Читать книгу Университет Междумирья. Не говори мне, кто ты - Пальмира Керлис - Страница 4

Глава 4

Оглавление

Ночной Рибург прикидывался спящим старательно, но безуспешно. Многоголосый шум лишь слегка поутих, россыпь приглушенных огней напоминала гирлянду без конца и края, обмотавшую город вдоль, поперек и ввысь. Зато людей убавилось, никто не сновал туда-сюда, не толкался и пройти не мешал. Очень кстати, потому что в программе была прогулка пешком. Кеннет сказал, что тут недалеко. Шанечка тоже отправился с нами – припрятанным в пространственном кармане, чтобы не шокировать людей своим энергетически заряженным видом. Надеюсь, ему там хорошо и удобно. В окружении накопителей и ритуальных кинжалов…

Я шла, раззявив рот, и без стеснения пялилась на все, что привлекало внимание. На причудливые фонтаны из стекла, на сплетения трасс с интерактивных карт, на многометровую статую, похожую на столб слипшихся светлячков. Оказалось, символ неугасающего света. Раз в год на пять минут во всем городе гасло все, кроме этой статуи. И в других городах имелись такие же монументы, воткнутые посреди рабочих кварталов. Да-да, мы находились именно в рабочем квартале – кроме заводов здесь еще располагались генераторы распределения энергии от «луны» и транспортные компании. Небольших поселений в принципе не существовало, но любители маленьких уютных домиков всегда могли обосноваться в старых частях мегаполисов.

– Тут обалденно красиво! – восторженно выпалила я и, задрав голову, почти повисла на Кеннете. Рассматривать так было гораздо удобнее. И безопаснее! А прохожие пусть думают обо мне, что хотят, вот. – Волшебно безо всякой магии!

– Да, неплохо. Есть свои плюсы.

– А ты собирался обратно в Эсмир? Ну, после окончания университета…

– Не знаю, – он пожал плечами, – я так далеко не планировал.

Э-э-э… На год вперед – далеко? Ему же последний курс учебы оставался. Ладно, неважно. Все равно теперь с получением диплома будут проблемы. А я молодец, ага. Вместо непринужденного разговора проехаться по больному – это умудриться надо… Я зашагала ровнее, искренне мечтая научиться вовремя прикусывать язык.

– Наверное, да, – вдруг ответил Кеннет. – Вся та затея с Ладосом изначально была ошибкой.

Неловкость разом исчезла, воспалилось любопытство. Я выдохнула и не удержалась:

– А после исполнения приговора… тоже вернулся бы жить сюда?

– Никуда бы я уже не вернулся.

– Почему? – удивилась я. – Ведь только в половине случаев лишение дара приводит к… необратимым последствиям.

– В половине случаев при стандартных условиях. Порой вмешательство в энергетическую структуру критично. В общем, мои шансы равнялись нулю.

– А в Легионе об этом знали?!

– К счастью, нет. – Голос его звучал абсолютно серьезно. – Не бери в голову. Так скажем, о некоторых вещах лучше помалкивать, во избежание куда больших проблем.

Что же это за проблемы, когда потеря рассудка предпочтительнее?! Но «не бери в голову» красноречиво намекало, что расспросы нежелательны. Поэтому я собралась с силами и прикусила язык. Промолчав целую минуту, ткнула пальцем в показавшийся впереди небоскреб – длинный и зигзагообразный, с погасшей вывеской «Энброк и Артеил», едва различимой на темном фасаде. Какое-то смутно знакомое название…

– Что там находится? Здоровенное такое здание и единственное, которое не светится.

– Корпорация по производству артефактов, у нее по всему Эсмиру офисы, – неохотно буркнул Кеннет, будто именно этот мой вопрос ему понравился меньше всего. Но мгновение спустя на его губах заиграла на редкость недобрая ухмылка. – Вот у кого от потери магии резко акции должны были упасть.

Вспомнила, «Энброк и Артеил»! Проходили в Башне Зла мимо их магазина. Крутые ребята, раз со своими артефактами даже на рынке супермагического Ладоса присутствуют. Чем они не угодили Кеннету? Бракованный тазик для ритуалов однажды продали? Выдвинуть теорию поумнее я не успела – мы свернули за угол, очутившись у широкого… подземного перехода? Неоновое мигание буквы «О» над убегающей вниз тоннеля лестницей. Нам туда?…

Кеннет начал спускаться, ну и я тоже, потому что отцепиться от его руки было бы совсем неразумно. Потеряюсь еще, если отпущу. А мы уже выяснили, что я косячное ходячее несчастье…

В конце лестницы беззвучно извивался серпантином серебристый эскалатор, двигаясь в подсвеченную яркими лампами глубину. Парень, одетый попроще, уселся прямо на ступени, мы последовали его примеру. А вот дама в длинном закрытом платье степенно встала, держась за поручень. При ней был старомодный саквояж, на бледном лице застыло потерянное выражение. Может, она какая-нибудь местная аристократка, которая случайно в рабочий квартал забрела? Вместе с саквояжем, потому что ее из дома выгнали, с вещами. Язык чесался спросить Кеннета, но дама ехала рядом и наверняка бы услышала. Серпантин ускорился, я с перепугу схватилась еще и за поручень, моментально забыв о трагической судьбе изгнанной из дома дамы. Потому что поручень – с ума сойти – двигался одновременно со ступенями! Чудеса-а-а!

– Это метро? – сыграла я в угадайку.

– Не-а, – развеселился Кеннет. – Еще попытка?

Эх, сказанула же! Подземный переход в подземное метро в подземном городе. Хотя, почему бы и нет… Дама с саквояжем покосилась на меня странно. Это она еще не знает, о чем я сначала хотела спросить! Хм, саквояж. Как жители между городами перемещаются? А между странами?

– Аэропорт? – предположила я. – Или что здесь заменяет самолеты? Летающие под землей троллейбусы?

– Почти угадала, – досталась похвала.

Дама озадаченно свела брови домиком. Сдается мне, не особо я угадала!

Эскалатор привез вниз, в просторный холл. Ряды мягких сидений и стеллаж вдоль стены, внушительная стойка регистрации с девушками в строгой форме, куда и поспешила ехавшая с нами дама. Впереди, за огромным стеклом, виднелась площадка с платформой, а перед ними – пухлые кабины с усиками на фоне уходящих в неведомую даль тоннелей. Действительно, немножко троллейбус… Люди с чемоданами и без текли ко второму серпантину, ведущему наверх, звонкий голос объявлял о прибытии рейса из… О мой бог, это непроизносимо. Над стойкой светилось название станции – «Рибургш-ш-ш…», то есть «Рибург». Наверное, следующая остановка – в другом городе, а то и стране.

– А куда мы поедем? – несказанно воодушевилась я.

– Никуда, – огорчил Кеннет, подводя меня к стеллажу.

Взял с полки устройство, напоминающее мини-планшет, и коснулся полоски на боковой панели. Включился яркий экран, появилось окошко со строкой для запроса. Эсмирский гугл?

– Здесь общедоступная точка доступа к… можно сказать, интернету. Как пользоваться, знаешь, да, горячая девушка с Земли? Будет тебе и текст шеланского шедевра, и все, что захочешь.

Класс. А то в Междумирье библиотека, в Ладосе библиотека… Пора нарушать традиции. Даешь разнообразие!

– Посиди, почитай, – он вручил мне эту штуку, его ладонь выскользнула из моей, – где-то через час за тобой приду.

– Что? – Сердце ухнуло в пятки, прижатый к груди планшет показался ужасно тяжелым и холодным. – Ты оставляешь меня здесь? Одну?!

– Нет! Вместе с Зераном Шеланом и его творением… – в нарочито почтительном тоне слышался смех. – А я пока что, – он понизил голос, – заберу кое-что очень нужное неподалеку.

– А вдруг кто-нибудь спросит, что я тут делаю или куда еду? Или про документы?…

– Не спросят, не принято. Если прохожие подсядут поболтать – просто не отвечай, оно нормально. Официальные лица перед началом разговора попросят ввести номер, введешь этот, сразу отстанут. – В мой задний карман джинсов всунули что-то, похожее на визитку. – Не бойся, ты в общественном месте, где каждый имеет право находиться. И при себе у тебя ничего запрещенного или подозрительного нет.

Верно, все платки и накопители сдала ему вместе с Шанечкой. Надо срочно успокоиться! Что я как маленькая? Меня с собой взяли не для того, чтобы нянчиться и за ручку везде водить. Подумаешь, чужой незнакомый мир, какая попаданка их не видала. Я выпрямилась и храбро кивнула.

– Даже если потеряешься, я тебя найду, поверь. – Виска коснулся мимолетный поцелуй. – Но лучше не теряйся. И вообще, у тебя всего час на такое великое произведение. Наслаждайся…

Чую подвох!

Кеннет подмигнул на прощанье, я проследила за его удаляющейся спиной и устроилась на сиденье в обнимку с планшетом. Вот он, торжественный момент. Сейчас предстоит понять то, что никто за пятьсот лет так и не понял! Я положила перед собой планшет. Покусала губы, глядя на экран. И ввела в строку поиска то, что хотела найти. Ух, сколько результатов выпало! «Теория рождения магии»: расшифровки, интерпретации, научные труды на базе популярных предположений. В шести томах, брр. Еле отыскала среди засилья чужих мутных работ оригинал. Вправду короткий, на пару десятков страниц сплошного текста, без деления на главы и даже на абзацы.

Глубоко вдохнув, я кое-как собрала мозги в кучу и погрузилась в чтение. «Озарению подобны мгновения правильных мыслей, открываются двери, впуская свет». Дальше свет искрился, сиял, переливался, блестел, таял и появлялся вновь, исчезая, но не совсем, восставая, воскрешаясь и возвращаясь раз за разом, призванный бесконечно, переменчивый, то обретенный, то потерянный. Все сопровождалось десятком сравнений и метафор. Если это и художественное произведение, то сюжет явно не подразумевался… Как и герои. И какие-либо события. «Красота мира переосмысляется внутри, взятое и вложенное обратится новым». Не сильна я в философии. «Шторм не любит тишины». Чего-чего? Тот случай, когда перечитываешь одни и те же фразы, силясь уловить смысл, а он скользит и не ловится.

Описание шторма в пяти красочных абзацах закончилось штилем и мертвой гладью, в которой отражалась Вселенная. Я скользила по строчкам, то и дело теряя связь между ними. Ага! «Магия рождается в сердце и обретает форму пустоты». Это и цитировал Кеннет. Понятно почему: практически единственное более-менее внятное предложение. Или меня кексико-перевод подводит? Часть про невозможность достичь полноты вряд ли о пироженках была. Хотя, если убрать прилагательные, коих насчитывалось двадцать штук, получается получше… немного. Изначальность созидания доведет до врат, открываемых ключом к жизни. «Не выплывай – тони». Первое обращение к читателю. Оно же заключительное предложение.

М-да. Буквы двоились, в голове была каша, судя по вязкости – манная. С открытиями истин провал, ни разу не осенило. А я точно та, за кого меня приняли? Или просто мозгами не вышла? Избранная тупенькая, расходимся. От досады я поскрипела зубами, стараясь не скалиться на прохожих, а то еще вызовут охрану. Протерев глаза, заставила себя сосредоточиться и пробежалась по немногочисленным страницам еще раз. Яснее не стало. Какой в этом опусе смысл? Послание, подсказка? Издевательство форменное! Кажется, Шелан вправду всех гениально потроллил. Вон даже потенциальная создательница миров в шоке. Впрочем, Кеннет вроде и не надеялся, что я расшифрую текст. Но все равно обидно…

Горестно повздыхав, я наткнулась взглядом на строго одетого господина с саквояжем. Почему люди здесь настолько по-разному одеваются? Жаль, забыла спросить у Кеннета. Отпущенный на чтение час не истек, заняться было особо нечем. Я потыкала пальцем в планшет, пытаясь нагуглить ответ на свой вопрос. Фигушки, ноль результатов, как ни вводи. Эсмирский интернет вызвал у меня глубокое чувство земного патриотизма. До нашего интернета тут еще интернетить и интернетить! Ни картинок, ни форумов, ни соцсетей. Ничего, кроме массивов текстов, которые искались только по заголовку. Искусственную луну построили, а до такого замечательного изобретения не додумались. По «ханикам» – ни одного совпадения, зато по «бездне» – совсем другое дело. «Базовые принципы призыва и умножение потусторонних частиц». О, про тот шарик из хранилища! Интересно-интересно…

После мозгодробительного текста Шелана выдержки из демонологии казались чем-то фантастически простым и понятным. Нормальными связными словами изложено, без интриги. Суховато, конечно, как и в любом учебнике, но это было так замечательно, что его хотелось обнять. Ритуал призыва оказался темно-магическим заклинанием прорыва покрова, разделяющего нашу реальность и потустороннее измерение. Для каждого отдельного демона имелись свои тонкости, условия и запреты, которые предлагалось искать в более специализированных изданиях, а лучше обратиться к профессионалам и ни в коем случае не пытаться повторить это дома. Вредно для здоровья и опасно для жизни, сам угробишься и других угробишь. Призванное существо должно быть связано грамотно заключенной сделкой и по ее исполнении – выдворено обратно в бездну. Обретая материальную форму, демон получал возможность творить у нас что попало, и без обоюдно скрепленного договора контролировать его было нельзя. Значит, Кеннет разрешил ханику и бесовской компании все разгромить! Иначе бы гости не убрались из замка, и башня рухнула бы им на голову… Кстати, согласно жирно выделенной надписи, несанкционированные призывы строго запрещались, а за некоторых демонов Легион карал по всей строгости закона. Ой-ёй… Ну пусть еще докажут, что безобразие на маскараде дело рук Кеннета. Магии нет, а остаточные следы заклинаний держатся меньше суток – так и было сказано. Нет оперативного расследования, нет и подозреваемых!

Потусторонними частицами называлась энергия бездны. Прорыв покрова происходил при попадании к нам сюда этой самой энергии. Чем больше маг ее перетянет с помощью темного заклинания – тем сильнее прорыв. Без умножателя частиц (того самого шарика) ритуал требовал куда больше энергии. Ура, я помогла сэкономить! Демоны призывались в наш мир часто, в основном для выполнения мелких, даже бытовых поручений, а вот переход людей в бездну был физически невозможен. Э-э-э… А как мы тогда с Кеннетом туда попали?… Пояснений автор учебника не дал, сколько ни листала. Видимо, не базовый курс! Но мне надо знать, что такое в усыпальнице произошло. Оно ведь со мной произошло! Любопытно жуть как.

Я измучила строку поиска и свой несчастный мозг. Запросы формулировались пачками, дрожащие пальцы мазали мимо загадочных символов на всплывающей клавиатуре. Слава магии кексика, каким-то образом я их понимала. Итак, «переход в бездну». Нет? «Врата в потустороннее измерение»? Тоже нет… «Путешествие к демонам»? Эй, не надо мне переносных смыслов! Может, «превышение прорыва покрова»? Нашла! В пятом по счету трактате, после раздела о последствиях неправильного призыва. Злой демон мог кого-то скушать, ну или просто голову откусить. Хорошо, что картинок в эсмирском интернете нет! Я жадно вчиталась в желанные абзацы.

Из-за превышения допустимого количества перетягиваемых потусторонних частиц прорыв мог достигнуть слишком больших размеров и частично заменить кусок реальности. Это открывало проход в бездну, однако смельчакам-экспериментаторам удавалось добраться только до зыбкой границы нашего и демонического миров. Целиком попавшие «на ту сторону» неминуемо лишались материальной оболочки, коей в бездне не место. То есть лишались тела, а вместе с ним и жизни – если везло. Неудачники застревали бесплотным духом навеки. Мама дорогая!.. Кеннет меня по самому краю границы и провел. От осознания, что именно мы сделали и чем рисковали, я в ужасе клацнула зубами. Но сработало ведь, выжили и сбежали. Остаться присыпанными потолком в подземелье ничуть не лучше. А Гатиус, видимо, не думал, что Кеннет насколько псих, чтобы через бездну к выходу лезть. Или надеялся, что у нас ничего не получится. Безалаберно с его стороны. Или он не учел чего-то еще?

Глаза продолжили скользить по строчкам. Наиболее печальный исход – зачерпнутая у границы энергия разрушит реальность, обратив ее в пепел. Что-что?! Пеплом и разлетелась рухнувшая лестница, которая нам мешала! Бац, и все. Автор учебника уверял, что беспокоиться не стоит, на практике подобное невозможно, поскольку маги не способны управлять чистой энергией бездны. Чу-у-ушь! Я своими собственными глазами видела! Вероятно, учебник кривой достался. Глупым магом написанный. И, если это невозможно, откуда информация вообще? Стоп. Маги не способны… А кто способен?

Пальцы судорожно набрали в строке поиска: «управление потусторонними частицами». Ответ отыскался сразу. Энергия бездны подвластна только демонам. Я нервно икнула. Надо же, а по нему и не скажешь… Кроме того, управлять энергией бездны могут маги, через демона, с которым имеют прочную связь. Далее следовала приписка с толстым восклицательным знаком: длительные договоры с демонами находятся под строжайшим запретом, а также вызывают изменения энергетической структуры и невозможность использовать светлую магию. А-а-а! Я потерла лоб, в ступоре и замешательстве. По холлу текли пассажиры очередного прибывшего рейса, в памяти всплывало кое-что о Кеннете.

Порой вмешательство в энергетическую структуру критично… Его целительские заклинания – не то, что кто-нибудь согласится испытать на себе добровольно… Что еще мог показать распределяющий по факультетам тест, кроме предрасположенности к темной магии…

Получается, связь с демоном – старая, возникла еще до зачисления в университет? Как? Зачем?!

Я перевела дыхание. Кеннет все пять курсов был лучше всех, рекорды бил, которые по двадцать лет держались. Талант, упорство или бонусы из демонического мира? Вряд ли последнее, логичнее было бы тогда не высовываться. И там, в усыпальнице, не использовать то, что его выдает с потрохами. Черт! Ведь он мне фактически признался сегодня, что с ним что-то не так. А еще сказал, что правда для него чревата куда большими проблемами, чем потеря магического дара и рассудка. Так, все. Ничего не было. Я ничего не видела. Не знаю.

Я сбросила результаты поиска. С минуту смотрела в пустой экран, силясь прекратить кусать ногти. Черт, обгрызу же сейчас. Вместе с пальцами! Надо снова их занять, срочно… Отвлекающие картинки с котятами пришлись бы очень кстати, но все, что предложил мне эсмирский интернет, основываясь на моих последних запросах, – список похожих на котов демонов. Спасибо, блин! Интересно, а демон Кеннета похож на котика? А-а-а!.. Я потрясла планшет, лихорадочно соображая, на что бы переключиться, конкретное и совсем из другой оперы… Энброк и Артеил!

Статей выпала масса. Итак, крупнейший производитель артефактов, специализируется на магических охранных системах. Их фирменная сигнализация стоит практически везде. Хотя, в общем-то, там делают все подряд, начиная с пылепоглотителей и омолаживающих украшений, заканчивая оросителями для искусственных полей и военным оружием. Входят в пятерку топовых артефакторных компаний по всем четырем магическим мирам. Что примечательно, другие четыре топ-компании находятся в Ладосе. Нехило ребята из Эсмира им конкуренцию составили! Еще четверть века назад «Энброк и Артеил» ничем не выделялись и даже готовились обанкротиться, но потом у них случился внезапный прорыв в исследованиях. Изобрели медальоны для ментальной связи, заменившие наши мобильные телефоны. Все запатентовано, чинно и скучно, никаких скандалов и бракованных партий ритуальных тазиков. Впрочем, ходили слухи, что они тайком занимаются воссозданием легендарных артефактов, запрещенных из-за прав человека на частную жизнь… Вот те раз! Не о платках Дриады ли речь?…

Сверху нависла тень. Вздрогнув, я подняла взгляд. Кеннет! Растрепанный, с подозрительно горящими глазами. Непонятно, от радости или наоборот… Я спешно задвинула под сиденье планшет, надеясь, что историей моих запросов не заинтересуются, и доложила:

– А я прочитала…

– Прочитала? Молодец. – Он бегло оглянулся и подхватил меня под локоть, поднимая на ноги. – За мной.

Ай, я так быстро не умею! Меня потащило за ним, хорошо, что не по полу. К стойке регистрации, где приветливо улыбалась девушка в красной форме.

– Когда и куда ближайший рейс? – торопливо спросил Кеннет.

– Через три минуты, – отрапортовала та, – в Энтштрассерс.

– А куда-нибудь еще?

– Через пятнадцать минут.

– Тогда оформляйте в Энтштрассерс.

Э-э-э…

– Что происходит? – полюбопытствовала я, глядя, как он набирает на протянутом девушкой устройстве уже знакомые цифры и буковки.

– Ничего, – невозмутимо отозвался Кеннет, прочесывая, однако, цепким взглядом толпу на эскалаторе, – планы изменились, прокатимся немного.

– Ты собирался забрать кое-что очень нам нужное… Плохо прошло?…

– Замечательно прошло, – уверил он.

Поэтому мы сматываемся?…

Устройство одобрительно пикнуло, девушка сделала приглашающий жест к тоннелю. Кеннет потянул меня туда, не давая опомниться. За разъезжающимися дверями и стеклянным коридорчиком – безлюдная платформа, на которой ждал толстый «троллейбус» с открытой кабиной и мигающей надписью о скором отправлении. Стоило влететь внутрь, по громкой связи объявили о законченной посадке. Очередная девушка в форме улыбалась, хозяйничая в утыканном дверцами серебристо-пустом салоне. Открыла нам одну из них, приглашая в подобие купе на двоих, и пожелала приятной поездки. Едва за нами захлопнулась дверца, я вжалась в стену. «Троллейбус» качнуло, возник тонкий, с трудом различаемый гул, за оконцем замельтешила темнота. Кеннет с облегчением приземлился в кресло. Успели, едем. Нас кто-то преследовал?…

Университет Междумирья. Не говори мне, кто ты

Подняться наверх