Читать книгу Женщина без брони. Как снять чужие ожидания и услышать себя - Луиса Хьюз - Страница 3

Вглядываясь в зеркало по утрам, мы привыкли видеть там не лицо живого человека с его уникальной историей, шрамами и проблесками подлинной радости, а лишь бесконечный список невыполненных задач и несоответствий тем стандартам, которые были бережно вложены в наше сознание еще до того, как мы научились самостоятельно завязывать шнурки. Наша психика похожа на огромный, пыльный музей, где на высоких постаментах под холодным светом софитов выставлены экспонаты того, какими мы «должны были стать» согласно негласным контрактам, подписанным нашими родителями, учителями и даже случайными прохожими, чье мимолетное осуждение когда-то глубоко ранило нашу детскую душу. Этот музей несбывшихся ожиданий – самое посещаемое место в нашей внутренней реальности, где мы проводим часы, сравнивая свою реальную, иногда хаотичную и несовершенную жизнь с золотыми статуями идеальных дочерей, безупречных матерей и амбициозных профессионалок, которые никогда не устают, не плачут от бессилия в запертой ванной и точно знают, в чем заключается смысл их существования. Вспомни свою маму, которая, возможно, из самых благих побуждений, поправляя твой воротничок перед школой, бросала ту самую фразу, ставшую фундаментом твоего нынешнего самобичевания: «Ты ведь такая умная девочка, ты не можешь подвести нас и получить четверку, ведь на тебя смотрят все родственники». В этот момент, сама того не осознавая, она передавала тебе эстафетную палочку своего собственного страха оказаться «недостаточно хорошей», и ты, будучи ребенком, приняла этот груз как священную обязанность, не понимая, что любовь не должна быть платой за академические успехи или удобное поведение. Мы вырастаем, и эти родительские голоса интериоризируются, превращаясь в нашего внутреннего критика, который нашептывает нам в моменты триумфа, что мы просто удачно притворились, а в моменты неудач – что мы наконец-то разоблачены в своей никчемности. Это похоже на историю моей клиентки Анны, которая к тридцати пяти годам построила блестящую карьеру в юридической фирме, купила квартиру, о которой мечтали её родители, и вышла замуж за человека, одобряемого всем её окружением, но однажды в середине рабочего дня она просто не смогла выйти из машины на парковке, потому что внезапно осознала: ни одна вещь в её жизни не была выбрана ею самой. Она сидела за рулем, глядя на свои идеально ухоженные руки, и чувствовала, что задыхается в этой стерильной, правильной реальности, потому что в её «музее» на главном месте стояла статуя «Успешной Анны», а настоящая Анна, которая когда-то обожала рисовать углем на старых обоях и мечтала спасать бездомных животных, была заперта в темном подвале этого величественного здания. Проблема заключается в том, что мы тратим колоссальное количество жизненной энергии на поддержание этих экспонатов в чистоте, вместо того чтобы направить эту силу на исследование собственного ландшафта, который может оказаться гораздо более сложным и интересным, чем любая навязанная нам роль. Мы боимся разочаровать тех, кто вложил в нас свои надежды, не понимая, что чужие ожидания – это их личная ответственность, а не наш долг, и что, пытаясь соответствовать чужому чертежу, мы неизбежно разрушаем здание собственной уникальности. Каждое наше «я должна быть более терпеливой», «я должна больше зарабатывать», «я должна выглядеть моложе» – это очередной кирпич в стене, отделяющей нас от нашей подлинной природы, которая не знает слова «должна», но знает слово «хочу» и «чувствую». В этом музее хранятся не только наши личные провалы, но и призраки тех женщин, которыми мы могли бы стать, если бы не побоялись осуждающего взгляда бабушки, считавшей искусство несерьезным занятием, или если бы не поверили первому возлюбленному, который сказал, что наш смех слишком громкий и привлекает ненужное внимание. Когда мы начинаем анализировать свои ежедневные выборы, мы с ужасом обнаруживаем, что даже такие мелочи, как покупка определенного сорта кофе или выбор цвета платья, часто продиктованы не внутренним импульсом, а стремлением соответствовать некоему невидимому образу «правильной женщины», который транслируется из каждого угла. Мы покупаем абонементы в спортзал не для того, чтобы почувствовать радость движения и силу своего тела, а для того, чтобы наказать себя за съеденный круассан и хотя бы на шаг приблизиться к глянцевому стандарту, который не имеет ничего общего с живым, дышащим человеческим организмом. Мы вступаем в споры, в которых не хотим участвовать, и соглашаемся на социальные обязательства, которые нас истощают, только ради того, чтобы в виртуальном каталоге нашего «музея» не появилась отметка «эгоистка» или «неудобная личность». Эта вечная гонка за одобрением похожа на попытку наполнить водой решето: сколько бы комплиментов, премий и подтверждений своей значимости мы ни получали извне, внутри всё равно остается зияющая пустота, потому что эту пустоту может заполнить только наше собственное, безусловное принятие себя во всей своей нелепости, гневе и несовершенстве. Нам кажется, что если мы наконец достигнем всех поставленных целей – похудеем до заветного размера, получим ту самую должность, создадим картинно-идеальную семью – то музей закроется, и мы наконец обретем покой, но истина в том, что ожидания имеют свойство мутировать и расти. Как только ты достигаешь одной вершины, социальные нормы и твой собственный внутренний надзиратель тут же указывают на следующую, еще более высокую и труднодоступную, заставляя тебя верить, что счастье всегда находится где-то за горизонтом, в следующем достижении. Чтобы разрушить эту ловушку, нужно набраться смелости и признать, что многие наши «мечты» на самом деле являются имплантированными чужеродными телами, которые наша психика пытается отторгнуть через депрессию, апатию или хроническую усталость. Болезнь – это часто крик души о том, что она больше не может обслуживать чужие интересы, что ей тесно в рамках «хорошей девочки» и она готова на любые радикальные меры, лишь бы её наконец услышали. Разбор экспонатов в нашем музее несбывшихся ожиданий – это не однократный акт, а долгий и кропотливый процесс, напоминающий археологические раскопки, где под слоями наносного песка мы внезапно находим фрагменты своей истинной сути: забытое увлечение астрономией, любовь к одиноким прогулкам под дождем или странное желание бросить всё и заняться гончарным делом. Нам нужно научиться задавать себе неудобные вопросы: «Кому на самом деле нужно, чтобы я была такой?», «Чьим голосом говорит мой страх неудачи?», «Что останется от меня, если я прямо сейчас откажусь соответствовать всем правилам, которые я сама себе придумала?». Ответы могут быть пугающими, потому что они лишают нас привычных опор и заставляют признать, что мы потратили годы на строительство храма богу, в которого никогда не верили. Но именно в этом обрушении старых конструкций и кроется начало нашей свободы, потому что только на руинах чужих ожиданий можно построить свой собственный дом, где стены будут выкрашены в тот цвет, который нравится именно тебе, и где единственным важным гостем будешь ты сама. Посмотри на свои руки прямо сейчас и осознай, сколько всего они сделали для других, сколько слез они вытерли, сколько отчетов написали и сколько обедов приготовили, следуя сценарию, который был написан не тобой. Теперь представь, что эти руки – единственный инструмент, который у тебя есть, чтобы написать новую главу своей жизни, где больше нет места вине за то, что ты не стала балериной, как хотела бабушка, или не вышла замуж в двадцать два года, как все твои подруги. Мы должны позволить этим статуям идеальных женщин в нашем внутреннем музее покрыться трещинами и рухнуть, потому что живая, ошибающаяся, ищущая и иногда совершенно потерянная женщина гораздо ценнее, чем самый совершенный, но мертвый идеал. Освобождение начинается с простого выдоха и признания: «Я больше не обязана нести то, что мне не принадлежит», и в этот момент пыль в твоем внутреннем музее начнет оседать, открывая путь к выходу, туда, где начинается настоящая, не отредактированная цензурой жизнь.