Читать книгу «Я» - Роман Егоров - Страница 2

Я открыл глаза, и меня окутала темнота.

Нет – не так. Тьма была уже внутри, а глаза открылись ей навстречу, как окно в ночь. Я лежу. Дышу. Слышу своё сердце – медленное, спокойное, чужое. Кто это дышит? Кто слушает?

Секунду назад меня не было. Был сон – но какой? Я не помню. Были образы, голоса, движения, но они исчезли, как только я попытался за них ухватиться. Остался только этот факт: я проснулся. Но кто заснул? Тот же самый?

– Ты думаешь, что прервался?

Голос в темноте. Или это моя мысль вдруг обрела голос?

– Я… я не знаю. Я был, потом меня не было, теперь я снова есть. Разве это не прерывание?

– А дыхание прерывается между вдохом и выдохом?

– Дыхание продолжается. А я… я терял себя. Во сне я не знал, что я – это я.

– И сейчас не знаешь?

Пауза. Я лежу в темноте и пытаюсь нащупать это знание. Я – это тело, которое чувствует простыню? Я – это мысль, которая сейчас ищет себя? Я – это тот, кто помнит, что заснул, хотя само засыпание стёрлось из памяти?

– Я знаю, что я есть. Но не знаю, кто.

– Ты ищешь имя или суть?

– Разве это не одно и то же?

– Назови тьму, и станет ли она светом?

Я молчу. В темноте начинают проступать формы – не глазами, а привычкой. Вот здесь должен быть шкаф. Там – окно. Комната известна мне, я засыпал в ней тысячу раз. Но сейчас она чужая, потому что я в ней чужой. Как будто впервые нахожусь в этом теле, в этой темноте, в этом мгновении между сном и бодрствованием.

– Где я?

– Ты спрашиваешь о комнате или о себе?

– Я спрашиваю… я не знаю, что спрашиваю. Где моё место? Я здесь, в этой кровати, в этом доме. Но когда я спал – где я был тогда? Когда умру – где буду? Где я, когда меня нет?

– А когда ты есть – где ты?

– Здесь.

– Покажи мне это «здесь».

Я пытаюсь. Поднимаю руку в темноте – вижу смутное движение. Вот она, моя рука. Но это лишь граница. Я не в руке. Я в груди? В голове? Я пытаюсь найти центр, точку, из которой исхожу, но чем больше ищу, тем больше расплываюсь. Я везде и нигде. Я – это пространство между вдохом и выдохом, между ударами сердца, между мыслью и её осознанием.

– Не могу показать.

– Тогда как ты можешь быть здесь?

– Но я же чувствую! Я лежу, я дышу, я думаю. Разве этого мало?

– Спроси того, кто спал, было ли ему мало.

Я замираю. Во сне я был… доволен? Нет, не то слово. Я был цел. Я был собой, хотя и не знал этого. Я просто был, без вопросов, без поиска себя. А теперь, проснувшись, я разрываюсь от этого поиска. Теперь я потерял то, чем был во сне.

– Что я здесь делаю?

Вопрос вырывается сам собой, и я не успеваю понять, о чём спрашиваю. О комнате? О жизни? Об этом мгновении посреди ночи, когда темнота обнажает всё лишнее?

– Ты лежишь.

– Нет, я имею в виду… зачем? Зачем я просыпаюсь каждый день? Зачем засыпаю? Зачем это чередование? Разве я не могу просто быть?

– Ты и есть. Просто бытие включает в себя сон и пробуждение, вопрос и молчание, поиск и потерю. Ты думаешь, что делаешь что-то, но делание – это тоже часть того, что ты есть.

– Значит, я ничего не делаю?

– Капля не делает падение. Она есть падение.

Я вспоминаю – откуда? – образ капли между небом и землёй. Она тоже спрашивала. Она тоже искала себя в миге между состояниями. И что с ней стало? Она исчезла, растворилась, но вопросы остались.

– Я боюсь.

– Чего?

– Что утром я снова забуду. Что встану, пойду по делам, и этот вопрос растворится в рутине. Что я снова стану уверен, будто знаю, кто я, где я, что делаю. А сейчас, в темноте, я знаю, что не знаю ничего. И эта пустота – она страшная, но в ней есть что-то… настоящее.

– Страх – это граница или защита?

– Не понимаю.

– Ты боишься забыть или боишься помнить?

Долгая тишина. Сердце бьётся. Дыхание ровное. Тьма остаётся тьмой, но в ней больше нет угрозы. Она как пространство, в котором можно не отвечать, не искать, не быть кем-то определённым.

– Может быть, я боюсь остаться с вопросом. Жить с ним каждый день.

– А разве ты не живёшь?

– Живу… но не так. Я живу, забывая о вопросе. А если не забуду?

– Тогда вопрос будет жить тобой.

Я закрываю глаза. Под веками та же тьма, что и снаружи. Никакой разницы. Я уже не знаю, сплю я или бодрствую. Я уже не ищу ответа. Вопросы звучат тихо, как колыбельная, как биение сердца.

Кто я?

Где я?

Что я здесь делаю?

И в этом неведении – странный покой. Как будто вопросы не требуют ответа. Как будто они сами и есть жизнь.