Читать книгу Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон - Страница 30

Отель Atlantis на Багамах заслуженно признан одним из лучших отелей в этой зоне. Я бывал в нем дважды, и это было великолепно. Часть гостиницы была сделана как большой аквариум, чтобы можно было видеть акул, диковинных рыб и морских обитателей разных видов, когда идешь по проходам к ресторану или казино. Ноа была потрясена, и мне было приятно осознавать, что я как-то к этому причастен. В отеле для нас были забронированы две комнаты. Одна для девочек, другая для нас.

Мы прибыли в отель днем, и девушки настояли на том, чтобы сразу пойти на пляж. Я умирал от желания увидеть Ноа в бикини, так что через полчаса мы уже вышли на теплое послеобеденное солнце. Для меня поход на пляж всегда ассоциировался с серфингом, так как мне совсем не нравилось валяться на полотенце и жариться на солнце, но в тот день мне было все равно. Я знал, что смогу насладиться прекрасными видами отнюдь не пейзажей.

Но я был разочарован. На пляже Ноа сняла платье. В отличие от Дженны, которая надела очень провокационное белое бикини, на ней был черный закрытый купальник. Ей очень шло, но мне хотелось увидеть немного больше ее кожи, ее мягкий, плоский живот, изгиб талии…

Дженна с Лионом сразу же пошли купаться. Она залезла ему на плечи, а он дурачился, пытаясь сбросить ее головой в воду. Я повернулся к Ноа, которая намазывалась солнцезащитным кремом.

– Мы вернулись в прошлый век, или ты забыла бикини дома? – спросил я ее, смеясь.

Она сразу напряглась и просверлила меня своими прекрасными глазами.

– Если тебе не нравится, не смотри на меня, – сказала она, отвернувшись, и продолжила свое занятие.

Я нахмурился – вечно попадал с ней впросак.

Она легла и достала из сумки книгу. Я посмотрел с любопытством. Всякий раз, когда мы были дома, она читала. Интересно, что ей может нравиться в Томасе Харди, но оставил эти размышления: у нас были разные литературные вкусы. Я внимательно разглядывал ее, гадая, что в ней такого, что заставляет меня вести себя с ней совершенно не так, как с другими девушками. Были ли это ее глаза медового цвета, такие прекрасные и в то же время отражавшие ее неукротимый характер, способный вывести из себя любого? Были ли это ее веснушки, придававшие ей детскости и сексуальности одновременно? Я не мог понять, что именно так влияло на меня, но как только она оторвала глаза от чтения и взглянула на меня, легкий озноб пробежал по всему моему телу. И я понял, что если не буду осторожен, то превращусь в такого же влюбленного идиота, как Лион.

– Пошли со мной купаться, – я протянул руку, вынимая книгу у нее из рук.

Она недовольно посмотрела на меня:

– Зачем?

Я улыбнулся.

– У меня есть пара идей…

Услышав это, она покраснела.

– Поплаваем, поищем ракушки. А ты думала, что я имел в виду, Веснушка? – сказал я, подтрунивая над ней.

Цвет ее лица превратился из прекрасного розового в глубокий красный.

– Ты идиот, и я не пойду с тобой в воду, отдай мне мою книгу, – приказала она, протянув руку.

Я схватил ее и крепко потянул на себя:

– Ты будешь читать, когда состаришься.

Сначала она сопротивлялась, но я взял ее на руки и понес на берег.

– Отпусти меня! – визжала она, выкручиваясь из моих рук, как змея.

Я бросил ее в воду и расхохотался, увидев, как она всплыла, задыхаясь, как маленькая рыбка. Она бросилась на меня, и следующие десять минут я окунал ее с головой в воду и хохотал над ней.

Вечер прошел без инцидентов. Я обнаружил, что если держать руки подальше от Ноа, то она расслабляется и может веселиться и со мной, и с остальными. Мы хорошо провели время на пляже, пили «Маргариту» и восхищались кристально чистой водой. Я заснул в шезлонге, Дженна и Лион исчезли, и когда я через час открыл глаза и повернулся к Ноа, то увидел, что ее не было. Я пошел по берегу искать ее, но ни на берегу, ни в море ее не было. Вдруг я услышал ее смех. Повернувшись, я увидел группу университетских ребят, которые играли в пляжный волейбол. Там была и Ноа в черном купальнике и крошечных шортах. Она играла с ними, и большинство из них поедали ее глазами, когда она подпрыгивала и мастерски ударяла по мячу. Почти все они были намного выше ее, как минимум на голову, и все были в отличной форме. Я почувствовал злость, когда один из них обнял ее, а потом подхватил за талию и подбросил штопором после того, как она забила очко.

Черт возьми! Я направился к ним решительной походкой. Я не знал, что я собирался сделать в следующую минуту, я был ослеплен яростью. В этот момент она увидела меня и улыбнулась мне такой лучезарной улыбкой, что мои мысли и тело были парализованы. Она была счастлива.

Очень счастлива.

– Ник, иди играть! – крикнула она, бросая мяч одному из своих новых приятелей и побежав мне навстречу.

Ее щеки раскраснелись от солнца и физического напряжения, а глаза светились.

– Ты видел, какой розыгрыш я провела? – с гордостью спросила она.

Я кивнул, не совсем понимая, что делать со злостью, которая сжирала меня изнутри.

– Я не знал, что ты играешь в волейбол, – сказал я и сам почувствовал, как прерывисто прозвучал мой голос.

Похоже, она этого не заметила.

– Я играю с десяти лет, я же говорила тебе, что была капитаном команды в Торонто, – напомнила она мне.

Постепенно я взял себя в руки и улыбнулся ей в ответ.

– Это здорово. Я не знал, что ты настолько хорошо играешь, но нам пора идти, – сказал я в основном потому, что мне не нравилось, как все эти парни смотрели в нашу сторону, очевидно, уже потеряв голову от нее.

– Давай, Ноа, – позвал ее один из них, а именно тот, который обнимал ее меньше минуты назад. Я обдал его таким ледяным взглядом, что увидел, как он стушевался.

– Извини, я и не заметила, что уже так поздно, я сейчас попрощаюсь с ними, – сказала она, развернувшись. Я занервничал, когда все стали с ней разговаривать, а один даже освистал ее за то, что она вынуждена была уходить. Я бы впечатал его физиономию в песок, если бы не был уверен, что из-за этого у меня будут проблемы с Ноа. Через несколько минут она вернулась ко мне.

– Это было здорово! Я не играла, по крайней мере, месяца три. Это было похоже на возвращение домой, правда, – начала она рассказывать мне взволнованно. Тогда я понял, как тяжело, наверное, было ей оставить абсолютно все, чтобы переехать: друзей, школу, своего парня… – Ребята приглашают нас сегодня на дискотеку в гостинице. Они сказали, что там классно и что мы должны прийти, – сказала она радостно.

Я хотел было отказать ей, но видя искреннее счастье в ее глазах, согласился.

– Ладно, но сначала мы должны принять душ и поужинать, – сказал я ей. – Дженна и Лион уже в отеле.

– Очень хорошо, – согласилась она с улыбкой.

Это было что угодно, только не хорошо.

Когда мы встретились с нашими девушками у лифтов, мне пришлось совладать с собой, чтобы не отправить Ноа переодеться. На ней было белое обтягивающее платье на тонких бретельках, которые перекрещивались на спине. Обозревать всю эту обнаженную красоту не могло быть полезным для моего здоровья. Мне пришлось проглотить слюну и сдержать желание затащить ее в комнату, чтобы любоваться ею весь вечер. Ее ноги, и так длинные и стройные, казались еще длиннее в босоножках на высоких каблуках цвета морской воды.

Кто убедил ее снять кеды и джинсы? Тот, кто стоял рядом с ней, – чертова Дженна.