Читать книгу Дурные сказки Волшебной Страны - Ника Варназова - Страница 3

Кексы Варвары таяли во рту. Алина ела уже третий, совершенно забыв про свои страхи. Ну зачем старушке травить её, в самом-то деле? Она явно понятия не имела, что Странница прибудет именно сегодня. Слишком уж многое должно было сложиться: появление Алины, её встреча с Орехом (а ведь она могла пойти в противоположную сторону), да вообще любая мелочь!

Варвара, то и дело с улыбкой поглядывая на гостью, нарезала нечто среднее между ананасом и шишкой. Она подковыривала острым кончиком ножа чешуйки, те поддавались с лёгкими щелчками, и из-под них вырывались маленькие клубы золотистых искорок.

– Наши фрукты, деточка, ценятся во всей Волшебной Стране. В основном, этим Рассветное королевство и живёт: фруктами и ремеслом. Ремесленники у нас самые талантливые! Тебе, наверное, кажется, будто ремесло – занятие скучное, но это не так. Чтобы создать действительно стоящую вещь, нужно найти для неё материалы, а это каждый раз целое приключение! Например, за деревом для изготовления мебели раз в пару месяцев снаряжают экспедицию в Странные горы. Там расположена роща красных дубов прямо на отвесном склоне, и растёт она не вверх, а вбок. Нелёгкое дело – нарубить там поленьев! Ещё и гарпии в пещерах обитают.

– А чем вам обычная древесина не угодила?

– Обычная? Да разве из неё что-то сделаешь! Можно, конечно, только через полгодика от твоей вещицы останется одна труха. Моль-древоед очень любит мёртвое дерево. Лишь красные дубы да некоторые другие виды ей не по зубам.

– Какой злостный вредитель…

– Ах, это не вредитель! – рассмеялась Варвара. – Это очень полезная бабочка. У нас есть плантации быстрорастущих цветов, которые сбрасывают столько листьев, сколько вовек не убрать. А моль-древоед их подъедает. И делает древесный мёд. Его используют для варки некоторых зелий, но чаще всего для лакировки.

– Здорово, – вздохнула Алина и отряхнула с жилета упавшие крошки. – А у нас всё такое скучное… Школа – дом, школа – дом… Заняться нечем. Пустые разговоры с подругами, бесконечная домашка. Никаких приключений. Только белочек в парке покормить – вот и всё удовольствие. Остаётся книжки читать и залипать в игры.

– Неужели совсем ничего не радует? – участливо спросила Варвара, подливая ей чаю.

Алина покрутила чашку, разглядывая покачивающиеся на дне чаинки.

– Я… я хотела пойти на танцы, – призналась она. – Но…

И замолчала. Зря, наверное, она это сказала. Сейчас придётся объяснять, почему до сих пор не записалась, оправдываться… Но Варвара не стала расспрашивать. Она просто кивнула и улыбнулась так сочувствующе и понимающе, что у Алины защипало в глазах.

– Так вот, школа… – она решила вернуться к теме скучных занятий. – Это каторга. Шесть уроков почти каждый день. Учителя злые, как собаки. Тамара Павловна вообще меня ненавидит. А директриса ходит по коридорам и смотрит, у кого сменка не в рюкзаке, а в пакете. “Вайлдберриз”, видите ли, слишком ярко для школы!

Варвара в ужасе всплеснула руками. Взгляд у неё был почти такой же, как у Ореха, когда тот услышал про бабку с мышьяком.

– Шесть уроков? Каждый день? Бедные дети! Это же уму непостижимо! В нашей Академии Магии такого безобразия нет.

– А мне… – Алина сглотнула, – мне можно учиться в вашей Академии?

Глаза старушки загорелись. Она даже привстала на стуле.

– Ты хочешь? Правда? О, это было бы чудесно! Странница-ученица! Но, деточка, ты должна понимать: магия – это не фокусы. Это труд. Обучение длится не неделю и не месяц. Годы! Ты готова потратить годы своей жизни на обучение?

– Да! – выпалила Алина, не раздумывая. – Конечно, готова! Если Волшебная Страна и правда такая чудесная, я с радостью здесь останусь!

Варвара просияла. Она вскочила, едва не опрокинув чашку, и бросилась к одному из маленьких столов, заваленному свитками и непонятными отрезами ткани.

– Раз так, нужно проверить! Немедленно!

Покопавшись там, она ничего не нашла и устремилась к застеклённому шкафу, с трудом открыла дверцу, из-под которой посыпались комья пыли, и принялась искать между разноцветных склянок.

– Сейчас, сейчас… Где же он? Ага!

Она выудила из-за банки с жуками странный предмет – металлическую подставку с зажимами, в которых был закреплен сухой коричневый стебелёк с поникшим бутоном. Цветок выглядел мертвее некуда.

– Это, – торжественно объявила Варвара, ставя прибор перед Алиной, – детектор волшебства. Если в тебе есть хоть капля магии, цветок почувствует её и расцветёт. Просто положи руки на подставку.

Алина вытерла потные ладони о штаны и осторожно положила их на холодный металл. Она зажмурилась и постаралась представить что-то волшебное. Палочку… Нет, лучше огненные шары, вырывающиеся прямо из ладоней по одному только желанию. Или хотя бы способность исцелять.

Прошла минута. Вторая.

Алина открыла один глаз. Сухой бутон уныло висел на стебельке. Ни лепесточка не дрогнуло.

– Ничего не происходит, – прошептала она.

Варвара хмуро смотрела на цветок, кусая нижнюю губу. Потом раздражённо тряхнула головой, взяла прибор и, подкрутив какую-то шестеренку, хлопнула ладонью по основанию.

– Странно. Может, контакт плохой? Попробуй ещё раз. Сильнее прижми.

Алина нажала так, что пальцы побелели. Она зажмурилась до цветных кругов перед глазами, мысленно крича прибору: «Цвети! Цвети, ну же! Я хочу быть волшебницей!»

Ничего.

Варвара раздраженно цокнула языком, схватила со стола пузатую колбу с фиолетовой жидкостью и щедро плеснула на цветок. Жидкость зашипела, впиталась в сухой стебель… Цветок остался таким же мёртвым, как и был. Старушка выглядела не просто расстроенной, а по-настоящему напуганной. Её руки мелко дрожали, когда она ставила колбу на место. Алина отпустила прибор. Она изо всех сил пыталась не заплакать, но глаза жгло от подступающих слёз.

– Значит… во мне совсем нет волшебства, да? Я пустышка?

Варвара вздрогнула, едва не уронив только что поставленную на стол колбу, и порывисто схватила её за руку.

– Нет! Что ты! Даже не думай так! Это… это не показатель. Просто… – она беззвучно пошевелила губами, подбирая слова. – Понимаешь, Алина, судя по твоим рассказам, твой мир очень… болен. В нём слишком много Тлетворного Экрю.

– Чего? – всхлипнула Алина.

– Энергии распада, – пояснила Варвара, нервно теребя передник. – Противоположность нашей Лазури. Экрю порождает болезни, злобу, усталость. Он высасывает жизнь. Ты росла в отравленном мире. Возможно, твои способности спят, подавленные этим ядом. Тебе нужно время. Твой организм должен очиститься, напитаться Великолепной Лазурью. И тогда… тогда мы попробуем снова.

Алина кивнула, хотя на душе было погано. Спят. А вдруг они спят вечным сном?

– А как наши миры соединены? – спросила она, строго-настрого приказав себе больше не показывать, как сильно её расстроила неудача. Можно быть героем без магических способностей, но нельзя быть героем-плаксой.  – Я просто бежала, споткнулась… и шлёпнулась в лужу. Меня затянуло сюда через лужу посреди тротуара!

– О, этого не знают даже Мудрецы. Границы миров тонки и прочны одновременно. Иногда они рвутся, однако наука не может с уверенностью сказать, что именно к этому приводит. А тебе… тебе точно это нужно знать? – она внимательно посмотрела на девочку. – Неужели ты хочешь вернуться?

– Нет! – воскликнула Алина. – Не хочу! Я только… подумала… Было бы здорово передать маме и папе что-нибудь отсюда. Ну, фруктов этих гигантских. Или сувенир.

Старушка печально покачала головой.

– Невозможно, милая. Продукты нашего мира, напитанные Лазурью, не выживут там. При контакте с Экрю они мгновенно испортятся, превратятся в гниль и пыль. Твой мир для них ядовит.

Варвара взглянула на часы с кукушкой. Только вместо кукушки – Алина только сейчас это заметила – за прозрачной дверкой дремал павлин. Интересно, подумала она, в Волшебной Стране у павлинов такие же отвратительные голоса? Пожалуй, нет, иначе какой любитель пострадать додумался бы сажать их на пружинку в часах?

– Ох, батюшки!  – воскликнула старушка. – Я же опаздываю! У меня встреча с алхимиком, он обещал принести семена репы-кракатука!

– Это что, из сказки про репку?

Варвара не ответила – она суетливо дёргала многочисленные завязки на переднике, но только больше запутывала их. Один шнурок даже каким-то образом зацепился за спицу, воткнутую в клубок волос. Старушка вскрикнула и помянула “кошачьего чёрта”.

– Чудики! – позвала она. – Ну-ка сюда, помогите!

– Давайте я… – поднялась было Алина, но из соседней комнаты уже выскочили несколько маленьких, слишком уж нарядно одетых для слуг, существ.

Это были гномики, но не такие, как Орех, а совсем крошечные, ростом по колено, с ушами-лопухами. Уши у них оказались мохнатые сверху, поросшие седой рваной шёрсткой, и безволосые снизу. Все существа были в плотно прилегающих очках с толстенными стёклами. На несколько мгновений Алине показалось, будто очки непрозрачные, но вскоре она поняла, что очки не при чём – это глаза у гномиков молочно-белые, без зрачков.

– Они что, слепые?

– Не совсем, – отозвалась Варвара, которой малыши уже развязывали фартук. – Белоглазые чудики – подземный народ. Видят очень плохо, но спасаются очками. Зато слышат, как летучие мыши.

Она скомкала фартук и швырнула его на кресло. Маленькие гаечные ключи посыпались на пол, и чудики бросились их подбирать. Варвара подхватила одного за шиворот, ничуть не пожалев его бархатный камзольчик, и передала Алине.

– Теперь он твой.

– Вы… дарите его мне? – опешила та.

Чудик поправил очки, шмыгнул носом и проскрипел тоненьким голоском:

– Тевирп, Анила!

– Что он сказал?

– «Привет, Алина», – перевела Варвара, накидывая шаль. – Они говорят наоборот. Особенность вида. Чудик, позаботься о гостье!

– Угу, – кивнул чудик. – Онченок!

– Поднимись по лестнице – на втором этаже три комнаты. Одна – библиотека, вторая – моя спальня, третья, самая дальняя – гостевая. Я поселю тебя там. Надеюсь тебе понравится. Всё, я пошла, вернусь вечером.

Варвара убежала, хлопнув дверью. Алина осталась одна посреди гостиной-мастерской в компании ушастого существа в очках.

– Ну… тевирп, – сказала она.

Чудик радостно скрипнул.

Алина медленно прошлась по комнате, осмотрела стоящий в центре стол и другие, поменьше, которые едва было видно под горами всевозможных непонятных штук. Ей было страшно что-либо трогать. Варвара не была похожа на человека, который следит за безопасностью. Вдруг какая-нибудь колба взорвётся, если на неё неправильно подышать? Она заглянула за чуть приоткрытую дверь соседнего помещения – это оказалась небольшая кухня, по которой сновали чудики. Их было человечков шесть-семь – сосчитать она не смогла, слишком уж активно они крутились, хлопоча над варевом, похожим на борщ, но пахнущем, как пицца с ананасами. Решив не мешать гномикам, Алина не спеша направилась к лестнице. Стоило ей подняться на пару ступенек, как под ногой внезапно раздался писк. Она поспешно отступила назад и наклонилась посмотреть, кто же это запищал под ступенькой. Но это была никакая не ступенька! Под часть деревянной лестницы маскировался кукольный домик. Он состоял всего из одного этажа, зато был длинным, со множеством резных окошек, через которые можно было разобрать такую же деревянную мебель, стены, дверцы, маленькие, размером с фотографию на паспорт, картины… и чьи-то серые шкуры.

– Мыши?!

– Ишым! – подтвердил чудик. – Тут хи мод. Ен йапутсан!

– Не кусаются? – спросила Алина, глядя на мышиную мордочку, которая высунулась из окошка.

– Тен, ен ясйоб!

Алина осторожно протянула руку и коснулась мышиного лба указательным пальцем. Зверёк подался вперёд и, кажется, захотел вылезти совсем. Она подставила ему ладонь и ахнула от изумления: на мышонке были штанишки.

– Простите меня, пожалуйста. Я не знала, что на ваш дом нельзя наступать.

Мышонок поднялся на задние лапки и почти по-человечески махнул лапкой.

– Это Варвара сделала вам домик?

Зверёк пискнул. Говорить он, к сожалению, не умел.

– Ино имас, – пояснил чудик – Ино нечо еынму.

– Это волшебные мыши?

Чудик пожал плечами.

– Еынчыбо.

“Обычные… – подумала Алина. – А наши учёные на таких опыты ставят…”

Она пустила мышонка обратно в домик и поднялась по лестнице, теперь ступая осторожно и глядя под ноги. Но все остальные ступеньки были совершенно нормальными.

На втором этаже и правда оказалось три комнаты. Алина заглянула в дальнюю, что предназначалась ей. Спальня с первого взгляда показалась очень милой: небольшая уютная кровать под вздувшейся, как убегающее молоко, пуховой периной, поверх которой был наброшен расшитый шерстяной плед. На окне стоял горшок с цветущим кустиком, в углу – уже облюбованный пауком платяной шкаф, в центре – маленький круглый столик, накрытый кружевной скатертью. Алина подошла к окну. Оно выходило прямо на королевский дворец, только видно было мало: кусок стены да стражника, который жонглировал грушами. Немного послонявшись по комнате, Алина вышла обратно в коридор и осторожно толкнула другую дверь, ту, что вела в библиотеку.

– Сюда можно? Мне ничего за это не будет? – запоздало спохватилась она, когда уже вошла в небольшое, сплошь заставленное ломящимися от книг шкафами и на одной только магии держащимися полками.

– Ад!

Алина вздрогнула, но тут же хлопнула себя по лбу и рассмеялась. Ну какой ад? Чудик сказал “Да”!

Она медленно прошла вдоль ближайших полок, занявших почти половину стены. Названия книг были непонятные: что-то про виды древесины, что-то про месторождения минералов, алхимические качественные реакции, в общем, техническая литература.

– А вот это интересно, – пробормотала она, осторожно вытаскивая большую книгу под названием “Атлас Волшебной Страны”.

Вернувшись с ним в свою комнату, Алина забралась с ногами на кровать и открыла книгу.

Карты были нарисованы вручную тушью и акварелью. Масштаб не указывался – похоже, атлас предназначался для детей, которым точные расстояния вряд ли могли понадобиться. Но Алина подумала, что Волшебная Страна, судя по всему, большая. Размером с Саратовскую область, не меньше. Она была рассечена крест-накрест двумя гигантскими трещинами, подписанными как Изломы. Эти Изломы делили страну на четыре части: Рассветное, Полуденное, Закатное и Ночное королевства.

Алина с интересом рассматривала картинки. Рассветное королевство, где она сейчас находилась, изображалось как бесконечный пляж с золотым песком и цветущими садами. Полуденное было нарисовано зелёным, синим и белым: луга, холмы, увенчанные изящными башнями, тучные стада овец, похожие на облака. Закатное королевство выглядело сурово и величественно: скалистые горы, с чьих вершин, скрытых за облаками, срывались серебряные нити водопадов. Ночное королевство было нарисовано на чёрной бумаге белыми и синими чернилами. Густые леса, переплетенные ветви деревьев, и среди этой тьмы – мириады светлячков. Невообразимо таинственно и маняще!

– Хочу везде побывать! – воскликнула Алина. – Особенно там, в Ночном!

Чудик, который как раз притащил ей в комнату поднос с печеньем, вдруг выронил ношу. Печенье рассыпалось по полу. Гномик закрыл голову руками и задрожал, его уши прижались к черепу.

– Тен! Тен! – заверещал он. – Мат олз! Мат олз!

Алина замерла. «Там зло»?

– Ладно, ладно, не поеду, – успокоила она его. – Не плачь.

Она снова уткнулась в книгу, разглядывая карту Ночного королевства. Зло? Как банально… Однако нарисовано слишком уж красиво. Если уж в Волшебной Стране завелось страшное зло и, по всем правилам, поселилось в королевстве ночи, разве не должно то место выглядеть по-другому? Мёртвые высохшие земли, шипастые лианы, какое-нибудь красное око, сканирующее свою территорию?

Глаза начали слипаться. Картинки и буквы поплыли, светлячки-пятнышки закружились и превратились в туман. Алина сама не заметила, как уснула с открытым атласом на коленях.

Когда она проснулась, в комнате уже стало темно. Наступил вечер. Алина потянулась, покрутила головой, разминая затёкшую от неудобной позы шею, сползла с кровати и подошла к окну. Город внизу сиял, залитый светом. Везде – на деревьях, на крышах, на заборах – висели гирлянды из бумажных фонариков в виде рыб, зверей и птиц, которые светились мягким теплым огнём. Большие уличные лампы казались медовыми лунами среди многочисленных звёзд-фонариков.

Внизу, на первом этаже, раздавались шаги, скрипы и скрежет – Варвара вернулась и, похоже, была вовсю занята работой.

Алина побежала вниз.

– Варвара! Можно мне погулять? Там так красиво!

Старушка, мастерившая непонятный прибор со множеством вращающихся стёкол, отложила инструменты и улыбнулась.

– Конечно, деточка. Только я пойду с тобой. Город у нас хоть и добрый, но заплутать в переулках проще простого. Чудики, не шалить!

Они вышли на улицу. Воздух был свежим, с моря веяло лёгкой прохладой, но пахло не морем, а розами. Алина с удивлением остановилась возле пышного куста. Кто-то нанёс на лепестки тончайший узор фосфоресцирующей краской, и теперь даже живые цветы превратились в хоть и слабые, но источники света. Люди на улицах тоже преобразились: многие носили шляпы с маленькими фонариками и свечами на полях, а у дам в прически были вплетены светящиеся бусины.

– Зачем столько света? Вы темноты боитесь?

– Это красиво, – просто ответила Варвара. – Ночь – время снов, а сны должны быть яркими. Но постой-ка…

Она окинула Алину критическим взглядом и нахмурилась.

– Тебе нужна нормальная одежда. Штаны Ореха, конечно, хороши, но они тебе коротки, а рубашка… Ох… – она махнула рукой. – Идём к Мастеру Иголке.

– У меня нет денег… – смутилась Алина. – Только пять тысяч на карте, но здесь же ни терминалов, ни банкоматов…

Варвара рассмеялась.

– Деньги? Брось, милая. В Волшебной Стране это сущие пустяки.

Мастерская портного располагалась совсем недалеко – два поворота по переулкам, да три лесенки, а переулки здесь были коротенькими. Беспорядок внутри мастерской царил ещё больший, чем у Варвары: рулоны бархата, шёлка и парчи громоздились до потолка, повсюду лежали большие подушки с воткнутыми в них иглами разных размеров. Мастер Иголка, тощий высокий человек с сантиметровой лентой на шее, встретил их так, словно ждал всю жизнь.

– Варвара! Что за чудесное дитя? – воскликнул он. – Неужели у тебя появилась внучка? Нет? Ах, неважно, она всё равно очаровательна! Что желает юная дама? Платье королевны с кринолином? Или практичный костюм для лазания по заборам? Или деловой, с цилиндром, на котором поместится три дюжины свечей? А может… – он понизил голос до заговорщицкого шепота, – рыцарские доспехи?

Алина округлила глаза.

– А что, можно и доспехи?

– Здесь можно всё! – гордо заявил портной.

Алина задумалась. Доспехи – это круто, но в них, наверное, неудобно.

– Давайте костюм, – решила она, внутренне понадеявшись, что не слишком наглеет и злоупотребляет добротой местных жителей. – Брючный. И платье… красивое. И шляпу. На всякий случай.

Через полчаса Алина в сопровождении Варвары вышла от портного, одетая в удобный костюм приятного синего цвета. В руках у неё был до странности лёгкий пакет с платьем, которое, несмотря на пышность юбки, удалось аккуратно сложить, и шляпой.

– А теперь найдём Ореха, – сказала старушка. – Вернём ему вещи.

Они снова прошли по широкой улице, торговля на которой уже прекратилась: лавочники переоделись в парадное и теперь собирались компаниями возле своих домов или у маленьких, вмещающих от силы человек пять-десять, кафешек. Где-то играла музыка, и люди танцевали, размахивая шляпами, с которых, как ни странно, не падали свечи. Лавки оставались не запертыми, а с уличных прилавков с фруктами и овощами никто и не думал красть товар. Иногда люди подходили к прилавкам, брали какой-нибудь фрукт и кидали монетку в клюв птичкам-копилкам.

– Тут не воруют? – поинтересовалась Алина. – Все так доверчиво побросали своё добро. А если кто-то возьмёт и не заплатит?

– Любой может подойти к продавцу и попросить бесплатно. Ему не откажут.

– А если попросят бесплатно целую коробку?

Варвара только развела руками. Похоже, этот вопрос привёл её в замешательство, и она не могла даже представить себе такую ситуацию.

– У нас бы всё растащили. Бросились бы расхватывать бесхозные фрукты, ещё и друг друга передавили. Это всё Экрю, да?

Старушка опечаленно кивнула.

Они вернулись в сад, в котором теперь порхали бабочки с такими же светящимися узорами на крыльях. Неужели кто-то всерьёз занимался росписью по лепесткам и бабочкам? Это явно не было сделано природой, потому что в узорах прослеживались узнаваемые вещи – цветы, ягоды, скрученные листья папоротников.  Вскоре Алина и Варвара добрались до статуи прекрасной дамы, свернули за кипарисы и оказались около небольшого домика скульптора. В окошке горел свет, испускаемый большой лампой, похожей на керосиновую, только вместо огонька внутри сидел жирный светляк размером с местного шмеля и почти по-кошачьи чистил своё полосатое брюшко.

Орех увидел гостей ещё из окна и поспешил отпереть дверь. На этот раз Алина шагнула внутрь безо всякого страха. И Орех, и Варвара – да и, пожалуй, все в этом королевстве – не казались опасными людьми.

– Отлично выглядишь! – похвалил гном… сущность в виде гномика. – Прошу прощения за пыль повсюду… Садиться не советую – испачкаетесь. Давайте-ка сходим в “Птичье Пёрышко”. Я угощаю.

– Что за “Птичье Пёрышко”.

– Ресторан, – пояснила Варвара. – Один из самых лучших.

Ресторан был расположен на побережье, почти прямо у воды. Идти до него пришлось минут десять, но прогулка была только в радость и Алине, и Варваре с Орехом. Они шли по набережной, любуясь морем, которое словно светилось изнутри.

– Там водится биолюминисцентный планктон?

– Какой-какой? – удивился Орех.

– Ну, это маленькие существа, которые сияют в темноте.

– Нет, что ты! Это солнце опускается в море каждый вечер и светит сквозь толщу воды.

Варвара рассмеялась, и Алина поняла, что Орех ни черта не смыслит в природе. Конечно же, никакое солнце в море не падало, и не было никакой Великой Камбалы, создающей морские течения.

Ресторан оказался просто сказочным: это был огромный шатёр, сплошь украшенный неизменными фонариками, гирляндами из жемчужных бус и лёгкими тюлевыми тканями, колышущимися на ветру. Выглядело всё так изысканно, что Алина испугалась. Она всё-таки не наследная княгиня и понятия не имеет, какую вилку в каком порядке брать. Впрочем, её страх быстро прошёл, стоило ей оглядеться по сторонам и заметить, как непринуждённо ведут себя остальные гости. Милейшего вида толстячок со смехом кормил свою жену пышными пирожными, неловко насаживая их на вилку, а жена шутливо отмахивалась от него кружевной салфеткой. Пара дурачилась и за полминуты не менее трёх раз уронила приборы на пол, однако толстячок поднимал их, протирал и клал обратно на стол, как ни в чём не бывало.

Алина, Варвара и Орех нашли местечко поуютнее, и к ним сразу же подскочил официант.

– Как насчёт тыквенных блинчиков? – предложила Варвара.

– У меня сегодня уже перебор углеводов, – вздохнула Алина, с завистью покосившись на жену толстячка, которая совсем не тревожилась о съеденном. – Нельзя столько вредного. Так и довести себя можно. Вот бабушка моя всю жизнь обожала сладкое, а потом – бац! – и диабет.

Старушка сочувственно прижала руки к груди, очень опечаленная её словами.

– Алиночка, милая, так у нас же нет вредной еды! В Волшебной Стране всё, что не ядовито – полезно, а из яда, понятное дело, никто еду готовить не станет. Великолепная Лазурь пропитала всё: и муку, и сахар, и масло. Мы не болеем, если только не отравимся, не поранимся или что-то в этом роде… До чего ужасен ваш мир!

Через пять минут официант принёс им полное блюдо тыквенных оладий… вернее, не блюдо – еду здесь подавали на гигантских плотных перьях.

– Это с пернатого кита, – объяснила Варвара. – Удивительное создание. Родственник пингвинов, но живет в теплых морях и размером с гору.

– А какое сейчас время года? – спросила Алина, перекладывая несколько оладий на маленькое пёрышко-тарелку.  – У нас осень, дожди… А тут тепло.

– Времён года у нас нет, – отозвался Орех. – Климат зависит от места. В Полуденном королевстве, у самого Излома, есть гора, где всегда зима. Там живут снегури.

– Снегири? – переспросила Алина.

– Нет, снегури! И снегурочки.

Алина представила себе толпу снегурочек-полуптичек и прыснула со смеху так, что кусочек пошёл не в то горло. Она долго кашляла, пока Варвара, охая и причитая, пыталась отпоить её чаем. Вот тебе и волшебная лазурная еда! Вредная, не вредная – а подавиться можно чем угодно, даже пареной брокколи.  Когда она отдышалась и её новые знакомые выдохнули с облегчением, отчего-то виноватый официант предложил им набор пирожных за счёт заведения, хотя заведение никаким образом не было виновато в том, что Алина едва не окончила своё героическое приключение, подавившись оладьей.

Орех облегчённо помахал салфеткой у своего покрасневшего лица и повернулся к Варваре.

– Как дела в Академии?

– Я там почти не бываю, – сухо ответила старушка, нахмурив брови. – Хватит с меня лекций. Стараешься-стараешься, а в ответ…

Она посмотрела на Алину и открыла рот, собираясь то ли что-то поведать, то ли спросить, но оборвала себя, не успев начать. Потом прикусила губу, покосилась на гнома и всё же неуверенно заговорила:

– Знаешь, деточка, много лет назад здесь был ещё один Странник. Мальчик. Он поступил в Академию. Талантливый, схватывал всё на лету. Даже подружился с королевичем Елисеем – тот ходил к нам на курсы по уходу за грифонами. Они были не разлей вода.

– И что с ним стало? – спросила Алина. – Вернулся домой? Или остался?

Варвара снова отвела взгляд.

– Я не знаю, моя хорошая. Никто не знает. Он… исчез. Королевич Елисей должен знать, но молчит. Говорят, они поссорились. Это, наверное, и не моё дело… Но я должна тебя предупредить: несмотря на то, что Волшебная Страна преисполнена Лазурью, здесь есть место и злу. Не знаю, попал тот Странник в лапы какого-нибудь чудовища или с ним приключилось что-то другое, но это заставляет меня тревожиться и за тебя. Ты очень умная и осторожная девочка. Не забывай, что осторожность не помешает даже в таком мире, как наш.

– Да-да, – поддержал Орех полусерьёным тоном. – Погибнуть здесь сложно, но возможно. Попробуй подразнить броненоса – голову откусит. А без головы не очень-то поживёшь.

– Броненосца?

– Броненоса. У него нос в броне, потому что…

Вдруг где-то у входа ресторана раздался рёв. Алина втянула голову в плечи, подумав, будто это броненос, кем бы он ни был, внезапно ворвался в ресторан с намерением пооткусывать гостям головы. Однако рёв этот издавала всего лишь безобидная труба, находившаяся в руках человека в розовой ливрее, расшитой золотом.

– Именем короля Велимудра и королевы Зари! – объявил человек. – Их королевские величества приглашают Странницу и её сопровождающих во дворец!