Читать книгу Всё включено - Валерия Бурневская - Страница 4

После обеда и купания в море, в зал казино потянулись мои визави. Мы сыграли несколько партий с переменным успехом. Ближе к ужину «бедные» евреи (как ни странно это звучало) с позором покинули поле битвы.

Таким образом, за столом остались Арсен, я и моя команда.

Мы продолжили игру.

– Делайте ставки, господа.

Мы кинули по одной фишке в банк. Даша сделала первую раздачу.

Я посмотрел свои карты.

– Пас, – спокойно сказал я.

Надежда Петровна следом подняла карту, взглянула на Люцифера, потом – на Арсена.

– Колл, – предложила она.

Арсен усмехнулся.

– Рискованно, бабушка. Но похвально.

Он пошёл в ва-банк.

Надежда Петровна не дрогнула. Она просто кивнула:

– Принято.

Все взгляды обратились к Люциферу. Тот медленно перевернул свою карту – туз червей. Потом ещё одну – туз треф.

– А я, пожалуй, удвою ставку. Просто чтобы сделать красиво, – произнёс Люцифер, снисходительно улыбаясь.

– Ты блефуешь, – бросил Арсен. – Всегда блефуешь, когда улыбаешься.

– А ты всегда прав, когда боишься? – отозвался Люцифер.

Тишина. Часы тикали на стене, но их никто не слышал. Всё внимание – на карты, на дыхание, на напряжение пространства между ними.

– Открываемся, – произнес я.

Карты легли на стол, одна за другой, как откровения.

У меня – каре.

У Надежды Петровны – стрит.

У Арсена – флеш.

Люцифер смотрел на нас и… рассмеялся.

– А у меня – фулл-хаус.

Молчание. А затем:

– Значит, всё-таки знал? – спросил я.

– Нет. Просто не боялся проиграть. А вы – да.

Он встал, медленно, будто признавая не победу, а завершение.

– Эта игра была не про карты. Эта игра – про нас. Кто мы, кем стали… и кем не смогли.

Надежда Петровна не ответила. Она смотрела на карты, будто впервые видела их смысл.

Арсен встал резко, отодвинув стул.

– Всё? Или будет реванш?

Люцифер покачал головой.

– Реванши – для тех, кто не понял, чему научила первая партия.

– Я всегда играл, чтобы побеждать. Но сегодня… впервые проиграл честно. И это было не страшно.

Арсен схватил портсигар и быстро вышел из зала.

Мы решили отметить нашу маленькую победу в старом грузинском кафе, неподалёку от нашего отеля. После обильного ужина, я откинулся на спинку и закурил, глядя в потолок.

Люцифер, на радостях, заказал грузинского вина (с моего разрешения, конечно). Весь вечер он балагурил, пил, громко смеялся – вообщем был в ударе. Внезапно, он отставил бокал:

– Знаете, я ведь стал играть, чтобы доказать, что ещё могу. Что не сломан. Что не тень.

Он замолчал.

– А оказалось… я играл, чтобы простить себя.

Надежда Петровна убрала очки, протёрла их платком – почти бессмысленным жестом.

– Я тоже всю жизнь думала, что управляю: людьми, собой, правилами. А на самом деле боялась хаоса. Не проигрыша – хаоса.

Она усмехнулась.

– А сейчас впервые позволила себе его – и осталась жива. Даже, может быть, свободна.

– Что-то вас понесло, друзья… Давай-те ка, по кофейку.

Я заказал чёрный кофе по-турецки (в меню таковой значился).

Люцифер пил чёрный кофе, будто лекарство.

– А я всю вечность играла, чтобы понимать: людей, себя, границы, – вымолвила Милашка.

Она обвела каждого взглядом.

– И всё равно, даже зная всё, проигрываю в одном – в близости, в тепле, в любви…

Надежда Петровна посмотрела на неё и мягко, почти по-матерински сказала:

– Может, просто начал играть в другую игру?

Милашка улыбнулся.

– Возможно. Вот выиграем турнир – тогда…

Вечер заканчивался, плавно перетекая в ночь.

Игра на сегодня тоже закончилась – но жизнь продолжалась.

Мы вышли в темноту ночи, дыша свежим воздухом. Где-то вдалеке гудел город. Прибой шептал, но в его голосе слышалось предупреждение и насмешка.

Мы шли поодаль, но теперь – рядом: не как команда, а как те, кто делили карту судьбы на всех.