Читать книгу Убежище для своих - Ольга Назарова - Страница 2

Виктор Александрович Мошенов шёл по занесённому снегом Екатеринбургу в удивительно хорошем настроении.

Нет, даже не так! Настроение у него было расчудесное! А каким же ещё должно быть настроение, когда человек осознаёт, что избежал жуткой опасности?

– Это ж надо! Чуть так не вляпался… – время от времени бормотал Виктор Александрович, покрепче прижимая к себе объёмистый шуршащий свёрток. – А я ещё на отца злился, когда он мне начал опять втирать про семью и семейную жизнь!

Его отец и, по совместительству, работодатель, Александр Павлович Мошенов, который и отправил его из Москвы в Екатеринбург для руководства только открытым филиалом, недавно позвонил и устроил сыну дичайший разнос:

– Витька! Что происходит? В Москве ты работал спустя рукава, всё сетовал, что я тебя страхую и развернуться тебе негде, ладно, вот тебе фронт работы – вся Сибирь. Что? Опять негде разворачиваться? Почему показатели никакие? Что есть ты там, что нету… И вообще, почему ты не на работе?

Нет бы Витьке тогда немного спохватиться, сфокусироваться на разговоре с родителем, так нет… расслабился, утратил хватку, невольно проговорился, что он вовсе и не на работе. И вообще… у него, может, выходной… Что он, не человек, не мужчина?

– Ты что? ОПЯТЬ? Ты ж уезжал, клялся и божился, что едешь с женой, чтобы жизнь семейную налаживать! А ты снова какую-то красотку отыскал?

Нет, оно и понятно! Куда отцу его понять? Ему-то с Витькиной матерью повезло непомерно – от такой в сторону и гулять-то не хочется, а Света… Нет, Света и красивая, и хозяйка прекрасная, и так… хороша. Только очень уж управляемая – что Витька скажет, то она и делает. Прям как безукоризненная и исполнительная подчинённая! А ему, может, с огоньком хочется!

Нет, из семьи Виктор уходить не собирался – три года назад была у него попытка, спасибо, хватит! Это он так… жизни порадоваться, напомнить себе, что он – мужчина хоть куда! Ого-го ещё! А то… время-то проходит, и пугающе кажется, что чего-то он пропускает, не успевает за этим временем, что надо всё-всё успеть!

И вот только он нашёл себе новую цель – чудесную заводную рыженькую девчонку из цветочного магазинчика, как на́ тебе – так расслабился и так прокололся!

– Витька! Да как же ты не соображаешь? Это для тебя, дурака, игры, а для Светы всё всерьёз. И небось для девицы твоей новой – тоже!

– Да неее, пап, это так…

– Какой тебе так? Не можешь с женой жить – разводись! Только учти – она с детьми останется, а ты с чем? С новой женой и новыми детьми?

– Пап! Да что ты такими старомодными категориями мыслишь? – рассердился тогда Виктор. – Какая новая жена и новые дети? Я просто романчик планирую. Я не собираюсь от Светки уходить – она меня устраивает! Да и с ПП она не справится, и куда они тогда? Ко мне? Так мне сразу надо будет обет безбрачия брать – их-то точно никто выдержать не сможет.

Отец тогда долго и упорно бухтел по поводу его невозможно неправильных жизненных взглядов, романчиков и всего прочего. Едва от него Виктор сумел отвязаться, а потом… потом…

И зашёл-то он сегодня в магазинчик к красавице-Ирусе, чтобы просто пригласить её на обед. Нет, можно было позвонить, но магазин был неподалёку от офиса, что ж не зайти?

На двери висело хлипкое китайское звенящее подобие ловца ветра, которое Виктор умело придержал рукой – очень уж хотелось сделать сюрприз жизнерадостной Ирине.

У входа стояли искусственные заросли, а дальше начинались стойки с крупномерными живыми цветами, так что вход Ирусе был не очень виден.

Виктор, как хулиганский мальчишка, крался даже чуть пригнувшись – обуяло его этакое шаловливое настроение. Крался, крался, да так и застыл, насторожив уши.

Утром в магазине никого, кроме Ируси и его самого, не было, так что Иринин звонкий голос был Виктору преотлично слышен.

– Да, такой забавный папик… Нууу жена… жена есть, конечно. Даже пара детей имеется. Но мне-то что с того? Что значит, поиграет и бросит? Кто б ему позволил! Вот ещё! Я беременна? Нет, пока нет. Но постараюсь как можно скорее! И куда он тогда денется? Ой, да ладно тебе! Чего кошёлка из себя представляет по сравнению со мной? Так что разведётся как миленький и женится!

Виктор даже в первый момент не понял, к чему это всё… Потом до него стало доходить, что забавный папик для двадцатилетней Ирины – это он сам!

– Чё? – содержательно прошипел он, с трудом уворачиваясь от дружелюбного фикусного листа, который похлопывал его по физиономии – видимо, в качестве дружеской поддержки. Держись, мол, мужик… держись! Тут и не такого наслушаешься!

– Нее, он из Москвы, богатенький. Я сбегала в офисный центр, где он офис снимает, там моя одноклассница работает. Так вот, фирма нормальная, жирненькая, зарегена на его отца, то есть он не мошенник, а реально при деньгах! – продолжала описывать его Ируся. – Что сам? Ну, так… средней паршивости, но где они сейчас лучше-то? По крайней мере, такой… ухоженный и наивный.

– Я? Я наивный? – чуть было не взвыл Виктор Александрович, и уже благодарно покосился на фикусный лист, весьма удачно заткнувший ему рот. А Ируся продолжала:

– Ты прикинь… он такой смешной! Шифруется от своей жены, а я уже и пароль на его смартике подсмотрела, так что, как только у меня с ним всё получится, я ей сама наберу и всё скажу.

– Ути какая! – Виктор машинально покосился на карман дублёнки, где лежал предательский гаджет. – Ничего себе планы у Ирусика!

– Я думаю, дело выгорит! – уверено вещала «утикакая», опрыскивая орхидеи. – Нет, а что? Мужик практически не пристроенный бегает! Почему не пристроенный? Да потому что от жены пристроенные никуда не деваются! Вот у меня он шагу в сторону не сделает, сидеть рядом будет как миленький!

– Да-ты-чё? – даже слегка восхитился этакой наглостью Виктор, решительно, но по-прежнему крадучись, пробираясь к выходу.

Дружелюбный фикус махнул ему на прощание полосатой лиственной лапкой, и Виктор, придерживая хлипкий колокольчик на входном ловце ветра, решил, что сегодня же отправит зама его купить!

– А что? Облагораживать офис никогда не поздно! Опять же, я таких полезных растюх ещё не видал – столько нужного под ним услышал! – свойственна была Виктору некая сентиментальность.

Виктор вышел из магазина, старательно обогнул его так, чтобы его невозможно было увидеть из окон, и заторопился в офис.

– Это ж надо! Распланировала уже, где я около неё сидеть буду. Небось у её тапочек? Как собака? Да где мозги у этой свистульки? Все в ноги ушли? Кто я и кто она? Справки она обо мне наводила! Об отце даже узнала! О-ша-леть!

Тут Виктору пришло в голову, что именно об этом и говорил отец – девица-то отнюдь не рассматривала себя в роли временного развлечения, хотя Виктор ей ничего и не думал обещать или врать.

– Ишь… Светке она позвонит! Стоп! Светке она позвонит? – Виктор выхаживал по своему кабинету, и тут так затормозил, что чуть было не споткнулся. – Ёлки! А ведь может! Нет, она говорила, что позвонит, если того… ну, у неё всё получится, но я-то к ней больше и близко не подойду!

Виктор было облегчённо выдохнул, и тут же спохватился:

– Погодь! Так она же отомстить может… или решит своей пустой бестолковкой, что это меня жена заставила с ней порвать. Вот возьмёт и наберёт – чисто из стремления гадость ей сделать!

В кабинет тактично постучал помощник, но Виктор, напрочь забывший, для чего ещё вчера он велел ему зайти, чтобы не выглядеть рассеянным, отправил сотрудника в цветочный – купить полосатый фикус.

– Там один такой, не перепутаешь! Да, и скажи, чтобы эта… продавщица… как следует его запаковала. Для подарка!

Идея про подарок возникла спонтанно и потянула за собой новые размышления.

– Так… Светке надо что-то купить… А я её последнее время того… забросил совсем, так что пока она будет подарки распаковывать, я возьму её смартфон, внесу номер Ирки и поставлю его в чёрный список! А то… ишь, удумала эта ушлая мне семейную жизнь ломать!

Потом Виктор, став владельцем дружественного полосатого фикуса, отправился вместе с ним в ювелирный и восхитил продавщиц, попросив креативно упаковать его покупки вместе с растением.

– Девушки, на ветки привяжите коробочки, так чтобы распаковывать было поинтереснее, подольше! Да, бантов попышнее навяжите. Отлично! – командовал он. – И растюху обратно укутайте! Прекрасно!

И вот, выйдя из ювелирного с «растюхой», которая должна была обеспечить ему алиби, он шёл под снегом и ощущал… счастье!

– Ну, свезло мне! Свезло же! Пропал бы ни за грош! Не услышал бы разговор, так бы думал, что просто это… развлекаюсь, а сам бы шёл прямиком в капкан!

Если кто-то и удивлялся широко улыбающемуся под снегом человеку, то самому Виктору было на это глубоко наплевать!

Он решил, что если уж делать сюрприз, то как следует, поэтому звонить в дверь не стал, а вошёл, открыв её своим ключом, и как можно тише.

– И где это моя Светуля? – разулыбался он.

И тут же насторожил уши, услышав, как жена с кем-то говорит по телефону.

Нечистая совесть – штука бдительная: так бы он и не подумал вслушиваться, что там такое произносит жена, но сейчас опасения о том, что до неё уже дозвонилась хищная Ируся, заставили его на цыпочках прокрасться к двери комнаты.

– То есть ты думаешь, что надо разводиться? – уточняла его жена, и у Виктора фикус чуть не выпал из ослабевших рук.

На разговор с Ирусей-тигрусей это было как-то не похоже, и Виктор призадумался.

Разумеется, каждый думает в меру своей испорченности, поэтому он тут же оскорбился, решив, что у него есть соперник!

– Таааак, я тут вернулся домой во всех смыслах этого слова, а она… она, выходит, кого-то уже себе завела? – ярость плеснула дурным жаром на глаза, он засопел, стиснув несчастный горшок с подарком, и тут же услышал Светкиного собеседника, а точнее, собеседницу:

– Сколько раз я тебе должна говорить! Ну, конечно, надо!

Решительный женский голос был Виктору знаком. Знал он эту самую Еву-Евгению, как не знать! Три года назад жена только с ней и советовалась по любому поводу.

– Так-так… а ей-то это зачем? – живо заинтересовался Виктор.

Вообще-то, когда супруга начала тесно, активно и много общаться с какой-то бабёнкой, Виктор поинтересовался, кто она такая. Нет, вовсе не потому что Светке не доверял. Просто…

– Просто она такая неприспособленная, что мне проще уточнить, чем потом её из какой-нибудь гадости вытаскивать, – думал он тогда, рассматривая Еву.

Обычная среднестатистическая баба, чуть старше его жены, выглядит значительно проще, по крайней мере, на его вкус, холодная как айсберг, на физиономии постоянно чуть высокомерное выражение лица, словно она про окружающих всё-всё давно выяснила и с этаким плебсом общаться не жаждет.

– Тогда зачем ей моя жена? – задался вопросом Виктор, подозревавший мошенничество, попытку развести доверчивую Светку на деньги или подобраться к нему самому.

Пришлось даже в гости к этой самой Евгении сходить, а потом, по настоянию Светки, пригласить её с мужем к себе.

Наличие у такой ледышки мужа, кстати, Виктора прямо-таки наповал подкосило. Ему-то казалось, что нормальный мужик к такой и близко не подойдёт. Чисто из чувства самосохранения!

– Однако, каких только чудаков не бывает на свете! – думал он, подливая коньяк флегматичному типу.

Ещё больше он удивился, узнав, что у пары есть дети. Точнее, одна дочь.

– Евочка её сразу отдала мужу! А муж – маме. Своей маме, само собой, – объясняла Света семейную ситуацию подруги. – Вот бабушка её и воспитывает.

– А нафига такая мать? – простодушно удивился тогда Виктор. – Я бы ещё понял, если бы она куда-то уезжала зарабатывать, или занята была – головы не поднять!

– Так она так и занята – она в журнале работает выпускающим редактором… по-моему. Или ещё кем-то. Очень занятым.

– Погоди, так она же психолог, как и ты.

– Она не работает по специальности… как и я. А на повышение ходит просто чтобы быть в курсе всех изменений. На самом деле, Ева делает карьеру в светском журнале! – гордо заявила Света. – Вкалывает с утра и до ночи!

– А зачем? Ну так-то зачем, чтобы даже ребёнка не видеть? Муж же у неё прилично зарабатывает.

– Ты ничего не понимаешь! Она не хочет ограничивать себя ролью домохозяйки или просто полудомашней клуши, она делает КАРЬЕРУ! Она путешествует, работает, живёт полноценной жизнью, – вдохновенно вещала Света. – У неё такая система ценностей!

– А дочь? – Виктор, воспитанный в довольно-таки традиционной семье, не очень понимал, зачем рожать ребёнка, если его вообще нет в твоей системе ценностей. Просто абсолютно не существует!

– А что дочь? Ева её и не хотела! Дочь с бабушкой. Нет, они живут в одной квартире – она большая, но Ева с ней почти не общается. Она сознательно не подходила к младенцу, и потом тоже, принципиально не приручает её к себе! Ой, слушай! Ева мне такую статью интересную скинула. Это переводная статья, психологи из США пришли к мнению, что, оказывается, родители детям и не нужны вовсе!

– Что за бред? – рявкнул Виктор.

– Ой, Витя, ну что ты? Почему сразу бред-то? Детям и подросткам нужен значимый взрослый! Любой, понимаешь? Вот у дочери Евы – это бабушка! А мы всё с близнецами прыгаем… Ева говорит…

Примечание автора: уважаемые читатели! Это опять не моя выдумка. Это реальная теория о «значимом взрослом». Суть в том, что по этой теории детям родители не нужны – они просто есть, а дальше начинают портить ребёнку жизнь, потому что по большей части действуют через запреты и «тем самым ломают ребёнку жизнь», а вот значимый взрослый, наоборот, чаще говорит ребёнку «можно». В свете того, что сейчас происходит в США, значимые взрослые очень-очень нужны для оправдания гендерного перехода несовершеннолетних и полного отрыва детей от родителей. Да, я понимаю, что изложила современную версию теории грубо, очень упрощённо и коротко, но у меня сложилось именно такое представление об этом. Кому интересно – автор этой теории Эрик Бёрн. Кстати, будьте осторожны, у нас тоже есть поклонники его теории. Дописываю специально для возмущающихся – это не я делаю такие выводы из его теории, это современная интерпретация его работ. Поэтому, пожалуйста, претензии не ко мне. Есть множество людей, которые ставят рядом фразу «родители детям не нужны, нужен значимый взрослый» и имя Эрика Бёрнса – все вопросы к ним. Я только предупреждаю, что это есть.

– Света! Знаешь, что… я не желаю слушать это в своём доме! Поняла? Пусть эту ерунду психологи США к их детям и применяют, а к моим – нечего соваться с такой ересью!

Послушная Светка тогда тут же уступила, привычно подчиняясь мнению мужа.

Дальше он изо всех сил старался показать жене, что не приветствует общение с этой Евой. Но… был занят, слишком занят своими увлечениями, чтобы самому обращать внимание на то, с кем общается супруга.

– А оно вон как оборачивается, оказывается! – прошипел Виктор, слушая, как эта самая подруга, а по совместительству змея подколодная, изо всех сил разбивает его брак. – Я-то отвлёкся, а она мне тут жену с толку сбивает! Так-так, и что тебе надо-то, а?

Чем больше он подслушивал, тем больше склонялся к тому, что Ева просто-напросто действует из любви к искусству.

– Непохоже на вымогательницу, да и не тратит Светка больше чем обычно. Я этой ледышке точно не интересен – я б заметил. Просто… ей нужно, чтобы она была не одна такая примороженная на всю голову. В компании-то любая глупость кажется более правильной, вот и тянет мою Светку за собой!

Он решил, что этот «совет в Филях» надо заканчивать, поэтому на цыпочках удалился к входной двери, обулся, тихонько вышел за дверь, потоптался там, а потом позвонил в дверной звонок – типа он только что пришёл.

Виктор не знал, что пропускает самое интересное – рассуждения его супруги об имуществе и советы от «примороженной Евы».

По коридору зазвучали шаги его жены, распахнулась дверь, и Света недовольно поморщилась:

– Что? Ты ключи забыл?

– Светик, а я с подарком! Скоро Новый год, но ёлку мы лучше выберем вместе, а это… такая полосатая ёлочка для тебя!

Всё-таки пятнадцать лет семейной жизни позволили ему неплохо изучить жену. Может, она только что и решила с ним развестись, но её любопытство было неистребимо – Света зарылась в слои бумаги и активно шуршала, распаковывая загадочную «полосатую ёлочку».

– Ой, а это что? А это? – живо заинтересовалась она, не обращая внимания на то, что делает её супруг.

– А ты смотри-смотри, не отвлекайся! – Виктор ловко внёс в смартфон жены телефон Ирины, а потом её заблокировал, добавив в чёрный список, а затем поинтересовался, как часто жена общается с Евой.

– Ого… го-го! Дело хуже, чем я думал! – он вытер экран Светкиного смартфона – знал, что она терпеть не может отпечатки на экране и никогда их не оставляет, и шустро положил его туда, где взял. – Так… а не пошла бы ты, уважаемая Ева, куда подальше! Я уж сам как-нибудь разберусь, разводиться нам или нет! Ну вы ж гляньте! Стоило мне только в очередной раз убедиться, что я не собираюсь рушить семью, как нарисовалась тут эта тётка глубокой заморозки!

Он нацепил на физиономию улыбку и отправился к жене – любоваться ею и новыми серёжками, колечком и браслетом.

– Свет, а что если нам домой махнуть на Новый год, а? – уточнил он, отвесив достаточно комплиментов супруге. – Там дети нас заждались.

– С чего это ты про детей вспомнил? – недовольно поморщилась Света. – Они себе нашли значимого взрослого – твою сестрицу Нинку, так что, я уверена, про нас и не вспоминают!

– А вот мы и посмотрим… вспоминают или нет! – хмыкнул Виктор, внезапно сообразивший, что Ирка-то отлично знает, где он живёт – недалеко ведь от офиса. Так что, если ей очень захочется ему напакостничать, она и лично заявится.

Звонок отца принял Пашка.

– Да ладно? Вы приедете? Классно как! Что значит, не ожидал, что мы обрадуемся? Конечно, обрадуемся. Мы же скучаем! А Полька так вообще плакала несколько раз, я ж знаю! Поооль! Родители на праздники едут!

– Ураааа! – голоса близнецов пробивались через расстояние, метели и глупые теории.

Они-то точно знали, что родители им НУЖНЫ! Правда, не представляли себе, что им это ещё нужно доказывать...