Читать книгу Университет Междумирья. Не говори мне, кто ты - Пальмира Керлис - Страница 5

Глава 5

Оглавление

Отдышавшись, я почувствовала себя готовой вывалить кучу вопросов. Уж это знать право имею, вот! Что произошло с Кеннетом за час моего одинокого чтения? Какой у него план? Почему он ругался на Энт-шт… што-там-дальше и что это за город такой? У нас будут проблемы по прибытии? Кто и с чего за нами гонится?! Я отлепилась от подрагивающей стены купе, прошествовала мимо своего кресла и нависла над Кеннетом. Буду выглядеть внушительнее. Наверное.

– Что это было? – спросила со всей решимостью, какая у меня была. Возможно, немного даже пришлось взять авансом. Он заинтересованно выпрямился, поднял на меня сверкающие глаза. – И что будет даль…

Гул усилился, «троллейбус» резко мотнуло из стороны в сторону. Купе подпрыгнуло, вместе с висящей перед моим носом табличкой: «Просьба не покидать места до окончания поездки». Упс! Почему я раньше не видела?! На ногах я не устояла и плюхнулась на подлокотник. Не своего кресла.

– Дальше… – пискнула я ему в плечо и задрала голову. – Что будет дальше?

Кеннет выразительно изогнул бровь, подался вперед. На моей талии сомкнулись руки, переместив с узкого подлокотника на такие удобные колени. Его лицо оказалось напротив моего, и губы совсем близко. Губы, губы, губы… Черт! Казалось, я напрочь разучилась моргать, говорить и думать. Теснота объятий, дыхание на щеке. Горячее, прерывистое. Странная слабость, онемение на кончиках пальцев. Свет дрогнул, погрузив пространство в полумрак. Шею обожгло поцелуем, нестерпимо медленным. Господи, я же что-то собиралась спросить… Что?… Дрожь, неторопливое путешествие дразнящих губ к виску. Запах кожи, мурашки по телу. Ладони под моей футболкой, умопомрачительный жар. Спина горела от ласковых поглаживаний, что-то неистовое жгло изнутри, пылало. Теплые губы скользнули по щеке, проложив огненную дорожку, почти коснулись мочки уха. Я потянулась за ними. Поймала… Судорожный вдох, зарывшиеся в волосы пальцы. Долгий, мучительно сладкий поцелуй. Еще один, и еще…

Ярко вспыхнула лампочка на потолке, гул утих. Не стало ни мерного покачивания, ни движения темноты за окном. О, платформа!

– Что, уже приехали? – прошептала я припухшими губами. – Как-то быстро…

– Двадцать две минуты, согласно расписанию, – отстраняясь, усмехнулись в ответ.

Сколько-сколько?! Вот же… Не заметила… Из-за двери донесся шум шагов, сверху полился голос, просящий освободить транспорт.

– Ладно, – Кеннет рывком поднял меня со своих коленей, встал следом, – раз уж мы здесь, покажу тебе столицу.

Мы в столице?… Той самой, где он жил?

Платформа вывела в холл, раз в несколько больше и шумнее рибургского. Десяток стоек регистрации, множество эскалаторов, а уж разношерстно одетых людей… Толпы! В глазах зарябило, голова пошла кругом. Полнейшая дезориентация, хуже, чем в любом виденном мною аэропорту. Я бы долго стояла в ступоре, растерянно моргая, а потом неминуемо заблудилась. К счастью, мне это сделать не позволили. Кеннет уверенно выбирал направление, даже не глядя на обильно развешанные всюду указатели, и не отпускал моей руки. Отстукивали колесиками чужие багажные сумки, нескончаемо объявляющий рейсы голос въедался в мозг. Вдобавок метались мысли, грызла досада за столь быстрое прибытие. Могли бы и на более дальний рейс сесть! Было безумно жаль, что все закончилось, хотя губы ныли и почти болели. Кажется, он меня на маскараде не случайно поцеловал. Я ему нравлюсь! Скорее всего…

Пара эскалаторов, куча поворотов, лестница – и забрезжили огни улицы. Выбравшись наружу, я ахнула. Широченные улицы, тройные трассы дорог, каскады мостов в бесчисленное количество рядов. Невообразимо мощные массивы небоскребов всевозможных форм и изгибов, непроглядная высь, у которой, казалось, вовсе нет границ и пределов. Потрясающе! Так я и брела с открытым ртом вдоль эффектно подсвеченных фасадов, пока дар речи не соизволил вернуться.

– Насколько город огромный?… – пробормотала я. – И сколько народу в нем помещается?

– Ну, – Кеннет что-то мысленно прикинул, – как три ваших Токио, примерно.

Ух… Далеко, небось, в другой конец города добираться.

За очередным поворотом нас ждал мост, виднелся островок маленьких домишек на нижнем уровне. Выходит, мы еще и не у самой земли?! Этот Энтш, пусть сокращенно будет так, не столица, а монстр какой-то! Интересно, он больше вширь или ввысь? Я притихла, пытаясь осознать столь впечатляющие масштабы. За мостом начиналась аллея, за кронами пушистых деревьев скрывались резные ворота парка. Мы свернули туда, прочь от небоскребов и нависающих над головой мостов. Уже через минуту контраст зашкалил. Деревянные скамейки, мягкое освещение шариков-фонарей, благоухание цветочных клумб. Настоящий живой уголок среди стальных джунглей. Думать над тем, каким образом все это растет, не тянуло. Просто смотреть и дышать. Вот ведь, даже без солнца можно хорошо и счастливо жить. Видимо, у Кеннета это эсмирско-врожденное – при любом раскладе не унывать!

Я ему улыбнулась, заработала какой-то странный бессильный взгляд. Что-то не в порядке? Что?… Проигнорировав кучу свободных скамеек, он подвел меня к круглой чаше журчащего фонтана. Отпустил мою руку, склонился над водой и, щедро зачерпнув ее обеими ладонями, от души плеснул себе в лицо. Долетели брызги, пробирающе ледяные. Радикально умывается! Или это аналог холодного душа? Как бы не нырнул туда… Пока я бессмысленно пялилась в собственное дрожащее отражение, Кеннет вытер с подбородка тяжелые капли и уселся на бортик, приглаживая волосы мокрой пятерней.

– Так, – сказал довольно вдумчиво и вынул из самого обычного кармана согнутый пополам сверток. – Гляди, чего покажу.

Я придвинулась ближе, сгорая от любопытства. Сверток на моих глазах разогнулся, развернулся и снова разогнулся, превратившись в изрядно помятую… карту? Вряд ли сокровищ. Квадраты знакомо расположенных домов, овал парка, очерченная красными линиями территория.

– Междумирье! – догадалась я.

– В точку, – он указал на линию, идущую параллельно с памятным залом Звезд, – судя по всему, вот здесь должен быть проход на нижний уровень. А тут, только под землей, – его палец обвел парк и застыл в районе векового дуба, – логично находиться источнику. Иначе бы это чертово дерево давно загнулось, мы его как-то после вечеринки та-а-ак прокляли… Неважно. В общем, ему было хоть бы что. Некое сосредоточение магии под ним чувствуется. Задача – пройти туда. Но прежде подготовиться.

– К тоннелям и лабиринтам?…

– В том числе. Плюс надо предусмотреть пару вариантов включения источника. А еще там меня наверняка тоже поджидают с распростертыми объятиями.

– Тоже?… – Я вздрогнула. – И сейчас поджидали? В том месте, куда ты ходил? Гатиус?…

– Не лично. – Кеннет варварски сложил карту – вдвое, вчетверо, затем ввосьмеро – и спрятал. – Расслабься, забрал же. Как и говорил – замечательно прошло. Шумно, правда. Но зачем им целых два запасных выхода, и с одним будет нормально…

– А-а-а, – появилось понимание ситуации, – так ты удрал?

– Тактически отступил, – важно поправил он. – И без того на этих… единорогов магии ушло больше, чем следовало.

– Им ясно, на какой рейс мы сели. – Я нервно огляделась. – Рванут следом!

– Вперед, – фыркнул Кеннет. – В Рибурге караулить сам боженька велел. Картограф-исследователь Междумирья в Эсмире единственный. А тут пусть хоть обыщутся, никакой шар для предсказаний не поможет.

Ну да, сто с лишним миллионов жителей – не шутки. Идеально, чтобы затеряться. Хотя Кеннет не жаждал сюда ехать… Лезть с вопросами не хотелось. Обо всем, что мне нужно знать, и так рассказал, причем без навязчивых вопросов с моей стороны.

– Значит, теперь они в курсе… – вывела я, – что ты выбрался из усыпальницы.

– Догадались, поди, – он рассмеялся, – при встрече. Зато о тебе им неизвестно, и владыка тебя под невидимостью не заметил. А Юв и Клелия будут держать язык за зубами.

– Угу. – Унылое настроение тотчас вернулось. – Почитала я «Теорию рождения магии». Не осенило.

– Немудрено, – ничуть не удивился Кеннет. – Не текст, а ядреный горячечный бред. Но пока сам не ознакомишься, не поверишь, насколько там запущенный случай словесного по… кхм, поэтического искусства.

– Ну нет, – почему-то запротестовала я. – Шелан что-то имел в виду… Эдакое… Просто я не поняла, что именно…

– Никто не понял. Если и делают умное лицо, то врут. Умельцы даже расшифровывать по буквам и слогам брались. Бесполезно, смысл в гениальном произведении и не ночевал.

– А мы? – ляпнулось незнамо с чего. – Где будем ночевать мы?

– Найдем, – пообещал Кеннет и, вздохнув, покосился на фонтан. – Но сначала поищем конденсатор для магии и всякое по мелочи. Обчищать хранилища в Междумирье будет некогда.

Жаль! А то я уже приноровилась…

За другими, более скромными парковыми воротами была остановка, примыкающая к скоростной магистрали. Мимо, по зубчатым рельсам, пролетало нечто, похожее на глянцево-черные трамваи, на типично рекламном щите мерцало электронное табло расписания. Поверх него крупно высвечивалось предупреждение не подходить близко к дороге, поскольку магические барьеры не работают. Опасно…

В ожидании я уставилась наверх, силясь разглядеть за громадами небоскребов и шпилями башен небо-потолок. Голова закружилась, разноцветные огни слились огромным пятном. Казалось, что это не вокруг все гигантское, а я маленькая, ужасно маленькая, просто крошечная, и легко помещусь в какой-нибудь карман, возможно, даже пространственный. Пока успокаивалась рассматриванием ровного серебристого асфальта, напротив остановился трамвай, приглашающе распахнул двери-гармошки. Я запрыгнула внутрь за Кеннетом и уже привычно наблюдала, как он вводит на вмонтированном в стенку устройстве код. Пальцы машинально полезли в карман, вынули врученную в аэропорту визитку. Те же самые цифры и символы!

– У каждого жителя такой свой, – прокомментировал Кеннет, набрав код и дождавшись надписи «принято», – вместо удостоверения личности, банковского счета и всего сразу.

– Удобно, – оценила я и озадачилась: – А разве мне можно было бы его вводить? На любой панели ввода наверняка есть какой-нибудь встроенный сканер отпечатков пальцев…

– Я тебя еще вчера вписал как мою гостью с Земли, прибывшую пару дней назад по разрешенному Междумирьем порталу, и даже его номер ввел. От балды. Кто проверит-то?

Действительно. Да и после пропажи магии властям сейчас явно не до контроля за мигрантами. Не настолько патовое положение, как в Ладосе, но без проблем никак. Быстро не перестроишься, когда многое было на магии завязано. Защитные барьеры дорог, мостов, магические сигнализации и бог весть что еще.

Трамвай схлопнул двери и за считанные секунды набрал скорость, за окном замелькала полоса магистрали. Кеннет о чем-то глубоко задумался, я уцепилась за поручень и прильнула к стеклу, следя за сменяющимися островками остановок. На одной из них в круг вольно одетых девиц затесалась дама в строгом длинном платье и с забранными в пучок волосами.

– Слушай… – вспомнила я. – А почему у вас некоторые люди одеты по-другому? Как-то старомодно, что ли.

– А, это, – Кеннет отмер, проводил взглядом остановку, от которой отъезжал трамвай, – некое идейное деление. Часть общества предпочитает магию технологиям и живет выше к поверхности.

Вот почему, когда мы вышли из лифта, их вокруг было много, и с такими скорбными лицами! А потом мы спустились в нижнюю часть города, к тем, кого отключение магии затронуло меньше, и сейчас тоже находимся внизу, только что из подземного «аэропорта» вышли. Интересно тут все устроено… И вроде «техники» с «магиками» не конфликтуют, шастают по территориям друг друга свободно.

– Это семьи магов в основном?

– Ага, щас, – усмехнулся Кеннет. – Потребители артефактов. Маги в Эсмире рождаются редко, а еще реже, чтобы потомственные. Учиться идут единицы. Надо, чтобы совпало: и дар, и наследственность, и образ жизни.

– О! – подловила я. – Значит, ты тоже так одевался?

– Меня заставляли, – поведал он страшным шепотом.

Вырвался смешок, воображение нарисовало Кеннета в строгом черном костюме, почему-то а-ля Джеймс Бонд. Ммм… Думаю, ему шло!

– А долго ты тут жил?

– До совершеннолетия, оно здесь в семнадцать.

Немало. В семнадцать он отсюда уехал, очевидно, в Ладос, а в девятнадцать уже оказался в университете Междумирья. Довольно быстро с владыкой не поладил! А насчет семьи… Раз мама у него с Земли и не маг, получается, что папа маг?

– Выходим, – сбил с мысли Кеннет.

Трамвай остановился на неожиданно зеленой, сладко благоухающей остановке, я поспешила наружу. Очутилась посреди самых настоящих тропиков. Размашистые листья папоротников и пальм, стеклянно-матовая голубая крыша, слепящий желтый свет прожекторов. Из-за оплетенной лианами арки долетал звон бокалов, музыка и смех. Туда меня Кеннет ласково и подтолкнул, потому что я, как всегда, замешкалась и не понимала, можно ли нам на эту, судя по звукам, шумную вечеринку. На входе ко мне метнулся плюшевый фламинго в человеческий рост и повесил на шею ожерелье из цветов. Лишь когда его толстая перьевая тушка переместилась к Кеннету, я смогла осмотреться. Народ в купальниках, широкий бассейн с невообразимыми горками, плеск волн. Ряд шезлонгов с зонтиками, барная стойка, заставленная огромными коктейлями, по виду из мороженого. О… Не знаю, зачем мы сюда приехали, но мне уже нравится!

– Ищем очень лохматого парня с фиолетовыми волосами, – сообщил Кеннет, вырвавшийся из лап цветочного фламинго, – должен быть где-то в этом райском уголке.

Я потеребила цветок на ожерелье и заметила ярлычок сбоку. Ух ты, и вправду «Райский уголок». Работает круглосуточно, студентам скидки.

– Миссия ясна. – Я потерла ладони и забегала глазами по шезлонгам. – Не уйдет.

Как назло, никаких фиолетовых лохматых типов нигде не мелькало, сплошь девицы в бикини, и вот их Кеннет почему-то рассматривал с исключительным вниманием, хотя на наш объект они ни капли не походили. Халтурит! Было и несколько девушек в закрытых купальниках и со скрученными на затылке волосами. Видимо, те ортодоксальные верхние жительницы. Все бы здесь так одевались! Я почти отчаялась высмотреть нужного нам парня, как вдруг заметила у бассейна одинокий шезлонг с распластанным поверх телом. Из-под перекособоченной соломенной шляпы торчали фиолетовые вихры.

– Вот, – я победно ткнула пальцем в сторону вихров, – кажется, он.

Кеннет оторвался, наконец, от выставки бикини, кивнул и направился к шезлонгу, я – за ним. Уже в нескольких шагах от цели догадалась, отчего другие посетители «Уголка» предпочли отодвинуться оттуда подальше. Перегаром сбивало с ног. Перегарищем! Под шезлонгом валялись пустые бокалы и даже бутылки, рядом была наполовину полная, приваленная к основанию сложенного зонта. Спящее тело было упаковано в изрядно помятый костюм, мало подходящий для вечеринки в бассейне. Пиджак, белая рубашка, строгого покроя брюки. Очевидно, тип – из идейных поклонников магии. Кеннет сдвинул шляпу ему на затылок. О-о-о, про лохматость это было мягко сказано! Впечатляющая шевелюра стояла торчком, словно ее хозяина одновременно шарахнуло током и облило лаком. На светящий в лицо луч прожектора он среагировал не сразу, но все же лениво приоткрыл один глаз, затем второй.

– Обан-на, – прохрипел разбуженным медведем. Вот это голосище! – Дэлман, ты, что ли?…

– Нет, – ответили ему, – твоя белая горячка.

– Столько я не выпью, – возразил тот и приподнялся, старательно фокусируя взгляд. – Офи-и-игеть! А говорили, что тебя в Междумирье замели за какие-то сомнительные ритуалы, и трындец…

– Зачем верить слухам? – невозмутимо отозвался Кеннет. – Дарв, а про тебя говорили, что ты обвешал надувную фею наводящими страх амулетами и запустил летать по городу.

– Так это же правда, – пьяно заржал он.

М-да. Я постаралась слиться с зонтом и дышать пореже.

– В общем, я по делу. У тебя конденсатора не завалялось? Единиц эдак на триста емкости.

– Хм-м-м, возможно, ты не заметил, – Дарв грустно покосился на бутылку, – но магии нет. Пятый день. Знаешь, что это означает?…

– Сделаешь скидку?

Он нахмурился, демонстрируя напряженную работу мысли.

– Ты серьезно? – спросил изумленно. Наверное, не про скидку. – На кой тебе вообще такая емкость?

– А я, между прочим, не спрашиваю, для чего у тебя была надувная фея.

– Сдаюсь! – Дарв поднял свое тело с шезлонга, громыхнув потревоженными бутылками. Шатнулся в направлении кабинок со значком, обещающим скорое облегчение. – Ща, минуту…

Пошел даже ровно, почти не шатаясь. Силен! Я отлепилась от зонта, осторожно вдохнула и полюбопытствовала:

– А что нам от него нужно?

– Немного запрещенных артефактов.

Ага, местный поставщик, очевидно. В депрессии и запое от потери всех клиентов разом. Занятные у Кеннета знакомые. То Юв, то этот Дарв.

– Я с ним договорюсь быстренько, – на мои плечи легли руки, разворачивая к стойке с мороженым, – а ты пока развлекись, вон там полно вкусного.

– Его просто так дают?…

– Нет, но код у тебя записан.

– Э-м-м, – смутилась я. Все же цен совсем не знаю, и вообще. – Неудобно как-то…

– Неудобно плавать в бассейне в обнимку с тем фламинго, – парировал Кеннет, – поэтому не советую этого делать. Остальное – вперед, и долой комплексы. Справишься?

У меня как бы его банковская карточка в личное пользование? Ничего себе! Впрочем, чего ему опасаться, много мороженого я не съем… Что до фламинго – плавать все равно не собираюсь, купальника-то нет.

– Веселись, – напутственно сказал Кеннет.

Я кивнула и зашагала навстречу вкусному. Долой комплексы, значит. Ну ладно. Попробую!

Университет Междумирья. Не говори мне, кто ты

Подняться наверх