Читать книгу Вкус счастья - Нора Робертс - Страница 5

3

Оглавление

Весь понедельник и вторник Лорел пекла, проводила личные консультации и дегустации, участвовала в общих совещаниях. Ее холодильная и морозильная камеры постепенно заполнялись самыми разнообразными, тщательно помеченными коржами, начинками, глазурями, из которых будут созданы торты и десерты для торжеств в конце недели. Однако, несмотря на все заготовленное, еще больше предстояло сделать.

Утро среды началось для Лорел на кухне. Она настроила телевизор на «Филадельфийскую историю» и, используя диалоги как фон, взяла миску и аккуратно, по одному вбила яичные желтки в сливочное масло с сахаром. На ее доске красовались рисунки и фотографии тортов и распечатанный график, включающий порядок и время всего, что предстояло сделать.

Когда масса стала однородной, Лорел добавила муку и разрыхлитель, уже трижды просеянные вместе, чередуя их с заранее отмеренным молоком, начала взбивать яичные белки в отдельной миске, и тут вошла Мак.

– Я работаю.

– Прости, мне нужно печенье. Пожалуйста, выручи.

– Разве у миссис Грейди ничего нет?

– Это не для еды. То есть не для меня. Через пару часов съемка, и появилась идея, включающая печенье. Эмма уже дала цветы.

Мак просительно улыбнулась. Лорел добавила взбитые белки в жидкое тесто.

– Какие печенья?

– Я не пойму, пока не увижу. У тебя всегда есть запас.

Лорел кивнула, смирившись с неизбежным.

– В холодильнике. Запиши, что возьмешь, на доске учета.

– Еще одна доска? Доска для печенья?

Лорел принялась осторожно добавлять в тесто оставшиеся белки.

– В наш мир вошли двое мужчин, а мужчины, как известно, выпрашивают печенье.

Мак склонила голову к плечу, надула губы.

– Ты даешь Картеру печенье?

– Я бы отдала Картеру свою любовь и преданность, если бы ты не влезла первой, сестра. Теперь мне остается лишь подкармливать его печеньем. С тех пор как закончились занятия, он торчит здесь почти каждый день, работает над своей книгой.

– И, как выяснилось, пожирает печенья, даже не подумав принести хоть немного домой и поделиться. Ах, печенья с шоколадом! – воскликнула Мак из холодильника. – Величиной с мою ладонь, классические. И фотогеничные. Я беру полдюжины, то есть семь, потому что одно я уже ем.

Пока Мак складывала печенья в коробку, Лорел вылила жидкое тесто в формы.

– Хочешь одно? – Лорел отрицательно покачала головой, Мак пожала плечами. – Я никогда не понимала, как ты борешься с искушением. Между прочим, после съемки клиенты идут к тебе на дегустацию.

– Верно. У меня записано.

– Люблю этот фильм, – сказала Мак, вгрызаясь в печенье, затем перевела взгляд с телеэкрана на демонстрационную доску. – Что это за дизайн? Его нет в моих архивах.

Лорел постучала формами по столу, чтобы избавиться от воздушных пузырьков.

– И не может быть. – Лорел сунула формы в духовку, включила таймер. – Торт для помощницы Дела. Она возвращается на работу после рождения ребенка, и Дел устраивает ей маленький праздник.

– Как мило.

– Мне доверили испечь торт.

– Тоже мило, мисс Ворчунья.

Лорел уже хотела огрызнуться, но осеклась.

– Черт. Я действительно мисс Ворчунья. Наверное, из-за моратория на секс. Кроме плюсов, у него есть и неизбежные минусы.

– Может, заведешь симпатичного приятеля. – Мак с умным видом ткнула в сторону Лорел остатком своего печенья. – Просто чтобы пару раз в месяц завалиться в постельку и выпустить пар.

Лорел попыталась выдавить веселую улыбку.

– Хорошая мысль. Одолжишь Картера?

– Нет. Даже за печенье.

– Эгоистка, ты самая настоящая эгоистка. – Лорел принялась расчищать рабочую поверхность. Следующим пунктом у нее были отмечены кристаллизованные цветы для пятничного торта.

– Мы должны пробежаться по магазинам и накупить себе обуви, – решила Мак.

– Да. Туфли – вполне конкурентный заменитель секса, – согласилась Лорел. – Обязательно выкроим время. Скоро. А вот и женщина, которая может спланировать что угодно, – добавила Лорел, заметив Паркер. – Но у нее такое жутко деловое выражение лица.

– Отлично, и Мак здесь. Я заварю чай.

Лорел и Мак переглянулись.

– Ой, – прошептала Мак.

– Не ой, а ой-ой-ой, – уточнила Паркер.

– У меня нет времени на ой-ой-ой. Я должна сделать миллион кристаллизованных розочек и фиалок.

– Начинай, пока я завариваю чай.

Понимая, что торопить подругу бессмысленно, Лорел вытащила проволочные подставки, формы, миски, необходимые ингредиенты.

– Майя Стоу, январская невеста, помните? – начала Паркер.

– Большая жирная греческая свадьба, – откликнулась Мак. – МН – гречанка, и ее родители, до сих пор живущие в Греции, требуют пышную, дикую, традиционную греческую свадьбу.

– Верно. Итак… Дед с бабкой совершенно неожиданно решили нагрянуть с визитом. Бабушка хочет проверить, что там напридумывали со свадьбой, поскольку, похоже, до сих пор не простила зятя за то, что он увез ее дочурку в США. К тому же она совершенно не верит, будто мы – или кто угодно – сможем провести достойную свадьбу.

– Ох уж эти бабушки, – произнесла Лорел, доставая из холодильника съедобные цветы, предоставленные Эммой.

– И опять совершенно верно. МН в панике. Невеста на грани срыва. Бабушка требует устроить вечеринку, посвященную помолвке, а они помолвлены уже полгода. Однако бабушку это не останавливает.

Пожав плечами, Лорел начала обрезать стебли.

– Ну, пусть празднуют, кто им мешает?

– Бабушка хочет устроить вечеринку здесь, чтобы оценить нас, уровень наших услуг, дом, сады и все прочее. И все это она хочет на следующей неделе.

– На следующей неделе? – дружно выдохнули Мак и Лорел.

– Мы забиты. Под завязку, – напомнила Лорел.

– Вторник. Я все понимаю. – Паркер подняла обе руки, предотвращая вполне обоснованные возражения. – Поверьте, понимаю. Я только что почти час провисела на телефоне с бьющимися в истерике МН и невестой. Мы сможем. Я переговорила с поставщиком еды, умудрилась заказать оркестр. Эмме я уже позвонила, она справится с цветами. Клиенты просят немного официальных и непринужденных семейных портретов. Но главное, Мак, официальные. И несколько традиционных греческих десертов, и свадебный торт.

– Свадебный? – раздраженно воскликнула Лорел.

– Подожди, Лорел. Невеста решительно против точной копии торта, который она выбрала для свадьбы, и гостей будет гораздо меньше. Примерно семьдесят пять человек, но я бы рассчитывала на сотню. Дизайн и вкус на твое усмотрение.

– Какая чуткость!

– Лорел, у нее безвыходное положение. Я ей сочувствую. И я все устрою, если вы мне поможете. – Паркер поставила полную чашку на кухонную стойку. – Я обещала ей перезвонить в любом случае после переговоров с партнерами.

Лорел окунула бутон розы в массу из взбитых яичных белков, стряхнула излишек, промокнула бумажным полотенцем, побрызгала мелким-мелким сахаром.

– Ты заказала оркестр.

– Я могу отменить заказ. Один за всех, и все за одного.

Лорел положила первый цветок на проволочную сетку.

– Я могу сделать пахлаву. Мак, ты в деле?

– Мы справимся. Я прекрасно знаю, что такое чокнутая мамаша. Вряд ли чокнутая бабушка сильно отличается. Пойду включу вторник в свое расписание и поговорю с Эммой насчет цветов. Лорел, когда выберешь дизайн, сообщи мне.

– Спасибо, Мак.

– Это наша работа, Паркс. У меня съемка. Пока.

Мак ушла. Паркер поднесла к губам чашку.

– Лорел, если нужно, я вызову подмогу. Я знаю, что ты это терпеть не можешь, но если нужно…

Лорел побрызгала второй цветок.

– Не нужно. В морозилке есть заготовки как раз для таких пожарных случаев. Думаю, смогу поразить греческую бабушку. Может, сделать «Вальсирующие примулы»?

– Ой, я его обожаю. Но, насколько я помню, он очень трудоемкий.

– Результат того стоит. У меня готова помадная глазурь, а примулы можно сделать заранее. У Майи есть парочка младших сестер, не так ли?

– Две сестры и брат. – Паркер расплылась в улыбке. – И да, я тоже думаю о будущем. Если составишь список, я беру на себя закупки.

– Договорились. Позвони МН и насладись слезами благодарности.

– Бегу. Эй, как насчет пижамной вечеринки с кинофильмом сегодня вечером?

– Лучшее предложение за весь день. До вечера.

Лорел вернулась к цветам, размышляя о том, что единственный человек, назначающий ей свидания в последнее время, – ее лучшая подруга Паркер.


Завернув и убрав готовые коржи в морозильник, оставив цветы сушиться, Лорел стала готовиться к дегустации. В гостиной рядом с кухней она разложила альбомы с фотографиями своих тортов, расставила цветы, приготовленные Эммой, чайные чашки, винные бокалы и бокалы для шампанского, разложила салфетки с логотипом «Брачных обетов» и столовые приборы. Вернувшись в кухню, она нарезала тонкими ломтиками образцы тортов и выложила их на стеклянное блюдо, а маленькие стеклянные вазочки, не скупясь, наполнила разными глазурями и начинками.

Затем она зашла в ванную комнату освежить макияж и поправить прическу, надела короткий нарядный жакет и, выходя из кухни, сбросила шлепанцы и сунула ноги в туфли на шпильках.

Когда клиенты позвонили в дверь, Лорел была во всеоружии.

– Стеф, Чак, рада вас видеть. Заходите. Как прошла фотосессия?

– Весело. – Стефани, оживленная брюнетка, подхватила жениха под руку. – Правда, милый?

– Да. После того, как я перестал нервничать.

– Он терпеть не может фотографироваться.

– Всегда чувствую себя тупицей. – Рыжеволосый Чак застенчиво улыбнулся. – И веду себя соответственно.

– Мак заставила меня кормить его печеньем, так как я проговорилась, что на нашем первом свидании мы ели печенье. Когда нам было восемь лет.

– Я тогда не знал, что мы встречаемся.

– Я знала. И теперь, восемнадцать лет спустя, я тебя получила.

– Ну, надеюсь, вы оставили место для торта. Шампанское или вино?

– Я бы выпила шампанского. Боже, как мне здесь нравится! – восторженно воскликнула Стефани. – Все, все нравится. О, это ваша кухня? Вы здесь печете?

Лорел умышленно проводила клиентов через свою кухню, чтобы они видели, где – в идеальной чистоте – создаются их сладкие чудеса.

– Да. Раньше здесь была вспомогательная кухня и помещение для поставщиков, а теперь мое царство.

– Здесь прекрасно. Я люблю и умею готовить, но сладкое… – Стеф всплеснула руками.

– Для этого необходимы практика и терпение.

– А это что? Какая прелесть!

– Кристаллизованные цветы. Я только что их сделала. Они должны полежать несколько часов при комнатной температуре. Пожалуйста, не трогайте.

– Их можно есть?

– Конечно. Думаю, не стоит украшать торт несъедобными цветами.

– Может, нам тоже заказать что-нибудь подобное? Чак, только представь себе: настоящие цветы!

– У меня много дизайнов с цветами. И я могу сделать что-то особенное лично для вас. Идемте в гостиную. Я налью вам шампанское, и начнем.

Легко работать, когда клиенты так восприимчивы и позитивно настроены. Казалось, что Стеф и Чак обожают не только друг друга, но всех и вся.

– Они все восхитительные. – Стеф намазала стручок ванили муссом из белого шоколада. – Как вообще можно что-нибудь выбрать?

– Самое лучшее то, что неправильного выбора не существует. Вам нравится кофейно-шоколадный вкус, Чак?

– А что здесь может не нравиться?

– Хороший выбор для торта жениха и прекрасно сочетается с кремом из шоколада со сливками. Очень мужественно. – Лорел ободряюще подмигнула жениху. – А в этом дизайне напоминает сердце, вырезанное на дереве, с вашими именами и датами на глазури.

– Ой, я влюбилась в него. Чак, скажи, что ты тоже влюбился.

– Очень красиво. – Чак внимательнее рассмотрел фотографию. – Я не знал, что мне положен торт.

– Как захотите. Помните, не бывает неправильного выбора.

– Чак, давай его закажем. Если у тебя будет настоящий мужской торт, я смогу воплотить в свадебном все свои девичьи мечты.

– Согласен. Ведь это крем из шоколада со сливками? – ухмыльнулся Чак, зачерпывая ложкой коричневый крем. – О да, продано.

– Как здорово! И весело. Нам все твердят, что планирование свадьбы – сплошная головная боль, уверяют, что мы будем ссориться и психовать. Но мы так отлично проводим время.

– Потому что все ваши головные боли, ссоры и нервы мы берем на себя.

Стеф залилась счастливым смехом.

– Лорел, вы так точно угадали с Чаком. Я хочу услышать ваше мнение обо мне.

– Хорошо. Свадьба в День святого Валентина. Безудержная романтика? Вам понравились кристаллизованные цветы, но есть один торт с сахарной пастой, очень романтичный, веселый и очень, очень девичий.

Лорел полистала альбом и, открыв его на нужной странице, повернула к новобрачным.

Стеф охнула и закрыла руками рот.

– О боже, какое чудо!

Действительно чудо, мысленно согласилась Лорел.

– Пять ярусов разной формы и высоты, разделенные фризами, чтобы сделать их более воздушными. Все ярусы усыпаны лепестками и цветами из сахарной мастики. Здесь вы видите цветы гортензии, но я могу сделать любые – розы, соцветия вишни – какие захотите. Любой цвет, любой оттенок. Обычно каждый ярус этой модели я оформляю королевской глазурью в форме короны. Но опять же, я могу изменить украшения по вашему вкусу. Например, можно использовать не королевскую, а помадную глазурь, добавить ленты или жемчужины, белые или в тон цветов.

– Здесь мои цвета, голубой и сиренево-розовый. Вы это знали. Вы знали и поэтому показали мне идеальный торт. – Стеф благоговейно вздохнула. – Он прекрасен.

– Да, – согласился Чак. – Но я могу кое-что добавить. Он очарователен. Как Стеф.

– О, Чак.

– Не могу не согласиться. Если вам нравится выбранное направление, можете заказать несколько начинок разного вкуса.

– Речь не о направлении. Я влюбилась в этот торт. Это мой торт. А можно увенчать его фигурками жениха и невесты?

– Разумеется.

– Идеально. Мы с Чаком на вершине торта. Можно еще бокал шампанского?

– Конечно. – Лорел встала, чтобы наполнить бокалы.

– А вы можете выпить с нами? Или вам нельзя?

Лорел оглянулась с улыбкой:

– Я сама себе хозяйка и выпью с удовольствием.

Шампанское и довольные клиенты. Что лучше может поднять настроение? И, поскольку на сегодня с работой было покончено, Лорел решила побаловать себя вторым бокалом, фруктами и сыром. Расслабившись, она цедила шампанское и составляла список для Паркер.

Греческая свадьба подразумевает горы сливочного масла и муки, пласты пресного вытяжного теста фило – сплошная головная боль, но что поделать? Работа есть работа. А еще мед и орехи: миндаль, фисташки, грецкие.

И раз уж речь зашла о списках, не помешает составить еще один – с тем, что все равно придется скоро заказывать у поставщика.

– О, вот такую работу я тоже люблю.

Лорел оглянулась и увидела в дверях Дела. В образе успешного юриста. Строгий английский костюм – темно-серый, в едва заметную тонкую полоску, элегантный галстук, завязанный идеальным виндзорским узлом, солидный кожаный портфель.

– Имею право выпить после того, как десять часов провела на ногах.

– Думаю, не зря. Кофе свежий?

– Вполне.

Дел налил себе кофе.

– Паркер сказала, ты должна решить – сексуальный, трогательный или глупый. Что бы это ни значило.

Выбор фильма на вечер. Но объяснять Делу Лорел не стала.

– Ладно. Так ты за тортом?

– Я не спешу. – Дел подошел к ней, ее ножом намазал камамбер на розмариновый крекер. – Вкусно. А что у тебя на ужин?

– Ты его ешь.

В глазах Дела мелькнуло неодобрение.

– Могла бы поесть что-нибудь посерьезнее, особенно после десятичасового рабочего дня.

– Да, папочка.

Невосприимчивый к сарказму, Дел сунул в рот ломтик яблока.

– Я принес бы тебе что-нибудь, поскольку часть твоего рабочего времени потрачена на меня.

– Маленькая часть, и если бы мне что-то было нужно, я могла бы приготовить сама или выпросить у миссис Грейди. – «Опять эта заботливость, а я всего лишь одна из его девочек», – с раздражением подумала Лорел. – Как ни странно, мы, взрослые женщины, не умираем с голоду без твоих указаний.

– Шампанское должно было избавить тебя от дурного настроения. – Дел заглянул в ее списки. – Почему ты не печатаешь на компьютере?

– Потому что на кухне нет принтера и потому что мне так больше нравится. Какая тебе разница?

Радуясь непонятно чему, Дел откинулся назад, оперся о столешницу.

– Тебе нужно поспать.

– Тебе нужна собака.

– Мне нужна собака?

– Да. Чтобы было о ком заботиться, над кем кудахтать и кем командовать.

– Я люблю собак, но у меня есть ты. – Дел понял, что сказал, и рассмеялся. – М-да, глупая оговорка. Кроме того, «кудахчут» бабушки, поэтому мы квиты. Забота о тебе – моя работа, и не только как вашего адвоката и пассивного партнера вашей фирмы, но и потому, что вы – мои девочки. А что касается моих приказов, ты им подчиняешься через раз, но пять сотен – чертовски хороший средний уровень.

– Ты самоуверенный шельмец, Делани.

– Возможно, – согласился он, пробуя гауду. – А у тебя скверный характер, Лорел, но я не держу на тебя зла.

– Ты знаешь, в чем твоя проблема?

– Понятия не имею.

– Вот именно. – Лорел ткнула его пальцем в грудь и вскочила с табурета. – Я принесу твой торт.

– Почему ты на меня злишься? – спросил Дел, следуя за ней в холодильную камеру.

– Я не злюсь. Я раздражена. – Лорел подхватила уже упакованный торт и ощутила жгучее желание развернуться и ткнуть Дела коробкой… но, даже будучи раздражена, она слишком ценила свой труд.

– Ладно, тогда почему ты раздражена?

– Потому что ты мне мешаешь.

Дел поднял руки и отступил в сторону. Лорел прошмыгнула мимо него, поставила торт на столешницу, откинула крышку и приглашающе взмахнула рукой.

Осторожно, поскольку сам уже еле сдерживал раздражение, Дел подошел и заглянул в коробку. И расплылся в улыбке.

Два глянцевых белых круглых слоя – яруса, поправил он себя – были украшены разноцветными символами нынешней жизни Дары. Портфели, коляски, толстые юридические тома, погремушки, качалки и ноутбуки. А в центре – картонная фигурка молодой мамочки с портфелем в одной руке и детской бутылочкой в другой.

– Потрясающе. Идеально. Ей понравится.

– Нижний ярус с желтой кремовой начинкой. Верхний – шоколадный торт со швейцарскими меренгами. Не наклоняй.

– Хорошо. Огромное спасибо.

Дел потянулся за бумажником, и Лорел зашипела, как змея:

– Даже не пытайся мне заплатить. Что с тобой, черт побери?

– Я просто хотел… Послушай, что, черт побери, с тобой?

– Что, черт побери, со мной? Я тебе скажу, что, черт побери, со мной. – Лорел уперлась ладонью в его грудь и толкнула. Дел попятился. – Меня раздражают твои властность, самоуверенность и опека.

– Стоп! И все из-за того, что я хотел заплатить за торт, который попросил тебя испечь? Господи, это же твоя работа. Ты печешь торты, люди тебе платят.

– Только что ты кудахтал – да, именно «кудахтал», – потому что не одобрил мой ужин, а через минуту вытаскиваешь бумажник, как будто я наемная прислуга.

– Это вовсе не… Черт, Лорел.

– Я за тобой не поспеваю. – Она вскинула руки. – Старший брат, адвокат, деловой партнер, кудахчущая наседка. Почему бы тебе не выбрать что-нибудь одно?

– Потому что одного недостаточно. – Он не кричал, как она, но в его голосе уже кипел гнев. – И я не гребаная наседка.

– Тогда перестань руководить жизнями всех и вся.

– Не слышал, чтобы кто-то еще жаловался, и помощь тебе – часть моей работы.

– На юридическом и деловом фронтах, но не на личном. Позволь мне кое-что сказать тебе и попытайся вбить это в свою каменную черепушку раз и навсегда. Я не твоя кошка или собака, ты за меня не отвечаешь. Я не твоя сестра, я не твоя девушка. Я взрослая женщина и могу делать, что хочу и когда хочу, не спрашивая у тебя разрешения и не добиваясь твоего одобрения.

– А я тебе не мальчик для битья, – огрызнулся Дел. – Я не знаю, какой бес в тебя вселился, но или прямо скажи мне, или вымещай зло на ком-нибудь другом.

– Хочешь знать, какой бес в меня вселился?

– Да, хочу.

– Ну, я тебе покажу.

Может, виновато было шампанское. Может, просто злость. А может, озадаченное и раздраженное выражение его лица. Ну, что бы то ни было, Лорел поддалась желанию, бурлившему в ней долгие годы.

Одной рукой она схватилась за идеальный узел элегантного галстука, другой вцепилась в волосы Дела и дернула его к себе. И впилась в его губы обжигающим отчаянным поцелуем. Ее сердце подпрыгнуло, а мозг замурлыкал: Я это знала!

Она его ошарашила, чего и добивалась. Его руки взметнулись сами собой, пальцы впились в ее бедра на одно головокружительное мгновение. И она бросилась в этот омут, пробуя, поглощая вкусы и ощущения, утоляя жар и голод, а потом оттолкнула его.

– Вот. – Лорел откинула назад разметавшиеся волосы. Дел молча таращился на нее. – Небеса не разверзлись, мир не рухнул, ни тебя, ни меня не поразила молния, и мы не отправились прямиком в ад. Я тебе не сестра, Делани. Это требовалось прояснить.

Лорел развернулась и, не оглянувшись, вышла из кухни.

Возбужденный, изумленный и все еще весьма раздраженный, он не пошевелился.

– Что это было? Что это было, черт побери?

Он хотел догнать ее, но остановился. Это могло плохо кончиться, но, возможно… Лучше не думать об этом, пока мозги не встанут на место, точка.

Дел хмуро уставился на наполовину опустошенный бокал. Интересно, сколько она выпила до его прихода? Поскольку в горле пересохло, что было для него редкостью, он схватил бокал и залпом допил шампанское.

Надо просто уйти, просто поехать домой и забыть об этом. Объяснить случившееся… чем-то. Он непременно найдет объяснение, когда мозги снова заработают.

«Я же приехал за тортом, – напомнил он себе, аккуратно закрывая коробку. – Лорел затеяла ссору, потом поцеловала меня, чтобы что-то доказать. Вот и все.

Я просто поеду домой, а она может дальше злиться, сколько ее душе угодно».

Дел взял коробку. «Да, я просто поеду домой и сразу в душ. Долгий холодный душ мне просто необходим».

Вкус счастья

Подняться наверх