещё встречались?

Улин закусила губу, которая начала тихонько дрожать, помолчала немного, успокоилась и ответила.

– Да. Несколько оборотов. Он каждый раз звал меня с собой, а потом сказал, что не может так больше. Что ему нужна собственная женщина и постоянно, а не чужая раз в полоборота. И если я не уйду с ним, то он возьмёт себе другую.

– Ты его любишь? – прошептала я тихонько, будто боясь спугнуть чудесную бабочку откровения.

– Нет. – Ответила Улин. – Я ему благодарна, не более. Он сделал меня счастливой.

Мы просидели с ней довольно долго. Я уже и не помню даже, о чём мы тогда говорили.

Со стороны лужайки послышались весёлые голоса. Это возвращались мальчишки. Увидев нас, они бросились наперегонки и влетели на балкон как два весёлых воробышка.

– Ты уже знаешь Ваману.

– Да. – Кивнула Улин.

– А это сын Фэта. Познакомься.

– Я очень рад видеть мать моих сестёр. – Торжественно произнёс Райл.– Я часто их вижу. Они красивые.

– Что?! – Я просто в осадок выпала.

– Я знаю, что твои дочери – мои сёстры. – Сказал он, обращаясь к Улин, и мы с ней изумлённо переглянулись.

– Я ничего ему не говорила. – Попятилась я от свирепого взгляда Улин.– Сама подумай, когда бы я успела.

– Да,…но… откуда он это знает?

– Подумаешь. – Фыркнул Райл. – Все мои сёстры похожи друг на друга. А у меня их целых семь. Нет, десять. И потом, я чую.

Я пожала плечами, глядя на Улин. Он чует. Я тут ни при чём.

– Райл. – Улин присела перед мальчиком на корточки. – Я могу тебя попросить…

– Я не скажу им, не бойся.

Таракан без ног не слышит 2

Подняться наверх