Читать книгу Правда, что в воде не тонет - Татьяна Кулакова - Страница 5

Работу никто не отменял. Одно радовало, что уже завтра вечером, после работы, можно будет сесть в автобус и уехать в деревню на выходные.

Не успела Алена расположиться на своем рабочем месте и включить компьютер, как к ней подошел главред.

– Здравствуй! – поздоровался он торопливо в ответ на приветствие Алены. – Знаешь, я подумал, что тебе нужно написать статью о самоубийстве руководителя хора. Так ты сможешь рассказать городу, что ты видела своими глазами, и, следовательно, показать, что ты не убийца.

– Так все, наоборот, подумают, что я стараюсь себя выгородить! – постаралась возмутиться Алена.

– Милочкина, нам нужна эта статья, а ты журналист. Разве тебя не учили всегда выбирать сторону правды? А ведь это правда, что ты его не убивала, да? Так вот – пусть об этом узнает весь город! Все, сегодня к вечеру жду статью. И, кстати, не забудь написать о вчерашнем концерте хора!

– Но… Я же не смогла взять интервью!

– А ты просто статью напиши о концерте, без интервью. Ну, если очень нужно интервью, то съезди в дом культуры да возьми его у кого-нибудь из артистов, – уже выходя из кабинета, посоветовал главный редактор.

– Нет, я туда точно не поеду! Они же считают меня чуть ли не убийцей!

– Ну, тогда пиши просто о концерте, – пожал плечами Игорь Евгеньевич.

Алена, оставшись одна, схватилась за голову. Как и что она напишет? Разве она следователь? Да она и не видела ничего толком, кроме встречи с водяным, которого явно боялся Ярослав Сергеевич, потом их разговора, про младенца, кажется. Кстати, похоже, они что-то замышляли. Зачем им младенец? А потом уже увидела тело руководителя хора на асфальте. Мог ли это сделать водяной? Нет, наверное, потому что он говорил про время до вечера. И кто он такой?

Девушка придвинулась к монитору и стала пытаться выяснить с помощью поисковика личность водяного. Целый час поисков ничего не дал. Фотографий местных депутатов, чиновников было слишком мало, и среди них не было его.

Вопросов возникло слишком много, а ответов не было. И большую часть той информации, которой она владела, Алена не могла использовать в статье, потому что таким фактам никто не поверит.

Зазвонил сотовый. Номер был местным, но незнакомым. Это оказался следователь из полиции, который попросил Алену сегодня же прийти к нему для беседы.

– Но я же вчера вам все рассказала! – возмутилась девушка.

– Вчера вы рассказали не мне. Сегодня дело передали мне. Теперь я новый следователь по этому делу.

– Понятно. Сейчас спрошу у начальника, сможет ли он меня отпустить с работы, – вяло отозвалась Алена.

– Не переживайте, я сейчас ему сам позвоню, – ответил следователь. – Буду вас ждать. До свидания.

Ага, свидание! Как же! Алена поплелась в кабинет главреда, чтобы уточнить, когда и на сколько он ее отпустит с работы.

– Что, Милочкина, аж оттуда тебе звонят! Важная ты у нас теперь дама! – при слове «оттуда» Игорь Евгеньевич поднял вверх палец и улыбнулся, намекая, что это шутка.

– Когда мне можно уйти с работы? – спросила Алена, оставив слова начальника без ответа.

– Против власти не пойдешь, поэтому хоть сейчас можешь идти, – развел руками главный редактор. – Только не забудь, что сегодня жду от тебя статьи о самоубийстве руководителя хора и вчерашнем концерте! Если не успеешь до конца дня, то тогда статью о концерте можешь завтра мне сдать, – великодушно разрешил он и снова уткнулся в экран ноутбука.

Алене ничего не оставалось, как пойти на беседу со следователем. Следователь Вотюхов, который ее пригласил, оказался занят, поэтому пришлось ждать в коридоре.

Кроме нее сидел, ожидая, помятого вида мужчина. Заметив присевшую на скамейку Алену, он обратился к ней:

– Вы тоже ждете? – он кивнул на дверь.

Девушка кивнула.

– А кого? Я тут многих знаю.

Алена подозрительно посмотрела на него.

– Да не в том смысле, что… Нет, вы не подумайте! – видимо, прочитал реакцию на лице собеседницы мужчина. – Просто в наше время столько всего творится! Никому доверять нельзя! Порядочных не осталось. То воруют у государства, то грабят друг друга, то вредят! У меня вон соседи завелись какие! Ну, ты живи спокойно, по-человечески, детьми занимайся! А они же – нет: музыка на всю, покоя никакого, то воруют по огородам лазят, то в окна стучат, хулиганят! А что я сними сделаю? Вот и приходится жаловаться. А вы кого ждете? – вернулся он к своему вопросу.

– Вотюхова, – ответила Алена, надеясь, что на этом разговор закончится.

– Вотюхов – это молодой который? – спросил мужчина. – О, не повезло вам, – сочувственно покачал головой он.

– Почему? – напряглась Алена.

– Говорят, что сильно важного из себя строит, карьеру мечтает, видимо, сделать. А они такие знаете какие? До каждой мелочи докопаются! Им бы поскорее дело закрыть и в архив сдать, а кого виноватым сделать – неважно.

Эти слова немного напугали Алену. А что, если правда, этот следователь окажется таким, который разбираться не станет, а отдаст под суд ее и все?

Из соседнего кабинета вышел полицейский. Мужчина со скамейки подскочил к нему:

– Павел Игнатьевич! Здравствуйте!

– Это снова ты, Митюев? – поморщился мужчина в форме, будто проглотил лимон.

– Так, а как, Петр Игнатьевич, если они произвол творят? Вы представляете, что они натворили в этот раз? – жаловался бывший Аленин собеседник. – Они же, ироды, мою собаку Дружка, отравили! – слезливым голосом сказал он, заглядывая в глаза участковому (Алена увидела у него значок).

– Митюев, – раздраженно сказал участковый, – что ты сочиняешь? У тебя же нет никакой собаки! – он обошел жалующегося и стал открывать дверь следующего кабинета.

– Конечно, нет! – ничуть не растерялся Митюев. – Они же его сначала отравили, а потом закопали, спрятали! Да следы-то остались – земля рыхлая горсточка у меня в ограде! Думали, что я не найду ничего, следы замести хотели, а я же опытный уже на таких душегубов да проходимцев – вы знаете!

– От меня-то ты чего хочешь, Митюев? Поисковый отряд с собаками, чтобы мы могилу твоего пса искали? – вздохнул участковый. – Кстати, я у тебя три дня назад по твоему очередному заявлению был, и что-то никакую собаку у тебя во дворе не видел.

– Так они же, Павел Игнатьевич, его еще месяца три назад его отравили! Просто терпел, терпел – лопнуло терпение! – Митюев снова попытался выдавить из себя слезу. Но то ли участковый не готов был сегодня к сочувствию, то ли со слезами какие-то проблемы – не получилось.

– Да три месяца назад у тебя и соседей не было! Они же только месяц как дом с тобой по соседству купили! – возмутился участковый. – Я тебя сейчас за клевету накажу. Тебе самому не надоело каждый день меня заявлениями изводить? То у тебя кошки громко орут по ночам, то соседи в окна стучат к тебе, хулиганят! Теперь вот собака еще!

– Так стучали же! – оправдывался Митюев.

– Электрики счетчик проверить хотели – вот и стучали! Электрики стучали, а не соседи! – повысил голос участковый.

– Но стучали же! – резонно заметил Митюев. – Павел Игнатьевич, так вы проверьте, пожалуйста, в этот раз про Дружка-то моего. Земля же в ограде лежит горсточка! Откуда бы ей взяться? А заявленье я уже написал – примите меры.

– У тебя все? – Павел Игнатьевич взял протянутую бумажку формата А4. По лицу участкового видно было, что он держался из последних сил, чтобы не ответить резко.

Митюев победно и счастливо кивнул.

Участковый уже было открыл дверь своего кабинета, но повернулся:

– Митюев, а ты не считаешь, сколько заявлений уже написал? Может, юбилейное какое число, а мы не празднуем?

– Ну и шутник вы, Павел Игнатьевич! – погрозил ему пальцем, смеясь, Митюев. – Вот такой участковый! – проходя мимо Алены, поднял вверх большой палец он.

Еще немного погодя, открылась дверь кабинета Вотюхова. Оттуда вышел мужчина со всклоченными волосами и растерянным выражением лица.

– Заходите, – сказал он тихо Алене и пошел к выходу.

Кабинет находился на солнечной стороне, поэтому не спасало даже открытое окно. В кабинете стояло три стола, два из которых были завалены папками с бумагами. На третьем столе стоял принтер, компьютер, за ним же сидел молодой человек в форме. Имелись еще два стула, которые тоже были завалены папками с бумагами.

– Здравствуйте! – поздоровалась робко Алена, не зная, куда себя деть.

– Здравствуйте! – ответил, не отрывая взгляда от бумаг на столе, следователь. – Присаживайтесь.

– Куда? – спросила девушка, окидывая взглядом кабинет.

Следователь, наконец, поднял на нее глаза, потом посмотрел на стулья в кабинете, подошел к одному и переложил с него бумаги на пол.

«Где же сидел тогда тот мужчина, который отсюда вышел? – подумала Алена и тут ее взгляд упал на маленький низкий табурет рядом со стульями. – Неужели, здесь?». Она подняла взгляд на следователя и увидела, что тот внимательно смотрит на нее.

– Вас что-то беспокоит? – спросил он.

– Нет, ничего, – смутилась Алена.

– Отлично. Тогда давайте приступим с разговору по делу? Расскажите мне все с самого начала, что с вами вчера произошло? Что вы видели и как оказались в доме культуры?

Девушка чувствовала, как этот молодой следователь настроен к ней негативно, хоть и старался это скрыть.

– С самого начала – это с утра, или с того момента, как я на концерт пришла? – спросила Алена.

Следователь продолжал сверлить ее взглядом.

– Давайте упустим подробности вашего пробуждения, если они не относятся к делу смерти гражданина Урусова.

– Кого? – переспросила Алена.

– Гражданина Урусова Ярослава Сергеевича. Вы с таким не знакомы разве? – спросил следователь Вотюхов с нажимом.

– Не успели познакомиться, – сказала девушка и опустила голову.

– Вот и расскажите, что же помешало.

Алена не удержалась и хмыкнула.

– Так понятно, что помешало – его смерть.

– Алена Леонидовна, вы же умный человек, грамотный, журналист! Давайте вы не будете кривляться, ходить вокруг да около, а просто расскажите вашу версию происходящего? – он натянул улыбку. Но ледяной, колючий взгляд выдавал отнюдь не самое радушное расположение к ней.

Алена хотела ответить, что версия не только ее, а общая, но не стала обострять и без того неприятное общение, а вздохнула и начала рассказывать события ее вчерашнего рабочего дня, стараясь при этом не смотреть в лицо следователя Вотюхова.