Читать книгу Некромант на пенсии. Шалость удалась! - Мотя Губина - Страница 4

К утру я уже совсем обезумела от страха и усталости, потому как мне приходилось отражать нападки нечисти, которая пыталась прорваться в дом.

Никак не желающий уходить грызун сидел с другой стороны оконной рамы и пытался продавить мою волю то угрозами, то уговорами. И, честно говоря, от последних в какой-то момент захотелось действительно распахнуть окно и впустить его внутрь.

Ну действительно, что может быть страшного в этом милом и прекрасном мохнатом существе?

А через пару секунд он вдруг начинал истошно орать и взвизгивать, требуя немедленно впустить! И вся моя дружелюбность моментально улетучивалась.

Его костлявые помощники несколько раз пытались выбить дверь, залезть внутрь через дымоход, а то и вовсе сделать подкоп под домом. Пока что мне удавалось отражать нападки, орудуя швабрами, веником и кочергой от камина, но силы заканчивались: очень хотелось есть, спать, а ещё в туалет. А я не могла себе позволить даже этого, потому что бесконечно оборонялась.

– Дай мне войти, – снова завёл свою шарманку крыс снаружи, – ну что тебе жалко, что ли? Меня тут ветром обдувает. Знаешь, какой ветер с утра холодный, вон, и роса на земле появилась. Что ты за злая женщина такая, а? Элеонора меня кормила, любила, обожала, делилась самым лучшим! Ведь я не кто-нибудь, а фамильяр ведьмы! А если ты теперь в её теле, то оберегать меня теперь твоя прямая обязанность!

– После того, как ты своим прихвостням велел меня сожрать и растерзать, я тебе не очень-то доверяю, – хмуро прокомментировала я, подсматривая в сторону окна. Хотя обещала себе, что не буду с ним общаться.

Но если с тобой на протяжении нескольких часов разговаривает, да пусть даже робот-пылесос, всё равно в какой-то момент начнёшь отвечать… Вот и я, несмотря на то, что совершенно не собиралась общаться с хвостатым, всё же изменила своё мнение.

– Ой, да я пошутил! – тут же открестился он. – Какая ты злопамятная, в самом деле. А между прочим, я бы поесть не отказался. Вот Элеонорочка меня три раза в день кормила, а ты…

Договорить он не успел, потому как снаружи послышался шум, и этот шум создавали явно не скелеты, потому что бряцание костей за ночь я уже успела выучить. Нет. Это определенно звук шагов! Человеческих!

– Не вздумай спалиться! – быстро прошептал грызун, после чего стало тихо.

Я нервно поднялась с пола и одёрнула балахон. Кто это ещё? Разве крыс не сказал, что они – то есть мы – только-только приехали? Кто сюда может идти?

Несколько томительных секунд я стояла в полной тишине, не зная, куда себя деть. Растерянность, страх перед неизвестностью, усталость навалились всем своим весом, но больше всего мои мысли метались в панике от того, что я даже примерно не знала, кому могла понадобиться ведьма, особенно, если теперь она – это я.

И вот послышался стук в дверь. Совсем негромкий, но достаточный для того, чтобы заставить тело вздрогнуть.

Так как посетитель не дождался ответа, то стук повторился, а у меня мелькнула шальная мысль: может, не открывать? Они тогда подумают, что никого нет, и уйдут?

Словно услышав подобные мысли, активировался грызун.

– Даже не думай, – прошипел он в оконную раму, – я уже пустил слух, что Элеонора здесь, так что ты должна открыть. Потому что ведьма, присутствующая на своём месте, – это страшно, а ведьма, отсутствующая на своём месте, – это преступление. И уже достаточный повод для того, чтобы посадить тебя в темницу и никогда не выпускать.

Я выпучила глаза и непонимающе нахмурилась.

– Ты хочешь сказать, ведьма не имеет права покидать своего дома?

– Вообще-то, она не имеет права существовать, – хмыкнул он, – но раз уж она уродилась на свет, то да – она должна сидеть только в своём доме.

– Но почему?

– Потому что если она не в своём доме, значит, она пакостничает.

Я только рот открыла от такого объяснения, но выразить всё своё негодование и удивление мне не дали возможности, потому как стук вновь повторился, но теперь к нему добавился и визгливый голос.

– Да есть там кто-нибудь или нет? Эй, ведьма, мне сказали, что ты уже приехала!

Я в панике ещё раз бросила взгляд на окно за закрытыми шторами и всё же пошла открывать. Ну, а что я могла?

На пороге, во-первых, не оказалось зомби.

Если честно, меня это очень удивило, но потом я заметила прямо перед входом свежевскопанные горки земли. Мысленно прикинув, куда подевались костлявые, я нервно улыбнулась посетительнице.

– Чем могу помочь?

Только вот моя улыбка явно произвела на неё не самое лучшее впечатление. Молодая, но не очень симпатичная девушка с грубым, обветренным лицом и неприятным выражением на нём, побледнела, а потом сглотнула.

Блин, совсем забыла, что я без зубов! Кто ж так людей встречает?

– Вы… вы ведьма? – наконец, пробормотала она, справившись со своим волнением.

Я неопределённо пожала плечами. Ну, и что мне ей ответить?

Скажу правду – плохо, совру – тоже плохо. Поэтому, пускай думает, что хочет…

Видно, моё молчание расценили как согласие, потому как посетительница кивнула своим мыслям и без приглашения протиснулась в дом, подвинув меня тощими плечами.

– Быстрее, у нас мало времени! – заявила она.

Я прикрыла дверь, внутренне паникуя. Что ей нужно? Как себя вести? Уверенно? Или лучше сослаться на потерю памяти от перехода?

– Вы должны мне помочь, я заплачу! – тем временем поторопила девушка, с испугом озираясь в моём новом, весьма грязном жилище. – Главное, чтобы никто не узнал, что я была в сговоре с ведьмой!

Она меня тоже боится! Это открытие придало сил и наглости.

Развернувшись к посетительнице, я резко ссутулилась, выпятила вверх присутствующий на спине горб и скорчила максимально устрашающую гримасу.

– Говори, чего тебе надо, и уходи!

Бедняжка побледнела и чуть не грохнулась в обморок – видимо, я немного перестаралась с устрашением. Она открыла было рот, но не смогла сразу вымолвить ни слова, закашлявшись. И только после того, как справилась с собой, уже намного вежливее прохрипела:

– Мне нужен эликсир… – она понизила голос до шёпота, – тот самый!

– Какой ещё тот самый?.. – начала было я, но услышала громкий шёпот прямо в ухо.

– С ума сошла, спрашивать?! Ясно же, о чём речь! Просто дай ей его, и всё! Или хочешь, чтобы все узнали, что ведьма не может даже ТОТ САМЫЙ эликсир выдать?!

Я подпрыгнула на месте, издав громоподобный клич, чем до полусмерти напугала посетительницу. Она взвизгнула, упала на пол и задом отползла за стол. Меня же, на чём свет стоит, отругал грызун, сидящий прямо на плече.

– Заткнись, полоумная. Я тебе сейчас помогаю! Или ты хочешь на костре оказаться?!

Я испуганно задышала ртом, пытаясь не орать как резаная и не пытаться скинуть с плеча умертвие. Воздух со свистом влетал в беззубый рот и ещё сильнее пугал девчонку в углу, которая от страха начала поскуливать.

– Ну, успокоилась? Запомни – я твоя тень, и тебе никуда не спрятаться от моего всевидящего взгляда! Будешь буянить – и я сделаю тебе заговор на вечный понос! А теперь иди к стеллажу и отдай клиенту один пузырёк с розовой крышкой.

На негнущихся ногах я доковыляла до полок в углу и начала бесцельно перебирать склянки. Никогда в течение моих сорока с лишним лет я не испытывала такого ступора! Слишком спокойно протекала моя жизнь! Слишком лёгко, Элла Гавриловна… Вот булки и расслабились на стабильной работе. Боже, кто бы знал, как я хочу вернуться в свой уютненький чистый ЗАГС!

– Ну вот, можешь же, когда хочешь! – похвалил крысёныш, а я, опустив взгляд, обнаружила в своих руках небольшой стеклянный флакон с крышкой в виде сердечка. Когда успела его схватить? – Теперь отдай клиенту и скажи, что это стоит три года жизни, – он противно захихикал, когда я вздрогнула. – Да шучу я! Мешок золотых, и пускай катится по кладбищу! Могу даже костлявых из нор выгнать, чтобы быстрее пятки сверкали!

– Не надо… – прошептала я, развернувшись и быстро поставив пузырёк на стол.

Девушка осторожно выглянула из-за стола, смотря на меня с опаской, но, увидев подношение, восторженно раскрыла глазёнки и моментально схапала зелье, укрыв где-то в недрах платья.

– Сколько с меня? – страх явно уступил место алчности.

– Золотой мешок… – механически ответила я, но, получив болезненный щипок крысёныша за ухо, исправилась: – Мешок золотых.

На стол рухнул довольно тощий мешочек, звонко звякнув содержимым, а посетительница, подобрав юбки, бегом бросилась вон из избы, распахнув с ноги дверь и выпрыгнув наружу.

– Держи её! – заорал… МОИМ голосом крысёныш, свесившись с плеча и грозно махая кулачком. – Ишь, чего удумала! Обмануть ведьму хочет!!!

Девушка, уже успевшая отбежать на добрых метров тридцать от дома, истошно завизжала, когда земля содрогнулась и из неё полезла нечисть. Круто развернувшись, она понеслась по кладбищу, действительно сверкая пятками, а за ней, шатаясь и время от времени падая, неслись скелеты.

– Стой! – спохватилась я, несясь к двери. – Они же её разорвут! Останови их!

Выскочив наружу, я с ужасом наблюдала за погоней костлявых. Вроде как надо бежать, спасать… но я не могла сдвинуться с места от ступора…

– Ещё чего! – проворчал крыс. – Я был бы рад, если бы у них это и вправду получилось. Но, к великому сожалению, она успеет убежать, смотри!

Я посмотрела, и действительно, девушка пересекла зону, где располагались кресты, и побежала уже по полю, которое ночью, спасаясь сама, я даже не заметила! А вот скелеты, добежав до границы, словно натолкнулись на невидимую стену и, врезавшись в неё, рухнули наземь.

– Ой!

– Вот тебе и ой! Они же безмозглые, что ты от них хочешь? Будь снисходительна, сейчас оклемаются.

Скелеты тем временем собрались с земли и понуро поплелись в обратную сторону, а я, поняв, что они идут к нам, бегом вернулась в избушку и захлопнула за собой дверь, закрыв на пару замков и большой засов.

– Ну вот и первого клиента обслужили, – довольно потёр лапки грызун, вытащив из разложившегося уха опарыша и сожрав его.

Я с воплем скинула эту мерзость со своего плеча и вооружилась стоявшей в углу метлой.

– Пошёл вон!!!

– Сначала поймай, глупая баба! – весьма воодушевился он, с разбега прыгая мне на балахон и разрывая оный когтями.

Я с размаху врезала метёлкой по мохнатой тушке, отправляя её в полёт.

Это в первые минуты я растерялась. А сейчас – крыса и крыса. Ну и что, что дохлая! Всё равно создание мерзкое, так что одна ему дорога – подальше от меня!

Умертвие врезалось в стеллаж, и на пол со звоном посыпались банки и склянки. Из разбитых осколков в воздух поднялся удушливый разноцветный пар. А в следующую секунду мимо моего уха просвистел пузырёк с зельем!

– Ага! – возопил грызун, обеими лапами подгребая готовые к продаже зелья и пуская их по очереди в мою сторону. – Лови, лови! Знаешь, сколько они стоят?! Тьма тебя раздери, всегда мечтал это сделать!

Я только успевала уворачиваться от свистящих в воздухе снарядов. Склянки врезались в стену избушки за спиной и вдребезги рассыпались на сотни стекляшек. В воздухе летали мелкие осколки и брызги зелий, а под потолок поднимался едкий дым.

– С ума?.. Хи-хи… Сошёл?.. Хи-хи… – начала было я, прерываясь на странные смешки. Старческие губы расползались в придурковатую улыбку, а в голове становилось как-то подозрительно пусто…

– О, веселятор пошёл! – довольно прокомментировал грызун, перелезая на полку выше. Там он встал ко мне задом, а передними лапами начал грести флаконы, отправляя их в недалёкое путешествие до пола. – Ух, хорошо! Ха-ха! В жизни так не веселился! Как подумаю… Хо-хо! Сколько деньжищ пропадает!!! Эх, хорошо пошло!

Я тем временем согнулась до пола, сотрясаясь от невыносимого хохота. Хотелось улечься на полусгнившие доски, но там всё искрилось битым стеклом, так что остатками разума я всё ещё держала непослушное тело на весу.

– Всё, – проговорил неожиданно крыс, с трудом подкатив большой пузырёк к краю полки, – я сделал в этой жизни всё, что хотел. И жизнь эта прошла не зря… Да и твоя тоже, что уж говорить…

– Э-э-э… – заволновалась я, не понимая, к чему он клонит. – Ты чего делаешь?

– Потомки не забудут славные дела Элеоноры, пусть земля тебе будет пухом! – с этими словами крыс одним резким движением лапы сбросил бутыль вниз, а я, вырвав все замки на двери и распахнув её, вывалилась на улицу.

Только успела упасть на землю и прикрыть голову руками, как позади послышался громоподобный взрыв!

Земля содрогнулась, а на моё тело посыпался песок и комья земли… А потом прямо над макушкой просвистела деревянная рама от окна.

Несколько минут я лежала неподвижно, но так как больше ничего не происходило, то решилась ме-е-е-едленно приподнять голову, чтобы посмотреть по сторонам. В общем-то… всё оказалось не так плохо, если не считать того, что взрывом из дома выбило окно вместе с оконной рамой. Теперь в проёме зияла дыра, из которой в небо поднимался серо-бурый дым. Боюсь представить, что там внутри происходит…

Осторожно поднявшись с земли, я, чуть прихрамывая, так как стукнулась при побеге бедром о косяк, обошла избушку и со страхом заглянула внутрь…

– Крысёныш, ты живой? То есть… – я неловко замолчала, понимая, насколько нелепо задавать такой вопрос умертвию. Но внутри никто не отозвался…

Неужели, всё-таки помер? По-настоящему…

Страх и нерешительность давили по очереди… Я и в дом боялась заходить, и на улице оставаться тоже боялась. От одной мысли, что где-то под ногами покоятся не до конца мёртвые скелеты, становилось дурно. Так что после долгих колебаний я всё же зашла в дом.

– Валить отсюда надо… валить… – пробормотала вполголоса, осторожно обходя обугленный угол.

На стеллаж, где до этого безобразничал грызун, я сознательно не смотрела, а уставилась себе под ноги, тем более, что смотреть было на что – от некоторых зелий на полу разъело дыры. И вот это они продавали, чтобы люди принимали вовнутрь?!

Ещё раньше я углядела сундук в углу, но из-за суеты руки не доходили глянуть. В душе теплилась надежда, что там вполне может лежать одежда. Раз грызун сказал, что ведьме нельзя покидать кладбище, то я не собиралась рисковать и проверять правдивость его слов. Намного лучше, если в сундуке найдётся какой-нибудь не рваный сарафан, и кладбище покинет… нет, не ведьма… А очень приличная старушка… А там я обязательно придумаю, как домой попасть. Желательно… нет, не так! Обязательно в своё тело! Боже, как же я теперь жалела, что не любила отражение в зеркале! Оказывается, Элла Гавриловна была такая красотка! Шикарная женщина среднего возраста с пышными формами, ровными пролеченными зубами и густой русской косой. Чего мне не хватало, а?! Вот так и поймёшь – нечего жаловаться, а то можешь стать… ну вот, как я…

Тяжёлая крышка сундука откинулась с загробным скрипом, а внутри…

– Да чтоб тебя! – резко захлопнула её обратно.

Лучше бы там оказалось пусто…

Но нет, внутри находился целый склад… сушеных мышей, тараканов и жаб.

– Тьфу ты, запасы на голодные времена, – в сердцах выругалась, отыскивая глазами, где у этой старой грымзы могли прятаться платья. Ну хоть что-нибудь! Не могла же она всю жизнь ходить в одном балахоне, что сейчас на мне! Думать о том, что он довольно сильно воняет и вообще засаленный, не хотелось. Не может у женщины вообще не быть одежды. Не может, и всё! А для меня это ещё и билет за пределы кладбища, потому как увидь меня кто в этом ведьминском наряде и точно в полицию сдадут! Ни за что этот шанс не потеряю!

Преисполненная самых воинственных стремлений, я резко дёрнулась в сторону, где угол закрывала занавеска. Если искомое не там, то я даже не знаю где.

Но… меня резко отбросило назад, где я с неудовольствием подёргала старый подол, застрявший в захлопнувшейся крышке.

– Что за чёрт?! Да твою ж…

Пришлось заново открывать сундук, вытаскивать ткань, которая зацепилась с внутренней стороны за гвоздь и, конечно, порвалась, и только потом аккуратно закрывать крышку обратно. Думала, что хуже этот день быть не может, но пока производила все манипуляции, пропустила момент, когда в разгромленной избушке оказалась не одна.

– Есть кто?! – прокричал здоровый мужлан, с наклоном входя в проём открытой двери, которую я оставила на проветривание (благо, скелетов видно из-под земли не было – день же, спят, поди…) – А… вот ты где… – и взгляд такой… предвкушающий…

– Что вам угодно? – спросила нервно, пряча за спину рваный подол. Не то чтобы он сильно портил старушачий вид, но… но женские инстинкты неискоренимы.

– Мы нужна ты, – оскалился он. – Как только узнал, что в округе появилась ведьма, то сразу же направился сюда. Ты же уже работаешь, старая? – его взгляд внимательно осмотрел дыру в стене, разбитые пузырьки и обугленный пол. – Вижу, что да. Тогда тебе не составит труда мне выдать настойку, вызывающую изжогу у оппонента, верно?

– Вообще-то, я ещё не обустроилась, – начала было я, но под взглядом незнакомца как-то вся сжалась. Вот опасный передо мной человек – пятой точкой чую. Пойду против него – и прощай, Элла Гавриловна…

И пусть меня осудят потомки, но я направилась к шкафу, искать эту самую настойку среди пузырьков, что ещё уцелели после нашествия дохлого грызуна. Может, мне и было жалко того, кто будет мучиться от изжоги, но не настолько, чтобы рисковать своей шкурой.

– Так вот же он, – хмыкнул позади мужик, толстым пальцем тыча в верхний шкаф.

Там, немного в отдалении, стояла круглая склянка с ядовито-жёлтым содержимым внутри.

– Точно, совсем забыла, – пробормотала я, весьма обрадованная, что не надо давать первое попавшееся зелье. Поискала глазами стул. Стула не оказалось.

– Не могли бы вы достать пузырёк сами? – сделала робкую попытку перекинуть эту ответственность. Сейчас мой рост еле достигал полутора метра. А гигант, смотревший на меня с усмешкой, мог похвастаться двухметровой длиной. Вот пусть и поможет старой женщине!

– Э, нет, – усмехнулся он. – Как бы ты ни была вежлива, ведьма, ты не заставишь меня самого взять в руки что-то в твоём доме без разрешения хозяйки.

– Так я разрешаю…

– А я подожду, – он ухмыльнулся и сложил руки на груди. – Думаешь, я не знаю, что разрешение от ведьмы – это личная передача товара из рук в руки? Только тогда клиента не настигнет хроническое невезение.

Я вспомнила утреннюю посетительницу, которая схватила зелье со стола, и внутренне ей посочувствовала. Прости меня, дева влюблённая. Похоже, в жизни тебе всё же не повезёт…

Делать было нечего – пришлось приложить все свои силы и подтащить к стеллажу тяжеленный сундук, потом на него залезть и снять с полки злополучную склянку. И только затем, когда я слезла и протянула гостю свой трофей, он соизволил сменить безразличное выражение лица.

– Сколько с меня? – с широкой улыбкой спросил он, с вожделением глядя на бутылёк.

– Мешок золотых! – бодро отрапортовала я, уже размышляя, что одежду можно и купить – деньги-то у меня есть. Замотаться, например, в простыню, сходить на рынок… Или во время дождя – надеть плащ. Тогда и лица, и одежды не заметят… Неужели не получится? Должно получиться.

Но мои надежды оказались несбыточными, потому как радостно оскалившись, посетитель схватил меня за запястье, держащее склянку, да как гаркнул:

– Попалась! Ребята, держи ведьму! Ты арестована, мерзкая карга!

Я только рот открыла, а откуда ни возьмись повылезали мужчины в форме, окружившие моё жилище.

– Караул, убивают! Это не я! Я не виновата! – короткая попытка побега не увенчалась успехом, несмотря на то, что я брыкалась, кусалась, а потом орала во всё горло, требуя адвоката, звонок мэру и убеждая, что я – не ведьма!

После того, как я врезала одному из полицейских ступнёй в живот, отчего в воздух взлетела тапочка, меня перехватили за руки и за ноги и поволокли к выходу.

– Крыс, скелеты!!! – на последнем издыхании заныла в сторону кладбища. – Хоть кто-нибудь!

– Какой хороший улов сегодня! Следователю придётся выписать премию всему отделу за поимку опасной ведьмы, за которой охотились несколько лет по всей стране! – довольно мурлыкнул мужик, который притворялся покупателем. Он шёл впереди всей колонны и выглядел на редкость благодушным.

Я уныло свесила голову, мечтая лишь о том, чтобы всё это как-нибудь закончилось…