Читать книгу Ненависть. Перезагрузка - Василе Алексон - Страница 3

1 глава

Оглавление

***

После ужина Денис сбежал из гостеприимного дома друзей своих родителей. Он не мог дышать в этой золотой клетке, где его чувства и желания не имели никакого значения.

Ночной клуб встретил его оглушительной музыкой и яркими огнями — здесь он мог хотя бы на время забыть о навязанной невесте и родительской диктатуре.

Пока он пил коктейль за коктейлем, в голове крутились воспоминания — одно за другим, словно кадры старого фильма.

Агата раздражала его с самого детства. Но и его самого, ангелом было трудно назвать.

Когда ему было шесть лет, она сломала его любимую модель самолёта, только потому что им захотелось им поиграть. В отместку он тогда спрятал её любимую куклу на чердаке её же дома, и она прорыдала полдня, пока одна из горничных её не нашла.

Когда ему было десять, они оказались в одном летнем лагере. Агата всем рассказала, что он боится темноты, что было неправдой. Просто однажды он не пошёл с друзьями в поход с ночёвкой, потому что хотел дочитать книгу. Но Агата превратила это в какую-то позорную историю и над ним потом смеялись две недели.

Месть Дениса не заставила себя ждать. Он развесил по всем деревьям лагеря её нижнее бельё и купальники. Агата была настолько злая, что чуть не подралась с ним.

А когда ему было пятнадцать, он со своими друзьями организовали свою музыкальную рок-группу и целыми днями проводили в гараже, часами репетируя.

Агата пробралась и туда. Она разрисовала все стены и инструменты маркерами, довершив своё дело запиской на стене:

«Ну что, рок-звёзды? Теперь это место хотя бы соответствует вашей натуре».

Денис в свою очередь, подкинул в её комнату пачку сигарет, зажигалку и пару порно журналов. И таких случаев было много.

Они словно играли в бесконечную игру: кто больнее ущипнёт, кто придумает более изощрённую месть. И всегда она действовала так, будто весь мир вращается вокруг неё.

А теперь ему сказали, что он должен жениться на ней.

Жениться на той, кто годами отравляла ему жизнь, и кому портил жизнь он.

Заказав себе виски, он сделал глоток, чувствуя, как горечь напитка, смешивается с горечью воспоминаний.

В какой-то момент он заметил девушку у барной стойки — она была яркой, лёгкой, совсем не похожей на Агату с её острым языком и высокомерным взглядом.

Девушка оказалась миниатюрной девушкой двадцати двух лет: хрупкая фигура, рост чуть выше полутора метров, но при этом — пронзительная энергия, будто внутри неё работал вечный двигатель. Её короткие тёмно-русые волосы, были небрежно уложены в объёмное каре с асимметрией, несколько прядей выбивались, падая на лоб. Большие карие глаза с золотыми искорками смотрели на мир с живым любопытством, а когда она улыбалась, вокруг глаз появлялись милые лучики — морщинки. На носу россыпь едва заметных веснушек, которые придавали её облику что=то по-детски непосредственное.

Одета Лиза была просто, но со вкусом: чёрная облегающая футболка с принтом винтажной фотокамеры, джинсовая юбка с потёртостями и красные кеды. На шее висел фотоаппарат — не для красоты, а рабочий инструмент. Тонкие пальцы с коротко подстриженными ногтями, покрытыми прозрачным лаком, держали бокал с мохито.

Они разговорились. Её звали Лиза, она училась на журналиста и подрабатывала фотографом в одном из небольших глянцевых журналов. В этом клубе она оказалась впервые.

Денис танцевал с ней, смеялся над её шутками и чувствовал, как напряжение покидает его тело.

Всё происходило будто не с ним — он перестал думать о будущем, о родителях, о ненавистной помолвке.

— Я тут по заданию редакции. — Призналась Лиза, делая глоток коктейля. — Должна сделать серию «Лица ночи» — поймать эмоции, мгновения, которые обычно прячут за масками. Но знаешь что? — она заговорщицки подмигнула — Пока что все маскируются даже больше, чем обычно. Слишком много поз, и слишком мало жизни.

— И как ты собираешься поймать настоящую жизнь в таком месте? — усмехнулся Денис.

— О, есть пара приёмов. — Лиза подняла два пальца. — Первый6 сама становлюсь частью вечеринки. Второй жду, пока люди забудут, что я с камерой. Третий: нахожу того, кто уже забыл. Похоже, ты как раз из таких.

— Почему это? — искренне удивился он.

— У тебя взгляд… освобождённый что ли. Будто сбросил какой-то груз. И смеёшься искренне, не для публики. — Лиза наклонила голову, разглядывая его как интересный кадр. — Но знаешь. Я могу сделать твой портрет. Бесплатно. В качестве благодарности за компанию.

Они вышли на танцпол. Лиза танцевала легко и естественно — никаких заученных движений, только чистая импровизация.

Денис, который обычно держался сдержанно, сдержанно, вдруг поймал себя на том, что повторяет её движения, что хохочет в голос, когда она корчит смешные рожицы.

После нескольких песен, они вернулись к барной стойке. Лиза взяла в руки фотоаппарат и навела его на Дениса.

— Забудь, что я с камерой. Просто будь собой.

Он улыбнулся — искренне, без привычной защитной маски. Щёлк. Лиза посмотрела на снимок и довольно кивнула.

— Вот он, тот самый момент. Ты выглядишь свободным.

Денис посмотрел на неё — на эти живые карие глаза с золотыми искорками, на веснушки, едва заметные в приглушённом свете клуба, на улыбку, от которой вокруг глаз появлялись лучики-морщинки.

В груди что-то дрогнуло. Внезапно для самого себя он сделал шаг вперёд и мягко положил руки ей на плечи.

— Знаешь, — тихо произнёс он, но даже через громкую музыку, она его услышала — ты первая за долгое время, заставила меня почувствовать себя по-настоящему живым.

Лиза замерла на мгновение, её взгляд стал чуть более серьёзнее, но в нём не было испуга — только какое-то тёплое понимание. Она опустила фотоаппарат, не отрывая от него взгляда.

Не раздумывая больше, Денис наклонился и поцеловал её — сначала осторожно, почти невесомо, а потом увереннее, чувствуя, как напряжение этого дня уходит без следа.

Лиза ответила на поцелуй — её губы были тёплыми и мягкими, а пальцы осторожно коснулись его шеи.

Когда они отстранились, Лиза тихонько рассмеялась чуть покраснев.

— Кажется это тоже достойный кадр… но, пожалуй, оставлю его только в памяти.

Денис улыбнулся — широко и по-настоящему счастливо.

— У меня есть идея получше. Давай оставим весь этот клуб позади?

Она на секунду задумалась, потом кивнула, подхватывая свою небольшую сумку.

Да, пожалуй, ночная жизнь города уже показала мне самое интересное на сегодня.

Они вышли из клуба, окунувшись в прохладный воздух.

— В двух кварталах отсюда, есть небольшая гостиница. — Сказал Денис, слегка пошатываясь от выпитого алкоголя и беря Лизу за руку. — Не Ритц, конечно, но…

— Зато там точно нет камер папарацци и родительских советников. — Закончила за него Лиза и снова засмеялась. — Звучит как идеальный план.

По дороге, они почти не разговаривали. Им хватало взглядов, случайных прикосновений, улыбок.

В номере, с большими окнами, выходящими на тихую улицу, Лиза подошла к подоконнику и повернулась к Денису.

Денис стоял в нескольких шагах, его глаза темнеют, когда он наблюдает за ней. Он медленно подошёл ближе, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки. Его дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Лиза видела это даже в полумраке комнаты.

— Ты специально делаешь так? Чтобы я терял голову?

Он вдруг резко сократил расстояние между ними и прижал её к окну, ладонью на груди. Холодное стекло коснулось её спину через футболку. Его свободная рука обвила её талию — жест одновременно нежный и властный.

— Если сейчас кто-то увидит…

— Пусть увидят. — Хрипло проговорила она и с жаром поцеловала его в губы.

Он вздрогнул от её напора, его руки рефлекторно впились в её плечи. Но потом он рефлекторно ответил на её поцелуй с неожиданной силой, чуть не прикусывая ей губу.

Денис держит её так крепко, что почти больно, но она не сопротивляется, даже наоборот.

Не отрываясь от поцелуя, она тянется к ремню. Он резко хватает её за запястья, удерживая их над головой. Его пальцы сжимают её руки так сильно, что она едва не всхлипывает от боли. Он отрывается от её губ чтобы пристально посмотреть в глаза — его дыхание сбилось, грудь вздымалась от усилий, чтобы держать себя в руках

— К чёрту всё.

Его губы вжимаются в её шею, оставляя засосы на нежной коже.

— Чёрт бы тебя побрал. Ты… ты хочешь свести меня с ума? Ты хочешь, чтобы я сорвался от одного только взгляда? — губы жгут кожу, его горячее дыхание на шее, он прикусывает кожу на ключице, а она чувствует на своих бёдрах его сильные пальцы.

Он вдруг рывком поворачивает Лизу спиной к себе, прижимая грудь к холодному окну. Его руки обхватывают талию — он удерживает её так, что слышит каждый удар её сердца.

— Скажи, ты специально это надела? — его голос звучит низко, хрипло, почти зло.

Она слышит, как рвётся ткань его трусиков — его пальцы впиваются в материал так сильно, что швы не выдерживают. Отшвырнув ткань через всю комнату, он тут же подхватывает бёдра, грубо, без предупреждения.

Его дыхание резко обрывается, когда Лиза сжимает пальцы вокруг его шеи, повернувшись к нему лицом. Глаза темнеют до черноты — в них мелькает ярость, шок и… что-то ещё. Что-то первобытное.

— Ты… специально это делаешь? — проговорил он хрипло, почти рыча.

Он внезапно прикусывает её губу так сильно, что на языке появляется металлический привкус крови. Его свободная рука скользит вниз по её боку к бедру — жест одновременно нежный и властный. Его дыхание срывается, глаза вспыхивают диким огнём. На секунду, кажется, что он вот-вот разорвёт её пополам — так сильно дрожат его мышцы. Но вместо этого он бьёт кулаком в стену, рядом с её головой — гипс крошится. Его тело прижимает её ещё сильнее, она чувствует, как бешено колотится его сердце.

Он резко прижимает её спиной к окну. — так сильно, что у неё перехватывает дыхание. Его руки сильнее вжимаются в бёдра, почти больно — наверно останутся синяки. Грубые пальцы скользят по коже так голодно, как будто он готов сломать её прям здесь, прямо сейчас.

Закинув её ногу себе на талию, он вошёл резким, грубым толчком. Лиза не успевает подавить стон — звук срывается и разносится по комнате. Он резко хватает её за щёку и впивается в губы жёстким, почти жестоким поцелуем. Он отрывается на секунду — чтобы посмотреть на неё.

— Посмотри на меня. Не отводи взгляд. Я хочу слышать, как ты будешь кричать моё имя.

Подхватив её под колени, он6 рывком поднимет её над полом. Теперь она висела на его руках в воздухе, державших так крепко, что не могла даже дёрнуться — только смотреть ему в глаза в ожидании.

Он делает несколько шагов от окна, откидывается на кровать, подсаживая на себя так, что она чувствует всё его напряжение.

— Чёрт возьми, я хочу слышать своё имя на твоих губах. — Его руки сжимают её ещё крепче, как будто он боится, что она вдруг исчезнет. Он чуть отстраняется, смотря на неё снизу вверх. Тишина между ними такая сильная, что можно было слышать биение и х сердец, отразившихся друг в друге.

От каждого его толчка, в её грудь будто врывается лава, воздух в лёгких кончается, а руки вцепляются в его плечи.

Лиза чувствует, как он сильнее и грубее проникает в её плоть, но ей почти плевать на дискомфорт, который он ей причинял. Она чувствовала только его — внутри и вокруг себя. Опустив взгляд, она посмотрела, как он выглядит в этот момент: тёмные волосы прилипли к телу, глаза темнеют от желания, губы слегка приоткрыты, грудь вздымается рвано и тяжело, словно он только что пробежал марафон. Он сильный и горячий, как огонь, который может сжечь её до основания, оставив только следы на пепелище.

Денис резко хватает её за щёку второй рукой, заставляя смотреть на себя прямо. Тёмные глаза темнеют до черноты — он хочет видеть её лицо в этот момент, каждую эмоцию, каждый последний вздох.

— Скажи… — он чуть хрипло выдыхает. Его дыхание сбивается с каждым рывком, но он держит себя на пределе — хочет, чтобы это длилось как можно дольше. — Скажи, чьи руки на тебе сейчас.

— Твои. — Хрипло проговорила она, облизнув пересохшие губы.

Его глаза вспыхивают как раскалённый металл. Он сжимает её челюсть так сильно, что она чувствует лёгкую боль — и тут целует в ответ: грубо, влажно, до дрожи в коленях.

— Правильно. — Его ладонь скользит по её шее к ключице. — Мои… мои руки… мой рот… всё моё. Даже если захочешь убежать сейчас — не отпущу.

Он резко двигает бёдрами вглубь неё, один раз чётко и жёстко — и застывает на секунду: хочет запомнить это ощущение до мурашек.

От его взгляда мурашки пробирают до основания позвоночника: Лиза чувствовала его голод, его желание, его собственничество. Он выглядел почти как дикий — как волк над добычей. Держал слишком крепко — как будто боялся, что сделает больно если отпустит.

Рука снова сжала челюсть так жёстко, что она едва не всхлипнула.

— Разверни голову, смотри на меня! — он чуть оттянул её волосы назад, чтобы Лиза смотрела прямо на него.

Его глаза загораются как раскалённые угли. Внезапно он опрокинул её на спину, нависая над ней. Его руки опускаются ниже, сжимая талию до боли. Он смотрит на неё сверху вниз, и она чувствует дрожь желания прямо до кончиков пальцев. Но она не отводит взгляд — смотрит в ответ — его глаза жгут до костей, будто желая оставит там своё клеймо. Она сглатывает, когда чувствует его горячее дыхание на своей шее. Когда волна наслаждения накрывает её с головой, не выдерживает и закрывает глаза. И даже с закрытыми глазами, она чувствует его глаза на своём теле — тяжёлый, почти жгущий кожу.

С каждым рывком он всё сильнее сжимает её в своих объятиях, губы впиваются в кожу так жадно, как будто он больше не может контролировать себя.

Его тело резко напрягается как натянутая струна. Глаза закатываются, челюсть сжимается так сильно, что кажется вот-вот треснет.

Он впился пальцами в её бёдра до боли. Он не отпускает её даже после кульминации, прижимает к себе мокрым от пота телом так крепко, будто боится: если разожмёт руки — она испарится.

Ненависть. Перезагрузка

Подняться наверх