Читать книгу Черная Пасть - Рональд Малфи - Страница 9

Примерно в то время, когда я (трезвый как стеклышко вот уже больше девяноста дней) сидел на неудобном складном стуле рядом с Эмили Пирсон в подвале Первой объединенной методистской церкви на Милл-стрит в центре Акрона на третьей встрече Анонимных Алкоголиков и потягивал из чашки тепловатый кофе, Миа Томасина регистрировалась в довольно непритязательном мотеле в Лексингтоне, штат Кентукки. Номер был оплачен Фанклубом Фееричного Феминистского Кино (ужасное название для организации, по мнению Мии) в счет гонорара за очередной показ «Мертвого кролика» с последующей сессией вопросов и ответов. Такое чувство, что в последнее время она в основном зарабатывала на жизнь, рассказывая о своих фильмах, а не снимая их. Миа питала надежду (основанную на успехе ее последнего фильма «Пуленепробиваемый», приобретенного одной из известных стриминговых платформ), что ей удастся собрать полмиллиона долларов для будущей кинокартины. Миа уже некоторое время держала в голове замысел, готовая сосредоточить все свое внимание на работе. И хотя в течение почти двух месяцев Мию терзали мысли о странной женщине за кинотеатром в Ван-Найсе, она в конечном итоге выбралась из этой ямы, чтобы вернуться в страну живых. Или даже с большой буквы: в Страну Живых. Чертово имя собственное.

Двухдневное мероприятие началось с ужина в ресторане (судя по всему, открытом на месте бывшей забегаловки). На встрече присутствовало около тридцати участниц Клуба, в большинстве своем грузных и дурно пахнущих особ. Ужин (поначалу довольно сносный) пошел под откос, когда Миа предложила переименовать группу в Фанклуб Фееричных Феминистских Фильмов, чтобы аллитерация в названии была полной. Предложение было встречено недуоменными взглядами, как будто она вдруг заговорила на иностранном языке. Впрочем, несколько виски с содовой хватило, чтобы загладить неловкость.

На следующий вечер в обветшалом кинотеатре состоялся показ «Мертвого кролика». Выйдя на улицу, чтобы покурить перед сессией вопросов и ответов, Миа заметила вдалеке ярмарочные огни. Огромное колесо обозрения лениво вращалось на фоне ночного неба, погружая ее в транс. Миа вспомнила футболку Ее Дьявольской Светлости. Прежде чем вернуться в кинотеатр, она закрыла один глаз и обвела пальцем контур колеса обозрения: круг.

– Моим картинам,– сказала она,– свойственны жесткость и откровенность. Они – прямое отражение меня как режиссера. Вы заходите в зал посреди сцены и думаете, что попали на снафф-фильм. Или смотрите нацистскую пропаганду. Чей-то психоделический кошмар, запечатленный на кинопленке. Я пыталась заниматься коммерческим кино, но мне для этого не хватило стержня. Или, возможно, у меня слишком крепкий стержень. Не знаю. Индустрия прогнила, а люди в ней насквозь фальшивые. В любом случае, я никогда не умела хорошо ладить с людьми. Да пошли они. Я сама пробью себе дорогу.

Женщины встали и зааплодировали.

В знак признательности ей подарили корзину дешевого вина в бутылках с завинчивающейся крышкой, брелок для ключей и футболку Фанклуба с надписью «Официальный участник» на груди слева. Тщательно продуманные вопросы выводили Мию из себя. Возможно, она просто была не в настроении. Так или иначе, когда все закончилось, Миа с облегчением выдохнула. Наконец-то можно сесть в арендованную машину и вернуться в мотель. Ранним утром у нее был рейс до Лос-Анджелеса.

И все же, несмотря на усталость, она вдруг свернула с шоссе и направилась в сторону ярмарки, где провела следующие полчаса, гуляя по площади и отщипывая понемногу от ярко-розового клубка сахарной ваты.

Именно тогда все и случилось.

Миа заметила в толпе мужчину. Он стоял и смотрел на карусель, которая вращалась по кругу; искусно вырезанные лошадки поднимались и опускались, поднимались и опускались под пронзительные звуки ярмарочной музыки, пока маленькие дети махали родителям.

Во взгляде, каким мужчина смотрел на детей, был голод.

В голове у Мии пронесся ураган, сметая все на своем пути.

Она успела вытащить из заднего кармана мобильник и торопливо сделала несколько снимков, прежде чем мужчина скрылся в толпе. Миа кинулась за ним через ярмарочную площадь, расталкивая людей и выискивая его взглядом. Но мужчина бесследно исчез.

Что-то вот-вот должно произойти. То, от чего ты бежишь, скоро тебя настигнет. Так что гляди в оба, чтобы ничего не пропустить. Ты меня поняла, сестренка?

И она поняла. Господи, теперь она все поняла.