Читать книгу Как перестать быть идеальной матерью и стать счастливой (Часть 1) - Дарья Куйдина - Страница 5

Задумывалась ли ты когда-нибудь о том, почему в самолетах перед взлетом бортпроводники всегда произносят одну и ту же фразу, ставшую уже своего рода метафорой для целого поколения психологов: «Сначала наденьте маску на себя, затем – на ребенка»? В этой короткой инструкции скрыта фундаментальная истина выживания, которую мы, матери, с каким-то мазохистским упорством игнорируем в повседневной жизни. Мы привыкли воспринимать заботу о себе как нечто факультативное, как десерт, который полагается только после того, как съеден весь «основной обед» из бесконечных обязанностей, глажки, развивающих занятий и рабочих дедлайнов. Но правда жизни в том, что если ты пуста, тебе нечего дать. Ты не можешь напоить жаждущего из пересохшего колодца, как бы сильно ты его ни любила. Ресурс – это не поход в спа раз в полгода и не новая помада, купленная в порыве отчаяния; это твоя биологическая и психологическая база, без которой воспитание превращается в изнурительную каторгу, а материнская любовь – в сухую обязанность, пропитанную скрытым раздражением. Мы должны пересмотреть саму парадигму отношения к своим силам, осознав, что состояние «в ресурсе» – это твоя прямая обязанность перед семьей, а не эгоистичный каприз, за который нужно извиняться перед мужем или детьми.

Вспомни то тягучее чувство в груди, когда ты просыпаешься уже усталой. Еще не сделано ни одного дела, не выпита первая чашка кофе, а внутри тебя уже живет ощущение, что ты должна миру миллион, и коллекторы уже стучат в дверь. Это состояние хронического дефицита, в котором многие женщины живут годами, считая его нормой «взрослой жизни». Однажды ко мне обратилась Ольга, талантливый дизайнер и мама очаровательной трехлетней дочки. Она пришла с запросом на «починку» ребенка, который стал неуправляемым, закатывал истерики и категорически отказывался слушаться. В процессе разговора выяснилось, что сама Ольга не спала полноценно больше четырех часов подряд уже несколько лет, ее питание состояло из доедания детских каш, а единственным временем «для себя» были пятнадцать минут в душе, во время которых дочь обычно рыдала под дверью. Ольга искренне считала, что она совершает подвиг ради ребенка, принося свою жизнь в жертву. Но ее дочь считывала не жертвенность, а фоновую тревогу и истощение матери. Ребенок чувствовал, что его «опора» шатается, и через девиантное поведение пытался вернуть матери устойчивость, заставить ее включиться, проснуться. Как только мы с Ольгой начали работать над ее физическим и эмоциональным восстановлением – ввели обязательный дневной сон вместе с дочкой, делегировали часть быта мужу и вернули в ее жизнь рисование не по работе – поведение ребенка чудесным образом нормализовалось без единого воспитательного внушения. Опора стала стабильной, и ребенку больше не нужно было бить в набат.