Читать книгу Проклятая карусель - Анна Вулф - Страница 6

Рассказ часовщика

Оглавление

Софи и Чарли всю ночь мучили кошмары, где они катались на карусели, а затем попадали в странное и холодное место без выхода, и кто – то резким движением выхватывает их и уносит далеко, где свет – еще не изобретен. Дети были рады, что утро наконец – то наступило, но избавиться от страшных ощущений они долго не могли.

Софи видела в комнате страшных кукол, кровь и тела людей, закрыв глаза ладонями, и снова открыв – видения прекратились.

Миссис Дикинсон пригласила гостей, и дети прекрасно помнили что нужно делать, когда приходят гости.

Не подумайте плохо об этой женщине, она оберегала детей от детского дома, и говорила всем, что у них есть семья. А дети подрабатывают у нее в пекарне, потому что им нужны деньги. Гости охотно верили, и даже расхваливали детей за усердие. Даже мистер Галлахер, самый постоянный покупатель и лучший друг миссис Дикинсон не знал правды о сиротах.

Дети быстро позавтракали и выбежали на улицу, чтобы освободить гостиную для гостей.

Они долгое время бродили по городу и решили дойти до порта. Там их никто не трогал, и не просился поиграть. Двойняшки ходили туда – сюда, изучая воду, птиц, свои ботинки, одежду и другие совсем не серьезные вещи, что очень сильно раздражало Чарли.

– Скучнооо, – протянула Софи.

– Согласен, я готов поиграть с другими ребятами, но они скорее всего все в школе. Но все равно, никто не хочет играть со мной.

Чарли казался черствым, грубым и заносчивым, но внутри у него творилось нечто противоречивое и непонятное. Ему нравилось чувствовать себя не, таким как все, одиноким волком изучающим все, что попадалось ему в руки, но он нехотя признавал, что ему нужны друзья, что он хочет смеяться над шутками и нелепыми ситуациями.

Выстроив стену недоступности и скептицизма, он забыл добавить маленькие кирпичики сдержанности и доверия, чтобы его стена приобрела хотя бы дружелюбный цвет, а не такой серый, как его душа.

Он считал, что его душа серого цвета, если она есть конечно. Почему? Он сам не знал. Он просто чувствовал себя серым, он не был злым, не был хорошим. Он был нейтрален, и от этого чувствовал себя серым и скучным. Софи же всегда была светлой, и дело совсем не в цвете волос или глаз. Она была такой наивной, такой глупой, доверчивой и дружелюбной, что серый и черный цвет совсем не подходили к цвету ее души.

– Чарли, а почему мы не ходим в школу? – Спросила Софи присаживаясь на край скамейки, которая покрылась холодными каплями после дождя. Нервно дергая ногами Софи рассматривала свое отражение в луже, в котором видела себя, и не себя одновременно. Это была она, но какая – то мрачная, с темными кругами под глазами, и совсем не имевшая зрачков и радужки в глазах.

Видения не пугали ее, лишь беспокоили. Чарли знал о ее особенности, но никому не говорил, даже Клариссе Дикинсон, которая не знала об играх Софи с мертвыми крысами.

– Ты в детский дом хочешь? Хочешь жить с огромным количеством сирот таких как мы? Нам не стоит ошиваться у подобных мест, мы там пропадем, – кричал Чарли. – Если ты Софи просто хочешь научиться читать и писать, то я всегда готов научить тебя. Я могу дать тебе знания из тех книг, которые я прочитал.

– Но ведь, миссис Дикинсон может усыновить нас, и Чарли я хочу найти друзей. Настоящих друзей, понимаешь? Иногда мне кажется, что я сумасшедшая, потому что вижу разные штуки, и общаюсь только с тобой.

– Не может Софи! Мы ведь обсуждали детали нашего усыновления. После пропажи детей, она несколько раз пыталась усыновить ребенка, но ей не дают, из – за того, что ее муж куда – то дел их. Они считают, что миссис Дикинсон убийца! А мы уже взрослые Софи, нас никто не возьмет к себе, ты это понимаешь?

А так, мы живем в доме, кушаем каждый день горячий хлеб и булочки с изюмом! Да еще и зарабатываем! Наша жизнь просто невероятна, зачем нам это нужно?

– Но у нас было бы больше друзей, учись мы в школе! Да, мы сироты, но неужели мы не имеем права заводить друзей?

– Эх, Софи. Количество не значит качество глупышка. Количество друзей не имеет значения, знаешь кто мой лучший друг? Я знаю, что ты не догадаешься, но это ты Софи. Запомни, если у человека много друзей, то скорее всего большая их часть на самом деле окажутся предателями, и воткнут нож в спину.

– Ты как всегда прав Чарли, извини, просто иногда мне кажется, что мы достойны лучшего.

Чарли осматривал причал, нырнув глубоко в себя, он раздумывая над словами Софи заметил, как ветер несет газету прямо в лужу под ногами сестры.

Чарли очень любил читать новости, так ему казалось, что он уже взрослый, и очень остроумный. В прыжке он поймал газету, но сам при этом упал в каком – то жалком миллиметре от лужи. Отряхнувшись, он запрыгнул на скамейку рядом с Софи.

Сестра давно привыкла к таким акробатическим номерам брата, поэтому даже не удивилась.

– Что там написано, Чарли? – Спросила Софи, заглядывая на мятые страницы.

Его глаза быстро пробегали по строчкам. Софи только поражалась, как можно читать так быстро и без перерыва. Дочитав последнюю строчку, он сказал:

– Еще несколько людей пропало без вести, родные очень переживают. Массовое исчезновение, тебе не кажется, что это какая – то злая шутка, чтобы напугать народ? В остальном ничего интересного, все как обычно.

– Все еще считаешь, что это ложь Чарли? – Недоверчиво спросила Софи.

– Даже не знаю, что думать на этот счет. Просто так люди не пропадают, но видимо власти ничего не делают, чтобы разобраться с этим. Это не наше дело Софи.

– Чарли, здесь очень холодно, пойдем домой? – Пожаловалась Софи, пытаясь согреть руки своим дыханием. Сильный холодный ветер растрепал прическу девочки, отчего она была похожа на бездомную сиротку.

– Ничего здесь не холодно Софи, или ты хочешь искупаться? Вот тогда будет действительно холодно, – отрезал Чарли.

– Но Чарли, ветер очень холодный, я замерзла! Если я умру от обморожения, у тебя больше не будет лучшего друга.

– Ну и куда мы пойдем Софи? К миссис Дикинсон? У нее сейчас важные гости! Давай зайдем в тот кукольный магазин, в который ты хотела, но мы там только погреемся и уйдем, хорошо?

– Хорошо, Чарли. Но мы ведь посмотрим на кукол, да?

Софи и Чарли стремительно шли к своей цели, они дернули за ручку двери, но та не открылась:

– Хм, странно, в газете было написано, что они уже открылись! – Недовольно воскликнул Чарли.

– Чарли! Тут какая – то бумага на окно приклеена. Что на ней написано?

Чарли подошел к витрине, и прочитал надпись:

«Извиняемся за предоставленные неудобства. В нашем магазине произошел несчастный случай. Полки с куклами каким – то волшебным образом обрушились, чтобы восстановить магазин потребуется время. Вернемся зимой. Мы будем по вам скучать!»

– Не успели открыться, как закрылись, – хмыкнул Чарли.

На соседней улице кто – то горячо спорил, и с детской любопытностью двойняшки выглянули из угла. Это был мистер Галлахер стоявший возле своего магазина, и еще какой – то худощавый, темноволосый мужчина.

– В КОТОРЫЙ РАЗ БИЛЛИ?! В КОТОРЫЙ РАЗ! – Кричал Морган.

– НО МОРГАН! МНЕ НУЖНЫ ДЕНЬГИ! МЫ ЕЛЕ СВОДИМ КОНЦЫ С КОНЦАМИ, НЕ БУДЬ СКУПЫМ!

– Я ПОМОГ ТЕБЕ ОДНАЖДЫ, ДВАЖДЫ, ТРИЖДЫ, ЧЕТЫРЕЖДЫ И ВОТ ТЫ В ПЯТЫЙ РАЗ ПРОСИШЬ ДЕНЕГ! – Парировал Морган.

– Я ЧЕСТНО ОТДАМ ТЕБЕ ДОЛГ ГАЛЛАХЕР!

– БИЛЛИ! ТЫ УЖЕ ДОЛЖЕН МНЕ КРУПНУЮ СУММУ! МНЕ ТОЖЕ НУЖНО ЖИТЬ НА ЧТО – ТО! Я БОЛЬШУЮ ЧАСТЬ ДЕНЕГ ОТДАЮ ТЕБЕ!

– НА ЧТО ТЫ ИХ ТРАТИШЬ МОРГАН?! У ТЕБЯ НЕТ ЖЕНЫ, НЕТ ДЕТЕЙ И ДАЖЕ СОБАКИ НЕТ! ЗАЧЕМ ТЕБЕ НУЖНЫ ДЕНЬГИ?! ВСЯ ТВОЯ СЕМЬЯ ПОГИБЛА В ПОЖАРЕ!

Наверно это была самая больная тема для мистера Моргана Галлахера. Его жена, дети и собака сгорели в его доме три года назад. Об этом происшествии писали во всех газетах. Мистер Галлахер чуть не умер от горя, если бы не миссис Дикинсон и двойняшки, которые всегда готовы подставить плечо.

Мистер Галлахер очень любил свою жену и своих детей, и совсем недавно смирился с произошедшим.

За все это время он ни разу не покинул свой магазин, потому что боялся возвращаться в свой обугленный дом. Шли слухи, что это он поджег дом, чтобы утрясти споры с женой.

И все охотно верили и называли его убийцей. Но это было не так, никто не знает, что вызвало возгорание, и виноват ли он никто уже не сможет доказать. Власти не стали расследовать это дело, пожар дело обыденное в больших домах.

– ЕСЛИ БЫ БИЛЛИ ТЫ РАБОТАЛ И НЕ ПРОВОДИЛ ВСЕ ВРЕМЯ В ТРАКТИРАХ И БОРДЕЛЯХ, ТЕБЕ БЫ НЕ ПРИШЛОСЬ СВОДИТЬ КОНЦЫ С КОНЦАМИ! ТВОЯ ЖЕНА, БИЛЛИ, РАБОТАЕТ ДЕНЬ И НОЧЬ, ПЫТАЯСЬ ПРОКОРМИТЬ ТЕБЯ И ПЯТЕРЫХ ДЕТЕЙ! А ТЫ ТРАТИШЬ ДЕНЬГИ НА ЖЕНЩИН ЛЕГКОГО ПОВЕДЕНИЯ!

– СКОРО МОРГАН, Я ОБЕЩАЮ, ТЫ ОТПРАВИШЬСЯ К СВОЕЙ ЖЕНЕ И ДЕТЯМ! И К ЭТО ЧЕРТОВОЙ ПСИНЕ! – Прошипел Билли, и плюнул в лицо мистеру Галлахеру. Развернувшись, он ушел прочь.

Дети подбежали к Моргану Галлахеру, в то время как тот вытирал лицо платком.

– Мистер Галлахер, кто это был? – Спросила Софи.

– А, это? Это мой старый друг и приятель, – протирая лицо ответил Морган.

– Разве друзья кричат на своих друзей? – Спросила Софи.

– Разве друзья давят на больное? – Спросил Чарли.

– Разве друзья оскорбляют друг друга? – Спросили хором ребята.

– А друзьям можно плеваться? – Снова спросили они.

– Какие же вы любознательные ребята! Почему вы не на работе? Миссис Дикинсон наверно ждет вас.

– У миссис Дикинсон сегодня гости, она дала нам выходной, – ответил Чарли.

– И почему же вы тогда не идете домой?

– Дома скучно и нечего делать, – ответил Чарли.

– На улице же холодно! Может зайдете? – Предложил Морган Галлахер.

– Нет, спасибо, мы лучше погуляем, – ответил Чарли.

– Ну Чарли, я замерзла, – сказала Софи, дергая Чарли за рукав рубашки.

– Смотри боец, сестра то замерзла! Проходите в магазин, я угощу вас чаем, – произнес он открыв дверь.

Чарли и Софи зашли в магазин. Все стены, полки, столы, витрины, все было занято часами, которые беспрестанно тикали.

– Идите за мной, – позвал их часовщик.

Мистер Галлахер привел их в маленькую комнатку, в которой лежал матрас, покрытый пылью, постельное белье, стиранное в последний раз примерно месяца три назад, маленький обеденный стол, четыре шатких деревянных стула, небольшая, почерневшая от времени печь и множество портретов его семьи на стенах.

– Сейчас ребята я приготовлю нам чай, а пока присаживайтесь, и чувствуйте себя как дома!

Софи и Чарли сели за обеденный столик, Морган поставил чайник в печь, и ушел куда – то за прилавок.

– Софи, тебе не стыдно пользоваться гостеприимством? – Спросил шепотом Чарли, легонько пнув сестру.

– Ай! – Воскликнула Софи.

– Что – то случилось детишки? – Встревоженно спросил Галлахер.

– Нет, все в порядке, – ответила Софи.

– Ну хорошо, я закрою магазин и вернусь, – отрезал часовщик.

– Чарли, больно же! – Шепотом сказала Софи.

– Раньше думать надо было! А ты «Чарли, мне холодно, Чарли мне скучно», мы пользуемся гостеприимство мистера Галлахера! Ему и так тяжело, а мы навязались на теплый прием! – Отчитывал сестру Чарли.

– Да ладно тебе Чарли, погреемся и уйдем, ничего страшного, – ответила Софи.

Чарли отрицательно покачал головой, и еще раз пнул сестру.

– Кажется чайник кипит! – Воскликнул Морган, возвращаясь в магазин.

Прибежав в комнатушку, он открыл печь, достал чайник, и разлил кипяток по чашкам.

– Вот ребята ваш чай, родители вас не потеряют?

– Нет, они сегодня до ночи работают, – ответил Чарли. – Что только не сделаешь, чтобы прокормить двух детишек как мы.

Чарли всегда искусно лгал, в отличие от своей сестры поэтому когда надо было солгать, Софи сразу замолкала и поддакивала Чарли.

Когда это пыталась сделать Софи, их всегда настигали неприятности. Не потому что их семья проклята, а потому что лгать она не умела от слова совсем, и это сразу отражалось на ее лице и мимике.

Поэтому пока Чарли рассказывал очередную «легенду», она осматривала стены. Ее взгляд упал на черно – белую, выцветшую фотографию с двумя мальчиками, одному из них было примерно столько же лет, сколько Софи и Чарли, а второй был поменьше ростом и выглядел лет на восемь.

– Мистер Галлахер, а кто эти два мальчика на фотографии? – Спросила Софи, продолжая рассматривать фотографию.

– СОФИ! – Воскликнул Чарли.

– Ох, прошу, зовите меня просто Морган, – сказал часовщик, вытирая руки о свою белую рубашку в тонкую черную полоску.

– Софи, это некультурно, – Молил Чарли.

– Ничего Чарли, все в порядке. Это я и мой младший брат Том, – ответил Морган.

– А где он сейчас? – Спросила Софи.

– СОФИ! – Крикнул Чарли.

– ЧТО? Мне правда интересно, – ответила сестра, отпив глоток горячего чая.

– Ах, он исчез без вести много лет тому назад. Веселый мальчуган был. Однажды, мы украли арбуз с рынка. Вот это потеха была! Я отвлек продавца, доставая его вопросами. Эх, глупые вопросы были, очень глупые! Том, взял арбуз и спрятал его под рубаху. Продавец заметил и побежал за нами. Том запнулся и арбуз под ним скажем так, взорвался.

Ох, и шуму было! Все жители сбежались! Подумали, что это кровь! А Том подыграл, высунул язык и притворился мертвым, и все поверили. Стали ругать продавца, а мы потом долго рассказывали историю о его чудесном воскрешении! – Рассказывал он легко и непринужденно, но в его глазах читались боль и сожаление.

– А какой это год? – Спросила Софи.

– Эта фотография была сделана летом 1862 года. Это последняя фотография моего младшего брата, – ответил Морган, с болью в глазах рассматривая фотографию.

– Сколько вам тогда сейчас лет? – Спросила Софи.

– Софиии, – отчаянно молил Чарли, он знал, что такие разговоры до добра не доводят, и совсем не хотел попасть в неприятности.

– Мне 62 года ребятишки, вся жизнь уже позади, – ответил он едва улыбнувшись.

– Значит, прошло 50 лет, когда ваш брат пропал без вести, – проговорила Софи, отпив немного чая.

– Да, так и есть. Он пропал без вести в 1862 году, прямо в Рождество. Теперь, это самый ужасный для меня праздник, – ответил он, нервно поворачивая чашку, и рассматривая чаинки.

– А как это случилось, вы знаете? – Продолжала допрос Софи.

– СОФИ! ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! КАК ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЭТО ГРУБО? – Вышел из себя Чарли.

– Карусель. На Рождество построили карусель, и Том очень хотел прокатиться, я не мог ему отказать.

Мы пошли на площадь. Как сейчас, помню, он воскликнул: «Я хочу прокатиться на белой лошадке!». Ничего не предвещало беды, и я посадил его на белую лошадь, а сам испугался. Дурак! Знал же, что нельзя оставлять его одного.

Карусель кружилась, издавая веселую мелодию. Том хохотал, махал мне ручкой, а я махал ему в ответ. Потом карусель стала кружиться быстрее. Да так, что нельзя было различить кто и где сидит. Я начал волноваться, и как оказалось не зря.

Карусель остановилась, но Тома нигде не было, как и еще двух детей. Я метался, спрашивал людей, осматривал карусель, но так и не нашел его там.

В слезах я прибежал домой, и рассказал все родителям. Мы отправились искать его, мы обращались к властям, организаторам, но так и не нашли его. Они выпороли меня, эту ночь я запомню надолго.

Тогда много людей пропало без следа, и никто ничего не делал. Родители возненавидели меня, выгоняли из дома, а я скитался по улицам в слезах, и продолжал искать брата.

Я пообещал, что не допущу подобного с моей семьей! А теперь, я потерял свою любящую жену, и моих детей с внуками и собакой! Я только приношу несчастья! – Говорил он, захлебываясь своими слезами. Его губы и руки дрожали, от горя, заполнившего его мысли и жизнь.

И вдруг Чарли заметил, что его сестра застыла с невозмутимым лицом что означало что нужно срочно уходить. Софи смотрела на стены, по которым текли ручьи крови, чем больше рыдал Морган, тем больше крови лилось на обои. Когда обои полностью залило кровью, она начала стекать на пол, отчего невольно Софи подняла ноги.

– Пожалуй мы пойдем, – сказал Чарли и взял Софи за руку, с усилием потянув.

– ПРОШУ НЕ УХОДИТЕ! ОСТАНЬТЕСЬ! – Истерично кричал старик, протягивая дрожащие руки к детям. Он попытался встать, но его ноги подвели. Он упал на пол, в попытке ухватиться за что – нибудь, он уронил столик, на котором стоял еще горячий чай. Одна чашка разбилась вдребезги, а из последних двух чай пролился прямо на бедного старика.

– Нам пора мистер Галлахер, – произнес Чарли, пытаясь заставить Софи идти.

– ЧАРЛИ, ОТПУСТИ! – Кричала Софи на брата. – ТАМ КРОВЬ! КРОВЬ ВЕЗДЕ! НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ ВИДИШЬ? – Истерично кричала девочка.

– ОСТАНЬТЕСЬ, ПОЖАЛУЙСТА! НЕ ОСТАВЛЯЙТЕ МЕНЯ ОДНОГО! ПОЖАЛУСТА! УМОЛЯЮ! – Рыдая молил Морган, пытаясь встать.

Чарли дернул Софи за руку, и та наконец – то поддалась, и вышла из оцепенения. Взяв Софи на руки, они выбежали из комнаты, и направились к выходу.

– МНЕ ТАК ОДИНОКО! ПРОШУ, НЕ ОСТАВЛЯЙТЕ МЕНЯ ОДНОГО С ЭТИМИ ВОСПОМИНАНИЯМИ! БОЖЕ, КОГДА ЖЕ ЭТА БОЛЬ ПРОЙДЕТ? СОФИ… ЧАРЛИ… ПРОШУ. – Кричал он, снова упав на пол, Морган издал наполненный болью крик.

Двойняшки выбежали на улицу, и задыхаясь остановились у магазина. Ночь повисла над городом, что говорило о том, что детям пора домой. Холодный ветер сразу дал знать, что пора носить теплую одежду:

– Чарли, отпусти меня! – Кричала Софи, пытаясь вырваться.

– ДОИГРАЛАСЬ? ДОВОЛЬНА? СМОТРИ, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛА! – Опустив Софи, вынес выговор Чарли.

– Но, Чарли…

– НИКАКИХ, НО, СОФИ! НИКАКИХ, НО! БОЛЬШЕ ТАК НЕ ДЕЛАЙ! – Кричал на нее Чарли.

Проклятая карусель

Подняться наверх