Читать книгу И пришёл охотник - Сергей Котов - Страница 9

– Миха, подъём! – Лёхин голос грубо вырвал меня из сна.

«Какой подъём? Тут же не бывает подъёмов… стоп, и я же вообще не должен…» – успел подумать я, садясь на кровать, свесив ноги.

– Боеготовность полная, – продолжал Лёха. – Только что объявили. Тебе долго собираться? Давай помогу!

Уловив тревогу в его голосе, я окончательно проснулся.

– Что-то случилось? – спросил я, чувствуя, как пересохший язык неприятно ворочается во рту. Я взял с тумбочки смартфон, взглянул на часы. Четыре утра. Блин, самое сонное время!

– Накат идёт массированный. Тут реально опасно. Надо уезжать, пока прилёты не начались. Прямо сейчас!

– Опять дроны?

Собрав всю волю в кулак, я встал с кровати и начал одеваться.

– Да хрен его знает! Всё и сразу!

– Понял, понял, я мигом…

Хорошо, что большая часть вещей осталась в «Лисяне». А так – спрятал ноут в рюкзак, захватил пакет с «мыльно-рыльными», вот и все сборы. Меньше, чем через минуту мы уже выходили из пустой располаги. Судя во всему, остальные бойцы собрались и вышли ещё раньше.

– Смотри, короче, я думаю, что тебе лучше сначала на Симферополь двигать, – говорил Лёха, шагая стремительно, в своей обычной манере. – Там по ситуации: новости включи на радио, слушай, что говорят. Сразу на мост я бы не совался, можно в очередь встрять. Да и вообще бы не совался. Понял?

– Понял, – кивнул я.

– Если всё плохо – двигай на Чонгар сразу. Там сразу по встречной обочке хреначь, понял?

– Да.

– Сможешь?

– Раз ты сказал – значит, сделаю, – ответил я.

– Добро.

Мы подошли к «Лисяну». Машина, узнавая меня, мигнула габаритами и открыла водительскую дверцу. Я закинул рюкзак и сумку на пассажирское сиденье.

– Мих, если что, извини, но сам видишь, – сказал Лёха, протягивая руку.

Я пожал его ладонь. Потом мы обнялись.

– Будет связь – давай знать, что нормально добрался.

– Конечно. Ты тоже! Не пропадай, главное!

В этот момент над морем что-то сильно бахнуло. В небе, на фоне туч, расцвёл огненный цветок. Ещё несколько огненных вспышек мелькнуло в отдалении.

– Ну всё, понеслась звезда по кочкам… – выдохнул Лёха. – Давай шустрее! Ходу! Не останавливайся и не оглядывайся!

– Добро, – ответил я, невольно копируя его манеру.

Я стартанул необычно резко. Лишь электроника не дала колёсам сделать пробуксовку. В зеркале заднего вида я наблюдал, как Лёха бегом несётся к воротам. А в небе над морем продолжают цвести огненные цветы. За раз я насчитал больше десятка.

Навигация, конечно же, не работала. Поэтому прежде, чем попасть на дорогу, ведущую к Черноморскому, пришлось немного поплутать. В сам посёлок я заезжать не стал – сразу повернул направо, в сторону Красной Поляны.

Дорога была пустынной. Ни встречных машин, ни попутных. Лишь возле самой Красной Поляны я увидел большую очередь на заправку.

К тому моменту распогодилось. Над горизонтом поднялась ущербная луна. Тихий пейзаж крымской степи, наполненный серебристым светом, выглядел удивительно спокойно. Особенно на контрасте со взрывами над морем, которые я видел совсем недавно, и которые уже казались нереальными – стоило лишь отъехать на пару десятков километров.

Я вдруг поймал себя на том, что сердце сжимает странная тоска. Будто бы я вовсе не хотел уезжать…

Достав смартфон, я покопался в приложениях. Хотел включить музыку – но вспомнил, что связи нет. Тогда я активировал ФМ-радио. Сканер прошерстил диапазон и на выбор предложил несколько радиостанций.

Немного подумав, я решил вместо музыки включить новостной «Спутник».

«…противоречивые данные, – говорил женский голос. – Наши корреспонденты остаются на связи в ожидании комментариев официальных лиц. Пока что можно уверенно сказать, что в ближайшие несколько часов проезд по Крымскому мосту открыт не будет. Автомобилистам рекомендовано выбирать путь объезда через новые территории и КПП «Чонгар». Там уже образовались многокилометровые пробки. Тем временем в самом городе…»

Приём вдруг испортился. Я попробовал переключиться на «Дорожное радио», но и там были сплошные помехи, слушать невозможно.

Я притормозил и остановился на обочине. Приоткрыл окно со стороны водителя – вдруг показалось, что в салоне душно. Ночной воздух принёс степные запахи и свежесть. Сделав пару глубоких вдохов, я открыл карту на основном экране. Внимательно просмотрел возможные маршруты до Чонгара. Потом обратил внимание на Армянск. Почесал подбородок.

Вдруг со стороны моря послышался шум, напоминающий гул самолётных двигателей. Я выглянул в окно. Мне показалось, что прямо на меня в хрустально-прозрачном воздухе, наполненном лунным светом, несётся хищная вытянутая тень с короткими крыльями.

Сердце замерло на миг. Я с тоской подумал, что вот и всё. Закончился мой творческий путь. Но нет: ракета прошла прямо над дорогой, очень низко, может, на ста метрах всего. Пролетев пару километров, она деловито развернулась и пошла куда-то в сторону Евпатории. Некоторое время я глядел ей вслед, уговаривая себя отцепить ладони от руля. Наконец, мне это удалось.

Ещё до того, как я тронулся, в той стороне, куда ушла ракета, что-то вспыхнуло. Потом до меня докатился низкий, утробный грохот. Конечно, мне хотелось верить, что это ПВО отработало – но едва ли взрыв в этом случае был бы таким мощным.

В Симферополь мне больше не хотелось. Да и в Чонгар тоже. Паника – страшное дело, а там наверняка будет что-то на неё похожее. Поэтому, проехав несколько километров вперёд, я свернул направо, на Далёкое.

Несмотря на то, что дорога была второстепенной, покрытие тут оказалось вполне приличным, видимо, недавно отремонтировали. Это позволяло держать приличную скорость, даже не пользуясь электронными помощниками.

Конечно, я вспомнил про Зелёного Гоблина и его предупреждение.

Кем на самом деле был мой неизвестный собеседник? Сотрудником одной из западных спецслужб? Теперь такой вариант выглядел вполне вероятным. Но для чего я ему был нужен изначально?

На самом деле у меня был ответ на этот вопрос. И он мне совершенно не понравился.

Возник соблазн разблокировать его и спросить напрямую. Интересно посмотреть, как бы он начал вертеться… или же, наоборот, признался бы сразу? И, скажем, начал бы меня шантажировать?

Я ухмыльнулся, представляя, что именно написал бы ему в ответ.

Впрочем, эта идея всё равно оставалась сугубо теоретической – ведь связи не было и не предвиделось.

Когда я подъехал ближе к морю, то заметил ещё несколько вспышек у горизонта. Впрочем, они были достаточно далеко, чтобы беспокоиться о них всерьёз.

На дороге по-прежнему было пустынно. За всё время мне лишь однажды попался одинокий военный грузовик, да какой-то мужик на стареньком «Вольво».

Следуя по указателям, я миновал Раздольное, Воронцовку, и уже на рассвете находился у въезда в Красноперекопск.

Здесь обстановка была спокойной. Появились другие машины. На заправках, правда, стояли большие очереди – но меня это мало волновало, спасибо «Лисяну» и большому запасу в канистрах, в кузове.

Понимая, что почти выбрался, я снизил скорость, чтобы не нарушать и не нахватать зря штрафов. Даже проверил телефон – не появился ли интернет? Однако же, связи по-прежнему не было, даже голосовой.

Тогда я снова включил радио «Спутник». Ведущий сменился – теперь на новостях сидел молодой человек.

«…констатировать, что все пассажиры поезда погибли, – говорил он. – Списки уточняются у оператора. На месте работают следственные органы. По сообщениям очевидцев, мост сильно пострадал: рухнула центральная арка железнодорожной части. На автомобильной обрушились как минимум три пролёта, но сама арка устояла…»

Приём снова начал портиться. Я хотел попробовать перенастроиться на другую станцию, но тут снова услышал сзади характерный авиационный гул.

Я ехал уже непосредственно в самом Красноперекопске. На всякий случай я включил аварийку и остановился на обочине.

В городе ревела сирена.

Надо мной сначала пронеслась одна ракета. Сюрреалистически низко. Это было даже страшнее, чем ночью. За ней последовали ещё три. Потом со стороны Армянска раздался страшный грохот. Там, где шоссе уходило на круг на выезде из города, над горизонтом поднялось огненно-дымное облако. У меня сначала сердце в пятки ушло: на миг я решил, что это тот самый гриб.

Лишь через несколько секунд мне удалось подавить панику. Электроника в машине уже бы выгорела, если бы это был он. Но «Лисян» продолжал работать, штатно и стабильно.

Остальные водители на улице тоже съехали на обочину. Впереди, перед кругом кто-то столкнулся. Там собиралась небольшая пробка.

Не мешкая более, я развернулся через сплошную и поехал в противоположную сторону.

Очевидно, что двигаться дальше в сторону КПП в надежде, что он не пострадал, было наивно. Похоже, били именно по дорогам, которые связывали полуостров с материком.

Уезжая из города, снова наплевав на скоростные ограничения, я лихорадочно соображал: куда податься? На Джанкой через Воинку и дальше на Чонгар? Но, блин, если даже здесь такое творится – то что происходит там?

Хорошо бы вернуться в Симферополь. Всё-таки город есть город: убежища, средства защиты, снабжение. Или даже в Севастополь. Найти, где остановиться, переждать острую фазу ситуации. Спокойно, без нервов по возможности. А уже потом, после стабилизации, продумывать путь возвращения.

Мне этот план показался вполне разумным. И ехать я решил таким же путём, каким попал сюда. По крайней мере, он казался безопасным. Видимо, из-за низкой загруженности бить по тем дорогам было бессмысленно.

Я благополучно проехал Раздольное. Хотел было снова поглядеть карту, чтобы не запутаться, но тут мне навстречу проехала колонна из трёх военных «Уралов» с матерчатыми кунгами. Они мчались на огромной скорости, прямо по центру шоссе, игнорируя полосы, так что я едва успел свернуть на обочину.

Остановившись, я поглядел им вслед. И обомлел, когда увидел, что колонну преследует сразу три эф-пи-ви дрона!

Из кузова замыкающего «Урала» вели огонь в отчаянной попытке отбиться от «птичек».

Головной машине не повезло. Один из дронов попал в капот. Грузовик подскочил и перевернулся, завалившись на бок. Через несколько секунд рвануло горючее в баке.

Оставшиеся две машины сумели увернуться от столкновения – всё-таки держали приличную дистанцию. Но дроны продолжали их преследовать. Я следил за ними, пока грузовики не скрылись за поворотом.

Несколько раз глубоко вздохнув, я попытался собраться с мыслями. Двигаться по дороге вот так, в открытую, больше не хотелось. Да, «Лисян» не слишком похож на военную цель, сейчас мне повезло – но будет ли разбираться в этом противник, если рядом не окажется военных грузовиков?

Тоскливо оглядевшись, я увидел в поле, за дальней посадкой, что-то вроде заброшенного коровника. Идея спрятаться хотя бы на время, до прояснения ситуации, показалась мне вполне здравой и я, свернув в поле, начал двигаться в ту сторону.

Без полного привода в полуразрушенный коровник я бы ни за что не заехал. А так возможностей и габаритов моей машины как раз хватило на то, чтобы попасть в укрытие. Оно оказалось вполне достойным: за торцом коровника, выходящим на дорогу, с крыши сооружения свисала наполовину рухнувшая плита перекрытия, загораживая обзор. А изнутри «Лисян» спрятался за уцелевшую стену. Так что для того, чтобы увидеть машину, нужно было зайти в сам коровник, и никак иначе.

Я выключил машину. Некоторое время просто сидел тихо, собираясь с мыслями и пытаясь анализировать ситуацию. Несмотря на то, что сердце стучало как молот, дико клонило в сон. Сказывался недосып. Очень хотелось кофе, да и вообще – пить.

Вот ведь какая штука: собираясь в поездку, я взял с собой почти всё для комфортной полевой жизни: газовые горелки, посуду, спальники, горючее. Всё, кроме самого элементарного: воды и припасов.

Ведь была же возможность заехать на заправку перед Красноперекопском, хоть воды взять. Нет же, я глядел на очередь из бедолаг, стоящих за горючим, радуясь своей экономичной тачке.

Идиот.

Но ругать себя бесполезно, ситуацию этим не исправить.

Как быть? Наплевать на опасность и поехать в магазин в Раздольное? Перед глазами встала картинка атаки дронов. Нет, что-то как-то не хочется…

Мысли крутились по кругу. Как-то незаметно для себя самого я уснул. А разбудили меня отдалённые взрывы. Бухало опять со стороны моря.

Я вздохнул, потянулся. Потрогал пересохшим, шершавым языком потрескавшиеся губы. Пить хотелось так, что в глазах темнело. Видимо, потерял много влаги, пока ездил и нервничал.

В конце концов, я решил, что делать нечего: надо идти в посёлок, в надежде, что там ситуация стабильна и магазины работают. А дроновая атака была разовым эпизодом.

Двигался я максимально осторожно, внутри посадки вдоль дороги, то и дело вглядываясь в небо и прислушиваясь – нет ли характерного жужжания.

Наконец, я оказался в самом посёлке. Тут было удивительно тихо: ни души, ни авто, вообще никакого движения. Только пустые улицы. Даже собаки не брехали.

Я старался не выходить на открытую местность, по-прежнему скрываясь в тени деревьев, которых тут, к счастью, хватало. Посадки вдоль дороги были достаточно плотными.

Логично было предположить, что магазинчики в посёлке находятся где-то ближе к центру. Именно туда я и двигался.

Посадка вдоль дороги упёрлась в невысокую школьную ограду: редкий забор из выкрашенных в зелёный цвет прутьев с кирпичными тумбами между секциями. За оградой находилось футбольное поле, спортивный городок и сама школа – приземистое здание из красного кирпича.

Во дворе здания стояла военная машина. Издалека я принял её за БТР-80, и только подобравшись поближе, понял, что у неё какой-то странный приплюснутый нос и вообще много всяких «неправильностей». Лишь спустя несколько секунд в памяти всплыли старые картинки из тактических занятий в учебке. Это действительно был БТР, но не наш, а американский. Кажется, «Страйкер» называется…

Сердце зачастило; я нырнул за ближайшую кирпичную тумбу и притаился, наблюдая. Успели меня засечь? Может, в «Страйкере» никого нет? Тогда мне стоит убраться по добру, пока есть возможность…

Будто в ответ на мои мысли на школьном крыльце появились люди. Два парня в военной форме и с оружием вели под конвоем пятерых, тоже военных. Пленники шли гуськом, руки за голову.

Плохо, что двигались они прямо в мою сторону!

Я подавил рефлекторное желание немедленно бежать. Улица перед школой была слишком открытым местом, на дороге меня бы сразу засекли. А так, за оградой, я оставался невидим. К тому же, в самой ограде с этой стороны не было ни ворот, ни прохода. Едва ли конвойные и их пленники планируют перебираться через забор.

Во мне любопытство боролось с осторожностью. С одной стороны, я понимал, что лучше мне совсем не высовываться. С другой – очень хотелось знать, куда ведут пленников. Хотя бы в какую сторону. Чтобы понять, куда точно не следует соваться.

Я всё-таки рискнул выглянуть из-за тумбочки.

Пленники и конвойные подошли ближе. Теперь я мог разглядеть их подробнее. Вооружённые бойцы на груди и на рукавах носили патчи с украинским флагом.

– Ну, двигайтесь, – сказал один из конвойных. – Дальше!

Пленники обречённо, понурив головы двинулись вперёд.

Один из конвойных посмотрел на соседа. Тот едва заметно кивнул. Конвойный поднял свой автомат.

– Короче, пацаны, – сказал он, вздохнув. – Нельзя вам сдаваться было. Ну некуда вас вывозить! Понимать же надо!

Раньше, чем я осознал смысл сказанного, конвойный дал очередь. По-хорошему мне бы спрятаться за тумбой – но я не мог заставить себя пошевелиться.

– Ничего личного, пацаны, – сказал автоматчик.

Второй конвойный подошёл к упавшим и по очереди дал контрольный в основание затылка. После каждого выстрела тела конвульсивно дёргались. И я тоже.

– Жвавий, метнись за ношами. Треба в столовку перетягати, там холодильники працюють, – сказал военный, который делал контрольные выстрелы.

– Петро, так, може, ну їх? – ответил другой боец.

– Не можна. Собаки пожирають. Які-ніякі, а воїни все-таки. Потім на наших поміняємо.

– Ну добре. Ну а чому ми їх не там відразу?

– А ти подумай трохи. Напружте мозок. Корисно буває.

Последовала короткая пауза.

– Вони б зрозуміли…

– Ну ось. Вмієш, коли хочеш!

Я, наконец, смог уговорить себя спрятаться. Но встать сразу не получилось даже после того, как я услышал, как захлопнулась входная дверь на школьном крыльце. Ноги отказывались слушаться.