Читать книгу Барон Баранов. Книга 3 - Юрий Манов - Страница 3

В коридоре было не протолкнуться из-за собравшихся гостей. Пришлось пробираться за орком Рухом. Тот без особых церемоний действовал локтями, чтобы пробраться к месту происшествия. А происшествие было видом совершенно неприглядное. На каменном полу коридора, залитом кровью, лежали двое. Тот самый герольд в ливрее с барсучьей мордочкой, которому я доверил отнести меч, и один из стражников де Барсу, дежуривший перед дверями в зал. Оба были, без сомнения, мертвы. У герольда была отрублена правая рука чуть ниже локтя, и в груди зияла большая рана. Охранник был убит одним ударом, разрубившим ему горло. Около трупов лежал обнаженный меч. Тот самый! Мой новый меч с таинственными письменами на лезвии. Всепобеждающий Клинок. Видимо, убийство было совершено именно им. Но кто осмелился завладеть им и совершить такое? И почему потом бросил?

Над трупами стоял дядька Готлиб, который единственный и стал свидетелем кровавого происшествия. Его заметно трясло.

– Что здесь случилось? – крикнул я сквозь гомон.

Дядька поднял голову, посмотрел на меня. Утер кровь с щеки:

– Много пожил, много повидал. Такого не видел никогда. Этот, – указал дядька на герольда, – по дороге решил видно меч рассмотреть. Ну и потянул его из ножен. Я ему говорю, мол, не тронь! Не надо, не твое. А он мне: «Я только одним глазком. Меч-то волшебный». Ну и вытащил. А меч этот из руки его вырвался и руку эту отсек. Сам! Вот так в воздухе развернулся и отсек. И кровища из обрубка фонтаном прямо в меня! А когда он заорал, то меч в грудь его ткнул. Так он на спину и грохнулся. Я от страху в стенку вжался, а этот парень, что у двери охранял, он герольду на помощь бросился. Вот не надо было ему за рукоятку меча хвататься. Точно говорю – не надо было! Меч развернулся, и ему в горло. А не надо было…

Дядька замолк. Ножны меча лежали тут же, около отсеченной руки и тускло поблескивали.

– Дорогу герцогине и кавалеру! – раздалось сзади.

Де Барсу остановился около меня, рассеянно глянул на трупы. Он был бледен, губы превратились в узкие синие щелочки. А вот герцогиня, наоборот, сохраняла веселость. Казалось, случившееся ее даже забавляло.

– Вижу, ваш славный герольд пострадал за свое любопытство, – сказала она, словно любуясь кровавой сценой. – Вы ведь знаете, кавалер, что это за меч, кто имеет право его коснуться. И как он поступает с теми, кто нарушает это правило?

Старик не ответил, только кивнул.

– Или вы усомнились, сохранил ли меч свою силу?

Де Барсу снова промолчал.

– Послушайте, уважаемый, – сказала герцогиня. – Мы собрались здесь по вашему приглашению на бал, посвященный помолвке вашего сына, не правда ли? Тогда быстрее прикажите убрать все это, – она указала на трупы, – и приступайте к веселью. Вы же не хотите испортить на праздник?

– Но Клинок, – едва слышно шепнул де Барсу. – Он обнажен.

– А что Клинок? Ну, прикажите его убрать. Надеюсь, у вас остались верные люди.

Де Барсу посмотрел в сторону двух латников в кирасах из охраны галереи. Один из них заметил суровый взгляд хозяина, двинулся было к трупам, но меч вдруг сам собой вдруг повернулся на месте острием к латнику. Тот сразу отступил на два шага, меч «успокоился».

– Или хотите забрать его сами? – с улыбкой предложила герцогиня хозяину замка.

Старик отрицательно замотал головой.

– Я так и думала. Тогда, может быть, предложим сделать это законному владельцу?

Де Барсу поднял голову и посмотрел на меня. И в глазах его мелькнула… Даже не знаю, как сказать, что именно. Надежда что ли? Нет, скорее что-то похожее на уважение.

– Милорд, прошу вас, – пробормотал он. – Прошу вас забрать Клинок и вложить его в ножны.

Теперь герцогиня с интересом смотрела уже на меня. Берет на слабо? Думает, я испугаюсь взять этот саморубящий меч? А ведь не все так просто. Если он легко порубил этих двух, то… Да нет же! Система четко сообщила, что именно я получил клинок с кровным допуском. Значит, у меня допуск есть, а у этих – не было. Вот и пострадали.

Я посмотрел герцогине в глаза, подошел к трупам, поднял меч и даже вытер лезвие о ливрею герольда. Поднял также и ножны, вложил в них клинок, еще раз глянув на витиеватые письмена.

– Думаю, барон, вам будет лучше самому отнести столь грозное оружие в ваши покои, – предложила герцогиня, беря меня под руку. – Раз вы сегодня без пары, позвольте мне стать вашей дамой этого бала. Согласны?

– Так что же мне с вами делать, дорогой барон? – сказала герцогиня, когда мы шли через галерею замка. Она была увешана картинами и гобеленами сплошь героического содержания: рыцари, драконы, единороги, прекрасные волоокие девы в высоких башнях.

– В каком смысле? – не понял я.

– В смысле, что вы – редкостный обалдуй, но вам везет. Если бы я верила в судьбу, я бы сказала, что сама судьба хранит вас.

– А вы не верите в судьбу?

– Нет конечно! Потому что я и есть судьба. В смысле, что Система определяет судьбу. Вот вы без всяких сомнений взяли и ухватились за неизвестный вам меч. А если бы он отрубил вам руки? Или проткнул бы горло, как тем бедолагам.

– Так не отрубил же, – буркнул я.

– И вы хотите знать – почему?

– Очень даже хочу. Что-то связано с кровью, да?

– Ну, будем считать, что вы меня уговорили рассказать, договорились? Надо же, Система начинает договариваться! Кому скажу – не поверят. Итак, этот меч выкован гномами подземелий Рубиновых островов для славного адмирала О.Осса, освободившего этих самых гномов от серых горных орков. Это довольно суровый пришлый народец, едва не сведший популяцию рубиновых гномов до нуля. Когда адмирал, заблудившийся с эскадрой в тумане, высадился на острова, дела гномов были совсем плохи. И никакие технические придумки, никакое мощное оружие не помогло гномам. Их старейшины, запертые в клетке, ими же выкованной, ждали грустного финала. Орки собирались их сожрать. Манеры островных серорков орков всегда оставляли желать лучшего. Так вот адмирал не только укрыл эскадру в гаванях от шторма, но и спас довольно умелый народ. Точнее – его остатки, спрятавшиеся в дальних шахтах. Вот они и отблагодарили славного адмирала, который и спасать-то собственно никого не собирался. Серые первые напали на высадившихся на острова моряков, вот и получили по заслугам. Сероорки не имели привычки рыть глубоких шахт, так что из них не уцелел никто. А гномы… В честь освобождения от страшной участи семь уцелевших мастеров выковали этот меч из звезды, упавшей с неба.

– Метеорит?

– Все время забываю, откуда вы прибыли. Да, метеорит. Но с множеством добавок, присадок, прочего… И главное – с применением мощной магии и… с кровью самого адмирала, получившего в бою легкое ранение.В общем, владеть этим мечом может только кровный потомок великого адмирала. А всех остальных меч просто не признает и пытается от них защититься. Ну вы сами видели, как именно.

– Погодите. Вы хотите сказать, что я…

– Да, вы – прямой потомок великого адмирала. В вас его кровь. И Клинок признал вас. Отсюда вопрос, Борис. А кто ваш отец?

Я задумался. Так, что даже остановился. Сказать ей, что тот же вопрос я сам задавал себе с детства?

– Погодите, а если бы я… Если бы я не был потомком? – спросил я.

– Вам бы отрубило руку. И хорошо, если одну, – просто ответила Система.

– И вы знали?

– Что?

– Что во мне есть нужная кровь. Что мне не отрубит руку?

– Я – да. Догадывалась. Ой, да не мечите вы в мою сторону молнии из глаз! Я даже была уверена. Боренька, мы ведь не дети и понимаем, что первому попавшемуся попаданцу не подарят вот так просто целое баронство. Пусть очень отдаленное, и не совсем ухоженное. Согласны? Но даже если бы вас и убило, у вас есть запасные жизни.

– В новую жизнь одноруким?

Герцогиня снова рассмеялась:

– Обещаю, что даже если вас убьют в очередной раз, то воскресните в полном телесном составе. Уж это Система вам обеспечить может. Но я не слышу от вас логических выводов. Вы то, так сильно на меня обиделись?

– Логический вывод? Де Барсу не знал, что я…

– Ну вот, узнаю прежнего Бориса Баранова. Дальше.

– Он ожидал, что меч мне отрежет руку, или вообще убьет, чтобы он… Он решил сам стать бароном?

– А почему нет. Он сам, или его наследник.

– Так, так… Раз барон оказался фальшивым, почему не занять вакантное место?

– Ну вот, вы все сами поняли.

– Погодите. Но если бы я не оказался потомком адмирала, кто бы унял этот меч? Да он бы порубил всех в этом замке.

– Вы мне начинаете нравиться, и догадка ваша верна. Сегодня в зале был еще один человек, в чьих жилах течет благородная баронская кровь потомков великого адмирала.

– Этот самый Георг Просека, которого вы привезли?

– Да нет же. Это – обычный нагибатор, причем – из вашего мира и по рождению совершенно не породистый. Не буду вас интриговать, скажу сама. Прекрасная Розалия смогла бы вернуть меч в ножны. В ножнах он не опасен.

– Как? Значит, де ла Спок тоже…

– Нет, нет, она ему не дочь – падчерица. Известная вам Рода Лая де ла Спок была замужем за славным капитаном, пропавшим без вести вместе с командой и самим кораблем. Ну, это в ее версии.

– И это значит, что…

– А вот выводы делайте сами. Правда, меня очень удивляет факт, что вы совершенно не удивлены своим происхождением. Другой бы вопить от радости начал: «Я кровный барон! Я потомок самого адмирала!!!» А этот идет, сопли размазывает: «Могла вернуть меч, не могла»… Отсюда и вопрос про происхождение, который я уже задавала. Кто ваш отец, Борис?

Я остановился, задумался, посмотрел на гобелен, висевший на стене с арочным окном. На гобелене двухмачтовый корабль с высокой кормой отважно сражался с волнами. На корме офицер в широкополой шляпе крепко держит штурвал и правит в сторону острова, едва видневшегося на горизонте. Умно ли? В шторм капитанам лучше держаться подальше от прибрежных скал.

И действительно, может завопить от радости? И добровольно сдаться в дурдом? Мой неизвестный отец – потомок героического адмирала из Запределья, из странного мира по ту сторону реальности? Из компьютерной игры? Конечно, я задавал матери вопросы по поводу моего реального родителя. Она – Городцова, я – Баранов. И фамилию мне менять она не стала, хотя могла бы. В школе я только пересказывал рассказ матери про героически погибшего в дальнем походе капитана дальнего плавания. Учителя понимающе кивали. Одноклассники смеялись и дразнили. Дети бывают очень злы. Но в наше время капитаны дальнего не плавания не пропадают бесследно и не гибнут героически у неизведанных островов. Потому как таковых почти не осталось. И все-таки непонятно. Очень напоминает авантюрный роман.

– Вас удовлетворит ответ, что я не знал своего отца? – спросил я.

Система ничего не ответила, только нахмурилась.

Покои были так себе. Комната с камином, широкая деревянная кровать, застеленная пледом, дурацкого вида тумбочка. Хотя имелось большое зеркало. Да, и еще ковер на стене с пестрым и не очень симметричным рисунком. При дверях имелась стойка для оружия с дядькиным арбалетом и моей шпагой. Арбалет-то он зачем приволок. Я хотел поставить рядом со шпагой меч, но герцогиня вдруг сказала:

– А не хотите все-таки узнать, что написано на лезвии?

Я осторожно обнажил клинок чтобы еще раз убедиться, что эти письмена мне совершенно не знакомы.

– Ах, вынуждаете меня на должностное нарушение!

Система улыбнулась и сделала мне подарок.

«Знание гномьих рун».

Жирные буквы запрыгали под потолком, я едва до них дотянулся, чтобы сбросить в дневник. Теперь надпись на лезвии читалась в полной мере: «Не достойному – не взять»! Спасибо, очень познавательно. Я повернул лезвие и прочел надпись на другой стороне. «Взявши – помни о долге!» И тоже очень информативно. Хотя я, если честно, ожидал чего-то большего.

Но герцогиня, как мне показалась, была по поводу надписи иного мнения. Она вслух произнесла оба изречения, от чего в камине загудело, а остывшие угли вдруг покраснели.

– Ну вот, вы познакомились с мечом, теперь вы должны дать ему имя, – сказала она.

– Имя?

– Ну да, такое чудо определенно имеет право на собственное имя, которое может дать только его законный владелец. То есть вы.

– Погодите, но ведь у него уже есть имя. То есть – было. Звал ведь его как-то прежний хозяин?

– О да! Имен у него было несколько, – согласилась герцогиня. – Их кстати, тоже можно почитать на лезвии, если поднести к огню и хорошенько нагреть. Но для каждого нового владельца у этого клинка было свое назначение, а, следовательно, и имя. Что, какой смысл хотите вложить в его назначение вы?

– Я? Да я час назад знать не знал ни про какой меч. И уж подавно не ждал никаких подарков от этого неврастеника Сидра. Сам дурак и имя себе придумал дурацкое. Ну если уж так надо…

– А как его звали в последний раз?

– Позвольте, – герцогиня сделала движение ладонью, меч вдруг выскользнул из моей руки и завис в воздухе около камина.

– Вот этот знак – Знак крови, – указала герцогиня на волнистую руну. – Вашей крови. Я бы советовала ее запомнить. Что касается имени…

Она снова сделала движение ладонью, меч повернулся, едва не коснувшись раскаленных углей.

– Миротворец, – прочитала герцогиня на лезвии. – Да, его звали Миротворец и с ним доблестный капитан Э.Сэйс покорял Соляные острова. Кстати, тоже один из ваших предков. Он очень успешно отбил у соляных орков три соляных источника и целое соляное озеро.

– Соляные? – сказал я несколько разочаровано.

Герцогиня опять залилась смехом.

– Вот так всегда! Почему-то все мечтают о золотых горах, алмазных, рубиновых или, в крайнем случае – серебряных. Меж тем торговля солью приносит гораздо больший доход нежели погоня за мифическими золотыми копями. Тот замок на горе у вашего поместья, он построен исключительно на соляные деньги! Кстати, и этот замок тоже. Старый де Барсу знал толк в торговле солью. И был в этом деле хорошим помощником Э. Сэйсам.

– Если снова про «кстати». Кстати, а что с ним случилось, с этим Сэйсом? Меч не помог ему сокрушить врагов? Он тоже пропал без вести в экспедиции или героически погиб в походе?

– О нет! Этот Э. Сэйс был отважен и много воевал, но умер в преклонных летах, в достатке и покое. Что совершенно не свойственно выходцам из вашего рода. Он даже не играл в зернь! Он скопил на торговле солью огромное состояние и выкупил у туземцев довольно милый островок в теплом море. Да выкупил, хотя мог просто завоевать. Но честно купил, щедро заплатил и вообще очень облагодетельствовал тамошний народ. Вам понравится. На острове он построил очень милый замок с видом на море. Жил долго, скончался в достатке, в своей постели, окруженный любящей семьей. При замке и был похоронен в саркофаге из каменной соли. Вместе с любимым мечом. И если снова «кстати», то кстати, он избавил островитян от довольно мерзкого и кровожадного чудища, веками наводившего на них страх. Этакий островной шмурх. Поразил его вот этим самым Клинком Миротворцем.

– Миротворец. А что, хорошее имя, – сказал я. – Я тоже за мир. Пусть так и остается.

Система кивнула, меч вдруг вонзился в угли и стал быстро накаляться, краснея. Две красных руны его нового старого имени засветились под самой рукояткой.

– Можете забрать его, – сказала герцогиня, когда меч перестал светиться и опять обрел свое обычное состояние. Не бойтесь, он совсем не горячий.

– Я и не боюсь. Но как Миротворец попал к Сидру? – спросил я, забирая оружие из камина. – Хотя я сам видел, что Сидр отправился в портал с почти пустыми руками. Вряд ли оставил бы такую ценную и смертоносную вещь здесь. Хотя, с другой стороны, а на хрена он ему? Он же не из потомков адмирала, то есть, владеть мечом не мог. Скажу иначе, как он попал в лапы орку Руху? Орк – расхититель соляных гробниц?

Система не ответила. Она внимательно меня слушала, словно запоминая сюжет.

– А почему бы вам самому орка не расспросить? – предложила она.

Тут и не поспоришь. Я осторожно вложил клинок обратно в ножны и установил меч в соседнюю со шпагой нишу, посмотрел на герцогиню.

– Может, стоит оставить его обнаженным? Тогда точно никто не сопрет.

– Резонно, но тогда и ваши слуги не смогут сюда войти.

Кстати о слугах. В коридоре раздался знакомый звук – стук деревянной ноги. Дядька Готлиб вошел в комнату и замер, явно смущенный нашим присутствием. Волосы его были еще влажные, видимо, он только что отмылся от крови несчастного герольда, из всей одежды на нем была только белая рубаха.

– Простите, ваша милость, я хотел только забрать свое старое платье, – пробормотал он, кланяясь герцогине. – Свой камзол я отдал чистить. Он весь в крови.

– Да, конечно, – сказал я поспешно. – Послушай, Готлиб, твое старое платье вряд ли подойдет для здешнего общества. Ты можешь надеть мой старый камзол.

– Но нет, – вдруг подала голос герцогиня. – Если сегодня – день подарков, то примите кое-что и от меня.

Она взмахнула рукой. Готлиб в мгновение ока преобразился. Теперь на нем был добротный зеленый камзол с широкими лацканами и обшлагами, на уцелевшей ноге – лакированный башмак с серебряной пряжкой.

– Носи на здоровье, – предложила Система.

– Но помни, что ровно в полночь камзол превратится в бомжарское тряпье, башмак – в коровью лепеху, а карета – в тыкву, – невесело сказал я.

– Что? – подняла брови Система. – Какая карета?

– Так, ничего, шутка юмора, – сказал я. – Будем считать, меч я пристроил. Что у нас дальше по программе?

– Бал, – просто ответила Система.