Читать книгу Особенности обучения диких котов - Салма Кальк - Страница 3

На первое занятие с госпожой профессором Саваж Клодетт шла со страхом и трепетом.

Вчера, конечно же, мама высказала ей, что боевой факультет – это никуда не годится. Во-первых, она девочка, во-вторых, что это вообще даст ей в жизни? Не лучше ли перевестись на стихийный, пока не поздно, и получать нормальную профессию? Потому что кем она потом будет работать, она подумала?

Нет, Клодетт не подумала. Просто она слышала с детства, что если сила есть, то её нужно развивать. И раз у неё есть эта сила, то и её тоже нужно развивать. А кем работать – ну, пока ей нечего предложить людям, а кто знает, что будет, когда она выпустится?

Маме пришлось ответить грубо – что так-то у Клодетт праздник, она прошла нефиговый конкурс и оказалась одной из лучших, и не нужно ей всё портить. И вообще, у них в семье бывали отличные боевые маги, не только целители. И что теперь, раз она не целитель – удавиться и не жить? Один целитель на поколение – и достаточно. А она… сама справится и сама разберётся, куда ей деваться, вот. Где учиться и что делать.

В общем, они поссорились. Клодетт заперлась у себя и не выходила до поздней ночи, и даже Филипп до неё не достучался. А ночью встретилась на кухне с папой – он тоже прятался от маминого гнева и пришёл поесть. Вместе с ним и ещё с Филиппом они соорудили отличный омлет, съели его и запили вином из дедушкиной коллекции. Папа их обоих вполне одобрил, поздравил и пожелал удачи. И терпения, и сил. Потому что, он сказал, понадобится.

И утром Клодетт вместе с Филиппом приехала в Академию, бросила ему на бегу «пока» и пошла искать нужную аудиторию. Что характерно, нашла, и в ней уже расположились парни. Н-да, она никогда не была единственной девчонкой среди парней. Может, с того будут какие-нибудь бонусы?

Ага, три раза бонусы, пока – одни проблемы.

– Привет, малявка! – завопил рыжий верзила и попытался её обнять.

Получил по носу – точно и болезненно. Просто рукой, просто нужно знать, куда ткнуть. Клодетт знала – всё же и от целительской семьи бывают плюсы.

А потом эти добрые люди единогласно выселили её за самый первый стол.

Вообще, столов в аудитории стоял десяток, и расселись по одному, почти все, кроме двоих за столом у самой стенки. И ей оставили тот, что стоял в самом центре, прямо перед преподавательским местом. Правда, сбоку у окна за таким же первым столом разместился внук госпожи декана – Жан-Филипп, кажется. Она услышала – друзья называли его Жанно. Ещё вот этот рыжий дикарь – Флинн. И остальных нужно выучить, чтоб не говорить – эй, ты, как там тебя.

Пока Клодетт потихоньку оглядывала одногруппников, появилась госпожа декан. Бодрая, энергичная, деятельная. Седая, коротко стриженная, в зелёном костюме – и не в том, что вчера, в другом.

– Добрый день, господа первокурсники, – кивнула она.

Парни повскакивали, приветствуя, она кивнула.

– Прошу садиться. Итак, сегодня у нас с вами общие вопросы, которые необходимо решить, прежде чем мы приступим к собственно предмету. И начну я с такого момента: прошу вас всех хорошо подумать, туда ли вы поступили. Я имею в виду – на тот ли факультет, который вам на самом деле нужен. Мы не зря даём возможность подумать и в течение первой недели перевестись. Вам всем будут рады на стихийном огненном факультете.

О как! Ну чисто мама, чуть ли не те же самые слова! А госпожа декан продолжила:

– Многие – и маги, и нет – считают наш факультет пережитком прошлого. Каждый год неизменно возникают дискуссии, нужны ли нашему обществу боевые маги, или же мы давно уже научились обходиться без них. Правда, – тут она усмехнулась, – задачи, решение которых проще всего даётся боевым магам, почему-то то и дело возникают. Задачи, которые не может решить больше никто. Но это, как правило, задачи тяжёлые и связанные с риском для жизни.

Профессор обвела каждого из них внимательным взглядом.

– Более того, боевая магия и служба – она, скорее всего, не на всю жизнь. Настанет момент, когда вам придётся задуматься – а что ещё вы можете делать, как ещё вы можете использовать свой дар и свою силу. Вас может ждать ранение, с последствиями которого не справятся целители, утрата силы, мощи, трудоспособности. Нужно будет понимать, кто вы есть и зачем было всё то, что было. Это может оказаться мучительно неприятно. И я пойму, если кто-то сейчас передумает, в этом нет ничего страшного или стыдного. Развивать свой дар можно по-всякому. Но, – тут она снова внимательно посмотрела на каждого, – я буду рада всем, кто решит остаться.

Тишина стояла такая, что было слышно, как где-то снаружи, в парке, болтают об осенней обрезке кустов садовники. Клодетт оглянулась украдкой – все смотрели на профессора, не сводя глаз.

– Далее пойдём к нашим насущным вещам. У вас будет очень много занятий и много самостоятельной подготовки. Больше вас достанется только целителям… но это не точно, – усмехнулась профессор.

Ну, они с Филиппом встряли оба, подумала Клодетт.

– Всем, кто решит остаться, понадобится сильное и здоровое тело, умеющее терпеть боль и переносить нагрузки. Боевой маг не должен допустить, чтобы у него сбилось дыхание, закололо в боку, заболели мышцы от долгого бега и что там может быть ещё. Физподготовка в расписании каждый день, и если кто вздумает прогуливать – пойдёт на стихийный факультет быстро и безболезненно. Если вы раньше полагали, что обойдётесь – вам придётся пересмотреть свои приоритеты. Если хотите остаться, разумеется. Далее, завтра утром все вы идёте в госпиталь – на медосмотр. Конечно, все приносили справки о здоровье, но этого может оказаться недостаточно. Невыявленные заболевания в нашем случае могут оказаться смертельно опасными. Поэтому – диагностика со всех сторон, и далее раз в полгода, привыкайте. Кстати, академическое приложение все себе поставили? Кто поставил, открываем, кто ещё не успел – ставим сейчас.

Клодетт поставила ещё вчера, только услышала, что такое есть. И даже попыталась найти там в числе студентов свой профиль, но не преуспела.

Что ж, оказалось – поставили все. Профессор рассказала, как войти в свой профиль, что заполнить там сегодня вечером дома, и потом велела открыть расписание.

– Смотрим. Завтра госпиталь, у всех ведь отмечено, так? Это на весь день. Дальше уже нормальные занятия. Из специальных предметов у вас в нынешнем семестре только теория и практика боевой магии. Теорию вам буду читать я, практику будет вести капитан Монтенеро. Да, капитан Легиона, всё верно, господин О’Флай. Не он, она. Теодора Монтенеро, – позволила себе усмешку профессор. – Она же будет вашим куратором, все вопросы вашей академической жизни – к ней. Она подойдёт в конце занятия.

Ух ты, это ж дочка профессора, дошло до Клодетт, её мама с бабушкой обсуждали, что она не очень давно вышла замуж, рожала и не могла сразу вернуться к службе. А теперь, значит, преподаёт. И тоже здесь училась, и смогла. Значит, и Клодетт сможет.

Профессор говорила о расписании дальше – общая история применительно к истории магии, общая теория магии, там лекции и экзамен в весеннюю сессию, магия в мире и магическая этика, физкультура, которую нельзя пропускать, рукопашный бой – о, круто, анатомия – на кой чёрт им анатомия, они ж не целители?

О, не только её заинтересовал этот вопрос. Черноволосый кудрявый парень смотрит на профессора, как баран на новые ворота.

– Для чего анатомия, господин Ришар? Чтобы знать, куда бить и что от этого будет. И с противником, и с вами. А то захотите обездвижить, не рассчитаете силу и получите хладное тело вместо задержанного. Или решите с чего-нибудь, что вы у нас прочный и бессмертный, и получите на орехи, и кто потом вас собирать будет? А о необходимой технике безопасности поговорим сегодня на введении в боевую магию. Кстати, об анатомии. Она у вас стоит экзаменом в зимнюю сессию, а кроме того – магическая этика и специальность. Анатомию и этику будете сдавать устно, а по специальности будет комплексный экзамен – теория и практика. А сейчас смотрим литературу.

Дальше они открывали в приложении список необходимых учебников и дополнительной литературы, и отмечали, что занятие в библиотеке – сегодня, четвёртой парой.

Когда в аудиторию тихо, как кошка, вошла капитан Монтенеро – в форме Легиона, между прочим – все сосредоточенно искали в списке книг те, что понадобятся на теорию боевой магии, и отмечали как первоочередные, чтобы запросить потом в библиотеке.

– Добрый день, господа. И дамы, – улыбнулась она Клодетт.

Клодетт улыбнулась ей в ответ.

– Нам нужен староста группы, – сказала капитан Монтенеро.

Как-то так вышло, что все сошлись на кандидатуре Саважа. Его тётка и бабушка только посмеялись.

А потом оказалось, что пара закончилась и им уже нужно идти в другое крыло на лекцию об общей теории магии, которую должен был читать дедушка – профессор де ла Мотт.

Всё, о чём они тут говорили, звучало страшновато… но вместе с тем очень, очень притягательно. И Клодетт очень хотела верить, что учёба окажется ей по силам.

* * *

Лучший среди некромантов первого курса Леон Шеню лучшим быть не привык. Он и в Академию попадать не рассчитывал, думал, что магический колледж в Авиньоне – его предел, а что дальше – ну, в колледже, наверное, расскажут, что дальше. Где-то же работают такие, как он. Наверное.

Леон не мог сказать точно потому, что других некромантов видел только в новостях. В школе маги встречались, но – один-два на класс. С ним учились два парня-стихийника, они были наглые мажоры и Леона ни во что не ставили, потому что некромант – это не настоящий маг, так они говорили. А настоящий – если стихийник или хотя бы целитель, а это что?

Впрочем, «это» тоже умело кое-что, просто громко кричать не хотелось. А умело потому, что – мама. Мама читала какие-то книги по магическому образованию, и ещё в последние пару лет была подписана на какой-то специальный канал – на тему «как жить, если ваш ребёнок некромант, а вы нет». Вообще, это, конечно, проблема, потому что некромант и любой другой маг стыкуются как-то очень слабо. Он даже иногда подумывал – ну зачем вообще мама связалась с отцом, отец которого, дед Леона, был некромантом? Этого деда к моменту рождения Леона уже не было в живых, отец существовал где-то параллельно на вольных хлебах, и когда узнал, что у него родился сын с такой наследственностью, разве что передал амулет, который всю жизнь носил дед – со словами «носить не снимая, иначе беда». Леон, если уж совсем честно, пробовал выяснить – что за беда, и иногда украдкой снимал. Что ж, тем, кто оказывался рядом, становилось страшно. Этот момент можно было использовать – просто не слишком часто, а лишь когда становилось совсем туго. Он и использовал, только помалкивал.

Но мама – она пробивная, она искала, у кого узнать-спросить, и возила Леона в Массилию на консультацию – к крутому магу-некроманту, Леон только-только в школу тогда пошёл. И тот некромант, а был он уже старый, долго с Леоном разговаривал – что тот видит, что слышит, как силу зовёт и что с ней делает. Тогда Леон многое про себя понял и фактически на том багаже до выпуска из школы и дожил. И ещё смотрел тот канал, что мама нашла – там парень-некромант рассказывал про силу и предлагал разные упражнения – что с той силой можно делать. Причём попасть на записи упражнений можно было, только если ты сам маг-некромант – такая там стояла защита. И правильно, остальным нечего.

А потом к маме в фирму приехал господин де Котель, у них случились отношения, и он предложил маме выйти за него замуж. Мама изумлялась – надо же, никогда замужем не была, теперь-то для чего? Но господин де Котель был непреклонен – ему, видите ли, очень хочется назвать маму своей женой. И представить родным и знакомым. И вообще, давайте поедем в столицу. Ты будешь работать там же, где и я, отличные финансисты нужны всем. А Леон пойдёт учиться в Академию…

Может быть, на это они оба и купились – на Академию? И мама, и Леон? Или не только? Мама улыбалась и говорила – Леон, ты уже большой и можешь поступать как захочешь, я поддержу. Если хочешь – оставайся здесь, квартира твоя, и поступай в колледж. А если хочешь – поехали в столицу, и там попробуй сдать экзамены в Академию. Если вдруг сдашь не слишком хорошо – у них тоже есть колледж, можно сначала в него, и там подтянуть то, что не выйдет сейчас. После их колледжа поступают абсолютно все.

Леон подумал и согласился на Академию. В конце концов, там же, наверное, есть общежитие. И если этот… господин де Котель будет совсем неприятным, то можно же не жить в его доме.

Эх, знал бы он, что дом окажется… в общем, в таком доме весь их школьный класс можно поселить, со всеми братьями-сёстрами и родителями. И ещё место останется. До того момента Леон не представлял, насколько богат господин де Котель.

А ещё оказалось, что у господина де Котеля раньше была другая жена, которая уехала от него, а с ним осталась дочь. И эта дочь была ровно такого же возраста, как Леон – тоже окончила школу и поступила в Академию.

Анна де Котель оказалась холодной и высокомерной, и при этом невероятно красивой. Не худая – Леону не нравились худые, не маленькая, не крашенная во все цвета радуги – блондинка с большими серо-зелёными глазами. Она вежливо здоровалась и прощалась с Леоном и мамой, и всё. Общаться она не желала. Ну, значит, не больно-то и хотелось. В школе красивые девчонки вели себя с Леоном ровно так же. Не привыкать.

А потом были вступительные экзамены, и их принимал декан факультета, старый, но очень сильный некромант. Леон сначала стушевался – не видел никогда столько силы, а потом зажмурился, нырнул в тени на секундочку, вернулся… и выполнил все задания. Да ещё, как оказалось, лучше всех других, а поступали, как он потом узнал, и такие, у кого оба родителя некроманты – да-да, так тоже бывает.

Письмо о зачислении ему принесли тогда же, когда и Анне. Леон изумился – надо же, как бывает, он не надеялся. Но – получилось.

Ту неделю, которая оставалась до начала занятий, он усиленно знакомился со столицей. Они с мамой сходили в Королевский музей – посмотрели на сокровища, картины, статуи и всякие вещи, принадлежавшие великим людям. Господин де Котель сказал, что ему бы ещё съездить в музей магии, что в Верлене – но это нужно ехать на выходные и оставаться там, уже не успеется. Может быть, позже. А может быть, они съездят с Академией.

Ещё Леон расчехлил свой скейт и даже нашёл несколько отличных мест, где кататься – дома-то он только совсем зимой ездил на трамвае, а всё остальное время – на скейте, и так уже два года. Значит, будет ездить и тут. Не на зачисление, конечно, туда нужно всем вместе, и одеться торжественно, как на выпускной в школе – а дальше уже проще.

Вообще, на зачисление пришла невероятная толпа народу. Это некромантов поступило шестеро, а на стихийный факультет – человек сорок, наверное, и на прикладной столько же. Менталистов он насчитал семерых, боевиков – десять, а целителей – двенадцать. Парней и девочек было примерно поровну, и если у боевиков и некромантов девочек случилось по одной, то на прикладном факультете их оказалось большинство.

Девочка-некромант поражала воображение. Такая же, как он, но – девочка. Коротко стриженная, очень бледная, симпатичная. Откуда-то аж с Полуночных островов. Там нет своей Академии? Она смотрела на всех недоверчиво – наверное, он смотрит так же.

Из оставшихся двое парней были близнецами. Оба болтали с невероятной скоростью обо всём на свете – между собой и со всеми подряд. Леон и представить не мог, как так вообще можно. И ещё один парень был совершенно темнокожим, и он молчал, пришёл с бабушкой. А второй выглядел старше их всех, и на прямой вопрос близнецов прямо ответил: да, он после колледжа, после школы не решился, думал, не возьмут.

Вводная лекция понравилась Леону – чётко, ясно, по полочкам. Ничего такого, что показалось бы страшным и невыполнимым. И хорошо.

Но наутро он не стал дожидаться, пока Анна де Котель вызовет такси или как там она ещё собирается ходить на занятия, а пожелал маме хорошего дня, подхватил скейт и был таков. Сегодня можно было надеть не рубашку с галстуком, а футболку и куртку, и наушники, и капюшон на голову, и хорошо. Дорогу он в целом разведал, но нужно же ещё и проехать, так?

Он успел вовремя, хотя пару раз забурился-таки не туда. Ничего, привыкнет. А то ещё и воспользуется кратчайшим путём между двумя точками, а какой кратчайший путь для некроманта? Через тени, ясное дело.

Пока же он без труда нашёл маленькую аудиторию возле кафедры основ некромантии, и оказалось, что он даже ещё и не последний. Последними, буквально за полминуты до появления профессора, ввалились близнецы – громко хохоча и хлопая друг друга рюкзаками по голове. Интересно, как это – когда у тебя есть близнец? На что это вообще похоже?

Профессор появился из теней, и он не видел в этом ничего особенного.

– Добрый день, мои юные друзья, – начал он. – Я очень рад вас видеть, и тех, кто родился и вырос в столице, и тех, кто приехал к нам издалека, – профессор посмотрел на девушку Грейс и на Леона. – Наша с вами задача на ближайшие четыре года – раскрыть талант каждого из вас и понять, где и как вы с наибольшей пользой сможете его применить. Возможностей много, больше, чем вам сейчас может показаться. Потому что некроманты могут всё – и ещё чуть-чуть. Не верите? – он оглядел изумлённых слушателей. – Давайте смотреть, так ли это…

Со слов профессора выходило, что некроманты способны сделать столько разного, сколько и не снилось обычному даже магу, не просто человеку. И во время обучения они будут пробовать – всё-всё, только внимательно и осторожно. Чтобы не навредить ни окружающим, ни себе.

У профессора супруга – боевой маг. Они даже вчера на зачислении стояли рядом и держались за руки – когда не приветствовали каждый своих студентов. А ведь им обоим столько лет, что дух захватывает! Интересно, как они смогли ужиться, думал Леон, с некромантами ведь никто не уживается – кроме родителей?

Впрочем, может быть здесь, среди себе подобных, он что-то поймёт. Как такие, как он, живут и уживаются с другими. Это было невероятно интересно – где они все учились, у кого и чему, и как что-то понимали про себя? Может быть, позже он наберётся смелости и с кем-нибудь поговорит.

После лекции профессора Саважа нужно было идти на теорию магии, общую для всего потока. Леон, как всегда, замешкался, протормозил и едва не столкнулся у входа в большую лекционную аудиторию с девочкой. Извинился, пропустил её вперёд, глянул…

Девочка была… нереальная. Её волосы с каким-то лиловым отливом заплетены в косички, голубые глаза скользнули по нему, не задержавшись, тонкие пальчики сжали сумку… откуда она, с какого факультета?

Леон проследил за ней взглядом – села с другими девчонками, кажется – с прикладниками. Ну и ладно.

Сам же он нашёл свободное место в первом ряду – ему без разницы, где сидеть, почему бы и не здесь. И приготовился слушать профессора де ла Мотта.