Читать книгу Красный галстук - Алиса - Страница 2

Дом журналиста на Невском встретил его теплым светом хрустальных люстр, гомоном голосов и запахом дорогого парфюма, смешанного с дымом сигар. Кораблев, в своем единственном приличном, но все равно выдающе-казенном костюме, чувствовал себя инопланетянином. Он прижался к стене у буфета, наблюдая.

Его присутствие здесь было результатом небольшого надувательства. Используя старый долг, он выцарапал у знакомого из пресс-службы ГУВД приглашение на этот «творческий вечер» для «сближения с медийным сообществом». Формально он был здесь как представитель ведомства. По факту – как охотник в чужом лесу.

Звон бокалов, смех, острые фразы, брошенные небрежно. Мир, живущий по своим, непонятным ему законам. Он сканировал лица, шеи. Искал красные пятна.

– Ищете кого-то конкретного или просто оцениваете ассортимент? – раздался голос прямо за его спиной.

Кораблев обернулся. Перед ним стоял мужчина лет тридцати пяти. Высокий, с идеальной стрижкой, в котором седина у висков выглядела не признаком возраста, а аксессуаром. Его костюм – темно-серый, тонкой шерсти – сидел безупречно. А под отложным воротником белоснежной сорочки пылал галстук. Не просто красный. Цвета старого вина, темный, глубокий, почти кровавый.

Сердце Кораблева ударило один раз, тяжело и глухо. Галстук.

– Я… просто наблюдаю, – сказал Кораблев, собравшись. – Первый раз здесь.

– Понимаю, – мужчина улыбнулся. Улыбка была широкой, открытой, ослепительной. В ней было столько уверенного обаяния, что оно почти било физически. – У вас такой вид… скажем, человека из другой операционной системы. Антон, да? Кораблев? Слышал, вас прикомандировали для «диалога с прессой». Храбрый поступок.

– Вы обо мне слышали? – насторожился Кораблев.

– В нашей тусовке все обо всем слышат. Это профессиональная деформация. Артем Волжский, – он легко взял бокал с шампанским с подноса проходящего официанта и протянул Кораблеву. – «Колонка без галстука». В «Невском взгляде».

Кораблев взял бокал автоматически. Волжский. Имя прозвучало. Издание было одним из самых популярных, либеральных, острых.

– Приятно познакомиться, – пробормотал Кораблев. – Вы… часто носите красные галстуки?

Волжский поднял брови, затем рассмеялся. Звук был приятным, бархатным.– Прямой вопрос. Ценю. Красный – цвет силы. Решимости. Он не позволяет растворяться в серой массе. А в нашей профессии это главный грех. Вы же, наверное, предпочитаете не выделяться?

– В моей профессии главное – видеть тех, кто пытается спрятаться, – парировал Кораблев, пристально глядя на него.

Взгляды их встретились. На секунду в глазах Волжского мелькнуло что-то острое, оценивающее, как лезвие. Но тут же растворилось в дружелюбной искорке.– Философски. Значит, вы здесь на охоте? На кого? На врагов режима или просто на плохих парней?

– На правду, – сказал Кораблев, и сам удивился своей напыщенности.

– О, – Волжский сделал глоток из своего бокала. – Самый неуловимый зверь. Особенно в этих стенах. Здесь каждый конвертирует правду во что-то более осязаемое. В славу, во влияние, в деньги. Вы читали мою последнюю колонку? Про тот дачный разбой под Сестрорецком?

Кораблев почувствовал, как по спине пробежал холодок.– Нет. Не читал.

– Жаль. Я там довольно едко прошелся по работе ваших коллег. «Следствие ищет красавца в галстуке, пока настоящие бандиты в трениках разносят ларьки». Читается бойко. Правда, немного спекулятивно. Но публике нравится, – он говорил легко, будто обсуждал погоду. – А вы что думаете об этом деле? Как специалист.

Кораблев почувствовал, что его проверяют. Ведут в неизвестном ему поле.– Думаю, что свидетельница – не старушка-фантазерка. Думаю, что преступник знал привычки жертвы. Думаю, он умнее, чем кажется.

Волжский слушал, слегка наклонив голову, с видом истинного интереса.– Умный преступник… Это уже интереснее, чем быдло с обрезом. Почти как сюжет для детектива. «Интеллектуал на кривой дорожке». Вы знаете, я иногда думаю, что самые страшные преступления рождаются не в подворотнях, а в головах. В головах людей, которые слишком много читают, слишком много думают и слишком презирают окружающую их… серость.

Он обвел взглядом зал, и в этом взгляде вдруг промелькнуло то самое, ледяное презрение. Но лишь на миг.– Извините, философствую. Это плохая привычка. Лера! – он махнул рукой.

К залу приблизилась молодая женщина. Строгая блузка, юбка-карандаш, умные, внимательные глаза за очками в тонкой оправе. Она несла в руках блокнот.– Артем, тебя ищет главный. Про ту историю с губернаторской премией.– Вечно я нужен, – вздохнул Волжский с наигранной усталостью. – Антон, познакомьтесь, Лера Соколова, наш лучший репортер-криминалист. Лера, это Антон Кораблев, наш новый… друг из органов. Вы, кстати, могли бы найти общий язык. Она как раз пишет материал о вашем антикваре с Фонтанки. Нашли что-нибудь, кроме вырезки из «Огонька»?

Лера взглянула на Кораблева с любопытством, затем нахмурилась.– Артем, это служебная информация.– Все, что знает милиция, через два дня знает весь город, – отмахнулся Волжский. – Я просто экономлю время коллеге.

Кораблев почувствовал, как его сжимает изнутри. Вырезка из «Огонька». Этой детали не было в сводках для прессы. Ее знали только на месте и в его рапорте, который лег под сукно.– Откуда вы знаете про вырезку? – спросил он напрямую, глядя в глаза Волжскому.

Тот не моргнул. Улыбка лишь стала чуть тоньше.– О, Антон. У журналистов, особенно у хороших, – он кивнул в сторону Леры, – есть свои источники. Во всех корпусах. Даже в вашем. Информация – это валюта. Ею торгуют. Иногда даже не осознавая этого. Ну, мне пора. Было приятно, Антон. Надеюсь, ваша охота на правду увенчается успехом. Только осторожнее. В этом лесу водятся и более опасные хищники, чем вам кажется.

Он кивнул, легко развернулся и растворился в толпе, его красный галстук мелькнул еще раз и исчез.

Лера Соколова осталась с Кораблевым. Она изучающе смотрела на него.– Вы правда интересуетесь делом антиквара?– Я веду это дело, – сказал Кораблев, не отрывая глаз от того места, где исчез Волжский.– Серьезно? – в голосе Леры прозвучал искренний интерес. – А Артем… он иногда любит блеснуть инсайдами. Не всегда точными.– Он всегда такой? – перевел взгляд на нее Кораблев.– Артем? Блестящий. Лучший в своем деле. Иногда кажется, что он знает все, что происходит в городе, на сутки вперед. – Она помолчала. – И да. Он коллекционирует галстуки. У него их десятки. Но красных – штук пять. Говорит, они приносят удачу.

В кармане у Кораблева завибрировал пейджер. Он достал его, взглянул на номер. Служебный. Срочный вызов.

– Извините, – буркнул он Лере и направился к выходу, с трудом пробираясь сквозь веселый, равнодушный гомон.

Холодный осенний воздух ударил в лицо, смывая запах шампанского и притворства. Он нашел таксофон, бросил монетку, набрал номер.

– Кораблев, выезжайте немедленно, – голос дежурного был напряженным. – Обнаружено тело. Мужчина. Убит. В его кармане нашли… записку. На ваше имя.

Ледяная рука сжала горло Кораблева.– Адрес?– Крестовский остров. Яхт-клуб.

И добавил, понизив голос:– И, Антон… он убит стилетом. А на шее у него… повязан галстук. Чужой. Ярко-красный шелковый галстук.

Кораблев бросил трубку. Он обернулся к освещенным окнам Дома журналиста. Где-то там, среди смеха и звона бокалов, улыбался человек в галстуке цвета крови. Который только что говорил с ним об охоте.

Охота, подумал Кораблев, шагая в темноту к своей машине, уже началась. И первая кровь пролилась.

Продолжение следует…