Читать книгу Черная Пасть - Рональд Малфи - Страница 8

Девушка была обычной наркоманкой с богатой фантазией, но что-то в этой встрече не давало Мие покоя. В словах незнакомки не было ничего конкретного, никакой логической причины для страха. И все же Миа не могла выбросить их из головы. Следующую неделю она провела в Лос-Анджелесе – ходила на встречи, спорила с дистрибьюторскими компаниями, изобретала, как половчее выманить деньги у потенциальных спонсоров, и обсуждала состояние дел в отрасли с коллегами-киношниками за саке-бомбами в Нагое. И все же предостережение Ее Дьявольской Светлости не отпускало Мию. То, от чего ты бежишь, скоро тебя настигнет. Поняла, сестренка?

Дошло до того, что Миа начала видеть скрытый смысл в самых невинных вещах: в лае собаки мисс Лопес по вечерам; в том, что почту иногда приносили на час позже, чем обычно; в определенной последовательности сигналов светофора. Однажды вечером, когда она ехала домой из Лонг-Бич после встречи в баре с приятелем-актером, по обе стороны дороги отключилось электричество. Дома погрузились во тьму, светофоры погасли, где-то вдалеке завыла автомобильная сигнализация. В панике (вдруг она пропустит что-то важное) Миа остановила джип на обочине, вылезла из машины и встала посреди пустынной, обесточенной улицы. Ожидая увидеть… что именно?

Миа не знала, но чувствовала, что скоро это сведет ее с ума.

Она должна была лететь на кинофестиваль в Юту, но когда рейс до Солт-Лейк-Сити задержали дважды, Миа начала задаваться вопросом, уж не знак ли это. Может, боги таким образом передавали ей сигнал? И все же она была рада на некоторое время убраться из Лос-Анджелеса, а вместе с этим и от своей новообретенной гиперчувствительности. Тем не менее, находясь на фестивале, Миа обнаружила, что придает значение всякой ерунде так же, как делала это в Лос-Анджелесе: табличка на двери ее гостиничного номера (218); время, назначенное для показа ее фильма (11:11, слишком большое совпадение, чтобы быть просто совпадением, наверняка это что-нибудь да значило); странный биплан, который ежедневно ровно в полдень проносился по пустынному небу, словно предупреждая о надвигающейся катастрофе. Имелся ли здесь какой-то более глубокий смысл? Что-то, насчет чего ее предупреждали?

– «„Крест“ отбелит ваши зубы»,– сказала женщина в телевизоре, и Миа подумала: «Что?»

Вернувшись в Лос-Анджелес, она договорилась пообедать в японском ресторане с матерью одной своей подруги – по слухам, ясновидящей или вроде того. Миа искала подтверждения или, возможно, опровержения и надеялась, что эта женщина поможет распутать сети, в которые она каким-то образом угодила. Миа рассказала Элси (так звали женщину) о встрече с Ее Дьявольской Светлостью за кинотеатром в Ван-Найсе и о том, что она сказала.

Выслушав историю до конца, Элси громко рассмеялась, а затем потянулась через стол и жалостливо, почти снисходительно похлопала Мию по руке. Пальцы Элси были унизаны дешевыми титановыми кольцами, а многочисленные браслеты на запястьях бренчали и звенели, как монеты, вылетающие из игрового автомата.

– Миа, дорогая, неужели тебя настолько испугала какая-то обдолбанная наркоманка из подворотни в Ван-Найсе, что ты так себя накручиваешь?

Хороший вопрос, который Миа не раз себе задавала. И на который у нее не было ответа.

– Должно быть, какой-то перформанс, только и всего,– заключила Элси.

– Я так не думаю.

– Дорогая, это всегда перформанс.

Миа не была столь уверена.

– Давай-ка.– Элси пригласительным жестом пошевелила пальцами (к этому времени она уже выпила три джина с тоником).– Протяни мне свои изящные лапки.

Миа положила руки на стол, и Элси повернула ее запястья так, чтобы ладони были обращены вверх. Затем она нежно стала водить длинными акриловыми ногтями по ладоням

Мии. Было щекотно. Собственные ногти Мии были обгрызены до мяса, кое-где виднелись остатки черного лака. Внезапно Миа устыдилась своих рук.

– Так-так, тут у нас целая история,– сказала Элси, проводя большим пальцем по выступающему шраму на левом запястье Мии. По всей видимости, нанесенному ею самой. Миа отдернула руку, стесняясь старой раны.

– Правая рука у женщин показывает врожденные признаки,– объяснила Элси.– Левая – будущее.

– Будущее – в смысле судьбу?

Элси была несколько озадачена.

– То, что уготовано тебе в будущем, Миа. Хотя ничто не высечено на камне.

– Ясно.– Миа неохотно положила левую руку обратно на столешницу.

Элси принялась изучать ее ладонь.

«Любительская чушь»,– припомнилось Мии, и она представила себе, как Ее Дьявольская Светлость выделывает пируэты в какой-нибудь темной подворотне.

– Хорошие новости,– объявила Элси.

– Что?

– Вот, смотри. Видишь, длинная линия любви и две очень четкие линии брака? Вот здесь. Видишь? Возможно, в твоей жизни есть какой-нибудь джентльмен? Кто-то особенный?

Миа рассмеялась. В ее жизни не было джентльмена с тех пор, как Винс Овермейер уговорил ее засунуть руку ему в штаны на заднем сиденье родительской машины, когда Миа еще училась в старшей школе. Нет уж, спасибо. Это был первый и последний джентльмен в ее жизни.

– Не думаю, что это связано с романтикой,– сказала Миа.– Может, есть какая-нибудь линия жизни или вроде того? Где будет написано, суждено ли мне умереть.

Элси с комичным видом уставилась на нее.

– Ты не умрешь, Миа. Господи, что за мысли! Вот откуда берутся все эти странные идеи для фильмов?

– Как узнать, на что следует обращать внимание?

– Ты не узнаешь, потому что ничего нет, дорогая.

– Тогда почему я уверена, что вы ошибаетесь, а та наркоманка в переулке – права?

Элси убрала руки. Если Миа ее обидела, то не нарочно. Допив свой напиток, Элси с тревогой уставилась на Мию. У нее были карие радужки с рыжими вкраплениями.

– Дорогая, могу я говорить начистоту?

– Конечно,– заверила Миа.

– Тебе нужно проконсультироваться не со мной и не с теми, кто имеет дело с высшими силами,– сказала Элси.– Если хочешь, могу поделиться контактами превосходного психотерапевта.