Читать книгу Купить нельзя родить - Сергей Бакшеев - Страница 3

Створки лифта разъехались. Глаза фиксировали: тринадцатый этаж, дверь справа, квартира 267. Глубокий вдох, медленный выдох. И еще раз. Ирма Дитрих уняла сердцебиение, собрала волю в кулак.

Она уже бывала в этой квартире. Здесь сурмамы из провинции жили в ожидании родов под присмотром приходящего врача. Дитрих всегда с волнением наведывалась к Кристине, прикладывала ладони к ее животу, общалась со своим малышом, улавливала толчки его ножек и клялась: мама ждет тебя. Только здесь она называла себя мамой и ничуточку не стеснялась. Она бы находилась тут постоянно, но контракт предписывал разовые встречи, которые надо согласовывать с агентством «Заветный шанс». Сегодня волнение было иным, не теплым, а щекочущим нервы.

Дверь ей открыла врач Лидия Мурзина – сухая и пучеглазая как вобла. Неожиданное сравнение успокоило Ирму. Сейчас тусклая женщина для нее не человек, а вобла! Наглая алчная рыба, которую не жалко поймать на крючок, а если потребуется, то и добить веслом!

Вобла вытянулась, бросила взгляд поверх плеча гостьи. Убедилась, что биологическая мама одна, и пропустила в квартиру. Показная бдительность лишь усилила злость Ирмы. Колющий взгляд она смягчить не смогла, но губы растянула в тонкой улыбке. Вобла и не рассчитывала на радость гостьи, по-настоящему ее интересовало одно – что у Дитрих в руках?

– Деньги принесли? Кристина не шутит.

Ирма кивнула и прошла на кухню, где обе сурмамы, открыв рты, смотрели телевизионное токшоу, в котором определяли отцовство незапланированных деток по тестам ДНК. Беременные как по команде перевели взгляд на Дитрих, словно шоу шагнуло с экрана к ним в дом. Ирма водрузила на стол черный пакет, в котором угадывались ровные пачки.

– Лидия Витальевна, пересчитайте деньги. А ты, Кристи, пиши расписку.

– Какую?

– Я, фамилия-имя-отчество, получила десять миллионов рублей от Ирмы Дитрих. И обязуюсь отдать ей, рожденного мною…

Ирма сглотнула ком в горле и нащупала топорик под курткой. Упоминание малыша способно ее разжалобить, а ей требуется настрой прямо противоположный – ярость!

Мурзина не придала значение заминке. Услышав сумму, она не смогла сдержать победную улыбку. Снова получилось! Вымогательница села за стол, сдвинула чашки и приподняла весомый пакет. Подмигнула Кристи – наша взяла – и для пущего эффекта разом вывалила перед собой содержимое пакета. Горка любовных романов в мягких обложках украсила центр стола.

Первую секунду онемевшая вобла с прежней улыбкой изучала красавцев с обложек. В следующую улыбка скисла, глаза сузились и голова стала поворачиваться, чтобы испепелить взглядом горгоны оборзевшую немку. «Ты издеваешься!» – готово было сорваться с губ.

Но повернуться она не успела. Кухонный топорик с силой обрушился на затылок воблы. Голова рухнула на книги, ругательство захлебнулось хрипом. Но женщина-рыба не сдавалась. Ее руки дернулись и напряглись, плечи приподнялись. Второй яростный удар с жутким хрустом проломил череп воблы. Дитрих разжала ладонь. Топорик с удобной резиновой ручкой не упал, а застрял в голове жертвы, как в кочане капусты.

На несколько секунд все оцепенели. Лишь телевизор радовал рекламой чудодейственного средства от спазма и боли. Затем на пол грохнулся стул и зазвенело в ушах. Это отшатнулась и истерично завизжала Ната. Кристи сжалась и заскулила. Хлесткие пощечины решительной Ирмы вывели беременных из шока.

– Не орать! Заткнулись!

Дитрих увеличила громкость телевизора и вытолкала женщин в спальню.

– Легли, отдышались! Успокоились! Вам еще рожать.

Она забрала у беременных телефоны и вернулась на кухню. Бросила аппараты в раковину и включила воду. Плеснула себе в лицо, растерла холодную воду и медленно обернулась.

Мурзина неподвижно лежала на столе. Топорик торчал из ее головы, волосы вокруг раны слиплись, кровавая кашица окрасила седой подшерсток, густая кровь стекала на романы для легкого чтения.

Это рыба, а не человек, снова убедила себя Дитрих. Рыба! Хищная тварь, которая покусилась на ее ребенка. Она защищалась, спасала дитя, у нее не было выбора. Рыба – не человек! Она чудовище, дрянь, гнида!

Ирма вспомнила, как потрошила рыб и отрезала им головы – кровь, требуха, кости. Неприятно, но терпимо. Придется проделать такое же с рыбой побольше.

Дитрих выдернула топорик из проломленного черепа и сунула в раковину. Блестящая сталь очищалась от крови под струей воды. Нервы успокаивались, мысли прояснялись. Самый отчаянный шаг она уже сделала. Назад пути нет. Паниковать и останавливаться нельзя. Дальше будет проще.

Ирма подхватила убитую под мышки и попыталась перетащить тело в ванную. Мертвая вобла оказалась на редкость тяжелой. Сил не хватило. Тело рухнуло на пол. Ирма закатила глаза от досады. Ведущая с телеэкрана словно подглядывала за ней и осуждала. Дитрих ударила по пульту и отключила телевизор.

Вытерев испарину со лба, она позвала беременных:

– Кристи, Ната, сюда! Помогите мне.

Заплаканные женщины опасливо семенили в домашних тапках и испуганно жались к стене. Дитрих негодовала:

– Да! Я это сделала! Сделала из-за тебя Кристи! Ты требовала деньги. А у меня их нет!

Кристина оправдывалась:

– Это врач, она приказала. Я не хотела.

– Ты собралась продать ребенка в Сургут! Моего ребенка! Что мне было делать?

– Про Сургут это она. Она… – ныла сурмама.

– За это вобла и получила, – согласилась Ирма. И скомандовала: – Ну! Схватили за ноги. Ее надо перенести в ванну.

Под скулеж Наты тело втроем перетащили в санузел и опустили в ванную. Дитрих вернулась на кухню за топориком. Плачущая Ната отмывала руки в раковине. Кристи, тяжело опершись на подоконник, смотрела в окно. Между рук лежал ее вытертый телефон. Это не понравилось Ирме.

– Отошла от окна! Телефон не трожь! Предупреждаю, дверь я заперла, ключи у меня. Сидеть тихо! Я буду жить с вами.

Дитрих положила телефоны сурмам на разделочную доску, расколошматила топором и стряхнула осколки в мусорное ведро. Так-то спокойнее! Ее разгоряченные руки почувствовали свежий воздух. Она резко обернулась, увидела раскрытое окно и высунувшуюся наружу Кристи. Метнулась, отдернула сурмаму от подоконника и захлопнула створку.

– Не открывать!

– Я хотела проветрить, – оправдывалась Кристина.

– Перебьешься!

Ирма нашла отвертку и выкрутила из оконных рам поворотные ручки. Без них окна не открывались. Беременные со страхом наблюдали за решительными действиями убийцы и шарахались от нее. Дитрих продолжала командовать:

– Не ныть! И никого не звать! От тела я избавлюсь. Что застыли? Приберитесь на кухне, вымойте стол и пол. Чтобы ни пятнышка!

Забрав сумочку педиатра и сжав топорик, Дитрих ушла в ванную комнату. Из детективных фильмов она знала, что тела опознают по лицам и отпечаткам пальцев. Значит, от головы и рук надо избавиться в первую очередь. Убитая лежала так, словно готовилась принять ванную.

– Гадина! Тварь! – накрутила себя Дитрих.

Она вытянула правую руку жертвы на бортик ванной и стала рубить выше кисти. Но даже это оказалось непросто. Топор не попадал в одно и то же место, рука соскальзывала, приходилось ее придерживать. Кое-как отрубив кисть, она поранила свою руку. Сорвала платок с шеи, зажала рану. Сквозь голубую ткань проступало кровавое пятно. Глаза слезились от боли и отчаяния. Под ногами валялась отрубленная кисть со скрюченными пальцами. Смотреть на обрубок было тошно.

Возбуждение сменилось апатией. Ирма замотала кисть Мурзиной в свой платок и бросила в ванную. Туда же швырнула ее сумочку. Вышла на кухню. Ната и Кристи, понурив лица, сидели за чистым столом. Ирма обработала рану на руке средствами из аптечки и села рядом. Три женщины долго молчали и не смотрели друг на друга.

– Кристи, ты родишь моего ребенка, и я уйду с ним, – наконец произнесла Ирма. – А пока так поживем.

– Мне в туалет, – заныла Ната.

Три женских взора одновременно переместились на дверь совмещенного санузла. Немой вопрос повис в воздухе. Ирма сообразила первой. Она принесла из спальни покрывало, прикрыла им труп в ванной.

– Можешь идти, – сказала она Нате.

– Я не смогу.

– Иди! Я постою рядом.

Ната со страхом поплелась в туалет. Дверь она не закрыла и вскоре выскочила оттуда, зажав рот. Добежала до раковины на кухне, и ее стошнило.

– Справилась? – спросила Ирма, когда Ната умылась.

Беременная нервно закивала. Ирма подала ей бумажное полотенце.

– Зато жрать не хочется. Да? Это тебе на пользу. Ложись спать.

Ната поплелась в спальню. Кристи покосилась на новую хозяйку, перевела взгляд на закрытое окно и дверь в санузел. Уныло спросила:

– Сегодня еще ничего, а завтра?

Ирма положила ладонь беременной на живот.

– Кристи, ты не нервничай. Сейчас всё можно заказать на дом.

– И вывоз трупа?

Упрямый взгляд Кристины Ирме не понравился. Сурмама оправилась от первого шока и осмысливает новую реальность. Как далеко зайдут ее помыслы?

– Иди, отдыхай, – приказала Дитрих.

Оставшись одна, она заглянула в санузел и потянула носом воздух. Паниковать рано, но делать что-то придется. Как избавиться от трупа? Подумав, Ирма вошла в интернет со своего телефона.