Читать книгу Возвращение Дестри - Макс Брэнд - Страница 5

Глава 5

Оглавление

Человеческая природа такова, что чем короче речь, тем дольше она держится в памяти. А уж последнее слово осужденного за ограбление поезда выбило жителей города из привычной им колеи по крайней мере на месяц. Дестри уже давно увезли туда, где он должен был в поте лица трудиться десять лет, а жители Уома все перешептывались и качали головами.

Но говорили они не только о нем. Всем им, и молодым и старым, не давало покоя воспоминание о том, как Чарли Дэнджерфилд, работая локтями, протолкалась через плотную толпу, облепившую Дестри со всех сторон. Его вели к карете, в которой обычно возили заключенных из суда в тюрьму.

– Я верю тебе, Гарри! – крикнула она. – Я буду ждать тебя!

Уомцы только снисходительно улыбались, вспоминая эту забавную сцену, ведь Чарли тогда только исполнилось шестнадцать. Но шли годы, и постепенно кое-кто стал замечать, что хотя девушка любит посмеяться, поболтать с мужчинами да без ума от танцев, которые устраивались каждую субботу, этим все и ограничивается. Ни один из местных парней не мог похвастаться, что Чарли Дэнджерфилд подала ему хотя бы малейшую надежду. Из хорошенькой девочки она постепенно превратилась в очаровательную женщину, но какую-то странную, будто окружила себя невидимой, однако прочной стеной. Время шло, жители Уома перестали смеяться, вместо этого недоуменно чесали в затылках и перешептывались.

Вся эта история ничуть не повредила Шарлотте, скорее, окружила ее романтической дымкой. Ведь чем порочнее человек, которому женщина предана всей душой, тем более святой и достойной уважения делается она в глазах других мужчин. Их самомнение при виде подобного постоянства становится совершенно нестерпимым, а уверенность в том, что каждый из них достоин такой же преданности со стороны собственной жены получает прочную основу.

Более того, все девушки Уома – незамужние дамы, совсем зеленые и полные смутной надежды девственницы – вслед за мужским населением города тоже пали жертвой очаровательной Чарли Дэнджерфилд.

Она была окружена ореолом мученицы, тем более любимой, что не представляла для них ни малейшей опасности. Как бы красива и привлекательна она ни была, все знали – Шарлотта хранит верность Дестри. Прелестные представительницы слабого пола не испытывали к ней ни зависти, ни ревности. Если они были звездами, то она – луной на их фоне, но луной, которая всегда скрыта таинственной дымкой и ни в коем случае не затмевает скромные маленькие звездочки. Да и местные женихи очень скоро убедились в бессмысленности питать какие бы то ни было надежды в отношении Чарли Дэнджерфилд. Случалось и так, что какой-нибудь заезжий кавалер, плененный ее прелестным личиком, а может быть, и богатством ее папеньки, которое росло день ото дня, летел к ней, словно мотылек на огонь, но, быстро опалив себе крылышки, смущенно убирался восвояси.

И вот по городу разнесся слух, поразивший местных жителей, будто ударом молнии: оказывается, за примерное поведение Дестри скостили срок и теперь он скоро окажется на свободе, отсидев неполных шесть лет вместо десяти, которые ему определил суд. Почему-то о Чарли Дэнджерфилд люди подумали в первую очередь – ведь ее герой возвращался к ней после этих долгих лет разлуки. Всем не давала покоя мысль о том, что будет дальше.

Кое-кто даже не поленился подсчитать, что сейчас Дестри уже исполнился тридцать один год. Ведь ему было не больше двадцати пяти, когда он впутался в ту грязную историю с ограблением, да отсидел шесть лет. Немного, конечно, но и не мало, хотя так и остался отверженным, тюремной пташкой, изгоем в родном городе. Все ждали неминуемого появления этого человека, прошедшего сквозь горнило испытаний, но так и оставшегося отмеченным их неизгладимым клеймом.

Вечером того дня, когда эта новость облетела весь город, под покровом темноты состоялось тайное совещание, на котором присутствовали Джерри Венделл, Клайд Оррин, оба брата Огдены и Кливс. Пришли Сэм Уоррен, Булл Хьюитт и даже Бад Вильямс.

Сэм Уоррен, который до сих пор пользовался в городе репутацией самого меткого стрелка, как признанный лидер сидел во главе стола и председательствовал. Разговор был откровенный, так обычно говорят люди, столкнувшиеся лицом к лицу со смертельной опасностью, угрожающей всем без исключения.

Долго ходили вокруг да около, и только у Джерри Венделла хватило наконец смелости предложить нанять стрелка, который возьмет на себя труд позаботиться о том, чтобы мистер Дестри недолго ходил по земле.

Его предложение хоть и не отвергли, но выслушали без особого энтузиазма. Мысль об убийстве никого не возмутила, но всем показалось глупым платить деньги за голову того, кто и так, вне всякого сомнения, скоро вернется туда, откуда вышел. Клайд Оррин понял это первым и взял на себя смелость высказать то, о чем все думали, но не решались произнести вслух.

– Послушайте, ведь тюрьма еще никого никогда не исправила. Попав туда, человек может стать только хуже, а уж что тогда говорить о Дестри! Не успеет он появиться в городе, как тут же устроит какой-нибудь дебош, а уж наше дело – позаботиться, чтобы шериф с наручниками был наготове и сцапал его в ту же минуту!

Все признали этот план наилучшим. Поэтому было решено, что все они отправятся на небольшую прогулку в горы. Так, ничего особенного, просто немного поохотиться. Это займет немного времени, а когда они вернутся, все их тревоги будут уже позади: Дестри к тому времени, вне всякого сомнения, окажется в железных руках закона!

Не успели они обсудить этот замечательный во всех отношениях план, как тихо скрипнула дверь в номере отеля, где они собрались, и в комнату осторожно проскользнул Чет Бент.

На лицах многих отразилось если не возмущение, то недовольство, но Чет подошел к столу, держа шляпу в руке, улыбнулся и заговорил, слегка задыхаясь:

– Друзья мои, я нисколько не сомневаюсь, что вы изрядно удивлены, увидев меня здесь, среди вас. Конечно, я не был с вами, когда вы, двенадцать присяжных, признали Дестри виновным в ограблении и засадили его за решетку. Всем вам известно, что в то время я считал себя его другом. Я и сейчас его друг и уверен, что, выйдя из тюрьмы и вернувшись в наш город, он первым делом придет ко мне. Поэтому решил поставить вас в известность, что как только Дестри переступит порог моего дома, я сделаю все от меня зависящее, чтобы удержать его от противоправных и необдуманных действий. К сожалению, должен признать, мне это вряд ли удастся. Надеюсь, джентльмены, вы меня правильно поняли. Даю вам слово, я такой же друг и вам. И сегодня пришел сюда, чтобы доказать вам это. Как мне помочь вам, джентльмены? Все вы, полагаю, понимаете, что, как только Дестри окажется на свободе, над вами нависнет страшная угроза?

Призрак грядущей мести вновь неслышно появился в полутемной комнате отеля, заставив опасливо поежиться бывших присяжных. Но как только смысл сказанного стал до них доходить, хмурые лица вмиг просветлели. Все одобрительно посмотрели на Бента. К тому времени он стал в Уоме довольно заметной фигурой. Нельзя забывать, что, пока несчастный Дестри томился за решеткой, Чет Бент более чем вшестеро увеличил свое состояние и пользовался всеобщим уважением. К тому же выяснилось, что Чет обладает незаурядной деловой хваткой, а кроме того, имеет в своем распоряжении изрядную сумму наличными, которую готов охотно вложить в какое-нибудь прибыльное дельце. Вскоре он доказал это, поместив часть денег в золотые прииски и став одним из компаньонов в компании, которая занималась разработками неподалеку от Кристалл-Маунтинз. Распорядившись так удачно деньгами, он понемногу осмелел, стал вкладывать более крупные суммы то в одно, то в другое и наконец занял в Уоме настолько прочное положение, что по праву считался вторым человеком в городе. Конечно, пока еще ему было далеко и до Бенджамина Дэнджерфилда, который всегда слыл денежным мешком, и до скотоводческих королей, и до известных золотопромышленников Запада, но все же Честер тоже был очень богат. Кроме того, несмотря на относительную молодость, в городе он пользовался всеобщим уважением, и, если местные тузы обсуждали что-то мало-мальски важное, Бент был непременным участником этих совещаний.

Все это давно и прочно засело в головах восьми сидевших за столом мужчин, а потому они с неослабевающим вниманием ловили каждое его слово. Судя по выражению их лиц, каждый думал об одном и том же. Дестри, одинокий волк, только что получивший свободу и жаждущий мести, – это ужасно, но с ним можно покончить. Однако, если за его спиной будет стоять такой человек, как Честер Бент, все может обернуться иначе. Он уничтожит их всех, одного за другим.

С подкупающей откровенностью собравшиеся признались, что приняли решение ненадолго исчезнуть из города, и им показалось, что Бенту эта идея пришлась по душе. Он дал слово немедленно сообщить, как только опасность перестанет им угрожать, чтобы они могли вернуться домой.

Наконец все разошлись. Позже вечером, когда почти стемнело, Честер мерил шагами перрон на вокзале, поджидая прибытия поезда, направляющегося на запад. Наконец вдали показались огоньки, и вскоре у перрона остановился длинный состав, несколько человек сошли на платформу. Вслед за ними торопливо снесли чемоданы, сбросили мешки с почтой. Потом протяжно завыла сирена, еще раз мигнули огоньки, и поезд исчез вдали, оставив после себя шум и суету. Честер озирался по сторонам. Однако Дестри не было видно.

Неожиданно чья-то рука осторожно тронула его за локоть, причем так нерешительно и робко, что Честер испуганно оглянулся. Он увидел мертвенно-белое лицо, с неприятным землистым оттенком, напоминающим брюхо лягушки, и не сразу узнал Гарри Дестри. Перемена, произошедшая с ним, была так разительна, что Бенту понадобилось не раз и не два внимательно посмотреть на него, чтобы окончательно убедиться – да, перед ним действительно Дестри, человек, некогда приводивший в ужас мирных граждан Уома, циничный, неутомимый боец, чьи буйные попойки в салунах нередко заканчивались проломленными головами, месивом из остатков мебели и разбитого стекла, а затем долгими воспоминаниями об этом очередном побоище. Бенту показалось, что Гарри сильно похудел и даже как-то усох, что нередко случается с теми, кто держится только за счет былой славы, отлично понимая, что время ее давно прошло.

И это тот самый Гарри Дестри, подумать только!

На лице Честера отразилось какое-то непонятное торжество, в глазах сверкнул огонек, но это не была радость человека при встрече старого друга. Тем не менее он с готовностью пожал ему руку, похлопал по плечу.

– Поехали домой. Остановишься у меня, – предложил Бент. – Я приказал приготовить тебе комнату.

– Но, Чет, я просто не имею права, – смущенно пробормотал Дестри. – Вообще-то, по-моему, будет лучше, если я потихонечку исчезну из города и…

– О чем это ты толкуешь? – возмутился Бент. – Взгляни-ка туда! Видишь, под перечными деревьями ждет экипаж – это за тобой! Да и потом, разве ты не знаешь, парень, что Чарли Дэнджерфилд все еще ждет тебя? Она бы с радостью приехала вместе со мной встретить тебя, не такая она девчонка, чтобы побояться каких-то глупых сплетен или разговоров кумушек за спиной, но я подумал, будет лучше, если вы в первый раз встретитесь не на глазах у всех. Ты же знаешь, как газетчики обожают подобные истории? Единственная дочь богатейшего скотовода в ожидании возвращения бывшего заключенного – ну, сам понимаешь, старина, что я имею в виду!

Болтая и похлопывая Дестри по плечу, он то ли вел, то ли тащил старого приятеля вперед. Подхватив одной рукой тощий заплечный мешок, в котором теперь заключалось все имущество Гарри, другой осторожно, но настойчиво подталкивал его в спину. Внезапно Дестри остановился.

– Богатейшего? – переспросил он удивленно. – А Чарли мне и словом не обмолвилась, ни в одном письме, представляешь?

– Наверное, Чарли не очень-то хотелось распространяться о том, что тебя ждет, когда ты вернешься в город, – неловко пояснил Бент, в этот волнующий момент встречи совсем позабыв о том лоске, который приобрел за годы обучения в колледже. – Представь, все считали, что старине Бену такое не по зубам, а ему все удалось, и сейчас он – один из самых богатых скотоводов в округе! А его золотые прииски! Да там столько золота, сколько тебе и не снилось, оно просто сочится из земли, хоть лопатой копай! Богатый, говоришь?! Да они с Чарли битком набиты деньгами, только что не звенят на ходу, а это значит, парень, и тебе на роду написано купаться в деньгах. Ну давай, беги к Чарли, дружище, да не забудь поцеловать ее покрепче! Помни, она ждала этой минуты целых шесть лет. Шесть лет, Гарри!

Он вдруг замешкался, когда они были уже в двух шагах от поджидавшего их экипажа. Со стороны это выглядело так, как если бы Бент не хотел навязываться Дестри. Но как только он убрал руку, которой придерживал приятеля за плечи, вдруг стало ясно, что Гарри каждый шаг дается с немалым трудом. Очень медленно Дестри двинулся в сторону от фаэтона, казалось, ноги отказываются ему служить. Он побрел, волоча их, туда, где лежала густая тень от высоких перечных деревьев, и, остановившись под их зеленым куполом, поднял голову вверх, где на синем бархатном небе ярко мерцали звезды.

В то же мгновение из фаэтона выпорхнула Чарли Дэнджерфилд, и в темноте он почувствовал, как две тонкие руки обхватили его за шею.

– Гарри, Гарри, Гарри! – заливаясь слезами, запричитала она. – Что они с тобой сделали, Господи? Что они сделали?!

Девушка, содрогаясь от жалости, осыпала поцелуями его землисто-бледное лицо, которое, казалось, светилось в темноте, и чувствовала, как оно холодеет под ее горячими губами.

Дестри даже не сделал попытки обнять ее, словно оцепенел. Руки его бессильно повисли вдоль тела.

– Это были нелегкие для меня годы, Шарлотта, – пробормотал он.

И тут она вдруг подумала, что он страшно изменился, другим стал даже его голос. Гарри почти шептал, будто опасался, как бы его слова не донеслись до чужих ушей.

Ужаснувшись этой перемене, Чарли принялась лихорадочно строить планы. Она то и дело принималась смеяться сухим, нервным смехом и с трудом согласилась вернуть Дестри под опеку Честера Бента. Они договорились, что рано поутру Честер приедет на ранчо Дэнджерфилдов и привезет с собой Гарри. По словам девушки, ее отец просто с ума сходил от желания познакомиться с ним. Ну а пока ему не мешает отдохнуть и как следует выспаться.

Но прежде чем она ушла, Бент, воспользовавшись моментом, заглянул ей в глаза. И прочел в них смертельный страх. Поэтому на обратном пути к дому Чет вполне искренне радовался жизни.

Возвращение Дестри

Подняться наверх