Читать книгу Дурные сказки Волшебной Страны - Ника Варназова - Страница 4

Королевский посланец, вышагивающий впереди почти с птичьей грацией, напоминал Алине фламинго, которых она увидела по прибытии в Волшебную Страну: то же покачивание головой, та же походка. Она подумала, что, может быть, фламинго были оборотнями и работали сразу двух работах, по утрам собирая морские ракушки, а вечером прислуживая королю. Но поинтересоваться об этом не рискнула и отложила вопрос на потом.

Двое стражников открыли ворота и почтительно поклонились. Перед дворцом расстилался сад, похожий на тот, что был на побережье, но более ухоженный, хоть и не геометрически точный. Алине это понравилось – она никогда не любила аккуратные безжизненные клумбы и по линейке подстриженные кусты, а королевский сад уже был далёк от подобного, хоть и черты, за которой его можно было бы назвать неаккуратным, не достиг.

Алина, Варвара и Орех прошли через гигантские, почти в три человеческих роста, главные двери, и двинулись вслед за посланцем по коридору, пол которого был выложен плиткой из полудрагоценных камней. На стенах красовались расписные сцены охоты на фантастических животных.

“Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей”, – пронеслось в голове у Алины голосом Тамары Павловны.

Вскоре их встретили ещё двое придворных, в таких сверкающих нарядах, что, когда на них падали лучи солнца из окон, приходилось щуриться. Если уж придворные выглядят настолько ярко, то какими же окажутся король с королевой? Алине было не по себе. Она не представляла, как правильно вести себя при дворе. Нужно ли будет поклониться, сделать какой-нибудь реверанс? Или лучше вести себя с достоинством и гордо заявить, что Странница – птица гордая и не преклонится даже перед венценосной особой? А вдруг такой птичке – раз! – и голову с плеч?

Придворные распахнули большие двустворчатые двери, и она заранее напряглась, ожидая увидеть тронный зал и два ряда молчаливых бояр, или фрейлин, или визирей, или других важных персон, как бы они ни назывались. Но перед ней предстало далеко не такое большое помещение, как она себе представляла, и в нём не было ни тронов, ни придворных, кроме тех двоих, что, пропустив гостей, вошли следом и тихо замерли у двери. Посреди комнаты стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью и сплошь заставленный разнообразной едой: здесь были башни из фруктов, пирамиды из пирожных, запечённая рыба, украшенная лимонными дольками, и ещё десяток блюд, названий которых Алина не знала.

“Вот чёрт, – с тоской подумала она. – Не надо было наедаться в “Птичьем Пёрышке”. Тут же столько вкусного!”

 Во главе стола сидел мужчина с добрым, слегка полноватым лицом и аккуратной бородой – король Велимудр. Рядом с ним восседала королева Заря – женщина с огромными синими глазами. А чуть поодаль, в высоком кресле с бархатной обивкой, устроилась очень старая, вся в морщинах, но удивительно бодрая дама с живым, цепким взглядом, которым он тотчас окинула гостей и, похоже, мысленно их одобрив, улыбнулась. Одета королевская семья была не так ярко, как придворные.

– Добро пожаловать, друзья мои! – воскликнул король, поднимаясь навстречу. – Простите великодушно, что заставили вас ждать. Государственные дела, знаете ли…

Королева прикрыла лицо веером и негромко рассмеялась. Похоже, её супруг занимался вовсе не государственными делами.

– Где же носит этого негодного мальчишку? – проскрипела старая дама – несомненно, королева-бабушка Дарина. – Елисей вечно опаздывает! Никакой дисциплины!

– За его высочеством уже послали, ваше величество, – поклонился один из придворных.

Алина поправила шляпку и выпрямила спину.

“Мальчишка? Варвара говорила, что он учился в Академии много лет назад… Но, судя по всему, в Волшебной Стране, время течёт иначе. Дарине четыреста, а она совсем не выглядит на свой возраст. Значит, люди и взрослеют медленнее. Может, Елисею на вид лет двенадцать-тринадцать? Или пятнадцать? Наверное, он красавчик!”

В её воображении тут же нарисовался образ: высокий подросток с задумчивым взглядом, слегка растрёпанными волосами, небрежно надетой короной, которая всё сползает-сползает набок, да никак не сползёт. Он войдёт, они посмотрят друг на друга, и…

Пока взрослые обменивались любезностями, Алина незаметно взяла тяжёлую серебряную ложку. Отражение в ней было перевёрнутым и смешным, но всё же она успела убедиться, что нос не покраснел, а шляпка сидит ровно. Она вернула ложку на место и приняла самую загадочную позу, на которую была способна: откинулась на спинку стула, одной рукой облокотилась на подлокотник, пальцами другой принялась играть с косичкой, и, полуприкрыв глаза, уставилась в окно.

Двери снова распахнулись.

– Королевич Елисей прибыл! – объявил придворный.

Алина затаила дыхание. Ей было до ужаса интересно посмотреть на вошедшего как можно скорее, но она заставила себя повернуть голову медленно, как будто каждый день видела принцев, и этот очередной её ничем особенно не заинтересовал. Однако в зал вошёл взрослый мужчина, которому было лет двадцать пять, не меньше.

– Прошу прощения, бабушка, – произнёс он, целуя руку королеве Дарине. – Задержался на конюшне.

От Елисея попахивало конским навозом. Если уж Алина учуяла запах с расстояния нескольких метров, то от носа Дарины он и подавно не укрылся. Королева-бабушка одарила внука суровым взглядом, но не стала ничего говорить при гостях, лишь указала ему не место, расположенное подальше от них.

Разочарованная Алина наклонилась к Варваре и, стараясь не шевелить губами, прошептала:

– Как у вас тут вообще время работает? Во сколько дети становятся взрослыми? И когда начинают стареть?

Старушка улыбнулась.

– Ой, деточка, время здесь, как и деньги – сущие пустяки. Мне вот уже четвёртый век пошёл, а королеве Дарине четыреста пятьдесят лет, но посмотри на неё! Тут взрослеют и стареют, когда приходит пора, а не когда календарь скажет.

Поняв, что романтическая линия откладывается на неопределённый срок, Алина решила сосредоточиться на карьере. Раз уж она герой, нужно соответствовать. Здесь, в новом мире, где никто её толком не знает, она должна – нет, просто обязана! – стать такой, какой всегда мечтала быть. А когда рядом нет тех, кто уже изучил твои слабости вдоль и поперёк и не упускает возможности потыкать ими тебе в нос, вполне можно сделать вид, будто этих слабостей и нет вовсе.

– Ваше величество, – решительно обратилась она к королю, когда все расселись. – Я готова исполнить свой долг. Что говорится в Пророчестве? Какова задача Странницы?

Король Велимудр улыбнулся, и от уголков его глаз разбежались добрые лучики морщинок.

– Странница – это великий герой, Алина. Та, кому суждено стать путеводной звездой для всех четырёх королевств. Но вот тебе мой совет: не ищи приключений нарочно. Когда будет нужно – они приключатся сами.

– А пока, – вступила в разговор королева Заря, – почему бы тебе не отдохнуть и не посмотреть наше королевство?

Король, воодушевлённый предложением жены, закивал.

– Отличная мысль! Устроим экскурсию. Прокатишься на моём личном корабле по рекам города, полюбуешься архитектурой. Сопровождать я тебя, к сожалению, не смогу, но мой сын с радостью составит компанию. Правда, Елисей? Потом выйдете в открытое море, посмотрите на Жемчужный Остров. Если повезёт, увидите пернатых китов – они сейчас как раз мигрируют.

– С удовольствием! – в нетерпении воскликнула Алина, едва тот договорил.

– Как насчёт завтрашнего полудня?

– А вы со мной поедете? – она повернулась к Варваре, но та покачала головой.

– Прости, милая, у меня морская болезнь. Не бойся, с тобой будет сам королевич.

– Ничего я не боюсь! – вспыхнула Алина. – Я просто хотела… как это… разделить с вами впечатления.

Королева Заря снова рассмеялась, закрывшись веером.

Ужин шёл своим чередом, и, к радости Алины, этикет здесь был таким же вольным, как и в ресторане. Никто не следил, какой вилкой она ест рыбу, а Заря и вовсе брала пирожные руками. Правда, делала она это очень изящно, по-королевски.

Алина, подумав, что карьера героя требует не только решительности, но и любознательности, вновь обратилась к королю:

– Ваше величество, Орех говорил, что вы увлекаетесь астрономией. Это, наверное, очень сложно?

Велимудр просиял так, словно ему подарили целую планету. Он даже отложил вилку.

– О, дитя мое! Сложно и невероятно увлекательно! Как раз сегодня я наблюдал прохождение кометы через созвездие Сонного Дракона. Удивительное зрелище! Представляешь, её хвост состоит из чистейшей звёздной пыли, которая, если попадёт в зону притяжения, оседает на планету и вызывает всяческие чудеса.

– Пф-ф, – громко фыркнул Орех, который до этого сосредоточенно расправлялся с голубым раком. – Комета! Скажете тоже, ваше величество. Всем известно, что кометы – это слёзы Кошачьего Чёрта, когда тот наестся острого перцу так, что глаза полыхают.

Король поперхнулся воздухом от такого заявления, но ни капельки не рассердился.

– Мой дорогой Орех, твои познания в астрономии, мягко говоря, дремучие. Наука давно доказала, что на небе никто, даже Кошачий Чёрт, жить не может.

– А как же легенды? – не унимался Орех, размахивая клешней рака. – Моя бабушка рассказывала, что звёзды – это дырочки в небесном своде, оставленные его когтями.

– Это антинаучная ересь! – воскликнул король, и его глаза азартно заблестели. – Я покажу тебе расчёты!

Спор затянулся на весь вечер. Король чертил пальцем на скатерти схемы орбит, а Орех в ответ рассказывал байки о том, как луна однажды упала в море и её пришлось вылавливать сетью. Елисей только посмеивался, подливая обоим сока, а королева Дарина одобрительно кивала, когда Орех приводил особо абсурдный аргумент. Алина забавлялась. Она не разбиралась в астрономии и знала только базовые вещи вроде того, что Земля вращается вокруг Солнца, исчезновение кораблей на горизонте доказывает кривизну планеты, а звёзды – это звёзды и вовсе никакие не дырки, но гном нёс такую чушь, что она только из уважения к нему, как к старшему, не смеялась в голос.

– Дыры в космосе тоже есть, – с умным видом вставила она. – Чёрные.

– Чёрные! – расхохотался Орех. – Так как же их увидели, если и небо чёрное, и дыры?

– Математически рассчитали! Они очень тяжёлые и притягивают всё, что можно. Вокруг них есть горизонт событий, и если за него что-то попадёт – то исчезнет с концами.

– Притягивают всё, что можно? – ахнул король. – Даже свет?

– Да… – неуверенно подтвердила Алина. На этом её познания закончились.

Велимудр схватился за голову, едва не опрокинув кубок с соком, и издал восторженный вопль.

– Так вот, что искривляет световые потоки! Годы исследований – и где же таился ответ?! Дитя моё, спасибо тебе, спасибо!

Он вскочил и бросился к дверям.

– Мне срочно нужно в обсерваторию!

Дарина проводила его раздражённым взглядом, а Заря снова спрятала усмешку за веером. Орех беззлобно пробормотал, что “прибыло в полку звездочётов”, имея в виду Алину, и тут же получил тычок от Варвары.

Ужин завершился примерно через полчаса, когда все блюда были перепробованы, а гости уже едва сдерживали зевоту. Варвара поднялась первой и поблагодарила королевскую семью за прекрасный приём, на что королевы с королевичем зачем-то начали благодарить и Алину (за то, что прибыла в Волшебную Страну), и её сопровождающих (за то, что сопровождают). Заря лично проводила гостей до ворот, а потом долго махала вслед кружевным платочком.

***

На следующий день ровно в полдень Алина стояла на пристани, одетая в тот же  костюм, при дневном свете казавшийся голубым. Шляпу приходилось придерживать, чтобы её не унесло ветром.

Корабль короля Велимудра был небольшим, но роскошным. Дерево, из которого он был сделан, отливало золотом, а на носу красовалась резная фигура дельфина в короне. Но самым удивительным оказалась не какая-то деталь корабля, а его капитан. За штурвалом – хотя штурвал крутился почти что сам по себе, легко поддаваясь движениям привязанных к нему канатиков – стоял невысокий жилистый человек. На одном глазу у него был закреплен большой монокль, похожий на половинку театрального бинокля. Обуви человек не носил. Его босые ноги с неестественно длинными и цепкими пальцами ловко перебирали десятки тонких верёвок, тянущихся по всему кораблю.

– Знакомься, – представил его Елисей.– Это капитан Нольног. Лучший мореход Рассветного королевства.

“Нольног – потому что вместо ног, можно сказать, ещё одна пара рук, – догадалась Алина. – Четыре руки, а ног – ноль”.

– Добро пожаловать на борт, юная госпожа! – прокаркал капитан, не оборачиваясь. Его пальцы сплели сложный узел на нескольких канатах, дёрнули – и паруса на всех мачтах расправились с громким хлопком. – Держитесь крепче, мы отчаливаем!

Корабль плавно отошел от пристани и заскользил по широкой реке, которая текла через весь город к морю. Алина нашла себе отличное место на носу корабля, куда перебрался и капитан, не заботясь о том, что штурвал остался без надзора. Он шевелил пальцами ног, натягивая то один, то другой канат, и судно держалось ровно так, как было нужно. С корабля город казался ещё более сказочным. Разноцветные домики отражались в воде, мосты, увитые цветами, проплывали над головой, и с них осыпались лепестки.

Елисей встал рядом, облокотившись на перила. Сегодня он был одет проще, зато навозом от него больше не пахло.

– Вон там, видишь? – он указал на башню с часами, где стрелки бежали в обратную сторону. – Это башня Время-Вспять. В ней сидят историки. А во-о-он те сады на крышах – оранжереи летучих цветов. Их привязывают, иначе улетят.

– Здорово… – протянула Алина.

Они проплыли под мостами, заросшими плющом, который цвёл крупными колокольчиками. Дальше река расширилась, и судно оказалось в квартале, где дома стояли прямо в воде на высоких сваях. Между ними сновали лодки-гондолы, а торговцы продавали товары прямо из окон.

– Так-так-так! – возбуждённо забормотал капитан. – Право-лево, никого не задеть… Лево-право… Снова право…

Он задёргал канатики, и корабль с идеальной точностью проскользнул между двумя небольшими домиками – булочной и прачечной. Из окошка первого высунулся поварёнок и с криком “Ловите!” бросил крендель. Королевич ловко поймал его и протянул Алине.

“А вдруг это покушение, и внутри яд? – подумала та. – Может, даже не на меня, а на Елисея? Он, конечно, умница, что дал булку мне, только я не эти… как их там… которые пробуют еду для царей”.

Она сделала вид, будто хочет откусить, и уронила крендель в реку. К нему тотчас же устремились неизвестно откуда взявшиеся рыбки и за пару секунд уничтожили целую половину. Похоже, яда в нём всё-таки не было.

– Не расстраивайся, – утешил её спутник. – Скоро пройдём мимо другой булочной.

– Спасибо… Елисей, скажите, а каково это – быть королевичем?

Елисей рассмеялся, откинув со лба прядь светлых волос.

– Скучно, Алина. Ужасно скучно. Приёмы, балы, послы, государственные советы, на которых обсуждают цену на репу… Я бы всё отдал, чтобы просто путешествовать и не быть никому обязанным. Открывать новые земли, изучать зверей. Знаешь, моя мечта – найти вид, который ещё никто не описал. Назвать его своим именем… «Жук Елисея» или «Елисейская жаба». Звучит?

Алина захихикала.

– Ну… Жаба – не очень. Лучше дракон.

– Драконы все описаны, – вздохнул принц.

– А врагов у вас нет? – перешла к волнующему её вопросу Алина, желая составить представление о том, насколько опасно находиться рядом с королевичем. – Войны не ведёте?

– Войны?! Давно прошли те времена, когда королевства сражались друг с другом. Все жители Волшебной Страны знают, что любая война порождает энергию Экрю, а такого загрязнения не стоят никакие богатства.

– Значит, зло порождает Экрю, а Экрю порождает зло, правильно?

– Да, всё верно.

– Лазурь работает так же?

– Добро порождает Лазурь, а Лазурь порождает добро, – подтвердил королевич.

– И зла у вас совсем нет? – с подозрением сощурилась Алина, припомнив слова чудика о Ночном королевстве.

Елисей отвёл глаза. Ответил он не сразу, то ли долго обдумывал слова, то ли просто боролся с нежеланием говорить на эту тему.

– Зло везде найдёт лазейку, –  наконец сказал он. – Сколько бы Лазури ни было в мире, если чьему-то сердцу суждено почернеть, оно почернеет.

“У Варвары потом спрошу про Ночное”, – решила Алина.

Они плыли и плыли, корабль сворачивал в более узкие каналы, делал крюки и вновь выходил на главную реку. Солнце уже начинало клониться к закату, когда река стала шире, вода из пресной превратилась в солёную, и корабль вышел в открытое море. Алина смотрела на удаляющийся берег, пытаясь подавить тревогу. Люди тут, может, и хорошие, а вот что насчёт кораблей?

Вдруг капитан крякнул, ухнул и дёрнул ногой за канат. Что-то заскрипело, и из открывшегося в борту отверстия в воду с шумом упала огромная стеклянная сфера на цепи. Алина испугалась было, что сумела накаркать одними мыслями, и теперь они терпят крушение, но по лицам спутников поняла, что это не так.  Через минуту механизмы заработали в обратную сторону, и сфера поднялась, наполненная водой. Внутри плавали прозрачные рыбки, и в каждой светился маленький огонёк.

– Фонарная гупь! – восторженно объявил Елисей. – Редкий вид! Повезло наткнуться на стайку.

Алина завороженно смотрела, как рыбки тычутся мордами в стекло. Она никак не могла понять, что же это сияет в их маленьких тельцах – какой-то орган или что-то съеденное. Полюбовавшись, капитан дернул другой канат, дно сферы открылось, и рыбки-пленницы вместе с водой полетели обратно в море.

– Курс на Жемчужный Остров! – скомандовал сам себе Нольног и, подкрутив свой монокль, принялся всматриваться в горизонт.

– А что там, на Жемчужном Острове?

– Это большой остров с пещерными лабирантами и гротами, в которых живут русалки. Они очень милые. Если расскажешь им хороший анекдот, подарят жемчужину.

– Анекдот… –  Алина попыталась вспомнить шутки, которые поняли бы жители Волшебной Страны. – Так… “Колобок повесился” – слишком чёрный. “Шёл медведь по лесу” – не смешно. О! Знаю! Заходит скелет в бар и просит пиво и швабру.

– Почему швабру? – не понял Нольног.

– Ну, потому что он скелет. Всё прольётся.

Капитан задумался, а потом расхохотался.

– Тонко! Русалкам понравится!

Вдалеке уже показался остров. Разобрать что-то было ещё сложно, и предстал он пока только в виде небольшого белого пятна. Не привыкшая к морю Алина не могла оценить расстояние, поэтому не знала, насколько на самом деле он мал или велик, но уже представила себе островок размером с хрущёвку над поверхностью воды, зато под водой уходящий на неизмеримые километры вглубь. И, конечно же, русалок в коронах из жемчуга и перламутра.

Внезапно капитан Нольног напрягся. Его монокль выдвинулся вперёд, как объектив камеры, он вытянул шею и зажмурил глаз, не закрытый прибором.

– Полундра! – вдруг заорал он. – Пираты! К нам приближается пиратский корабль!

Алина и Елисей испуганно заозирались. Ничего, кроме острова, на горизонте не было видно. Королевич бросился на корму, хотя капитан смотрел вперёд, а не назад. Но ведь путь впереди был свободен!

– Где? – крикнула Алина. – Я никого не вижу!

– Вы смотрите не туда! – рявкнул капитан. – Вниз смотрите!

В ту же секунду вода по левому борту вспенилась, забурлила, и из глубины, поднимая фонтаны, вынырнуло нечто, похожее на корабль. С его единственной мачты стекали потоки, а совершенно сухой чёрный флаг с черепом, который до этого, видимо, торчал из воды, расправился на ветру. Вся палуба была закрыта, как шатром, конусообразным парусом, крепящимся к мачте. Что-то заскрежетало, и парус с шумом смотался.

– На абордаж! – раздался дружный вопль.

Алина, забыв о только что начавшейся карьере героини, спряталась за спину Елисея.

На палубу королевского корабля полетели крюки-кошки. Через борт, свистя и выкрикивая непонятные ругательства про Кошачьего Чёрта и Великую Камбалу, посыпались пираты. Это была пёстрая толпа: мужчины в камзолах, совершенно не подходящих по цвету к штанам, женщины в почти не затянутых корсетах и полосатых шароварах, все увешанные оружием, скалящие зубы, из которых как минимум один у каждого был золотым. Последним на палубу спрыгнул их предводитель – высокий темнокожий мужчина лет тридцати. Его длинные волосы были заплетены в сотни мелких косичек с бусинами, звякающими при каждом движении. На голове красовалась треуголка с пером. Он выхватил шпагу, сделал изящный выпад, свистнув ею в воздухе, потом вложил обратно в ножны, снял шляпу и галантно поклонился.

– Приветствую вас, дамы и господа! Прошу прощения за вторжение и мокрую палубу. Я – Олли Морской Лев, благородный пират.

С этими словами он широко улыбнулся и протянул обе руки к капитану Нольногу.

– Старина! Сколько лет, сколько зим!

– Олли! – прорычал Нольног, выпутываясь из канатов.  – Всё такой же позёр! Обязательно было кидать крюки? Мог бы просто помахать!

– И лишить себя удовольствия увидеть ваши испуганные лица? Никогда! – рассмеялся Олли. – Ну как оно, старина?

– Да всё так же, – неопределённо ответил Нольног на столь же неопределённый вопрос. – Там понемногу, сям по чуть-чуть.

– Эх, дружище-дружище… А вот раньше-то – ух!

– Да какое там “ух”! Так, “эх” да “ох”… А сейчас – да!

– Ну, если да, то почему бы и нет? Я бы, конечно, ни в жизни… Нет, не моё это, не моё. Но за тебя я рад.

Елисей, всё это время смотревший на них округлёнными от удивления глазами, потряс головой и наклонился к Алине.

– У тебя бывает такое, что все слова по отдельности ясны, а смысл никак не поймёшь?

– Кажется, капитан Нольног раньше был пиратом, – тихо отозвалась та. – Олли считает, что он зря бросил это дело, а Нольног доволен новой жизнью.

– Как ты это поняла? – прошептал королевич, глядя на неё с восхищением.

Алина приосанилась и выступила вперёд. Убивать их, судя по всему, не собирались, и даже на пленение это не было похоже. А значит, трусливо жаться за спиной сопровождающего ни к чему.

– Добрый вечер, Олли.

Пират снова отвесил ей поклон, потом взглянул на Елисея и улыбнулся.

– До чего же приятная компания: прекрасная юная дама, мой старый друг и молодой королевич. Что ж мы стоим, как неприкаянные? Не выпить ли нам чаю?

– Выпить, конечно! – смело решила за всех Алина.

Олли взмахнул руками, и члены его команды, до этого момента беззастенчиво изучавшие канаты, подбежали к нему. Если не считать главаря, их было одиннадцать  – могли бы стать футбольной командой, а не рассекать моря.

– На этой посудине есть стол? Прекрасно! Тащите сундук мертвеца! – приказал пират и, хитро усмехнувшись, повёл невероятно подвижными бровями. – И мою гитару.

Нольног ощупал пальцами правой ноги ближайшие канаты, выбрал парочку, перехватил рукой, сплёл в узел и вытянул петельку, а потом за неё дёрнул. Доски на палубе затрещали, поднялись и каким-то хитрым образом сложились в стол, к которому уже спешили двое пиратов, неся кружевную скатерть. Ещё четверо волокли по перекинутым с другого корабля мостикам огромный сундук.

Олли подали гитару. Он подмигнул Алине и Елисею, бряцнул по струнам и запел:

– Снова небо темнеет, и чувствуешь, друг? —

В лоб ударил солёный бриз.

Пятнадцать человек на бабулин сундук,

Йо-хо-хо! – доставай сервиз!

Мы накроем стол на пятнадцать персон;

Нож, точись, и гори, свеча!

Здесь есть оливье и наполеон,

Йо-хо-хо! – и горячий чай!

На белой скатерти появились салфетки и старинная фарфоровая посуда, похожая на ту, что стояла у Алины дома в серванте и доставалась только по особым случаям: на Новый год и когда приходили гости, причём не всякие, а важные. Друзья Алины, например, важными не считались. А вот мамины коллеги и папина троюродная сестра с семьёй заслуживали сервиза на столе.

– Наследство от моей покойной бабушки, – пояснил Олли, кивая на сундук, в котором копались пираты и выискивали столовые приборы среди ворохов парчи. – Всё самое ценное она припасла в этом сундуке и завещала мне.

Пиратский кок бегал туда-сюда, перенося горячее, салаты и закуски. В центр стола водрузили огромный самовар, что-то в нём подожгли, и он начал шипеть и булькать. Олли разлил всем чай, предложил каждому кусковой сахар, а потом, когда убедился, что все взяли сколько хотели, вытряс половину коробки в свою чашку. Алина при виде такого извращения чуть не подавилась. А пират тем временем пустился рассказывать о похождениях своего предка.

– Вот этот комплект, – он помахал серебряными ложкой и вилкой над головой, – бабуля заполучила в схватке с Зелёной Бородой. Они сражались за клад, зарытый самим Двуглазым Джо!

– Глупо как-то называться Двуглазым, – высказалась Алина. – С тем же успехом можно быть Двуруким, Двуногим или Головым.

– Так глаза-то изначально было три. Он был ясновидцем, пока не лишился третьего. Что за тип этот Джо!.. Порубил гигантского краба – во-о-о-от такого, – Олли обвёл рукой свой корабль, который был в два раза больше королевского, – на маленькие палочки – во-о-от такие, – он показал небольшое расстояние между пальцами, сантиметров пять. – Эх, рассказы о приключениях под чай не идут… Давайте-ка выпьем чего покрепче?

– Ром? – предположил Елисей.

– Кофе, – ухмыльнулся пират.

Не прошло и пары минут, как его команда уже катила бочонки, от которых исходил знакомый Алине аромат – она не раз заваривала кофе для отца, когда тот никак не мог вытащить себя из постели.

– Лучшие сорта, – хвастался Олли, откупоривая несколько бочонков один за другим. – Всё добыто честным и упорным грабежом.

– Куда путь держите, благородные разбойники? – спросил Елисей, которого, похоже, сильно покоробили слова о грабеже, однако ссориться он едва ли собирался и предпочёл перевести разговор.

– Куда – ещё не решили, а откуда – я вам сейчас расскажу.

Олли вытащил из-за пазухи свернутый в трубочку пергамент, не обращая внимания на страдальческое выражение лица Елисея.

– Дело такое вышло. Нашёл я карту сокровищ. В бутылке, всё, как полагается. Думал, золото. Приплыли мы на остров, тут недалеко совсем. Смотрим – башня стоит. Высо-о-окая. Поднялись мы туда, а там… красавица спит. И на дверях табличка: “Охраняется чудищем”.

– И что? – глаза Елисея тут же загорелись.

– Что-что! – фыркнул Олли. – Я ноги в руки и бежать! Мне жена без надобности. Я как представил – так у меня перо на шляпе поседело безо всякого чудища.

– Красавица в башне… – медленно повторил королевич, не сводя взгляда с бумаги, которую собеседник уже сворачивал. – Олли, дай нам карту!

– Забирай! – пират щедро швырнул пергамент на стол. – Даром не надо.

Елисей сразу же схватил подарок, развернул и принялся изучать. Алина приподнялась, чтобы рассмотреть карту получше, но мало что поняла: какие-то крестики, какие-то нолики, контуры и странная сетка со случайными цифрами в случайных местах.

Олли одним глотком допил свой кофе и поднялся из-за стола.

– Было приятно познакомиться, но уже совсем стемнело и нам пора нырнуть на дно. Позвольте обнять на удачу.

Он обнял сперва Алину и шутливо подёргал её за косички, потом похлопал по спине Елисея и напоследок стиснул Нольнога так, что тот захрипел. Поклонившись на прощание, Олли перемахнул на свой корабль. Его команда, быстро сложив скатерть и посуду, наспех протёртую мокрым полотенцем, обратно в сундук и забрав с собой абордажные крюки, последовала за ним. Парус с хлопком развернулся и снова превратился в непроницаемый шатёр. Корабль погрузился в воду и исчез из вида.

– Славные ребята, – сказал королевич, глядя на пенящуюся воду. – Цены бы им не было в нашем флоте. Такое затейливое судно…

– И думать забудьте. Олли никогда ни на кого не работает, – усмехнулся капитан Нольног.

Потом он вдруг нахмурился и похлопал себя по карманам.

– Вот же кошкин сын! Мой платок! Из шёлка бабочек-полуденниц! Исчез!

– Пряжка! – ахнул Елисей, хватаясь за пояс.

Алина потрогала уши. Золотых серёжек-гвоздиков не было.

– Всё-таки даже благородный пират – всё ещё пират, – вздохнул королевич. – Зато смотрите-ка: бочонок кофе оставили.

Бочонок, правда, оказался пустым больше, чем на три четверти, и совершенно не мог компенсировать потерю драгоценностей. Нольног вздыхал и ворчал, а Елисей не казался расстроенным потерей. Оно и понятно – у него таких пряжек, наверное, десятки, если не сотни. Алине было обидно за серёжки, но она решила не грустить. В Волшебной Стране легко найти украшения и покрасивее.

– На что курс? – уныло поинтересовался капитан, наматывая канатики на пальцы. – На Жемчужный Остров или на спящую красавицу?

Алина и Елисей переглянулись. По лицу королевича было видно, что ему не терпится попасть в башню, но без согласия спутницы он не прикажет направить туда корабль. Алина засомневалась. С одной стороны, никаких чудищ ей видеть не хотелось и уж тем более не хотелось с ними сражаться. Да и чем? У неё ни меча, ни лука. Она ведь даже латы у портного не заказала! С другой стороны, это было похоже на проверку. Может быть, её устроили люди, а может быть, божества этого мира. Король Велимудр говорил, что приключения приключатся сами, когда понадобится – и, похоже, момент настал.

– Плывём спасать красавицу! – бодро объявила она.