Читать книгу Коэффициенты любви - Александра Павловская, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 4

Михей увидел падающий моток искрящейся проволоки и дернулся подхватить, но был остановлен сердитым окриком:

— Стой! Куды без перчатков лезешь?! Не видишь, какой заряд магии там! — от непонятного существа малого росточка с окладистой бородищей.

Он остановился, но ему тут же, буквально в лицо, прилетели перчатки, и он включился в работу. Следующие часы ракитианец честно таскал короба и ящики, укладывал ценные свитки, держал «крепче, вишь, сорвется жиж» провода — активно занимался сверхсрочным и внеплановым переездом.

И Михей был рад. Рад пыли, грязи, гвалту, суете, хотя и совершенно иначе представлял себе первый день стажировки в «самом дорогом, элитном и успешном» (среди тысяч миров, что имели точки выхода на их Перекресток) агентстве «Магия, Практика и Закон».

Ночь накануне он не спал, фантазировал. Вот как придет он, недотепище неуклюжее, его и выгонят сразу. Засмеют и выгонят. Как пить дать выгонят… А ему поручение следует исполнять. Иначе семье и не жить вовсе… Образ маленького брата, сладко спящего в кроватке, и мамы, глядящей на него, старшего сына, с беззащитной тревогой, рвал сердце, и он снова и снова бегал по комнатке, думая, как бы ему продержаться подольше.

А получилось вон что. В измерении настойчиво предупреждали о предстоящих магических бурях небывалой силы. Уже несколько дней небо вместо оранжевого, привычного глазу, было малиново-сиреневым, а магические энерголинии рвались, ломались и искрились. Не иначе собственники агентства не стали ждать, чем дело кончится, а сразу после отбора стажеров начали переезжать в спокойный сектор.

И вот они носились: транспортные гномы грузили все на платформы, те проседали под весом коробов, но хоть и низенько, а летели, куда сказано. Михей включился сразу и почувствовал себя спокойнее — уж чего-чего, а работы он никогда не боялся.

Слева послышалось негромкое:

— Офис мы сегодня перевезем, а с домами у кого что? — смуглый худой аристократ (этих Михей за версту чуял), из тех главных, кто был тогда в Зале, делал какие-то расчеты на странно светящихся листах. Темные волосы, собранные в хвост из десятков косичек, шоколадно-фиолетовые глаза с охровыми крапинками вокруг радужки, высокий, поджарый, плечи широкие.

«Интересно, какого он рода и откуда?» — Михей прислушивался, пока помогал упаковывать странного вида артефакты. Когда кураторы готовили его к собеседованию, акцент делали на известных им данных: рыжей ведьме Фелисии и викинге Эйнаре. Магиню рекомендовали опасаться и обходить стороной. Четвертый основатель фирмы шел под грифом «темная лошадка», и именно он считался причиной краха двух почти успешных миссий.

— У нас дома трындец, канал оборвали, а мне надо срочно сегодня до второй полуночи отправить все изменения в наши учредительные документы по ремонту и усилению защиты Золотого офиса!

Отвечала «аристократу» Фелисия, тут он бы и без предварительной подготовки не промахнулся — ведьма, этих сразу видно. Краем глаза он отследил, как она тут же уткнулась в свитки и начала что-то строчить странным продолговатым предметом. Михей никогда бы не подумал, что волшебной палочкой писать можно…

— Значит, перевозим. Сейчас Равьену скажу. Работай, не отвлекайся, к вечеру все твои будут в Убежище, — смуглый кивнул и пошел выяснять что-то дальше.

Михей обернулся, чтобы увидеть, как он начертил в воздухе какой-то знак, удовлетворенно хмыкнул и зашагал в сторону уже практически полупустого офиса.

***

— Во имя Дев-Воительниц!!! — Ирекле дернула ведьму за руку, отвлекая от горы свитков. Та оглянулась на подругу, и они обе уставились на диво дивное, чудо чудное.

Посреди хаоса срочного переезда стоял красавец неимоверный. В мирах не было художника, способного передать столь потрясающую, тонкую, живую мужскую красоту. Ирекле особенно зацепили губы красивого незнакомца, форма изогнутого лука, а цвет — между вишней и кораллом, если такое вообще возможно. В лучах двух солнц Перекрестка мужчина смотрелся произведением искусства.

— И он же настоящий…

— Реально? — ведьма с удивлением перевела взгляд на подругу. Ирекле не видела иллюзий. Вот совсем. Никак. Даже когда хотела. И если прищуриться. А иллюзиями в Измерениях пользовались практически все.

Получалось, что красавец был взаправдашний.

— Подожди… тут что-то странное… — магиня выглядела слегка озадаченной и даже растерянной.

— Как он тебе?

— Как? Красава, конечно, но у меня еще гора свитков не оформлена! А этих бедолаг нужно расселить, контракты подписать, об ответственности предупредить, амулеты раздать и талисманы… их уже утащили на Базу!

— Именно!

— …?

— Ты смотришь на самого красивого мужчину, что мы видели за все эти времена в Измерениях, и думаешь про глупых стажеров и свитки!

— И ничего они не глупые! Хорошие стажеры!

— У тебя все хорошие. Но ты не про то сейчас, смотри — ты видишь, что он невообразимо красивый?

Девушки снова воззрились на потерянного посреди хаоса красивейшего молодого мужчину.

— И что с ним не так? — ведьма явно гораздо больше интересовалась свитками и стажерами, а еще амулетами, и вот опять же, куда там талисманы увезли?

— Я его не хочу. Он НЕ секси. Совсем, — задумчиво ответила магиня.

— Хм?

— Боги, ну все же просто. Оглянись. Посмотри на каждого мужчину на поляне. Можешь себя представить с ними?

— Буэ… — взгляд ведьмы задержался на непонятном существе с бородой лопатой.

— «Буэ» — это да. Местами. Но ты можешь представить себя с любым из них. Поблевать там, или «ууууууу, дайте пять», это уже опционально.

Взгляд Ирекле был теперь направлен прямо на Арьена. Темноволосый аркх сделал полшага назад и обозначил молчаливый полупоклон-извинение, мол, не хотел подслушивать, что было неправдой. За знание о том, где он для Ирекле между «ууууууу» и «буэ», он отдал бы два из трех своих любимых алтарей аналитики.

Ведьма уже поняла, что насторожило подругу. Она внимательно… так, нет! Внимательно!.. да что ж такое?!!! Она хотела внимательно рассмотреть красавца, но взгляд на нем не фокусировался. Он был картонный. Никакой. Мысль о прикосновении не вызывала ничего. Фелисия осмотрела поляну, каждого из гномов и стажеров, задержала взгляд на домовом и снова попробовала собрать внимание на красавце. Никак. Картон.

— Наш первый клиент на сегодня, походу… А у меня еще свитки не заполнены, данные не проверены, согласие кровью и иными жидкостями тела не получены! И куда унесли талисманы?!!! Стой! Это коробка с амулетами!! — она рванулась за парой потных гномов, красавец словно исчез из ее памяти.

***

— Что с твоим домом? Перевозим тебя? — Арьен шагнул ближе.

Магиня посмотрела на совсем не оранжевое небо, посозерцала молнии и фейерверки чистой магии из рвущихся по всему сектору проводов, задумчиво поразглядывала темноволосого аркха, споткнулась взглядом о старые изощренные шрамы, причудливым узором опоясывающие смуглую сильную шею, прислушалась к Дому, напиталась откликом покоя и защиты и вынырнула в сейчас.

— У меня самый защищенный сектор Перекрестка. Наоборот, зайди, посмотри, может, пора рядом Убежище поставить, малышню разместишь, — она мотнула головой, обозначая всех детей сотрудников, и тут же скривилась.

Про отношения Ирекле и детей ходили легенды и анекдоты. Дети ее любили и хотели как лучший подарок и чудо, Ирекле же больше всего в жизни любила свободу, деньги и хороший секс. И никаких связей. Никаких обязательств. Никогда.

— Лучше давай решим, чей этот красавчик клиент будет? И кто Золотым Офисом займется? Где Стефан? И где стажеры ваши? — магиня накануне сумела избавиться от своего возможного стажера и счастливо праздновала свободу где-то в Диких секторах Перекрестка почти до утра.

Вместо четырех стажеров будет только три! Она не при делах. Это стоило того, чтобы как следует отметить!

Аркх усмехнулся. И молча показал взглядом на тощего вампира, у которого эфирное тело висело клочьями.

— Это ЧТО? Клиент…?

— Стажер. Твой. — Арьен улыбался. Удивительно. Они так долго вместе, они так глубоко познали формулы Вселенной. И Ирекле каждый раз в погоне за своей излюбленной свободой пытается нарушить Базовые Законы Физики Мироздания.

— Он маркетолог.

— Кто?!!!!

— Он твой стажер. И он — мар-ке-то-лог, — Аркх смеялся. Беззвучно. Почти без улыбки. Даже магический шторм затих, настолько это было зрелище уровня «затаить дыхание и впитывать».

Мгновение — и момент единения-восхищения прошел. Снова бухнулась реальность с шумом, криками, коробами и «куда дели талисманы». И маркетологом. Вампиром, который походил на недоубитое зомби из отсталых миров.

Ирекле возмущенно зашипела.

***

Пока Арьен занимался переездом, Эйнар улетел договариваться о дополнительных бригадах для ремонта. Фелисия каждую свободную минутку проводила с Равьеном, не могла нарадоваться на него и надышаться.

Живую Воду ему дали выпить сразу же, как только купец оформил контракт об оплате за дочку и они все буквально выдохнули. Теперь у них снова есть время, они могут активно продолжать поиски и однажды найдут способ вернуть жизнь любимому мужу Лисы насовсем, а не выторговать, вырвать очередной кусок.

Ирекле была настолько рада и счастлива за подругу, что ее даже не особо огорчило непойми что в стажерах. Разберется. Как-нибудь.

Главное, что ей предстояло сделать сегодня, это провести предварительные встречи с клиентами.

Рассказать им, какие варианты их ждут. Дать выбор без выбора: или их дело ведет стажер, или они идут искать другую фирму.

Некоторые начинали капризничать, поэтому до первой встречи со стажерами следовало получить их согласие и подписи на столь ценимых Фелисией контрактах.

Забавно, что контракты делала Лиса, а вот подписывали их чаще всего или с ней, или с Арьеном, или с Эйнаром. Видимо, ведьма для большинства казалась слишком доброй? Интересно, стоит это обсудить.

Ирекле снова вспомнила вчерашний огненный вечер, отлично удалось отпраздновать, как теперь стало ясно, совершенно беспричинно, и пошла в сторону полупустого Золотого офиса, лавируя между строительными лесами.

Ей предстояла встреча с магом. С картонным красавчиком-невидимкой она поговорила вчера, кто же будет их третьим делом? И как их распределить? Стажеры в этом году уж совсем какие-то убогие подобрались.

Трудно придется с ними Стефану.

Она совсем далеко ушла в свои мысли и чуть не налетела на каких-то людей, что сидели около их офиса и грустно ели бутерброды.

Со времени встречи с Лисой Ирекле настолько привыкла к доброй еде, к заботе, к комфорту, что теперь каждый раз обращала внимание на чужую неустроенность.

Бутерброды были нарезаны кривыми неровными кусками, хлеб был толстым, а салат, что торчал из-под странного вида паштета, сдох еще дня три назад.

Жиденький чаек, что прихлебывали гости, выглядел так, словно жил свою седьмую жизнь.

— Вы к кому? — Когда ты маг, у тебя нет возможности тихо проскользнуть мимо почти десятка людей и сделать вид, что тебя тут не было. Ты заметна. Тебя видят. Твою энергию чувствуют. К тебе тянет.

Ей пришлось повторить вопрос довольно громко, чтобы уставшие люди, с понурым видом жевавшие невкусную еду, обратили на нее внимание.

Очень новые и необычные ощущения. Видимо, о чем-то таком говорил тот картонный парень, красавчик. Хм, стоило понадеяться, что его проклятие не заразно.

***

Три часа подряд Ирекле усиленно пыталась понять, что от нее хотят эти… пострадальцы.

— Давайте еще раз пройдем по фактам, — магиня умела быть очень терпеливой, когда ей что-то было нужно. Конкретно сегодня ей было нужно, чтобы все новые клиенты были готовы к работе со стажерами, чтобы никто не дергал Фелисию и та могла насладиться своей радостью с Равьеном как можно дольше. — В вашем мире двоюродный брат короля отравил невестку его старшего сына, и поэтому ваш король пошел войной на царство сводной сестры его кузена.

Несколько человек согласно закивали головами.

— Вам это не понравилось, и вы наняли проводника и Тропой ушли в другое измерение, так?

Простой вопрос вызвал волну гнева и возмущения. Ирекле слушала крики обиды и ярости на ее непонимание важности перемен, случившихся в родном королевстве пострадальцев, и прикидывала, кто же из стажеров будет способен слушать эти бесконечные бессмысленные стоны.

В конце концов им удалось разобраться, что уже почти десять лет несколько семей бродят по разным измерениям и никак не могут обрести свой дом. Они мечтали жить в Аморилии, до этого начинали осваиваться в разных местах, но снова и снова их что-то сгоняло, и они шли, и шли, и шли. Деньги почти кончились. Все было довольно плохо.

И да, многие из них думали про возвращение домой, где так и продолжалась десятилетняя война, но они не могли.

— Чем вы собираетесь платить, если золото кончилось? Наши услуги стоят дорого.

Магов считают эгоистичными, равнодушными и циничными. Ирекле это всегда поражало. А почему она должна быть доброй к совершенно незнакомым ей существам? Зачем? Она не Фелисия, чтобы спасать всех подранков, до которых сможет дотянуться.

Оказалось, что, натерпевшись лишений и испытаний, пострадальцы сумели передать письмо домой, и их родные собрали что только смогли, чтобы можно было оплатить работу фирмы по коррекции судьбы.

Глянув на мешочек с деньгами, Ирекле мысленно выругалась. Сейчас еще несколько часов уйдет на отказ, их стоны, а затем вопли и проклятия. Сумма даже близко не приближалась к необходимой.

Она посмотрела на неуместных в Золотом офисе унылых потрепанных людей, собираясь уверенно сказать: «нет», но тут маг, к которому она так и не дошла, прошел прямо к ней и бухнул на стол еще три увесистых мешка с золотом.

— Ваши контракты позволяют заплатить за них? — он дождался согласного кивка Ирекле. — Тогда вот двойная цена за вашу работу для этих людей. И, пойдемте, обсудим мое дело!

***

— Полагаю, насколько для меня данная ситуация неприемлема, можно не объяснять?

Маг выглядел напряженным. А напряженный маг — это маг, который через несколько мгновений совершит заведомо непрогнозируемое действие.

Ирекле отошла к оставшемуся в кабинете креслу, посмотрела в окно, магическая буря снова рвала пространство. Найти слова не получалось. Было невозможно ответить искренне. А ответить искренне было необходимо и срочно, иначе они тут получат такой взрыв!

— У нас есть чудесная ведьма, Фелисия. Наверняка вы слышали про нее. У нее есть дар — лично меня она когда-то научила принимать помощь.

Магиня улыбнулась, вспоминая. Теплая, нежная, легкая, мягкая улыбка изменила конфигурацию пространства, и гость Золотого офиса словно выдохнул. Градус напряжения снизился, и появилась возможность поговорить, рассказать условия и подписать контракт.

***

Ему пришлось неимоверно трудно. Открыться. Признать, что он — маг, и маг известный, сильный, можно даже сказать, прославленный, — совершенно не справляется.

Не справляется настолько, что вынужден обратиться за помощью, и хорошо, что досточтимая госпожа Ирекле понимает, насколько это «за гранью» для любого мага.

Существенной частью проблемы было то, что он не мог сформулировать, а что не так? Его сила утекала, у него не было энергии делать простейшие вещи.

— Я словно стал обычным человеком, причем самым никчемным, самым ленивым неудачником из всех обычных людей. Самая ужасная участь для мага — наблюдать и осознавать, как твоя Сила тебя покидает, и ты совершенно ничего не можешь с этим сделать.

— Но Сила не может нас покинуть, она же и есть мы, — Ирекле была растеряна и даже не стала это скрывать. Ее искренность позволяла гостю выдерживать беспрецедентный стыд беспомощности.

— Я знаю, поэтому долго пытался самостоятельно разобраться с проблемой, пока все не стало ощутимо хуже.

— Насколько хуже?

— В некоторые дни у меня словно совсем нет энергии, я полностью обесточен. В другие — процентов десять, редко пятнадцать от моего обычного уровня. Сейчас, наверное, тридцать пять.

Она смотрела на него спокойно. Никакого ужаса и жалости во взгляде темно-серых глаз. Это давало облегчение. Возможность не умереть от стыда и позора.

— Проклятье? Удалось кому-то могущественному наступить на… кхм… мозоль?

— Думаю, да. Чем еще это может быть?

— Чем бы ни было, мы разберемся. Фелисия, ведьма, про которую я говорила, — то, что нужно в вашем случае. У нее как раз сейчас юный гений в стажерах. Надеюсь, против этого нет возражений?

Он устало-равнодушно мотнул головой. Ведьма, гений-стажер, магиня, кто угодно, он нуждался в помощи, но почти не верил в то, что его проблему можно решить.

— Если у вас, у вашей фирмы, не получится за разумный срок решить мою проблему, полагаю, прогулка по Тропе будет для меня приемлемым выходом.

Маг, который сдался, — это маг, который не просто разрушает самого себя, он будет разрушать и пространство вокруг себя, и судьбы существ, с которыми соприкоснется.

И этот конкретный маг более чем прекрасно это понимал. Хуже того, он уже принял для себя решение — прогулка по Тропе могла быть не только из одного места в другое, можно было уйти в бесконечность, раствориться в Тумане, чем бы он ни был по своей изначальной природе. И это было едва ли не единственным способом для магов покинуть жизнь преждевременно, по доброй воле.

— Наш аркх, Арьен, уже сделал расчеты. У нас не было нерешенных случаев клиентов, и в этот раз не будет. Начинайте планировать, что вы сделаете с тем существом, что вас столь жестоко и изощренно прокляло.

Они попрощались, и он ушел с надеждой — странным чувством, которое, оказывается, уже совершенно забыл на вкус.