Читать книгу Деревенское перемирие. Юмористическая мелодрама - Мария Вель - Страница 3

Рассвет окрасил стены бабушкиного дома в бледно‑розовый. Я сидела на крыльце, обхватив колени, и смотрела, как над полем поднимается туман. Где‑то за забором квохтали куры, а из‑за угла доносилось размеренное му‑у – видимо, местная корова приветствовала новый день.

– Ну что, – сказала я вслух, – добро пожаловать в новую жизнь.

Первый обход

Дом встретил меня пылью, паутиной и запахом старых книг. Я прошлась по комнатам, осторожно касаясь вещей, словно боясь разбудить призраков прошлого:

Кухня. Полки с глиняной посудой, медный чайник, скатерть с выцветшей вышивкой. На подоконнике – засохший пучок мяты.

Гостиная. Шкаф с толстыми томами (бабушка обожала детективы), кресло‑качалка, фотографии в рамках. На одной – я, пятилетняя, с огромным одуванчиком.

Спальня. Кровать с пуховым одеялом, комод с зеркальцем, на стене – икона в серебряном окладе.

В углу прихожей стояла корзина с письмами и газетами – видимо, соседи или почтальон оставляли. Я взяла верхнее: «Уважаемая Анна Петровна, приглашаем на собрание сельсовета…»

– Анна Петровна – это я теперь, – вздохнула я.

Первые контакты

Через час за забором зашуршали шаги. Я выглянула: две старушки в платочках переговаривались, поглядывая на мой дом.

– Вон она, – прошипела одна, тыкая пальцем в мою сторону. – Та самая, что из города приехала.– А че одна? – спросила вторая. – Мужа нет? Детей нет?– Да кто её возьмёт, – фыркнула первая. – Видала, какие у неё волосы? И толстовата…

Я распахнула калитку. Обе замолчали, уставившись на меня.

– Доброе утро, – улыбнулась я. – Вы, наверное, соседи? Меня Аня зовут.

Старушки переглянулись. Та, что была посмелее, выдавила:

– Марфа Степановна. А это – Клавдия Ивановна. Мы тут… присматриваем.

– Присматриваете? – приподняла я бровь.– Ну так… – замялась Марфа. – Мало ли. В деревне без присмотра нельзя.

Клавдия подтолкнула её локтем:

– Ты скажи, что про собрание.

Марфа вздохнула:

– Сегодня в три у клуба – про покос. Тебе тоже надо прийти. А то люди шепчутся: городская, небось, работать не умеет.

Я скрестила руки:

– Умею. И работать, и косить. А ещё умею слушать сплетни и отвечать на них. Так что, жду вас на чай после собрания. Будете первыми, кому я всё объясню.

Обе заёрзали, но кивнули:

– Ладно. Посмотрим.

Они ушли, перешёптываясь. Я закрыла калитку и рассмеялась.

– Начинается, – сказала себе. – Добро пожаловать в театр под открытым небом.

Битва с бытом

Следующие несколько часов превратились в череду эпических сражений:

Печка. Я пыталась растопить её, как в детстве: щепки, бумага, спички. Дым повалил в комнату. Я открыла окно, закашлялась, но через полчаса победила.

Колодец. Ведро с грохотом опустилось, но поднять его оказалось сложнее. Мышцы взвыли, но я справилась. Вода была ледяной и чистой.

Огород. Сорняки стояли стеной. Я вооружилась тяпкой и начала штурм, периодически останавливаясь, чтобы вытереть пот.

В разгар битвы из‑за кустов выглянула рыжая кошка – та самая, что встретила меня вчера. Она села, облизнулась и уставилась на меня с явным презрением.

– Что смотришь? – буркнула я. – Тоже мне, критик.

Кошка мяукнула и исчезла.

Неожиданный гость

К полудню я была грязной, потной и гордой собой. Поставила ведро с водой на крыльцо, чтобы умыться, и тут услышала скрип калитки.

На пороге стоял мужчина лет пятидесяти, в резиновых сапогах и клетчатой рубашке. В руках – корзина с яйцами и буханка хлеба.

– Ты, значит, Анька? – спросил он без предисловий. – Я – дядя Вася, сосед через три дома. Слыхал, ты тут воюешь.

Я вытерла руки о штаны:

– Воюю. Но побеждаю.

Он хмыкнул, поставил корзину на стол:

– Это тебе. Яйца свежие, хлеб – от жены. А то знаю я этих городских: приедут, голодают, потом жалуются.

– Спасибо, – искренне сказала я. – Но я не жалуюсь.

– Вижу. – Он оглядел мой огород, печку, ведро с водой. – Ладно. Если что – зови. А то бабы наши любят языком чесать, а помочь – это нет.

Он ушёл, а я осталась с корзиной и странным чувством тепла.

Вечерние размышления

Когда солнце опустилось к горизонту, я села на крыльцо с чашкой чая. Вдали слышались голоса – видимо, сельчане собирались на собрание. Я не пошла: сегодня мне хватило впечатлений.

Телефон лежал рядом. Экран мигнул: сообщение от бывшего коллеги:

«Ты где? Все с ума сходят. Игорь рвёт и мечет. Говорит, ты „подставила компанию“»

Я удалила сообщение и выключила телефон.

Над полем зажглись первые звёзды. Где‑то вдали залаяла собака, а в траве стрекотали кузнечики.

– Неплохо, – сказала я в темноту. – Даже очень неплохо.

И впервые за долгое время почувствовала: я дома.