Читать книгу Последняя структура - Дмитрий Вектор - Страница 4

Генерал Джонатан Харрисон прибыл через сорок минут после смерти Майкла Родригеса. Его вертолёт приземлился на футбольном поле средней школы, в трёх кварталах от зоны заражения. Элизабет наблюдала за посадкой с крыши соседнего здания, куда они перебрались, организовав импровизированный наблюдательный пункт.

Харрисон был высоким, жилистым мужчиной лет пятидесяти, с лицом, которое видело слишком много войн. Он вышел из вертолёта в полной боевой экипировке, за ним следовала команда из восьми человек – солдаты в химзащите, двое учёных в белых халатах, офицер связи с ноутбуком. Они двигались чётко, как хорошо отлаженный механизм.

– Доктор Чен? – генерал поднялся на крышу и протянул руку. Рукопожатие было крепким, сухим. – Генерал Харрисон, объединённое командование USAMRIID. Мне нужен полный брифинг. Сейчас.

Элизабет кивнула и развернула планшет. Руки всё ещё дрожали, но она заставила себя говорить чётко:

– Саморепликирующиеся наноботы медицинского назначения. Проект NANO-MED. Вышли из-под контроля в 03:47 этой ночью. Начали неконтролируемую репликацию с использованием любой доступной материи.

– Скорость распространения?

– Экспоненциальная. Удвоение массы каждые восемь-десять минут в среднем. Замедляется при низкой температуре или отсутствии доступной материи, ускоряется при наличии органики или металлов.

Харрисон посмотрел в сторону кампуса. Серое облако пыли поднималось всё выше, застилая утреннее солнце. Чёрное пятно разрослось до полутора километров в диаметре, поглотив уже весь научный кампус, студенческий городок и часть прилегающего жилого квартала.

– Жертвы?

– Одна подтверждённая. Техник Майкл Родригес, контакт с заражённой поверхностью. Смерть наступила в течение двух минут. – Элизабет сглотнула. – Неизвестное количество людей, не успевших эвакуироваться из кампуса. Предположительно от пятидесяти до ста человек.

– Предположительно, – повторил Харрисон жёстко. – Значит, точно не знаете.

– Связь с зоной заражения потеряна. Все камеры, телефоны, датчики – всё уничтожено наноботами.

Генерал развернулся к офицеру связи:

– Капитан Хьюз, установите периметр карантина радиусом пять километров от эпицентра. Эвакуация всего населения внутри периметра в течение двух часов. Никто не входит, никто не выходит без моего личного разрешения.

– Есть, сэр.

– Мне нужны вертолёты с термальными камерами. Хочу видеть границу заражения в реальном времени. И свяжите меня с Пентагоном. Прямая линия.

Офицер побежал вниз, отдавая команды по рации. На горизонте уже появлялись военные грузовики – зелёные колонны, прибывающие по всем дорогам, ведущим в Пасадену. Харрисон не терял времени.

– Доктор Чен, – он снова повернулся к ней, – у меня есть полномочия применить любые необходимые меры для сдерживания угрозы. Любые. Вы понимаете, что это значит?

Элизабет кивнула. Она понимала. Ядерное оружие. Если ситуация выйдет из-под контроля окончательно, они сотрут Пасадену с лица земли вместе со всем, что в ней осталось.

– Сколько у нас времени? – спросил генерал.

– На что?

– На то, чтобы найти способ остановить это без применения крайних мер.

Элизабет посмотрела на расчёты, которые делала всё утро. Математика была неумолима. При текущей скорости роста наноботы поглотят всю Пасадену за восемь часов. Лос-Анджелес – за сутки. Калифорнию – за неделю.

– Часы, – сказала она тихо. – У нас есть часы, не дни.

Торнтон подошёл к ним, держа в руках спутниковый телефон:

– Генерал, звонят из Белого дома. Президент хочет говорить с вами.

Харрисон взял трубку, отошёл на край крыши. Элизабет не слышала разговора, но видела, как напряглись его плечи, как сжалась челюсть. Через три минуты он вернулся, и лицо его было ещё жёстче.

– У нас есть шесть часов, – сказал он. – Если через шесть часов ситуация не будет под контролем, президент санкционирует ядерный удар. Пятьдесят килотонн на эпицентр заражения.

Тишина была абсолютной. Даже звуки города внизу – сирены, крики, грохот техники – казались далёкими и нереальными.

– Это уничтожит весь город, – прошептала Сара.

– Это уничтожит угрозу, – ответил Харрисон. – Или остановит её распространение. У нас нет другого выбора.

– Выбор есть всегда, – Элизабет шагнула вперёд. – Дайте мне команду. Лабораторию. Ресурсы. Я могу создать контрмеру.

– Какую контрмеру?

– Анти-наноботов. Программируемых охотников, которые будут целенаправленно уничтожать заражённых ботов. Я знаю их архитектуру лучше, чем кто-либо. Знаю их слабости.

Харрисон смерил её долгим взглядом:

– У вас есть шесть часов, доктор Чен. Ни минутой больше. Капитан Хьюз предоставит вам всё необходимое. Но если через шесть часов вы не добьётесь результата, Пасадена перестанет существовать.

Он ушёл, отдавая новые приказы. Элизабет стояла на крыше, глядя на расползающееся серое пятно, и впервые за всё это утро почувствовала не страх, а злость. Холодную, чистую злость.

Она создала этих монстров. Значит, она и уничтожит их.

Капитан Хьюз оказался эффективным. Через двадцать минут Элизабет, Торнтон, доктор Чжан и Сара были в мобильной лаборатории – огромном трейлере, набитом оборудованием. Генераторы гудели снаружи, обеспечивая электричеством микроскопы, компьютеры, биореакторы. Военные притащили всё, что только можно было найти в радиусе пятидесяти километров.

– С чего начнём? – спросил Торнтон, засучивая рукава.

Элизабет открыла на большом экране архитектуру исходного нанобота – ту, что она проектировала три месяца назад. Серебристая сфера вращалась в трёхмерном изображении, демонстрируя каждую деталь конструкции.

– Их сила в адаптивности, – сказала она. – Они эволюционируют, меняют код, учатся противостоять угрозам. Но у любой эволюции есть ограничения. Есть базовые принципы, которые они не могут изменить без потери функциональности.

– Например? – доктор Чжан придвинулся ближе.

– Энергетика. Им нужна энергия для работы. Они получают её, расщепляя химические связи в поглощаемой материи. Но процесс не стопроцентно эффективен. Часть энергии рассеивается как тепло.

– И что это нам даёт?

– Мы создадим ботов-паразитов. Они будут не разрушать заражённых ботов напрямую, а перехватывать их энергетические потоки. Лишим их топлива. Без энергии они не смогут реплицироваться, не смогут двигаться. Станут инертной пылью.

Торнтон кивнул медленно:

– Это может сработать. Но нам нужно спроектировать, синтезировать и вырастить миллиарды этих паразитов за.

Он посмотрел на часы.

– За пять часов тридцать семь минут.

– Тогда не будем терять время, – Элизабет села за компьютер и начала писать код.

Следующие часы слились в единое размытое пятно. Она работала в бешеном темпе, не отрываясь от экрана. Пальцы летали по клавиатуре, вводя команды, строя алгоритмы, тестируя симуляции. Рядом Торнтон занимался физической архитектурой – проектировал структуру бота-паразита, определял оптимальную конфигурацию манипуляторов, способных захватывать и удерживать жертву.

Доктор Чжан координировал синтез. Биореакторы гудели, производя первые пробные партии. Сара связывалась с военными, организовывала поставки редких материалов, которые невозможно было найти в округе.

Снаружи слышались постоянные звуки – вертолёты, грузовики, голоса людей. Периметр карантина замыкался. Военные блокировали все дороги, выставляли контрольно-пропускные пункты. Национальная гвардия эвакуировала жителей из зоны риска – сотни тысяч человек покидали свои дома, не зная, увидят ли их снова.

В 11:15 в трейлер вошёл Харрисон. Лицо его было непроницаемым:

– Доложите о прогрессе.

– Прототип готов, – Элизабет указала на экран микроскопа. – Сейчас тестируем первую партию.

На экране была крошечная капля чёрной субстанции – образец заражённых наноботов, взятый с границы зоны. Рядом Элизабет поместила каплю прозрачной жидкости, содержащей ботов-паразитов. Они были вдвое меньше оригинальных наноботов, практически невидимые даже под микроскопом.

Две капли соприкоснулись.

В течение тридцати секунд ничего не происходило. Затем чёрная капля начала тускнеть. Серебристые точки паразитов атаковали заражённых ботов, цеплялись за их поверхность, проникали внутрь энергетических контуров. Чёрный цвет постепенно сменялся серым, затем белым.

Через две минуты от чёрной капли осталась только прозрачная жидкость с взвесью инертной пыли.

– Работает, – выдохнул Торнтон.

– Да, – Элизабет почувствовала, как напряжение последних часов немного отпускает. – Работает.

Харрисон наклонился ближе к экрану:

– Сколько таких паразитов вам нужно, чтобы очистить зону заражения?

– Триллионы. Может, квадриллионы. Зависит от того, насколько выросла масса заражённых ботов за это время.

– И сколько времени займёт производство?

Элизабет переглянулась с Торнтоном. Они оба думали об одном и том же.

– Слишком много, – сказала она тихо. – Даже с полной загрузкой всех доступных биореакторов нам понадобятся сутки, может, двое.

– У вас есть три часа двадцать минут, – напомнил Харрисон.

– Я знаю. Поэтому нам нужен другой подход.

Она развернула планшет, показывая схему:

– Мы не будем производить триллионы паразитов. Мы произведём миллионы и заставим их реплицироваться самостоятельно. Дадим им ту же способность к размножению, что и у заражённых ботов.

– Это опасно, – сказал доктор Чжан. – Вы создадите ещё одну саморепликирующуюся систему. Что, если она тоже выйдет из-под контроля?

– Мы заложим жёсткие ограничения. Паразиты будут размножаться только в присутствии заражённых ботов. Как только целевая угроза будет нейтрализована, они самоуничтожатся. Генетически запрограммированная смерть.

– Теоретически это возможно, – согласился Торнтон. – Но на практике.

– На практике у нас нет выбора, – Элизабет посмотрела на Харрисона. – Это единственный шанс.

Генерал молчал долгую минуту. За окном трейлера пролетел очередной вертолёт, его тень скользнула по стене. Где-то вдалеке грохотали взрывы – военные уничтожали мосты и путепроводы, создавая физические барьеры на пути возможного распространения заражения.

– Делайте, – сказал наконец Харрисон. – Но если ваши паразиты начнут вести себя так же, как исходные наноботы, я лично нажму кнопку запуска ракеты.

Он ушёл, оставив их наедине с компьютерами, микроскопами и грузом невозможной ответственности.

Элизабет вернулась к работе. Пальцы снова заплясали по клавиатуре, вписывая команды самоуничтожения в код паразитов. Она работала, не поднимая головы, не отвлекаясь ни на что. В какой-то момент Сара принесла ей сэндвич, но он так и остался нетронутым.

Время шло. Два часа. Полтора. Час.

В 13:45 первая полноценная партия паразитов была готова. Два литра жидкости, содержащей десять миллиардов микроскопических охотников. Не много, но достаточно для начала.

– Как будем доставлять? – спросила Сара.

– Распыление с вертолёта, – ответил Харрисон, который вернулся, чтобы наблюдать за финальной фазой. – Прямо над эпицентром заражения.

Элизабет кивнула. Это был риск. Огромный риск. Но других вариантов не осталось.

Она смотрела, как военные грузят канистры с жидкостью в вертолёт. Винты начали вращаться, поднимая облака пыли. Машина взмыла в воздух и направилась к серому облаку над тем местом, где когда-то был кампус Калифорнийского технологического института.