Читать книгу Взгляд из-за прицела: по дорогам войны - Надежда Дмитриевна Савина - Страница 3

Впервые за долгое время я осталась одна. На вокзал поезд прибыл поздно ночью. Тимур, хотя это было и не обязательно, помог мне спуститься на платформу.

– Ты точно решила? – поинтересовался парень. За последний день мы уже несколько раз обсуждали, что будем делать, когда приедем я в Сызрань, а он в Казань.

– Да, – кивнула. – Я попробую узнать хоть что-то… должна попробовать. Но, если что, обращусь к командиру той стрелковой части. Все равно сначала нужно в военкомате отметиться, – пожала плечами.

– Ну, смотри, – раздался гудок, заглушивший голос парня. – Удачи, – военфельдшер запрыгнул обратно в вагон. Поезд тронулся и через пару минут скрылся из поля зрения. Я некоторое время постояла на платформе, вздохнула и пошла к темному зданию вокзала.

В самом вокзале было темно и безлюдно. Главный зал, где располагались деревянные лавки и кассы для покупки билетов еле-еле освещался лампами, заклеенными старыми газетами. Окна тоже были или заклеены, или заколочены, однако это не мешало сквозняку гулять внутри здания. Когда налетел ветер, я поежилась – все же на дворе была середина марта, ночи, да и дни были холодными.

– Ваши документы, – ко мне подошел средних лет майор военной комендатуры в сопровождении двух молодых сержантов. Я молча протянула ему все необходимое. – Лампу, – буркнул майор, и один из сержантов быстро достал откуда-то и запалил небольшую керосиновую лампу. При ее тусклом свете мужчина внимательно изучил мои документы, потом посмотрел на меня, чуть присвистнул.

– Вам есть где сейчас переночевать? – поинтересовался он.

– Не уверена, – я покачала головой.

– Советую вам остаться прямо здесь, – майор показал головой на лавки, предназначенные для ожидания поездов. – У нас здесь довольно спокойно, оборона налажена, летают редко. Все же мы довольно далеко…

– Спасибо, – поблагодарила. – Так и сделаю.

– Товарищ гвардии лейтенант, скажите, как там? – голос сержанта, который держал в руках лампу был довольно высоким и будто бы дрожащим.

– Сержант Колесников! – возмутился майор. – Вы всю субординацию забыли?

– Жарко, – ответила я на вопрос парня. – И трудно.

– Простите, – Колесников склонил голову.

– Кругом! Шагом марш! – приказал майор. – Всего доброго, – кивнул он мне, и поспешил догнать своих подчиненных. Я, вздохнув, устроилась на лавке, положив под голову себе вещевой мешок и накрывшись шинелью. Было неудобно и прохладно, но не самые худшие условия. Покрепче прижала к себе винтовку. И, как ни странно, очень быстро провалилась в сон.

Спала я довольно долго. Снов не было, но проснулась я с довольно тревожным чувством, а также с чувством дезориентации. Однако оно быстро прошло – часы пробили шесть утра. Застонав, накрылась шинелью с головой, но больше уснуть так и не смогла. Пришлось вставать. Тело слегка затекло – спать пришлось практически в одной позе. Размяв, как смогла, затекшие части тела, прочитала еще раз адрес военкомата, решила, что дойду до него пешком. Еще слишком рано, но делать все равно нечего.

На улице шел снег. И было заметно холоднее, все же я приехала из Новороссийска, а он находился на юге, и зимы там совсем другие. Более влажные, но теплые, даже несмотря на температуру. И хотя по календарю уже был март, но весна еще нигде не вступила в свои права.

Город все еще был погружен в сон. Небо все еще было темно-синего цвета, но, кажется, день будет солнечным. Я медленно шла по темным улицам, и удивлялась тишине, которая тут стояла. Однако тут и там на улице стали появляться люди, в основном, женщины и дети, которые спешили по своим делам. Новый день вступал в свои права.

Нужный мне военкомат находился на отшибе города, а часть, в которой мне предстоит провести некоторое время, находилась, по сути, за городом. Поэтому шла я довольно долго, и до нужного адреса добралась, когда время на часах было уже одиннадцать утра. На самом деле, можно было и быстрее: как на попутках, которые не раз проезжали мимо меня, а некоторые радушные водители предлагали подвезти, да и я сама могла дойти быстрее. Но мне не хотелось. Глупо, но я оттягивала посещение родителей Димы как могла.

– Значит, надолго вы к нам, – начальником военкомата был пожилой мужчина в звании полковника. – Прямо с фронта?

– Так точно, – кивнула.

– Где будете жить уже знаете?

– Думаю да, – протянула задумчиво. – Некоторые мысли у меня есть.

– Ваше право, – кивнул полковник, но что-то быстро написал на бумаге и протянул ее мне. Я быстро посмотрела. Это был адрес. – По этому адресу находится общежитие, в котором живут некоторые наши офицеры, – пояснил полковник. – Если не найдете, где поселиться – придете по этому адресу, вам легко найдут свободную комнату. Еще вопросы есть?

– Никак нет. Разрешите идти?

– Идите.

Я козырнула и вышла из кабинета. Мысли, которые я отодвинула в дальний угол своего разума, снова заполнили его. Как меня примут родители Йоси? Знают ли они хоть немного обо мне? Какие новости меня ожидают? Что я буду делать, если узнаю, что Дима пропал без вести? Или погиб? Как… Как я это переживу?

Погруженная в эти мысли, я шла по коридору больше машинально, краем сознания отмечая проходящих мимо меня офицеров, подмечая их погоны и приветствуя старших по званию. Поэтому, увидев молодого капитана, я, даже не особо обратив внимание на его лицо, козырнула и чуть отступила в сторону, уступив дорогу. И… замерла на месте, не в силах пошевелиться, услышав знакомый голос:

– Ира?

– Дима, – выдохнула я, неверяще уставившись в лицо капитана.

Нет сомнения, что это был он. Дима изменился: теперь он был будто бы выше за счет худобы. Он не был раньше таким худым… Лицо его тоже изменилось: стало более вытянутым. Изменилось и что-то в его взгляде. Вот только сейчас он смотрел на меня все с той же теплотой, с какой смотрел в тот день, когда мы расстались на год на вокзале Воронежа.

– Дима, – повторила я, и тут же пискнула, как мышь. Парень сжал меня в объятиях. Я вдыхала знакомый запах, и внезапно поняла: лес. Запах парня напоминал мне запах весеннего леса. Как же хорошо!

– Ира, – шептал Йося. – Не могу поверить. Ты… Это действительно ты. Я думал… Ты и Тимур… Почему?.. Я думал…

– Мы живы, – шептала я, чувствуя, как из глаз текут слезы. Дима жив. Он жив! Он в порядке! – Тимур в порядке. Ты! Ты жив! Я так боялась… Я думала, что потеряла тебя.

– Я уж и забыл, какая ты эмоциональная, – чуть посмеиваясь, отпустил меня Дима. – Мне нужно к командиру, потом я провожу тебя к себе домой, но приду только вечером.

– Служба, – сказали мы хором и засмеялись.

Жил Дима в двухэтажном доме, который тоже находился на окраине города. Там у него была, как оказалось, однокомнатная квартира. Небольшая, но своя.

– Скромненько, но так и живу, – чуть пожал парень плечами, неправильно истолковав мое удивление.

– Я не об этом, – прошептала.

– Заслужил, – буркнул себе под нос парень. – Живу, я, кстати, не совсем один. Клади вещи и пошли на улицу.

Любопытство мигом взяло верх. Вообще, как только я увидела Диму, настроение разом улучшилось. С души свалился один из булыжников, а второму предстояло свалиться вечером: я решила рассказать парню все честно, что было между мной и Ледневым. А там пусть он сам решает простить или нет.

– Смелый, – позвал Йося, выйдя во двор. Через минуты три откуда-то с заднего двора к нам навстречу выбежал пес. Молодой, что было видно сразу. Рыжий с темными пятнами на спине. До боли знакомый. Я сглотнула.

– По глазам вижу, что узнала. Да, тот самый, из-под Харькова.

– Но… Как?

– Длинная история, а мне идти пора, – мне показалось, что парень отвел взгляд в сторону, будто… ему не хочется об этом говорить. Только сейчас до меня, опьяненной счастьем, дошло, что Дима, возможно, пережил что-то страшное, пока связь с ним была разорвана. Червячок беспокойства начал грызть меня изнутри.

Со службы Дима вернулся только в девять вечера. Я уже более-менее разобралась в квартире, поэтому его ждал разогретый ужин и теплый чай. Сама я с большим удовольствием сняла форму, переодевшись в шерстяное синее платье.

– Хорошо выглядишь, – прошептал Дима. А я едва дождалась, пока он закончит ужинать.

– Дима, – прошептала. – Мне нужно тебе рассказать…

Говорила долго, а когда закончила, с удивлением обнаружила, что парень пересел, и теперь сидит вплотную ко мне. От его теплого дыхания по коже побежали мурашки, но я лишь теснее прижалась к нему. Его руки сжимали мои ладони, которые я держала около груди. После честного рассказа моя грудь разрывалась от боли, а перед внутренним взором стоял взгляд голубых глаз Леднева. Тот самый ласковый взгляд, который принес столько горя.

– Прости меня, – прошептала, не в силах больше говорить вслух. – Я… Леднев был…

– Был очень ласковым, – голос Йоси был одновременно грустным, но в нем сквозили и нотки понимания, и злобы.

– Да… И…

– И он говорил то, что ты и хотела услышать.

– Да… Ты…

– Я не виню тебя, – внезапно тихо, но твердо сказал Дима. – Я не буду скрывать, что мне… что я ничего не чувствую, но я не виню тебя. Ира, я старше. И, прости, но ты не первая моя девушка, но…, – он на секунду замялся, сглотнув.

– Но…, – невольно замерла я.

– Но люблю я тебя. По-настоящему полюбил я тебя. Поэтому меня совершенно не удивляет, что ты увлеклась тем разведчиком. Кроме меня у тебя ведь никого не было. Не мне на тебя злиться. Самое главное, кого ты любишь.

– Тебя. Я люблю тебя, Дима, – прошептала. И тут же повторила уверенно, ни капли не сомневаясь в своих словах. – Я люблю тебя. Давно полюбила.

В эту секунду губы парня накрыли мои. Я легонько вздрогнула, осознав, что это наш первый такой поцелуй, но тотчас растворилась в ощущениях. Краем сознания отметила, что Леднев целовался совсем по-другому, однако это было неважно. Все остальное совершенно неважно. Не сейчас…

Наш разговор продолжился уже вечером, когда мы лежали в кровати, прижавшись друг к другу. Я чуть рассеянно поглаживала парня по спине, ощущая под рукой шрамы. Под формой, когда я обнимала его раньше, их было не ощутить, но сейчас…

– Дима?

– Да, – Дима на секунду замялся, но закончил фразу. – Любимая?

Слово “любимая” прозвучало неожиданно, но по телу разлилось тепло, так что я прижалась к парню еще теснее. Как же хорошо!

– Я должна знать, – сумела взять себя в руки. – Что произошло с тобой?

Тишина, повисшая в комнате, давила почти физически. Парень замер, я почувствовала, как напряглось его тело. Ой, нехорошо-то как… По сводкам мы знали, что подо Ржевом очень непростая ситуация, но я верила, что с Димой все будет хорошо. И, хотя, так оно и вышло, но далось ему явно непросто.

– Должна, – после долгих минут борьбы с самим собой, решился Йося. – Ну, тогда слушай.