Читать книгу По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Вторая часть. - Ольга Камышинская - Страница 3

В этот торжественный и долгожданный для многих день бала в честь помолки лорда Сандэра Моро и Валорийской княжны, церемониймейстер двора Его Величества Доминика Алгейского лишний раз убедился, что в его ремесле пустяков и мелочей не бывает.

Никаких и никогда.

– Ничего, ничего, Силимон… бал пройдет, и все всё забудут, – терпеливо уговаривал Дарий, Главный целитель императора, подталкивая ко рту страдальца руку с бокалом, в котором мелко дрожал успокоительный отвар.

Они сидели вдвоем в небольшом кабинете церемониймейстера, располагавшимся, как и все нежилые помещения, в отдельной пристройке к правому крылу императорского дворца.

– Теперь меня казнят…

– Перестань… Доминик вспыльчив, но отходчив. А с твоими-то заслугами перед Империей тебе не о чем беспокоиться… Ну позлится, поругается, а потом простит и забудет…

– Он может и забудет, – упавшим голосом ответил церемониймейстер, – а я?.. мне как с этим жить дальше?.. Моя репутация погублена навсегда! Какой позор моим сединам!.. Праправнуки будут припоминать этот случай и смеяться надо мной, обзывать старым олухом. И поделом мне… Это ж надо так оскандалиться…

– Вот видишь, – невозмутимо подхватил Дарий, – какой замечательный повод ты оставил своим потомкам вспоминать о тебе. Не каждый таким может похвастаться… А то, когда все ровно да гладко, так и помянуть нечем, скука одна. Ну жил порядочный человек, ну помер, и всё. А тут такое событие…

– Легко тебе говорить… – тяжко вздохнул церемониймейстер, делая маленький глоток отвара. – А ведь я был уверен… уверен, понимаешь?.. Старею, возраст свое берет. Пора мне на покой, пора…

Силимон и сам не мог понять, как так вышло.

Столько лет верой и правдой на службе императора без единой осечки и так позорно оконфузиться перед самым уходом на заслуженный отдых!

А главное, он был уверен, и помощник его клялся в том, что все правила и традиции учтены. Ведь Алгея – Империя, в которой всегда с уважением относились к традициям!.. Доверился, не перепроверил всё сам, и вот результат…

Непростительная оплошность. Роковая ошибка.

И ничего уже нельзя исправить…

***

Доминик в который раз медленно, с невозмутимым видом, обводил взглядом заполненный гостями и гудящий, словно улей, зал торжеств и никак не мог определиться: это бунт или заговор?

Ему смеяться или зверствовать?

С кавалерами-то всё понятно: широкие развороты плеч в черных камзолах без малейшего намека на излишества. Парадно, торжественно и мрачно. И среди этого воинствующего мрака режущее глаз белоснежное безобразие.

В белое и его тончайшие переливы, – теплые, холодные, нейтральные, к восприятию коих суровый мужской глаз всегда оставался нечувствителен, – облачились дамы всех возрастов и брачных статусов.

Безусловно, в этой идеальной шахматной палитре присутствовали свои прелесть и гармония. Но время и место были выбраны неудачно.

Так всё-таки бунт или заговор?

Год назад на осеннем балу племяннику императора предъявили невест почти все магические семьи Алгеи, но ему не глянулась ни одна. Он выбрал иноземную княжну.

Ха!.. И вот она расплата. Сегодня в невесты вырядился весь Урсулан. Назло тому, кто когда-то не смог оценить по достоинству прелести местных дев.

Расправа истинных леди была безжалостна и жестока. Упаси боги попасть кому-нибудь в прицел их негодования. Пленных они не брали.

А может, ему, как императору, стоило подумать о создании женской армии?.. А что? Дам требовалось предварительно хорошенько взбодрить и разозлить, направив их кипучую энергию в нужное русло. Дальше, как показывал опыт, они прекрасно справлялись сами.

А уж какие изощренные каверзы были горазды придумывать эти воздушные, изнеженные существа, Доминик знал не понаслышке. Его многочисленные любовницы и фаворитки, которых одновременно могло быть несколько, в неравной борьбе за его внимание и спальню, проявляли недюжинную изобретательность: виртуозно плели интриги и устраивали друг другу жуткие козни.

Но какой незаслуженный, жестокий удар ожидал юную невесту Сандэра. У нее так безжалостно отняли праздник, ее личный триумф! Как легко она затеряется в этом огромном море белых кринолинов и шлейфов.

Хотя… Впереди намечалась свадьба, если Сандэр к тому времени не устанет ждать, не остынет и не передумает связывать себя брачными узами, – а он может, всё-таки три года срок нешуточный, – невесте еще могла выпасть счастливая возможность порадовать местную публику появлением в белом.

Доминик чуть повернул голову, заметил краем глаза пажа, замершего в ожидании распоряжений у стены, и поманил его небрежным жестом.

– Церемониймейстер где?

В зале стоял гул голосов, и юноша почтительно склонился к уху императора:

– В своем кабинете. Его главный целитель отпаивает успокоительным.

– Замечательно. – процедил Доминик. – Значит, мне придется в одиночку отдуваться за его ошибки. А может, отправить всех домой переодеваться, пока виновники торжества не добрались до дворца?.. А что? Отличная мысль. Как думаешь?..

Паж не дрогнул и невозмутимо поклонился:

– Как будет угодно Вашему Величеству.

– Да уж… А что лорд Горлум?

– Его Святейшество будет с минуты на минуту. Экипаж уже у центральных ворот.

– Превосходно. Надеюсь, хотя бы он не в белом?

– Простите, Ваше Величество? – растерялся парень.

Доминик устало махнул рукой, и паж вернулся на свой пост.

С тронного места императору Алгеи легко было представить себя воспарившим в небе над множеством кучевых облаков.

Хотя нет, одно яркое пятно он всё-таки выцепил натренированным глазом.

Как всегда неотразимая, леди Арлана Нориш была в роскошном платье благородного темно-красного цвета.

Ну хоть кто-то… Доминик залюбовался девушкой.

Заметная в любой толпе, Лана блистала холодной ослепительной красотой. Красный ей был к лицу, как и всем блондинкам.

В красиво убранных наверх волосах поблёскивала рубинами и бриллиантами тонкая тиара. Точеную шею обхватывало, в тон тиаре, родовое колье семейства Гризов. Эша Гриза, стоявшего рядом с ней, просто распирало от самодовольства и гордости. Ещё бы!.. Так чувствовал бы себя всякий, кому досталась первая красавица Империи. Доминик мысленно усмехнулся: рядом с Сандэром леди Нориш выглядела более счастливой и удовлетворенной.

К желанию Арланы, не остаться незамеченной, император отнёсся с пониманием: в такой ситуации всякая захочет взять реванш и доказать бывшему любовнику, что она лучше его новой пассии.

Но остальных-то куда понесло?

Дамы сдержанно косились на наряды друг друга и натужно улыбались, изо всех сил делая вид, что ничего страшного не произошло.

Доминик с нехорошим предчувствием ожидал появления главных виновников торжества – Сандэра и Валорийской Княжны.

Под высоким расписным потолком огромного бального зала, где тысячью свечей полыхали ярусы хрустальных люстр, витал густой тревожный аромат назревавшего скандала.

Император повернул голову в сторону сестры, восседавшей, как и подобало хозяйке вечера, на соседнем, чуть меньшем по размеру, но точно таком же тронном кресле по левую руку от венценосного брата.

Принцесса Гвендолин была в платье глубокого лилового цвета, который ей необыкновенно шел, подчеркивая атласную кожу и темные кудри.

Она то и дело метала в сторону брата острые, как стрелы, взгляды, умудряясь одновременно с поистине императорским достоинством держать удар.

В ее руках трепетал веер. Гвенни слегка нервничала.

Она ни разу не видела юную валорийскую гостью, но переживала за нее. Сколько раз Её Высочество порывалась нанести визит в резиденцию Моро, и каждый раз находились сотни куда более важных дел. А надо было бросить всё и ехать.

И что теперь будет?

В былые времена и не с таких мелочей начинались войны между королевствами. Если малышка продержится хотя бы до третьего танца без обмороков и слез – будет замечательно. Она наверняка так ждала этого праздника, так тщательно продумывала наряд и прическу, так мечтала стать главной на балу, а тут такой удар – весь зал в белом. Иноземная княжна может принять это за личное оскорбление, ведь сегодня белый – только ее цвет.

Размышления Гвендолин прервали трубы, возвестившие о приезде молодой пары.

Зал мгновенно затих.

Зазвучала громкая ликующая музыка, и гости, затаив дыхание, с нетерпением устремили свои взоры на парадные двери.

Створки неторопливо раскрылись.

Долгожданные жених и невеста застыли на мгновение на пороге, обменялись взглядами и улыбками, а потом одновременно ступили на ковровую дорожку и направилась по ней к тронному месту.

Доминик, глядя на невесту, сжал челюсти, чтобы не растерять величественный вид и не расхохотаться во весь голос. А девчонка-то с норовом!

Неожиданно для всех на невесте оказалось яркое синее платье.

Скандал отменялся.

Виват молодой счастливой паре! Да здравствует союз Алгеи и Валории!

Император поднялся с кресла, с облегчением глянул на сестру, подавая ей руку, и заметил, как на ее лице мелькнул тихий ужас, который она сразу попыталась скрыть за натянуто-радушной улыбкой.

По лицу Доминика на мгновение пробежало облачко недовольства: вечно не угодишь этим женщинам… Теперь-то что не так?

Его Величество снова обратил свой взор на приближавшуюся пару. Ему было любопытно узнать, кого же выбрал Сандэр. То, что девица хороша собой, Доминик не сомневался.

Взглядом опытного сердцееда он еще издалека оценил достоинства изящной фигурки. Довольный, с предвкушением, он вгляделся в лицо избранницы своего племянника и… окаменел.

Исчезла музыка, поблёк и свернулся пожухлым осенним листом мир вокруг.

Его Величество даже не заметил, как из боковых дверей появился со своей свитой лорд Горлум, и как около него возникли шум и суета, когда, едва взглянув на валорийскую княжну, Святейший прохрипев, схватился за сердце и упал в обморок. И его поспешно вынесли из зала на руках.

Доминик видел только ее.

Безмятежно улыбаясь, по ковровой дорожке к нему направлялась та, которую он потерял много лет назад.

Его Сайянара.

***

Двумя часами ранее

Вивьен не любила суету, особенно перед балом.

Она предпочитала всё тщательно продумать и приготовиться заранее, а потом спокойно собираться.

Суета, возня, визгливые крики, множество сновавших туда-сюда служанок с лентами, духами, нижним бельем, туфлями, кружевами, утюгами и прочим добром в руках, – а так обычно выглядели любые сборы на торжество у Левадии, – раздражали и мешали сосредоточиться. Левадия, напротив, словно получала от этого хаоса особое наслаждение, и он был для нее необходимой прелюдией к самому празднику, его неотъемлемой частью.

Отказавшись от предложения лорда Кристиана прислать ей в помощь армию служанок, Вивьен прекрасно справилась вдвоем с Мирэй.

Что ни говори, а руки у девчонки были золотыми, да и вкусом и чувством меры природа ее не обделила. И со сложным платьем помогла Вивьен управиться и прическу чудесную сделала. А еще Мирэй отличалась расторопностью, наблюдательностью и сообразительностью. Ради них можно было потерпеть и смириться с тем, что она шпионила за Вивьен и докладывала Его Светлости о каждом ее шаге.

Вивьен стояла перед большим, в полный рост, зеркалом, и они вдвоем с Мирэй придирчиво осматривали результаты своих трудов, внося последние штрихи. Мирэй, присев на корточки, расправляла складки внизу на юбке, чтобы всё лежало идеально, и бросала на Вивьен восхищенные взгляды снизу вверх. Вивьен задумчиво рассматривала свое отражение и почему-то тянула с украшениями, которые в ожидании своей очереди, лежали в соседней комнате на туалетном столике у кровати.

Мирэй закончила и, довольная результатами своих трудов, поднялась.

– Нести? – спросила она с особым предвкушением. Как и всякая девушка, она млела от красивых дорогих украшений.

– Неси. – почему-то вздохнула Вивьен, и та шустро метнулась в спальню.

В этот момент в ее покои вошел Сандэр. В руках он держал большую резную шкатулку из черного дерева.

– Знаю, что ты уже выбрала украшения к балу, но хочу, чтобы сегодня их надела. – сказал он, ставя ее на небольшой, круглый стол рядом с зеркалом. – Они прекрасно подойдут к твоему платью.

Мирэй выглянула из спальни Вивьен и, увидев Моро, снова скрылась за дверью.

Он открыл шкатулку. Там лежали изумительные серьги из синих камней, кольцо и тонкой работы колье.

– Синие алмазы? – заглянула внутрь и не поверила глазам Вивьен.

– Да. Украшения моей матери.

Обычно семейные драгоценности переходили к новой владелице после свадьбы. И Вивьен с сомнением уставилась на Моро. Она уже выбрала кольцо и серьги для бала, хоть они и были хороши, но выглядели намного скромнее камней Оливии Моро.

– Примерь, тебе пойдет.

Сандэр извлёк из шкатулки колье. Камни заиграли в свете обычных свечей редкими темно-красными всполохами, характерными только для синих алмазов. Вивьен залюбовалась искусной работой.

Их давно перестали добывать. Новых камней много лет не видели даже самые пронырливые и хитрые мастера – ювелиры, а те старые камни, которых было совсем немного, надежно хранились в сокровищницах древних магических родов. У Вивьен таких не было, но она видела подобные алмазы у Левадии. Эти камни вызывали у нее, как артефактолога, чистый восторг вечного экспериментатора: сильные, надежные, с отличной памятью и прочностью. Сколько всего необычного и нового можно было бы придумать с их помощью!

– Позволишь? – Сандэр жестом показал, что хотел бы застегнуть колье на шее Вивьен. Она повернулась к нему спиной, наблюдая за его движениями в отражении зеркала.

Он легко справился с застежкой и не удержался, наклонился и поцеловал невесту в обнаженное плечо. Лукаво и с довольной миной глянул на нее в зеркало, ожидая получить в ответ возмущенное шипение, но увидел, как Вивьен отстраненно поправила украшение подушечками пальцев, чтобы лежало ровно на ключицах, и слегка побледнела.

– Что-то не так? – сразу заметил ее замешательство Сандэр.

– Нет, все в порядке. – она протянула к нему руку ладонью вверх. – Теперь серьги.

Моро отдал короткие подвески.

Вивьен вставила швензы в мочки, слегка повернула голову налево, потом направо, чтобы оценить украшения на себе.

Сандэр довольно улыбнулся, наблюдая за ней.

– Тебе к лицу.

– Такие украшения любой девушке к лицу. Кольцо?

– Да, конечно. Можно я сам?

Она сжала кулачок и оттопырила пальчик, на котором обычно носили помолвочное кольцо. Оно село на как влитое.

– Словно для тебя создано.

Вивьен пристально разглядывала камень на руке.

– Это родовые украшения вашей матушки? Или ей подарил их лорд Моро?

– Отец говорил, что эти алмазы она получила как свадебный подарок от тетушки Гвендолин.

Вивьен хмурилась.

– Она их часто носила?

– Гвендолин?

– Оливия.

– Нет, она предпочитала жемчуг.

– А принцесса их тоже носила?

– Скорее всего – да, в императорской семье принято выходить в любых украшениях из сокровищницы, и дарить их потом тоже допускается.

В дверь постучали. и вошел Бридж.

– Милорд, миледи, – обратился он к ним. – лорд Моро ожидает вас внизу. Экипажи поданы.

– Экипажи? – удивилась Вивьен.

– Да, отец и Арно поедут отдельно от нас. Ты рада?.. – Сандэр поймал в зеркале ее ошеломлённый взгляд.

Еще большее изумление ожидало ее внизу у входа, на парадной лестнице.

Уже стемнело, она вышла, закутанная в белоснежную меховую накидку с капюшоном, и замерла, любуясь неожиданным и странным зрелищем.

Держа в руках факелы на длинных ножках, в парадной одежде, парами, верхом на лошадях в парадной упряжи, экипажи приготовились сопровождать все боевые маги лорда Моро – старшего.

– Нас будут так усердно охранять… Мне следует что-то знать? – остановилась и насторожилась Вивьен.

– Не волнуйся, простая формальность. Считай, дань традициям. И просто красиво… Разве не так должна являться во дворец моя невеста? – улыбнулся Сандэр, беря ее под руку и увлекая вниз по длинной и широкой мраморной лестнице. – Вивьен, пора. Без нас, конечно, не начнут, но Его Величество не любит ждать…

Она устроилась на сиденье напротив Сандэра и расправила складки юбки. Моро, скрестив руки на груди, разглядывал ее и молчал. Ее это устраивало, ей нужно было собраться с мыслями и не упустить сегодня ничего важного.

О том, почему от колье Оливии Моро едва заметно тянуло черной магией, она подумает после завершения торжества.

На императорский бал Вивьен возлагала большие надежды и ожидания. Ей пора было приступать к выполнению просьбы дяди Лариуса. А для этого ей были нужны полезные связи и сведения. Добыть второе, не имея первого, было невозможно.

В идеале, неплохо было бы познакомиться и подружиться с местной Хлоей Горгун, такой же всеведущей дамой, вроде той, что служила фрейлиной в свите ее тетушки, Великой Княгини Левадии Валорийской, и относилась к той уникальной породе людей, которые всегда и всё про всех знали.

Вивьен вынесла из своего опыта путешествий с отцом по другим мирам, что при дворе любого правителя, будь то император, царь, князь или кто другой, всегда имелась своя «Хлоя».

Подобные «Хлои» обладали удивительным магнетизмом и притягивали к себе самые свежие новости и сплетни. Они легко сходились с людьми, заводили новые знакомства и одинаково были нужны и тем, кто нес им новости, и тем, кто шел к ним за новостями. И всегда ухитрялись в нужное время оказываться в нужном месте. У них было развито безошибочное, почти животное, чутье на всё новое, необычное и скандальное. Они этим жили и дышали, это делало их существование осмысленным и наполненным.

Именно такую даму Вивьен предстояло разыскать при дворе Доминика Алгейского.

И не просто разыскать, но и подружиться с ней.

***

Запыхавшийся камерарий Его Величества заглянул в кабинет церемониймейстера.

– Дарий, хорошо, что ты здесь… – выпалил он, едва переводя дух. – Давай за мной.

– Ну вот, началось. – простонал с тихим ужасом Силимон, обхватывая ладонями голову. – Теперь меня точно казнят…

– Да погоди ты причитать… Заладил: казнят, казнят… Что случилось-то? – живо откликнулся Дарий, поднимаясь и снимая со спинки стула камзол. – Невесте Главного инквизитора сделалось дурно?

– Нет. С невестой всё замечательно, она еще всех нас, вместе взятых, переживет. Лорд Горлум, похоже, собрался к праотцам. Так что, давай, поторапливайся.

– Ах ты, нелегкая, как он не вовремя… – сразу заспешил к двери целитель.

***

Танцевал Его Величество великолепно.

По Протоколу один танец императора с невестой племянника был обязателен. Второй – по желанию, как знак особого расположения к гостье.

Это был их третий танец. Третий… Вечер странностей, который начался для Вивьен еще в резиденции Моро с колье Оливии, продолжался.

Вивьен недоумевала.

Но, возможно, Доминик Алгейский просто очень любил танцевать?

С другой стороны, когда у нее вновь появится повод вот так запросто и близко пообщаться с императором? Нужно уметь пользоваться любой возможностью.

Вивьен улыбалась и смотрела на Его Величество.

Да, она помнила, о чем ее предупреждали и лорд Парвай, и отец, но к такому готова не была. Нужно было быть слепцом, чтобы не заметить поразительного сходства Сандэра Моро и Доминика Алгейского. Пусть Доминик выглядел старше и чуть уступал Сандэру в росте, и глаза у него были темные как ночь. Но в остальном…

Вивьен снова восхитилась лордом Кристианом Моро.

Столько лет с таким достоинством и невозмутимостью он нес груз чужих грехов, что смог заткнуть рты даже самым рьяным блюстителям нравственности и поборникам морали. Ведь он искренне считал Сандэра своим сыном, а Сандэр – его своим отцом. И обоих нельзя было назвать глупыми или слепыми.

Нужно отдать должное, двигался Доминик превосходно, вел партнершу в танце идеально. И всё было так красиво и празднично: и музыка, и огромный, искусно украшенный зал, и множество раздосадованных и завистливых женских лиц всех возрастов, и статные кавалеры, и ловко маневрирующие между гостями слуги, разносившие на подносах прохладительные напитки …

Если бы не… досадные мелочи.

Эти мелочи, возможно, незаметные со стороны, вводили Вивьен в ступор и смущали, вгоняли в краску. Или у нее после пребывания в резиденции Моро повысилась мнительность? И чудилось всякое?.. Или всё-таки не чудилось?

В кольце его рук Вивьен чувствовала себя… неприлично, как в объятиях. Крепкая ладонь вжималась в ее талию. И взгляд. Казалось, он смотрел ровно и спокойно, а ей хотелось убежать от этого взгляда, спрятаться и закричать, что не надо так на нее смотреть! Она недостаточно взрослая для таких взглядов! Она не знала, что с ними делать, и как на них отвечать…Она не хотела, чтобы на нее так смотрели, чтобы он так на нее смотрел.

– Я знаком с вашим отцом, но никогда не слышал о вашей матушке. – сказал Доминик, когда они в очередной раз сменили фигуру в танце, и он снова вжал ладонь в ее талию. И небрежно уточнил: – Она валорийка?

– Нет, она не здешняя.

Император прекрасно уловил, что она имела в виду под словом «нездешняя», и довольно прищурился, словно и ожидал именно такой ответ и остался им доволен.

– Как ее зовут?

– Маиса.

Он помолчал, глядя на нее так, словно засомневался в ее словах.

– Красивое имя. Вы, наверное, на нее очень похожи.

– Нет. Дядя Лариус всегда говорил, что я пошла в их породу, и очень похожа на отца.

Смена фигуры и снова такой же странный взгляд. Видимо, Сандэр у него научился так смотреть.

– У вас необычный вкус. Выбрать синее платье на бал в честь собственной помолвки. В этом есть нечто непостижимое, таинственное…

Что-то ей подсказывало, что, даже если честно объяснить причину своего выбора, Его Величество всё равно не слезет с этого коня. Похоже, император назначил ее на сегодня самой загадочной персоной на балу.

Что ж, если ему так угодно, пусть потешится… В таких случаях спорить и объяснять бесполезно, мудрее помалкивать и терпеливо переждать, пока всё закончится само собой.

А как просто объяснялось всё на самом деле… В светлых платьях она блистала на торжественных приемах в Валории, они ей до ужаса наскучили. А правила бала в честь помолвки, установленные церемониймейстером, допускали любой цвет. Она воспользовалась и выбрала синий. Вот и вся загадка.

– Вы как кусочек неба, выглянувшее среди множества белых облаков…

Да, если местные дамы хотели, чтобы невеста затерялась в этих облаках, то они добились противоположного эффекта. Вивьен было заметно из любого конца бального зала.

Музыка смолкла, и Вивьен присела перед императором в реверансе, затем, словно невзначай, бросила взгляд в сторону и боковым зрением заметила спешащего к ней Сандэра.

Еще ни разу в жизни Вивьен так не радовалась его появлению.

Слава богам, конец этой пытке!

– Простите, Ваше Величество, кажется, Сандэр уже заскучал без меня. – ослепительно улыбнулась она Доминику и неторопливо, с грациозностью махитанской бабочки, развернулась и вспорхнула навстречу счастливому жениху, хотя хотела бы броситься со всех ног и удрать побыстрее. И не к Сандру, а прочь из бального зала.

Уходя, Вивьен затылком чувствовала тяжелый взгляд Доминика.

***

Гвенни, уперев ладони в холодную мраморную столешницу по обе стороны от рукомойника, опустив плечи и голову, тяжело дыша, стояла в туалетной комнате.

Из открытого крана хлестала вода, в запертую дверь беспрестанно стучала и звала ее встревоженным голосом фрейлина.

– Ваше Высочество!.. Что с вами?.. Ваше Высочество!.. Вам плохо?.. Позвать целителя?.. Ваше Высочество!.. Целитель уже пришел!..

Но принцесса словно оглохла и ослепла. Она смотрела перед собой, не видя и не слыша ничего вокруг.

Она сбежала из зала в свои покои, как только выпала первая возможность.

Сегодня Гвенни снова провалилась в страшные воспоминания многолетней давности, когда был еще жив ее родной брат Филипп, и старые страхи и призраки вновь восстали, наполняя ужасом прошлого все ее существо.

Эта девочка, валорийская княжна, невеста Сандэра… Она так похожа на ее лучшую подругу Сайю. Нет, не просто похожа, она ее двойник, сестра-близнец…

Боги! Разве такое возможно?

Знак. Дурной знак… Быть беде. Снова быть беде.

Гвенни вскинула голову.

Перед ней на стене висело зеркало в роскошной золоченой оправе. Она увидела свое мертвенно-бледное лицо, заострившиеся скулы и сухие провалившиеся глаза.

Быть беде. Снова быть беде.

Она слишком хорошо знала Доминика и видела, как он смотрел на невесту племянника. Ничего доброго этот взгляд не сулил.

Гвенни не сомневалась, брат не сдержится. Посягнет на чужое… И тогда Сандэр убьет его. И история повторится.

Принцесса решительно тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли.

Нет.

В этот раз она не будет безропотно наблюдать, как гибнут ее близкие. Она не допустит в императорской семье нового несчастья.

Ее Высочество смочила руки и брызнула себе в лицо, потом взяла полотенце и промокнула влажную кожу, закрутила вентиль крана. Выпрямилась, развернулась и подошла к двери, распахнула ее, встретившись глазами с испуганным взглядом фрейлины. За ее спиной мельтешил помощник Главного целителя Дария.

– Пошли вон. – ледяным голосом отрезала Принцесса.

– Но Ваше Высочество… вас нужно привести в порядок, в таком виде нельзя к гостям… – залепетала, заикаясь, фрейлина.

– Вас следует осмотреть… – робко поддакивал ей целитель, держа в руках высокий фужер с темной жидкостью. – Ваш успокоительный отвар…

– Вон, я сказала… Оба.

Виновато переглянувшись, фрейлина и целитель удалились.

Оставшись одна, Гвендолин несколько раз, нервно заламывая руки, прошла по комнате туда-сюда.

Ей нужно успокоиться. Здравые решения она сможет принимать только с холодной головой.

Целитель, уходя, предусмотрительно оставил фужер с заготовленным отваром на небольшом столике у двери, и она подошла, взяла его и опрокинула в себя одним глотком.

Поморщилась. Горький. Гадость.

Гвенни еще пометалась по комнате и рухнула в любимое кресло, стоявшее у нерастопленного камина.

Отвар начал понемногу действовать.

Сердце постепенно усмиряло лихорадочную скачку, дыхание выравнивалось, мысли выстраивались в ровные ряды.

Она обязательно что-нибудь придумает. Обязательно. Даже если ради этого ей придется избавиться от валорийской гостьи навсегда.

***

Его Величество, выпустив, не по своей воле, птичку из клетки своих объятий, пристально смотрел ей вслед, пока синяя дымка платья не растворилась в толпе.

К нему сразу подошла Гвендолин и заговорила, глядя на него пытливо-тревожными глазами. Он почти не слушал сестру, хоть и отвечал уверенно и бодро кивал и, судя по тому, с каким видом покинула его принцесса, отвечал невпопад.

Доминик думал о ней, о своей Сайянаре, невольно и непрерывно выискивая ее в многолюдье огромного бального зала. Он был опьянен и окрылен неожиданно свалившимся на него счастьем.

Неужели это случилось?! И боги смиловались над ним, простили его прегрешения и после стольких лет безуспешных поисков вернули ее!

Он напрочь забыл, что девушка – невеста его племянника. Его накрыл небывалый подъем сил и воодушевления.

Перед глазами всплывали приятно щекочущие воспоминания: чистая гладкая кожа, влажные ровные жемчужины зубов в приоткрытой улыбке, синие, как морская бездна, глаза. И голос. Такой же глубокий, грудной, волнующий. Она нисколько не стремилась ему понравится, не заискивала, не трепетала перед ним, а вела себя на равных, как и Сайянара, когда он впервые ее встретил. Даже не так… Это ему хотелось понравиться ей, завоевать ее внимание и симпатию. Он был готов на всё ради одной улыбки. Даже бросить к ее ногам целую империю.

Ничего в этом мире с годами, и даже столетиями, не менялось. Всё точно так же, как и много лет назад… Как он ошибался, когда думал, что повзрослел, изменился, стал другим, умудренным опытным любовником, знавшим и видевшим женщин и их повадки насквозь, считавшим, что никто и никогда не пробьет броню, которую он нарастил в своем сердце.

И что?

Было достаточно одного ее появления, одного мимолетного взгляда, одного звука чарующего голоса, и вся его многолетняя опытность слетела, как пыльца с цветка от порыва ветра. Его самообладание и хладнокровие улетучились в одно мгновение. Доминик рядом с ней снова почувствовал себя двадцатилетним мальчишкой, робким и неуверенным в себе.

Мысленно витая в облаках, он не сразу сообразил, почему перед ним в глубоком реверансе застыла леди Мадина Марильо, выставляя напоказ красивое, туго обтянутое парчой декольте, и, сладко улыбаясь, смотрела ему в глаза.

Какая же она назойливая и навязчивая… Как она ему надоела… Что ей сейчас понадобилось от него?..

А… верно, она хотела танцевать… Танцевать. Танцевать?.. С ним?.. Снизойти до этой кокетки, пусть и родовитой, после того, как в его объятиях побывало самое чистейшее божество, казалось ему равным предательству, осквернению святыни. Как если бы он, после очищающей молитвы и принесения на алтарь жертвенных даров, выйдя из Храма Богини-Покровительницы, предался сладострастию прямо на его ступенях.

Его Величество собирался порвать с Мадиной после бала. Но зачем тянуть, если его уже давно тяготила эта связь? Он и мужа ей присмотрел.

– Что вам угодно? – процедил Доминик с брезгливым выражением лица.

Все любовницы Доминика были, за редким исключением, незамужними девицами из захудалых обедневших, хоть и древних, аристократических родов.

После того, как пылкость императора угасала, очередная фаворитка получала приличное приданое и довольно скоро выходила замуж, со временем обзаводясь большим домом в столице, загородным поместьем, многочисленными детьми и превращаясь в ярую поборницу морали и нравственности.

Даже сегодня на балу его бывших любовниц было не меньше десятка, и все как на подбор, уважаемые почтенные матери семейств, разодетые в белые шелка и бархат, увешанные сверкающими драгоценностями. Те, что были помудрее, выйдя замуж, предпочитали не появляться во дворце, тихо ведя тот образ жизни, ради которого когда-то прибыли в столицу из своих полуразвалившихся замков в провинциях.

Конечно, каждая из фавориток Его Величества втайне мечтала стать императрицей, считая себя намного умнее и достойнее прочих претенденток. Доминик тихонько посмеивался над этим, но никогда никого ни в чем не разубеждал и никому ничего не обещал.

Отправив бывшую фаворитку в полуобморочное состояние своей холодностью и пренебрежением, он пребывал в приподнятом расположении духа, которого давно не испытывал.

Доминик поискал глазами Верховного мага и едва заметно кивнул ему на двери, ведущие в крыло в сторону своего кабинета.

Лорд Кристиан Моро, разговаривавший в это время с валорийским послом, подал знак, что понял его просьбу и присоединиться к нему, как только сможет.

После этого император покинул бальный зал.

Доминик так стремительно шагал по анфиладе комнат дворца, что слуги едва успевали распахивать перед ним очередные двери.

Он вошел в кабинет.

Пальцы запутались в петлях парадного камзола, но он справился с ними и кинул его на гостевое кресло. Ворот сорочки из тончайшего сариского шелка нестерпимо душил, и император расстегнул верхние пуговицы, освобождая дыхание.

Доминик встал у окна и, отодвинув полупрозрачную занавеску, выглянул во двор.

Там полукругом стояли друг за другом, словно в длинной очереди, черные экипажи, чуть поодаль от них горели костры, у которых грелись возницы, и по границе огромного двора в оцеплении, верхом, заняли позиции маги с факелами в руках.

Тихонько скрипнула дверь, и в кабинет вошел лорд Моро.

– Почему ты мне ничего не сказал? – начал император, не оборачиваясь к нему и продолжая смотреть в окно.

– Что я должен был тебе сказать? – спокойно уточнил Кристиан.

– Я думал, ты не только мой Верховный маг, но и друг. Но ошибался.

– И в чем я тебя предал?

– Ты знал, но промолчал. Хотя мог мне сказать, мог привезти ее мне.

– Кого?

– Мою Сайянару. Ту, кого сегодня твой сын представил ко двору как свою невесту.

– Доминик, очнись. Эта девушка – валорийская княжна. Ее зовут Вивьен, она не имеет к Сайянаре никакого отношения.

– Да?.. Неужели?.. И поэтому ты притащил сюда всех своих сильнейших магов? – он резко развернулся, указывая вытянутой рукой на окно.

– В Империи неспокойно, сегодня здесь собралась вся аристократия Алгеи и лишние меры безопасности не помешают. – возразил Кристиан.

– Не лги мне. Я всё вижу. Ты подготовился… Ты знал, что я ее узнаю, что захочу вернуть…

– Доминик… – попытался объяснить Верховный маг.

Император перебил его:

– Напомни, когда ты собирался в Махитанию?

– Будущей весной.

– Не откладывай. Чего ждать?.. Весна или осень, какая разница… Поговори сегодня же с махитанским послом, обсудите новые сроки… И поезжай. Не затягивай.

– Но…

– Считай, что это приказ. Ты свободен.

***

Вивьен боялась, что Сандэр на балу будет постоянно крутиться около нее и ей не удастся ни познакомиться с кем-либо полезным, ни толком поговорить.

Но ошиблась.

На удивление, он предоставил ей полную свободу маневра, при этом постоянно держа ее в поле видимости. А если его не было поблизости, то его заменяли лорд Моро или Арно. Достаточно было повертеть головой из стороны в сторону, чтобы наткнуться взглядом на одного из них.

После третьего танца с императором Сандэр ловко вызволил ее из западни, спросил, не устала ли она, не желает ли напитков или закусок, – она отказалась, наедаться на балу так себе идея, – но попросила воды, и он ушел добывать ее.

Тем временем, пользуясь допущениями и некоторыми вольностями бального этикета, ее со всех сторон окружила армия в белом.

Леди представились, по очереди приседая в реверансе и склоняя изысканно уложенные головки всех мастей. Вивьен огляделась, оценивая ситуацию и возможные пути к отступлению, и внутренним чутьем сразу определила, что нужной «Хлои» среди них не было.

После нескольких скучных вопросов о впечатлениях гостьи от Алгеи и бала, красавицы перешли в наступление.

– Лорд Моро прятал вас от всех. Мы уже решили, что он боится, что мы расскажем вам о его приключениях…– тоненьким кукольным голоском произнесла одна из них.

– Да, и вы передумаете выходить за него замуж и вернетесь в Валорию…– подхватила другая.

Девицы дружно и сочувственно заохали, обмениваясь многозначительными взглядами.

Вивьен вежливо улыбнулась.

Если бы всё было так просто, она бы уже давно вернулась домой, и без погружения в занимательную историю подвигов Его Светлости.

– О своих приключениях он мне сам рассказывает.

– О, – многозначительно протянула та, что завела разговор первая, – вряд ли обо всех. Бывают, знаете ли, такие пикантные ситуации, о которых мужчины предпочитают молчать…

Все понимающе закивали и захихикали.

– Вот взять хотя бы прошлое лето…

Вивьен насторожилась.

А что прошлое лето? Они про Сайруса Крума? У нее пробежал по спине неприятный холодок. Это не осталось незамеченным для девиц, и они с огромным удовольствием истолковали отклик Вивьен по-своему.

– Сандэр отправился в экспедицию на север Империи охотиться на черных магов.

Не совсем.

На запад, в ковен Семи Лун. Охотиться на нее.

– И по дороге к ним привязалась одна назойливая девица…

Кто к кому привязался – большой вопрос. Сандэр сам настоял, чтобы они с Лео присоединились к отряду. Она не была в восторге от этой затеи.

– Знаете ли, такая…чересчур бойкая и смелая девица…

Ну, допустим.

– По дороге в Урсулан она подралась с целым кланом оборотней…

Наглая клевета, только с одним. Ладно, с двумя.

– Спала с Сандэром в одном шатре, – перешла на загадочный шепот девица, влажно блестя глазами, и слегка подрумянилась на скулах.

Да. Что было, то было. И не только с Сандэром, там еще Арно и Лео спали.

Вивьен слушала великосветские сплетни и удивлялась. Странное дело, но когда другие пересказывали ей ее собственные приключения, со стороны они выглядели куда более неприличными и увлекательными, чем когда это с ней происходило на самом деле. Интересно, почему?

– … и после всего этого вскружила ему голову и нахально исчезла… – продолжала девица.

А вот это полная ерунда. Вивьен была в корне не согласна с такой постановкой вопроса.

Во-первых, не исчезла, а продолжила свой путь в Урсулан, как и собиралась до того, как Моро вынудил ее поменять планы и тащиться вместе с отрядом инквизиторов около телеги с акатлановой клеткой. Во-вторых, вы когда-нибудь пробовали около акатлановой клетки ехать верхом, в одном седле с Его Светлостью, почти две седмицы? Вот попробуйте. Сомнительное удовольствие… В-третьих…

– Да-а-а, – манерно подхватила другая, сбивая Вивьен с мысли, – а потом он целый год гонялся за ней по всей Империи.

– И как? – не сдержала иронии Вивьен. – Догнал?

– Нет, она просто исчезла, оставив в его сердце глубокую незаживающую рану… – девица закатила глаза к потолку.

Это вряд ли… Такие, как Его Светлость, от ран не страдали никогда.

– Говорят, он сохнет по ней до сих пор…

– Долли, – нарочито осуждающе, но не без удовольствия, одернула ее одна из девиц. – Ее Высочеству, наверное, неприятно такое слышать.

– А что? Имея дело с мужчинами из этого рода, надо быть готовой ко всему. Сандэр не успокоиться никогда, это все знают. Уж такая у него в Урсулане репутация…

Девицы дружно, как фарфоровые болванчики, закивали идеально уложенными головками.

– А ведь это очень важно, то, что вы сейчас сказали… Предлагаю развеять сомнения хотя бы в этом вопросе и поставить точку. Прямо сейчас. Навсегда. – с серьезным видом предложила Вивьен. – И спросить у него самого: сохнет до сих пор или нет?

И она, поймав взгляд жениха, пробиравшегося к ней через толпы с бокалом воды, радостно помахала ему рукой:

– Вот и он сам! Как говорится, на ловца и зверь… Давайте выясним у него вместе и прямо сейчас и…

Девицы неожиданно ссутулились, задергались, засуетились, подхватили юбки и под разными предлогами прыснули в разные стороны, словно мышки при появлении кота, мгновенно теряясь в толпе.

Вивьен, довольная результатом, осмотрелась и рассмеялась.

– Я что-то пропустил? – спросил Сандэр, протягивая воду, с довольным видом оглядываясь, и, как обычно, кладя руку ей на талию.

– Нет, ты очень вовремя. Меня мучает жуткая жажда… – она забрала у него бокал и с удовольствием сделала несколько глотков.

Второй раз за сегодня он спасал ее.

Даже третий, считая воду.

***

Лорд Йорн Нориш, старший брат леди Арланы, задержался в лаборатории инквизиции, из которой не вылезал последние несколько седмиц.

Он, пока безрезультатно, бился над созданием нового защитного доспеха от черной магии. И все его мысли были заняты только поиском надежных охранительных источников. Он перепробовал уже много чего: прямые защитные заклинания, вшитые в ткань артефакты, хитроумные конструкции самих костюмов – не работало ничего.

По этой причине Йорн явился на императорский бал с глубоким опозданием, когда праздник был в самом разгаре, и погруженный в собственные размышления, не имея веселого настроения и не замечая ничего вокруг. С кем-то здоровался, даже пожал кому-то руку, не силясь запомнить, кому и зачем.

Он сразу для себя решил, что от огромного, ярко освещенного помещения, где слишком громко гремела музыка и было душно от свечей и танцев, будет держаться подальше и, переходя из одного зала в другой, остался в том небольшом, уютном, больше похожим на маленькую гостиную, где никого не было, но стояли длинный стол с легкими закусками и напитками, диванчик и несколько низких мягких кресел на изогнутых ножках, в которых было удобно отдыхать.

Глядя на нанизанные на маленькие шпажки угощения, стройными разноцветными рядами разложенными на блюдах, маленькие вазочки и хрустальные креманки изящных форм с мелко порубленными мясом, рыбой, овощами и политых различными соусами, Йорн осознал, что проголодался.

– Ну наконец-то! Насилу тебя нашел! – победно провозгласил вошедший в комнату маг.

– Прости, Альфред, замотался и потерял счет времени… Помнишь, мы недавно обсуждали, и я сегодня попробовал заменить в защитной конструкции костюма средний слой на тонкие пластины обработанной магией вулканической магмы, и, мне кажется, я уже близок к успеху…

Тот, кого назвали Альфредом, подошел к Йорну, вздохнул, обнял его за плечи:

– Послушай, я за последний несколько месяцев выдохся и устал, как пёс, я просто хочу отдохнуть, понимаешь?.. Так, чтобы не говорить о службе, не гоняться за черными магами, не обсуждать твои неудачные эксперименты, а просто хорошо провести время… Ты можешь хоть немного расслабиться, отпустить ситуацию?.. Сегодня для этого прекрасный повод: помолвка твоего друга Сандэра… Выпей вина, пригласи на танец какую-нибудь очаровательную леди, их тут с избытком, – и, понизив голос почти до шепота, добавил, – может, присмотришь себе какую-нибудь красавицу, давно пора!.. Развлекись…Ты же нигде не бываешь, кроме своей лаборатории… Ты скисаешь там, это плохо сказывается и на твоих магических опытах…

Йорн молча выслушал мага-сослуживца:

– Пожалуй, ты прав… Ступай, Фредди, ступай, потанцуй…

– А ты?

– Я?.. Я голоден, а тут… – он указал рукой в сторону щедро заставленного деликатесами стола. – Устрою себе нескромную пирушку…

– Хорошо, – согласился Фредди, – но не смей объедаться до отвала. Жду тебя в зале. И не смей отлынивать от танцев и хорошеньких девиц!

– Договорились…

Альфред ушел, а Йорн вернулся к столу. Он набрал еды в тарелку и осмотрелся.

Единственный в комнате диванчик был занят юной леди, которую он сначала не заметил. Йорн видел ее в первый раз. В руках она держала бокал с напитком. Рядом вполне хватало место и ему. Приблизившись, он спросил разрешения сесть рядом. Она позволила и даже немного подвинулась, освобождая ему больше места.

Это был хитрый продуманный маневр.

Теперь всякий, кто войдет в комнату, подумает, что он и девушка общаются, и удалиться, чтобы не мешать им. А если он займет свободное кресло, то к нему опять пристанет Альфред или кто-то вроде него со своими ненужными советами.

Йорн сел и тут же провалился в мысли о защитном костюме, теряя себя во времени и пространстве.

– А вы не пробовали вместо среднего слоя использовать акатлан?

Йорн вынырнул из своих размышлений и удивленно уставился на соседку. Ему показалась или она это вслух произнесла?

– Простите, я невольно подслушала ваш разговор с Альфредом. – улыбнулась она.

Она знает Альфреда? Значит, она из его многочисленной родни. У Фредди сестер и кузин столько, что он сам в них путался иногда.

– Вы тоже интересуетесь магическими опытами?

– Немного.

– Но акатлан… он убивает магию. С ним и работать невозможно.

– Всё зависит от размера камня. Вы знаете, что некоторые растения ядовиты? Но в мизерных дозах их соки могут оказывать лечебное действие…

– Хотите сказать…

– Да. А что, если его растереть в порошок и взять щепотку, распределить на всю поверхность тонким ровным слоем? вдруг сработает?

– Возможно… Возможно… Вы что-то подобное уже пробовали? – оживился Йорн, напрочь забывая, что скучными магическими науками леди обычно не интересовались.

– Не совсем. – уклончиво ответила она. – Мне это пришло в голову, когда вы про магму упомянули.

Мысли мага сразу лихорадочно забегали, охватывая кучу всевозможных проблем, связанных с акатланом, от «где взять небольшой камушек» до «как и чем растереть в порошок».

Он порывисто поднялся и снова подошел к столу.

– Простите, от наплыва идей всегда просыпается зверский аппетит, – обернулся он к незнакомке.

– Понимаю.

– Хотите? – Йорн взял с блюда аккуратно двумя пальцами и протянул ей шпажку с насаженными кусочками ярких фруктов.

– Не откажусь.

Они проболтали с четверть часа, бурно обсуждая, какими безопасными способами можно расколоть акатлан, прежде чем Йорн вспомнил обещания, данные Альфреду, и устыдился, что до сих пор не позвал юную леди танцевать. Он знал, как сильно молодые девушки любят танцы. Да и не немолодые тоже.

К его несказанной радости она согласилась.

Они вернулись в душный зал с танцующими парами. Йорн недурно танцевал, да и партнерша не отставала от него.

Когда музыка стихла, Йорн увидел, что к ним направляется улыбающийся Сандэр. И вдруг понял, что он, растяпа эдакий, за все это время не поинтересовался, как зовут прекрасную незнакомку с синем платье, и толком не представился сам.

Но Сандэр неожиданно пришел ему на помощь:

– Ах, вот ты где…– протянул он. – Появился на балу и сразу с порога бросился ухаживать за моей невестой?..

Йорн онемел.

Невестой?.. Он опять что-то забыл или напутал?.. Разве невеста не должна быть на балу в белом?

***

Оказалось, что даже по балам можно соскучиться.

Вивьен, с того момента, как поселилась в резиденции Моро, не посещала никаких светских развлечений, и торжество пришлось ей по вкусу.

Его размах впечатлял, а она знала толк в балах.

Она с удовольствием танцевала и с Сандэром, и с другими кавалерами. Правда, Его Светлость наблюдал за каждым ее танцем, в одиночестве стоя у одной из колонн, но чаще ведя с кем-нибудь беседу и время от времени поглядывая в ее сторону.

Вивьен кивком поприветствовала посла Валории Дольда Парвайя и перекинулась парой слов с Греем Асканом, который только вчера вернулся из Валории и обещал приехать к ней завтра в резиденцию Моро с визитом и передать весточку от Сали.

Когда она по привычке оглядывала зал, ей все время бросалась в глаза беловолосая красавица в красном. Сейчас она стояла и разговаривала с Сандэром. Девушка лучезарно улыбалась.

– Кто это? – спросила Вивьен у Арно.

– Где?

– Вон там, с Сандэром.

– Арлана Нориш, бывшая Сандэра. – сказал и сам испугался своих слов, словно сболтнул лишнее. – Ты не подумай… Между ними давно ничего нет, они расстались больше года назад…– поспешно проговорил Арно, словно оправдываясь.

Но Вивьен уже не слушала его, она не сводила с парочки глаз.

Нориш?

Она сегодня уже слышала это имя. И внешне миловидный сероглазый блондин был очень похож на красавицу в красном.

– Йорн Нориш ее брат?

Арно кивнул, отпивая из бокала вино.

– Они великолепно смотрятся вместе. – произнесла она вслух, что и так было очевидно окружающим.

Арлана – высокая, всего на полголовы ниже Сандэра, тоненькая и очень красивая.

Арно поперхнулся вином и смутился.

– Лана выходит замуж за Эша Гриза… Где же он?.. – вытянул он шею, пытаясь найти счастливого жениха. – Наверняка где-то здесь, он от нее далеко не отходит…

– Правильно делает. Такую надо хватать, бежать, прятать и никому не показывать.

– Хочешь, пойдем потанцуем? – виновато предложил Арно.

– Нет. Я хочу подышать свежим воздухом. Здесь душно и жарко. Где здесь балкон?

– В той стороне.

Арно снял камзол и протянул Вивьен.

– Там холодно. Тебе составить компанию?

– Нет.

***

Вивьен вышла на длинный, широкий балкон, кутаясь в камзол Арно.

Перед ней внизу простирался огромный императорский парк с множеством извилистых дорожек и высоких фонарей.

Здесь было темно, лишь небольшая центральная площадка балкона освещалась падающим из высоких стрельчатых окон светом.

Изо рта шел пар.

– А вы бунтарка, Ваше Высочество. – иронично произнесла темнота и зашевелилась.

Вивьен повернула голову в сторону голоса. Она знала, что не одна здесь.

– Вовсе нет. На самом деле я жуткая трусиха.

– Да? А так по вам и не скажешь…

– Я тщательно скрываю это.

В пятне света появилась холеная красивая незнакомка в черном платье, не юная, но молодая.

– Леди Эмбер Ланье. – преставилась она.

– Леди Вивьен Сурим.

– Я знаю. Все весь вечер только о вас и говорят… Великолепный наряд. Изольда шила?

– Госпожа Тье.

– Да, она умеет удивлять… и когда надо, держать язык за зубами. Даже мне ни словом не обмолвилась… Хотите вина? – она вытянула вперед правую руку, в которой держала откупоренную бутылку.

– Хочу…

– Только у меня один бокал.

– Мы что-нибудь придумаем…

Вивьен выдохнула и произнесла над образовавшимся паром заклинание. Облачно мгновенно превратилось в крупный кусок льда, который повис в воздухе.

Она снова шепнула нужные слова, и лед превратился в изящный резной бокал на высокой ножке, стряхнув на пол балкона лишние осколки.

– Впечатляет… Вы еще и маг?

– Это не магия…

– Разве?.. А что?

– Так… Баловство со стихиями…

– Вы – ведьма? – не то чтобы удивилась, скорее, уточнила леди Лавье.

– Любая женщина немного ведьма, но не каждая готова признаться себе в этом…

– Вот как?.. Любопытно… Никогда об этом мне думала… – она тонким пальчиком осторожно прикоснулась к творению изо льда. – Надо же… как настоящий… А можно и мне такой?

– Почему бы и нет?..

Полчаса спустя они болтали, смеялись и обе пили вино из хрустально-ледяных бокалов.

– А как вы догадались, что все наши девы, как одна, облачатся в белое?

Вивьен рассмеялась.

– Никак… Не догадывалась. Я вообще об этом не думала.

Эмбер Лавье сначала сдержанно фыркнула, но потом расхохоталась.

– Бедняжки… Представляю, сколько будет обсуждений в дамских салонах! До следующего бала точно не успокоятся… Сандэр преподнес вам колье Оракула, – она кивнула на алмазы, – щедрый жест для жениха.

– Это колье Оракула? —коснулась ладонью украшения на шее Вивьен.

– Да, раньше эти алмазы принадлежали сокровищнице Верховных Оракулов. Когда Горлума произвели в Святейшие, он на радостях перетряхнул доставшиеся вместе с титулом сундуки и подарил Гвендолин эти украшения. Там были кольцо, браслет, серьги, колье и тиара. Гвенни сначала обрадовалась и носила их часто. Потом, когда Горлум обозначил на нее свои матримониальные планы, ее пыл поубавился, и она надолго упрятала их в свою сокровищницу. Ну не возвращать же святоше такую красоту!.. А потом расщедрилась и часть украшений преподнесла на свадьбу Оливии с Кристианом. Может, назло Горлуму, а может, по другой причине, не знаю… Она ведь тогда была влюблена в Моро, как кошка, и сама мечтала за него выйти… Кстати, не удивлюсь, если Горлума сегодня хватил удар после того, как он разглядел на вас свои цацки. Он у нас известный жмот.

– Лорда Горлума удар хватил сегодня? – расстроилась Вивьен.

А она-то удивлялась, почему Святейшего нет на балу, ведь ей так хотелось быть ему представленной и при удачном стечении обстоятельств напроситься в его библиотеку.

– Ну, может не удар, я не знаю. – глотнула вина леди Эмбер. – Его Дарий увез в императорский лазарет…

Обе замолчали, когда открылась дверь и на балкон выглянул мужчина. В темноте его невозможно было разглядеть.

– Матушка, матушка, вы здесь?..– негромко позвал он в полной темноте и тишине. – Смотрите, что я принес… – он вытянул руку с бутылкой на свет, словно с приманкой. – Валорийское, ваше любимое. Урвал последнюю…

Обе с интересом выслушали незваного визитера и оценивающе прицелились к бутылке.

– Матушка?.. – неуверенно повторил гость.

– Ты, как всегда, опоздал, мой мальчик, и пропустил самое интересно. Где ты был?

– Простите, матушка, – с явным облегчением обратился он к темноте в сторону, откуда раздавался женский голос. – Оракулу стало дурно, я сопровождал его в лазарет.

– И как он?

– Дарий говорит, что пока очень плохо. Надежд мало.

– Что ж… Оракулу оракулово… Я бы хотела тебе кое-кого представить. Я здесь не одна…

– О, простите, миледи, – снова обратился к темноте с поклоном гость, – буду весьма рад.

Вивьен поставила бокал на поручень балюстрады и вышла из тьмы на свет.

– А мы знакомы. Здравствуй, Ланир…

– Знакомы? – удивилась леди Лавье.

– Вивьен? – остолбенел и чуть не выронил из рук бутылку Ланир. – Ты здесь?.. Откуда?

– Ты не говорил, что знаком с невестой Сандэра. – в шутку возмутилась леди Лавье.

– Невестой?.. – упавшим голосом повторил Ланир. – Так ты та самая валорийская княжна? – с опозданием догадался он.

– Ты не знал?

– Нет, матушка.

– Любопытно, когда и где вы успели познакомиться?

– Матушка, эта та самая девушка из прошлогодней летней экспедиции, про которую я вам рассказывал.

– Значит, все-таки бунтарка… – с удовольствием просмаковала вывод леди Лавье. – Мальчик мой, открывай валорийское. Такую встречу надо как следует отметить.

***

Когда леди Лавье ушла, Вивьен с Ланиром остались на балконе вдвоем.

– Жаль, что так вышло с лордом Горлумом.

– Жаль, – согласился Ланир, – но предсказуемо. Он в последнее время много болел и плохо выглядел, а к целителю отказывался обращаться. Вот и дождался…А у тебя к нему дело было?

– Как сказать… Скорее, небольшой исследовательский интерес. У него роскошная библиотека, о ней в Валории легенды ходят. Я имела на нее виды, но теперь нескоро получится.

– Почему? – оживился Ланир. – Очень даже получится. Библиотека в моем ведении, тем более сейчас, когда Святейший слёг.

Вивьен от радости чуть не подпрыгнула на месте.

– Ты серьезно? Не шутишь?.. И я смогу ее посетить?

– Конечно, приезжай, когда захочешь. Только предупреди заранее, чтобы я был на месте. Я сам тебе всё покажу в замке Оракула.

– Спасибо… Даже не верится, что ты ушел из инквизиции. Почему?

– Ну… так получилось. У нас с Сандэром возникли небольшие разногласия, и я счел правильным покинуть отряд. Так было лучше для всех.

– И тебе нравится быть хранителем?

– Нравится?.. Служба как служба. Расскажи лучше, как у тебя дела. Сандэр, наверное, ведет себя как цепной пес, готовый разорвать всякого, кто взглянет на тебя?

– Нет. – рассмеялась Вивьен. – Ну, если иногда…

– Тогда пойдем танцевать?

– А тебе можно танцевать?

– Мне можно всё.

***

Стрелки часов на центральной башне давно перешагнули отметку полуночи, но гости не торопились расходиться.

Празднество было в самом разгаре.

В парке запускали фейерверки, в бальном зале выкладывались на полную музыканты, слуги сновали с подносами напитков и еле успевали пополнять блюда на фуршетных столах.

Любой, непривыкший к таким праздникам, давно бы сбился с ног, свалился от усталости и уснул где-нибудь в укромной нише за длинной занавеской, или на маленьком бархатном диванчике в углу.

Но аристократия Урсулана славилась своей стойкостью и неутомимостью во всем, что касалось веселья.

Странно, но в этой комнатке, где стол ломился от явств, где было тихо и уютно, и где можно было перевести дыхание после толкучки и шума бального зала, снова никого не было.

Вивьен огляделась, выискивая какую-нибудь хитроумную магическую штучку, которая могла бы объяснить, что делало эту комнату невидимой для большинства гостей, но ничего такого, что отличало бы ее от других, не нашла. Обычный набор охранок и защитных сеток, как и везде во дворце.

Здесь на столе нашлось место даже небольшому графинчику с водой. Какая удача! К нему она и потянулась. Но едва взяла в руки бокал, как услышала позади:

– Сайянара?

Необычное звучание чужого, незнакомого имени заставило Вивьен вздрогнуть и обернуться.

Высокого, статного мужчину, стоявшего в дверном проеме, она не знала.

Защитная руна, раньше всегда молчавшая, вскипела на коже левого запястья, заставив ее поморщиться, а в голове так мимолетно вспыхнул и погас образ, что Вивьен еле успела ухватить и распознать его. Что-то глубокое, забытое, совсем давнее, вероятно, из самого раннего детства, которое она почти не помнила.

Оба несколько мгновений молча изучали друг друга, потом, с трудом скрывая разочарование, он произнес первым:

– Простите мою бестактность, госпожа, я обознался.

– Леди Вивьен Сурим, невеста лорда Сандэра Моро. – представилась она.

Незнакомец поклонился.

– Ран Баргу, секретарь Её Высочества принцессы Гвендолин, к вашим услугам, миледи.

Вивьен резко подобралась, глубоко втянула воздух, хищно прищурилась, словно охотник, взявший след долгожданной добычи, и, не пытаясь сдерживаться, радостно выплеснула:

– Вы – дракон!..

***

Осеннее ночное небо расчертило размытыми предрассветными бороздами розовых облаков, упиравшихся в горизонт, когда экипажи один за другим начали покидать площадь перед императорским дворцом.

Вивьен возвращалась в резиденцию Моро в отличном настроении. Бал полностью оправдал ее ожидания и даже дал чуть больше.

За сегодняшнюю ночь она получила столько, сколько не получала за всё время пребывания в резиденции Моро: вожделенное приглашение в библиотеку Оракула, знакомство с леди Эмбер Лавье, матерью Ланира, которая всё про всех в Урсулане знала, и приглашение от нее на званый обед. Но, самым грандиозным достижением, она считала то, что нашла для Теодоры настоящего дракона.

Да, Ран Баргу пытался всё отрицать и говорил, что она ошиблась, и с кем-то его спутала, но Вивьен была настойчива, непреклонна, и он сдался под напором ее обаяния, взяв с нее обещание оставить его тайну нераскрытой. Она согласилась в обмен на несколько уроков по управлению драконьей магией для Теа.

Ах, если бы и всё остальное она могла узнать и заполучить с такой же легкостью, как сегодня!

Единственное, что настораживало Вивьен, это хмурое сосредоточенное лицо лорда Кристиана Моро, – обратно все ехали в одном экипаже, и он сидел напротив нее. Сандэр расположился рядом и грел ей бок, – экипаж за ночь остыл, в нем было прохладно, – и держал ее руку в своей. Интуиция подсказывала, что всё не так гладко и хорошо, как ей кажется и как ей пытаются представить. Но что именно не так, Вивьен не понимала.

Она решила, что со временем и с этим разберется, надо только хорошенько выспаться и отдохнуть.

О том, какие сюрпризы готовило ей утро в резиденции Моро, она даже не догадывалась.